Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:


Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.






Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Личность

Осенняя Пасха батюшки Николая

В самарском селе Ташла простились с протоиереем Николаем Винокуровым.

В самарском селе Ташла простились с протоиереем Николаем Винокуровым.

24 сентября 2020 года, на 87-м году жизни, отошел ко Господу старший священник и духовник Свято-Троицкого женского монастыря села Ташла протоиерей Николай Винокуров.

Протоиерей Николай Винокуров родился 18 мая 1934 года в селе Новые Алгаши Ульяновской области в верующей многодетной семье Иоанна и Стефаниды Винокуровых. В семье было семеро детей, но четверо из них умерли во младенческом возрасте. Из оставшихся троих Николай был младшим.

В то время сельская церковь была закрыта. Верующие с местным священником собирались в лесной землянке, где и совершались Богослужения. Там был крещен и маленький Николай. Ему было четыре года, когда трое детей остались без матери, которая умерла от болезни. Все женские заботы в семье легли на плечи старшей сестры Агафьи (ныне покойной монахини Ангелины). Новое испытание постигло семью, когда сгорел дом и они остались на улице без всего. Их приютила сердобольная соседка. Отец семейства от переживаний умер. Николаю тогда исполнилось 14 лет, и мужские обязанности по дому он взял на себя.

Научившись от отца плотницкому делу, будущий батюшка выполнял строительные работы, валял валенки, плел лапти, никакой работы не гнушался. В положенное время Николай отслужил в рядах Советской Армии. Вернувшись, построил новый дом и задумался о своем дальнейшем жизненном пути. С сестрой Агафьей они ходили в близлежащие села, в которых остались незакрытыми храмы, на церковные службы. Однажды он с другом поехал на архиерейскую службу в Чебоксары. Молодые люди попали домой к Владыке Мануилу (Лемешевскому), который исповедовал юношей, а Николаю предсказал: «Будешь хорошим батюшкой».

Николаю все больше нравилось быть в храме, слушать церковные песнопения, читать духовные книги. В храме познакомился со своей будущей матушкой Лидией. В 1966 году они повенчались.

В эти годы в его жизни появился духовный отец - схиархимандрит Серафим (Иванов), который посвящал его во все тонкости церковных служб. Николай открыл ему свои мысли о намерении посвятить свою жизнь Богу. Сильный молитвенник, духовный подвижник, отец Серафим благословил юношу на священство. В 1969 году состоялась хиротония Николая в диаконы, и через 10 дней в иереи. Рукоположение совершил Владыка Иоанн (Снычев), будущий Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский.

Сразу после рукоположения отец Николай был назначен в Троицкий храм села Ташла. Это был небольшой приход. Молодой батюшка, смиренно предавшись воле Божией, стал восстанавливать разоренный храм и святой источник на месте явления иконы Пресвятой Богородицы «Избавительницы от бед». А как это было непросто в те годы! Были и доносы, и проверки, и угрозы. Не раз приказывали власти, чтобы отвадил людей от источника, на что батюшка отвечал твердым отказом. Благодаря его трудам и горячим молитвам мы видим, как сейчас преобразились святые места Ташлы. Ташла прославилась на всю Россию. Знают ее и за рубежом.

Батюшка не заканчивал духовных семинарий и академий, но пройдя своим путем, он познал опыт истинного Православия, истинного Богослужения и молитвы. Передавал этот опыт примером своей жизни молодым пастырям. Отец Николай был человеком глубокой веры и большой преданности Православной Церкви.

За великие труды и подвижническую жизнь протоиерей Николай заслужил уважение и любовь верующих. Отец Николай получил не только народное признание, но и признание священноначалия. Он был награжден всеми церковными богослужебно-иерархическими наградами, включая патриаршую награду - второй наперсный крест.

Отец Николай был скромным и смиренным человеком. Добрым и снисходительным к другим, но необычайно строгим к себе. Он посвятил свою жизнь служению Богу и людям. Любовь к ближним прежде всего выражалась в его самоотверженном пастырском душепопечении. Любвеобильное сердце старца всегда было открыто для всех.

