Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Малая церковь

Вместе — дружная семья

Две Православные женщины воспитывают пятнадцать приемных детей.


Чем примечательна эта дружная семья из самарского села Самовольно-Ивановки? Тем, что здесь не одна, а сразу две мамы, каждая из которых стала детям родной и близкой. И тем, что в этой семье — ни много ни мало — шестнадцать ребятишек: пять усыновленных, десять приемных и один кровный. Но никакого различия между ними нет — все дети здесь нужны и любимы.
В октябре будет три года, как Татьяна Степановна Артемьева и Светлана Львовна Жукова с детьми поселились в Самовольно-Ивановке Алексеевского района Самарской области. До этого они жили на окраине Самары. А еще раньше Светлана перебралась в Самару из Саратова, где прошла большая часть ее жизни. Женщин часто называют сестрами. Они и вправду похожи внешне. Но все же родство у них не кровное, а духовное. Познакомились Светлана и Татьяна, когда обе работали на железной дороге, и сразу почувствовали друг в друге родственные души.
— Я была тогда некрещеная, — вспоминает Светлана Львовна. — И никак не удавалось меня окрестить. Доходим до церкви — и мне вдруг срочно надо куда-то уйти. А потом Татьяна говорит: «Все, ты приезжаешь ко мне — и я иду тебя крестить. Болеть перестанешь». У меня тогда сильно болело сердце, постоянно увозили в реанимацию. В 1993 году Таня помогла мне окреститься, и с тех пор я в реанимацию не попадала.
У Светланы к тому времени уже были усыновленные дети. Когда-то она мечтала уйти в монастырь, но случилось так, что поехала в отпуск в Молдавию. Знакомый врач провела Светлану в роддом и показала на одного ребенка: «Вот, Света, девочка умирает. Не сегодня-завтра умрет».
— Малышке было три месяца, но выглядела она так, как будто только родилась, — рассказывает Светлана Львовна Жукова. — У нее была сильная дистрофия всех органов, она походила на высохшую мумию. Я взяла Веронику и очень переживала, как я буду двое суток везти ее на поезде. Но положилась на Бога. Всю дорогу читала молитвы. Довезла и стала выхаживать. Выходила с Божьей помощью.
Приехав в Саратов, Светлана оформила на работе отпуск по уходу за ребенком. Ей платили пособие — 35 рублей в месяц. Чтобы прокормиться, женщина мыла подъезды, подрабатывала дворничихой. Сейчас ее старшей дочери Веронике уже 20 лет, она замужем, ждет ребенка.
— Вероника знает, что она не кровная ваша дочь?
— Знает. Она говорит: не та мать, которая родила, а та, которая воспитала…
Однажды Светлана приехала в гости к Татьяне и сказала: «У тебя сын уже взрослый, а в тебе столько материнской любви, столько нежности, — сделай доброе дело, возьми детей. Посмотри, сколько их, брошенных…» Один день Татьяна Степановна провела в раздумьях, а на следующий день они со Светланой поехали в реабилитационный центр «Подросток», что в Самаре на улице Стара Загора…
На вопрос, почему все-таки возникла эта потребность души — воспитать обездоленных детей, Татьяна Артемьева ответила:
— Светланка при живой маме воспитывалась без мамы, в детском доме. А я потеряла свою маму, когда училась в 9 классе. Поэтому была потребность согреть детей, лишенных материнского тепла.
К 1996 году семья Артемьевых-Жуковых насчитывала 15 человек. К тому времени уже возник статус приемной семьи, Татьяна и Светлана заключили договоры с администрацией и стали считаться приемными мамами, «рабочими единицами». Жила семья в городской двухкомнатной квартире без удобств.
— Первый наш духовный наставник — протоиерей Виктор Проничкин,
настоятель самарской церкви во имя Илии Пророка, — продолжает Татьяна. — Наши старшие дети — его духовные чада. Они участвовали в строительстве нового Ильинского храма, посещали при храме воскресную школу. Саша и Женя были алтарниками.
Татьяну иногда стыдили: «Ты же бывший секретарь заводской комсомольской организации, а дети у тебя ходят в церковь…»
— Три года назад мы ездили в паломничество от Ильинского храма в Дивеевский монастырь и в числе немногих удостоились приложиться к открытым мощам Серафима Саровского. Вскоре после этого в нашей семье появился мальчик Серафим, рожденный 15 января, в день памяти Преподобного Серафима. Сейчас ему три годика.
В этом году батюшка дал рекомендацию нашей Катюше, и она поступила в медучилище, где теперь готовят сестер милосердия (такое отделение по благословению Архиепископа Самарского и Сызранского Сергия открылось при Самарском медицинском училище им. Н. Ляпиной — Т.Г.). Был конкурс пять человек на место, но Катюша имела льготы при поступлении, так как она из многодетной семьи.
— У Кати такое призвание — не только лечить, но и помогать людям?
Татьяна: Она и в доме-то у нас как сестра милосердия. У нее очень развиты материнские начала: «Мам, не буди мальчишек, пусть поспят…», «Мам, я сама подою корову, сама сделаю…»
Вечером Катя встает на молитву — тишина в доме. Все малыши стоят рядом с ней, Катюша читает правило.