Господь да упокоит новопреставленного раба Своего протоиерея Николая в селениях праведных, где нет ни болезней, ни печалей, ни воздыхания, но безконечная и несказанная радость, которую «приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9).

Самарская Митрополия.

Тихое и ясное пасхальное утро 26 сентября обещало стать теплым и солнечным осенним днем. Почему - пасхальное? Так ведь осенней Пасхой называют праздник обновления (освящения) храма Воскресения Христова в Иерусалиме (Воскресение Словущее)… Но грустно было на душе оттого, что на этот раз ехала я в Ташлу не паломницей, не к святому источнику и не к чудотворной иконе Божией Матери «Избавительница от бед». Не в надежде испросить совета и молитв у смиренного, негромкого старца протоиерея Николая Винокурова. Ехала помолиться у гроба батюшки, сказать ему последнее «прости» от всей нашей редакции.

Когда неожиданно и так рано ушел в Вечность любимый батюшка протоиерей Сергий Гусельников, вскоре вдруг заговорили-заспрашивали знакомые и незнакомые: правда ли, что ташлинский батюшка Николай тоже заболел? Лежит в тольяттинской больнице? Потом: в реанимации?..

Правда, отвечали знающие. Плохо ему, очень тяжело. Ковид. Молитесь!..

Не берегут себя наши пастыри. А к отцу Николаю шли и ехали отовсюду…


Протоиерей Николай Винокуров и протоиерей Алексий Чичановский с ташлинской иконой Божией Матери «Избавительница от бед».

Для чего-то было нужно, чтобы на эту поездку в Ташлу была назначена женщина - водитель такси, притом не имеющая понятия о том, в какое место и зачем я еду с цветами и пакетом с газетами. Может быть - для того, чтобы она услышала о чудесном явлении иконы Божией Матери в октябре 1917 года, и еще о том, как в декабре 1994 года я видела в жестяном желобке, по которому текла вода из источника, зеленую осоку. Живую среди снегов и мороза!.. О дивном батюшке Николае, более полувека прослужившем в этом святом месте… Так что для нее это, наверное, была спасительная возможность узнать что-то очень нужное для своей души.

Вот только напрасно таксистка так слепо полагалась на навигатор и еще какую-то специальную программу. Она вроде бы точно исполняла все инструкции навигатора, но в какой-то момент, видимо, выбрала не ту дорогу - и спохватилась, лишь увидев, что расстояние до Ташлы резко увеличилось. В плутаниях по дорогам мы с ней потеряли чуть ли не полчаса и приехали, когда в Свято-Троицком храме хор уже пел: «Милость мира, жертву хваления…»

Божественную литургию служил Епископ Кинельский и Безенчукский Софроний, и ему сослужили многие священники Самарской Митрополии. Потом уже увидела и других батюшек, в глубокой скорби застывших среди пришедших проститься с отцом Николаем.

Я положила свои розы и хризантемы от друга редакции, духовного сына батюшки Николая, к другим, всё больше тоже белым букетам, напоминающим об ангельской чистоте лежащего во гробе священника. Цветов было много, как и людей, не умещавшихся в храме. Были здесь монахини ташлинского Свято-Троицкого женского монастыря, были миряне - прихожане, родные и близкие, многочисленные духовные чада отца Николая. Даже Причастие совершалось не в самом храме: священники с Чашами встали в боковых дверях храма.

И было бы нас здесь в тот день неизмеримо больше, если бы многие люди не опасались заражения в большой и тесной толпе… Не только за себя ведь страшно: а принести болезнь родным, детям? Горькая реалия наших дней: медицинские маски на лицах не в больнице - в храме!. На вратах монастыря и дверях храма листок с обращением к входящим: окажите любовь к ближним, наденьте маску… И я не отмахнулась от этой просьбы, надела маску.

Показалось, что ташлинскому клирику, иерею Владиславу Моргачеву, было непросто справиться с волнением. И все же он смог найти нужные слова в утешение опечаленным:

- Да, все мы скорбим. Насколько был опытным богомудрый наставник, старец протоиерей Николай, сколько осталось вопросов, на которые он мог дать ответы - и кто-то не успел задать ему вопрос - об этом можно скорбеть, безусловно. Но прежде всего наша скорбь о том, что лично с нами нет батюшки, нет больше живого общения с ним. Только ведь когда умирают люди благочестивые, мы спокойны за их будущее. Мы еще и приобретаем молитвенников о нас, грешных, вместе с сонмом всех святых, прославленных и непрославленных.

А Епископ Софроний обратился с проникновенным словом не только ко всем нам, но и к самому батюшке Николаю:

- Дорогой отец Николай, ты сегодня с нами - и в последний раз присутствуешь на Божественной литургии. Многие годы - в течение полувека - ты неленостно и даже превосходя человеческие силы нес послушание как настоятеля, так и попечителя о чудотворном образе Царицы Небесной и благоустроении этого места, в котором Она явилась, о святом родничке. Ты избрал этот путь и шел по нему в непростое время, когда вера и поклонение Богу были под запретом. Служил от всего сердца, как Господь повелевает: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем, всею душею, всем составом твоим. И отдавал всего себя этому служению, любил Бога и учил других любить Бога, любить ближнего, как самого себя. Но сам любил ближних больше, чем себя. Столько народу приезжало сюда - никому никогда не отказывал, двери дома всегда были открыты, всех, откуда бы ни приезжали к Царице Небесной, здесь всегда привечали. А со временем, когда в религиозной жизни началась оттепель, в 90-е годы народ хлынул в Ташлу со всех уголков нашей необъятной Родины.

Мы, братья и сестры, сегодня провожаем в последний путь дорогого батюшку, и жалко, что его с нами больше не будет. Но как в древнем Патерике сказано. Один молодой монах спрашивает старых, не скорбно ли им, что нет уже с ними духовных наставников… Старый монах ответил: «А мы живем так, как они учили. И наша духовная связь неразрывна».

Что ж, дорогой батюшка, мы постараемся подражать тебе, поминать тебя в молитвах, а ты нас не забывай у Престола Божьего. Верую, что по неизреченной милости Господь сподобит тебя Горних селений недалеко от Престола Божия. Жизнь твоя была преисполнена трудов, которые нас воодушевляют и вновь обращаться к тебе, и просить твоих молитв и поминовения у Престола Божия.

И вот уже Епископ Софроний совершает чин отпевания новопреставленного протоиерея Николая Винокурова, священники по очереди читают Евангелия, звучат погребальные песнопения.

Как вдруг в ту самую минуту, когда мы были готовы увидеть, как собратья-священники поднимают на свои плечи гроб с усопшим батюшкой, в храм вошли шестеро мужчин, с головы до ног облаченные в белые полотняные костюмы.

По храму волной пронесся плач - вырвавшийся из груди чуть ли не у всех нас то ли горестный всхлип, то ли вскрик: Боже, что это?!.

Не время и не место было доказывать, что праведной душе отца Николая это никак не повредит. Что эти шестеро в белом, понесшие на плечах гроб с батюшкой Николаем, такие же люди, как мы, может быть, не менее других верующие. У одного из-под закрывающей лицо маски виднелась длинная с проседью борода - что, конечно, далеко не всегда свидетельствует о глубине веры или хотя бы просто о ее наличии, но все же, все же… (Да и потом выяснилось, что люди в защитных костюмах были не «люди со стороны», а свои, церковные люди, работники храма и монастыря). И уж конечно не было и в мыслях у них как-то оскорбить почившего священника. Эти шестеро просто делали свое дело, принимая на себя пусть мизерный, но шанс соприкоснуться со смертельно опасным вирусом. И, если услышали, наверное, больно было им от несправедливых слов, которые кто-то произнес в их адрес. Опустив головы, они вынесли гроб и вместе с Епископом Софронием, священниками, монахами и мирянами прошли в Крестном ходе вокруг осиротевшего храма. К тому месту у алтаря, где уже была вырыта глубокая могила, и стены ее до половины были выложены кирпичной кладкой. Как в былые годы священников хоронили в склепах…

И хор вновь пел: «Со духи праведных скончавшихся душу раба Твоего, Спасе, упокой…», и все подпевали скорбным словам: «Вечная память, вечная память, вечная память!»

Бросаем по горсточке земли и отходим, уступая место другим…


Протоиерей Николай Винокуров. Снимок был сделан в июле 1998 года для книги «Избавительница от бед». Фото из архива редакции.

Настоятель Покровского монастыря с. Чубовка Кинельской епархии игумен Петр (Луканов) рассказал:

- У отца Николая Винокурова я был в самом начале своего служения. Батюшка Николай был из тех священников, кто дарил мир душе, кто вдохновлял на служение. И после встреч, после Исповеди душа наполнялась светлой радостью. Как протоиерей Иоанн Букоткин, таким же был для меня отец Николай Ташлинский. Это были такие наставники, которые порой безсловесно, духовно, молитвенно, примером своим, образом своей жизни назидали. С ними рядом просто было очень хорошо. Это были подлинные старцы на нашей земле. Вечная память батюшке Николаю! Довелось мне обращаться к нему, конечно, и в трудные моменты. Лет, наверное, пятнадцать назад очень тяжело шло у нас в самом начале строительство храма. И мы решили приехать в Ташлу, помолиться. Пришли к отцу Николаю со своей печалью. Отец Николай просто похлопал по плечу: «Матерь Божия не оставит», - сказал. Нам этого достаточно было. Мы вернулись ободренные в Чубовку - и дело пошло. Ну ты была у нас, сама видела, сколько всего и как мы построили…

Ирина Кутенина из самарского Кирилло-Мефодиевского собора, не в силах удержать рыдания, упала мне на плечо:

- Оля, как же это!.. Батюшка!.. Мы же вот только отца Сергия (Гусельникова - авт.) похоронили, и вот - батюшка Николай!.. Я же совсем недавно, этим летом была в Ташле и спросила у отца Николая: «Батюшка, что с нами происходит?» А он ответил: «Главное от Бога не отойти. Ты только от Бога не отойди, не откажись».

Пожилая Валентина откликнулась на просьбу сказать для «Благовеста» несколько слов об отце Николае:

- Батюшка все грехи мои знал. Подхожу на исповедь, а он сам говорит: это ты делала, это у тебя есть, в этом грешна… Все время к нему старалась приезжать, он меня благословлял, наставлял. Много лет был моим духовным отцом. Дочке моей было три или четыре годика, когда мы с ней в первый раз к нему приехали, а сейчас ей двадцать семь уже. Сторожка тут при храме была, приезжали мы и в сторожке ночевали.

- Издалека приезжали?

- Нет, из Тольятти. Мама мне знаете что говорила: ладно, ты такая шалавая, а дочку-то куда с собой тащишь? Мы с ней в полшестого - в шесть уже здесь были, в источнике купались, а потом шли на службу в церковь. И в Крестных ходах ходили. Один раз шли Крестным ходом от церкви на источник, только вышли, и меня тут вот подтолкнули и уронили. Батюшка шел впереди с иконой Матери Божией. Увидел, что я упала, остановился и подождал, пока меня подняли, только потом пошел.

«Пастырь добрый душу свою полагает за овцы»… (Ин. 10:11). И не оставит отбившуюся овечку. Даже так вот - просто упавшую наземь.

Вдруг от поднимающегося на глазах могильного холмика раздался громкий возглас:

- Христос Воскресе!

- Воистину Воскресе! - дружно откликнулись все мы.

И снова Пасхальное приветствие и такой же радостный отклик, и снова: «Христос Воскресе!» - «Воистину Воскресе!»

Это настоятель самарского Свято-Воскресенского мужского монастыря игумен Серафим (Астапенко) напомнил, что день-то сегодня особенный: Воскресение Словущее, осенняя Пасха:

- Сегодняшнее событие укрепляет нас с вами и дает еще один толчок для того, чтобы чувство доверия Богу укреплялось и чтобы мы с вами оставили добрый след в жизни, подобно отцу Николаю. Прощаемся с ним в день, когда Пасху поем осенью, на праздник Воскресения Словущего. И это очень отрадно и утешительно.

Да - и я ведь надеялась было в ночь на 26-е поехать в село Воскресенка, что по дороге к Новокуйбышевску и Чапаевску, вновь быть на осенней Пасхе - ликующей ночной Пасхальной службе в храме у моего зятя иерея Максима Портнова. Только пришлось поехать на другую Пасху - к батюшке Николаю.

Дорогой батюшка сподобился уйти в последний путь в праздник осенней Пасхи, чтобы со Христом воскреснуть в жизни вечной!

Хочется всех расспросить для газеты о том, что связывало их с отцом Николаем, что хранят в своих сердцах как самую дорогую память. Но многие отстраняются, чуть хмурясь: нет, не могу… не сейчас…

Высокая женщина в темном пальто, моя тезка Ольга - как потом выяснилось, она медсестра из Тольяттинской больницы, где прошли последние дни земной жизни отца Николая, наполненные страданиями, мучительной борьбой со смертельным недугом. Ольга вначале покачала головой:

- Нет, я говорить не умею. Вот Татьяна пусть скажет, у нее получится.

Но и стоявшая с нею рядом Татьяна была немногословна:

- Я знаю, что за годы знакомства с батюшкой, его окормления я глубоко изменилась внутри. С его помощью, его молитвами встала совсем на другую ступень духовного развития. Ну… - любим мы все батюшку. Говорю вот о нем, как о живом. Да - он с нами…

И тут Ольга решилась:

- Ну, я все-таки скажу, как смогу... Знаете, я же видела батюшку 23 сентября и разговаривала с ним, а 24-го в 22 часа его не стало.

- Вы были у него за день до смерти? Он же был в реанимации - разве к нему пускали?

- Да, он лежал в реанимации и к нему, конечно, не пускали. Но я же там работаю, медсестра… И вот двадцать третьего на мой вопрос: «Батюшка, вам тяжело, вам плохо?» - он ответил: «Слава Богу за все». Только это и сказал. Его жизнь не расходилась со словами. Как он проповедовал, так и жил. И вера его была крепкая. Ну а нам стоит только подражать ему во всем и благодарить Бога за то, что был такой человек в нашей жизни. Жалко, что не пожил подольше, не побыл еще с нами.

- Его не успели причастить в больнице?

- Пособоровали. Но он же столько лет служил, постоянно причащался…

Владимир приехал из Самары проститься с батюшкой. И поделился воспоминанием, как отец Николай откликнулся на его семейную беду:

- У нас была проблема с сыном. Был он запойный, в греховной страсти, и женщины, с которыми он пытался строить семью, бросали его. А так - умница, рассудительный, молчаливый, внимательный, голова светлая. И при таком хорошем внутреннем потенциале он же мог совершенно пасть, всё в жизни потерять! Уговорил я его пойти на исповедь у нас в Самаре.

Он признался священнику, что пьет. Священник ему говорит: «Уменьшай». И вот сын стал уменьшать. «Всё в порядке, - говорит мне, - я стал меньше пить». Но меньше - это ведь только меньше. Сегодня меньше, а как будет завтра, не сорвется ли? И тут умные люди мне стали советовать: хватит с ним нянчиться, оставь, сам взрослый, пусть своими силами выбирается из этой ямы. Да ведь если своих сил у него не хватит - так и до погибели недалеко. Но вот что мне-то делать - понять не могу. Может, я и правда должен отойти от ситуации с сыном, чтобы он не надеялся на мою помощь, а на себя самого? Я приехал к отцу Николаю, рассказал о проблеме с сыном, попросил совета. Он говорит: «Нет, нельзя его так оставлять, нельзя бросать!» Записал себе его имя, стал молиться о нем. И я молюсь, конечно, и приглядываю за сыном. Сейчас, слава Богу, по молитвам батюшки всё у него в жизни выправляется.

Елена Кравцева, г. Самара:

- Этим летом из-за угрозы заражения коронавирусом официально не было Крестного хода из Самары в Ташлу. Но как же совсем без него?.. И те, кто решил для себя, что все-таки пройдет этот путь хоть в одиночку, в первые дни Петровского поста, как обычно, вновь с молитвой пошли. Утром пришли сюда в храм на Литургию, встали на Исповедь. Обычно батюшка Николай успевал исповедать человек десять, потом начинается служба, батюшка уходит в алтарь, и все остальные расходятся по другим священникам. А в этот раз к нему встали человек двадцать. И отец Николай всех, кто хотел исповедаться у него, исповедал. Ради этого служба была приостановлена. Я была удивлена. Его супруга матушка Лидия встала поближе и, похоже, молилась, помогала ему своей молитвой. Видно было, что она очень за него переживала, знала же его человеческую немощь, слабое здоровье. И пока он всех не исповедал, служба не началась. А когда отец Николай почил, я подумала, что это он тогда и со всеми нами попрощался, чтобы никто не чувствовал себя обделенным его вниманием. Чтобы каждому дать важное для него духовное напутствие. Царство Небесное нашему дорогому незабвенному батюшке Николаю! Моя душа всегда к нему стремилась. Такой редкостный был батюшка, он близок был к нам, грешным мирянам, он видел все наши грехи, но никогда никого не осуждал, всегда поддерживал добрым словом. Умел утешить. Это был светоч, и мы к нему шли, чтобы он передал Богу наши молитвы, наши чаяния.

Любовь Семеновна Сальникова из Самары тоже каждый год ходила в Крестном ходе в Ташлу - и тоже припомнила:

- Отец Николай с такой любовью всегда нас встречал! И в этот раз, хотя он очень-очень усталый был, всех он принял, отслужил вечернюю службу и акафист, помазание провел. И как я благодарна, что наутро я попала к нему на Исповедь! При всей своей немощи он всех до единого принял паломников, кто желал исповедаться. А после Литургии он поздравил всех участников Крестного хода и сказал: «Живите с Богом и в Боге, любите друг друга, прощайте всем всё». Это его наставления были. А еще он сказал: «Ташлинский Крестный ход принят Богом и подтвержден пролитием дождя». Вот эти его слова - они звучат в моем сердце, я, когда вернулась домой, сразу записала их себе, чтобы не забыть. Очень благодарна Богу, что была под молитвенным покровом отца Николая, что он помог моим сыну, внучке и снохе. Буквально за два-три дня перед тем как он лег в больницу, они приехали к батюшке, получили благословение и последнее наставление. И дай Бог, чтобы его молитва всегда нас сопровождала. Самое главное, спасение - больше ничего нам не надо. Божией помощи нам всем, чтобы Господь укрепил нас в это непростое время.

Еще два давних добрых друга редакции и мои лично - Владимир Филиппович и Нина Петровна Пономаревы. Это их хризантемы я положила ко гробу вместе со своими розами.

- Как я стал духовным чадом отца Николая? - задумчиво переспросил Владимир Филиппович. - Это был год 1994-й, даже, наверное, 93-й - когда в Кинель-Черкассах жила незабвенная наша матушка Мария Ивановна Матукасова, впоследствии схимонахиня Мария Самарская. Она знала отца Николая, и он знал матушку Марию. Мы с Ниной Петровной приехали в Ташлу, подошли к батюшке и говорим: «Мы вот ищем духовника…» - «Ну ищите», - ответил он. - «А нам Мария Ивановна сказала, что вот вы будете нашим духовником». - «А, если она так сказала, то я вас беру». Мы были в радости! Вот так просто и началось его с нами знакомство и духовное окормление.

И что я заметил. Что бы я ни делал против его благословения, ничего у меня не получалось. Что делаю по благословению, всё получается. Приезжаешь к нему весь «труждающийся и обремененный», - как у Господа сказано. Возвращаешься уже налегке - все тяготы он «разгружает» и уезжаешь в радости, напоенный благодатью. Иной раз едешь с таким возом грехов, даже не знаешь, как в глаза-то смотреть ему. Ну что вот он теперь обо мне подумает: «Эх, Владимир, какой же ты непослушный, грешник ты великий!..» Это я так за него думаю. А он ни словом, ни взглядом не упрекнет, только отпустит грехи, помолится вместе и даст самые нужные наставления, с которыми только и жить - не тужить.

Помогал он и в жизни семейной, во всех проблемах наших. Всякий раз, когда пристигнут невзгоды, я думал: надо ехать к духовнику! Вразумиться, узнать волю Божию. Духовник - это же дар Божий. Конечно, может быть, не ценили так, как должно, не берегли…

Сейчас вот не стало отца Николая, и всё как будто остановилось. А двигаться-то надо! И отец наш будет нас поддерживать своими молитвами. Батюшка в праведности прожил - он у Престола Божия за нас помолится, за своих чад тем более.

Двое их у нас было - отец Николай был еще на земле, матушка Мария давно, уж двадцать лет на небесах. А у меня в жизни никогда не было отца с матерью - я их не знал. Один месяц всего я прожил - отца убили на войне. Два с половиной года мне было, умерла мать. И эти скорби и тяготы, голодные годы, всё пережитое Господь так перекрыл радостью!

Господь говорит: любую скорбь превращу в радость. Вот я это все испытал. И мне теперь даже страшно при мысли, что я мог бы прожить сытой жизнью, а этого не узнал бы?!. Не-ет, лучше я буду еще больше страдать, но только чтобы жить в Боге, в этой радости, которую дал Господь. Так и отца дал нам в назидание. Всю жизнь мы с ним сверяли, где запутаемся, где как - надо ехать к отцу Николаю!

Последний раз я был у него прямо перед тем, как ему лечь в больницу. И он мне не говорил каких-то наставлений, а мимо идет, поворачивается - и: «Терпи». Еще проходит мимо и опять: «Терпи». Я же еще ничего и не сказал ему, а он знал о моих скорбях, знал, что мне надо только выдержать всё, чтобы не упасть в уныние. Так оно и есть вот сейчас. Надо терпеть, не унывать.

Я не знаю, какое еще христианское счастье выше, чем иметь духовника-прозорливца! Это значит быть с Духом Святым, с праведностью, со светом. Свет от него падал на меня, освещал и обогревал. Я видел его кротость, его смирение, его незлобие и мирность, но сам таким не стал. Вот это идет покаянная скорбь, но она все равно не грустная, не унылая. Значит что: надо всё отбросить, что мешает спасению, и двигаться вперед, ближе к Богу. Кротость, смирение, терпеливость, милосердие - и ты опять будешь счастлив. А кто еще будет счастливее, нежели человек с благодатью Божией.

Вот так и идет эта работа. И надо ее делать.

Конечно, осиротели без отца духовного. А я еще и не осознал, что его нет. Для меня он как будто не умер. А надо теперь уже двигаться самим. Всё, хватит уже, расти надо. Надо жить. Отец нам много всего дал в дорогу. Теперь идти самим.

…У батюшки Николая была особенная молитва. Негромкая, но ее слышали все молившиеся с ним - в храме ли или на святом источнике. А слова «Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу» он произносил так, словно они были его дыханием. Словно Сам Святой Дух незримо изливался в этой молитве…

Батюшка Николай, и в Горних обителях не остави нас святыми своими молитвами!

Ольга Ларькина.


313
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
9
2 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2020 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru


Warning: fopen(/home/b/blagovesrf/public_html/cache/desktop/public_page_42167): failed to open stream: No such file or directory in /home/b/blagovesrf/public_html/engine/start.php on line 1260

Warning: fwrite() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /home/b/blagovesrf/public_html/engine/start.php on line 1261

Warning: fclose() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /home/b/blagovesrf/public_html/engine/start.php on line 1262