У Кати было много внутренней боли, о которой она долго никому не могла сказать. О родной семье помнит только то, что она, семилетняя, взяла за руки двух своих младших сестренок и уехала от мамы к бабушке. А однажды Катюша рассказала крестной про ту жестокость, которую испытала в первой приемной семье. В той семье мама была врачом и хорошо знала свои права. Они с мужем взяли девочку с тяжелым заболеванием потому, что ей полагались дополнительные квадратные метры при получении жилья. Ее часто избивали. Однажды избили так, что Катя лежала два месяца. Когда получили жилплощадь, от девочки поспешили избавиться…
Катя стала духовным стержнем семьи. Это признают все близкие и говорят о ней, уехавшей на учебу в Самару, с теплом и любовью.
Светлана вспоминает:
— Однажды были мы с Катей в храме — и ей понравилась икона Божией Матери «Нерушимая стена». Катя сказала: «Мы обязательно должны приобрести эту икону, она станет охранять наш дом и нашу семью». Мы привезли этот образ, прочитали молитву и установили его над входной дверью.
Икона Богородицы «Нерушимая стена» теперь встречает каждого приходящего в дом. И так отрадно на нее перекреститься…
Настал момент, когда из тесной городской квартиры семья решила переехать в деревню. Не только потому, что в селе легче обезпечить себя пропитанием. Дети были ослабленные, многие с тяжелыми заболеваниями, а деревенский воздух и закаливание пошли им на пользу. Вскоре этих детей сняли с диспансерного учета.
— Вроде бы и в Самаре мы не голодали, всегда старались приготовить что-то сытное и вкусное, исходя из небольших средств. Но вдоволь картошки мы там никогда не ели, — заметила Татьяна. — А картошка — любимое блюдо у детей.
И, к слову, в этом году Артемьевы-Жуковы уже накопали 578 ведер картофеля! Но это еще не все. На одном огороде урожай пока не собран.
Лишь однажды произошел такой случай в их самарской жизни. Рассказывает Светлана:
— Несколько месяцев нам не выплачивали деньги, а жить на что-то надо было… И мы предложили: «Дети, давайте прочитаем молитву против голода». Все встали на молитву. Только прочли — и вдруг стучится женщина, которая торгует водкой, она никогда никому не дает денег даже взаймы. И эта женщина предлагает нам 120 рублей на хлеб. Мы удивились, хотели было отказаться, но она сказала: «Да я не вам, я детям». Положила деньги на стол и ушла. А старший Саша (младшего Сашу для различения зовут Шуриком — Т.Г.) после ухода нашей благодетельницы воскликнул: «Мама, какая молитва сильная!»
В Самовольно-Ивановке Татьяна и Светлана купили дом площадью всего 25 квадратных метров. Впрочем, дом — это громко сказано, здесь были одни кирпичные стены. А потом потихоньку начали строить. Там, где раньше находился угольный склад, теперь зал-гостиная. Скоро будет «сдана в эксплуатацию» еще одна жилая комната. Строит семья в основном своими силами, за свой счет. Правда, в строительстве бани и большого погреба оказал помощь депутат Самарской Губернской Думы Павел Анисимов.
В деревне всей семье приходится много трудиться. Распорядок дня у детей напряженный. Старшие утром встают в половине пятого. Доят коров, убирают за скотиной (на подворье две коровы, три лошади, поросята, гуси и другая живность) и уходят в школу. По возвращении из школы Павел занимается строительством — взрослому работнику нужен помощник. А потом старшие ребята работают на току в вечернюю смену. В колхозе в вечернюю смену работать некому. Чистят склады, обрабатывают зерно…
— Прежде чем мы приехали сюда, дети прошли трудовую школу в скиту Иверского монастыря в поселке Черновском. Работали там во славу Божию. И они уже знали, как обращаться со скотиной. Для нас это было ново, а дети уже умели. Не мы их вели за собой, а они нас вели, — говорит Татьяна. — Когда у нас в семье появились маленькие дети, старшие им сказали: «Начнется весна — как потопаете, так и полопаете». Младшие спрашивают: «А как это?» Объясняют: «Что посадишь, что вырастишь своими руками, то и будешь зимой кушать». И уже все это усвоили.
Мы хотим так воспитать своих ребятишек, чтобы они по своим умениям и навыкам не отличались от других, когда выйдут в большую жизнь. Что умеют наши дети? Каждый из них готовит, каждый печет (и мальчики, и девочки). Главный кулинар — пятнадцатилетний Алеша, у него дар готовить. Он испечет такой вкусный хлеб или пирог, какой не всегда сможет приготовить даже опытная хозяйка. Учим детей штопать, ухаживать за собой. Даже 6-летний Миша стирает свои трусики, носочки. Старшие дети умеют даже валенки подшивать.
Наравне с трудовым воспитанием в этой семье не забывают о духовном. Переехав в село, Артемьевы-Жуковы вскоре ощутили необходимость духовного окормления.
Татьяна: — Кажется, Саша у нас первый сказал: «Мама, нам нужна воскресная школа. Младшие дети (которые появились в семье в последние годы — Т.Г.) еще ничего не знают о Боге, о храме. Ведь вы же нас начинали учить именно с этого — с Закона Божьего. А кто лучше всего расскажет? Батюшка.
Мы пошли к отцу Михаилу, настоятелю храма во имя Архистратига Божия Михаила в Ореховке, сказали, что дети хотят заниматься в воскресной школе. И священник сразу откликнулся.
В теплое время года дети из этой большой семьи сами приходят на занятия в церковь, благо Ореховка и Самовольно-Ивановка расположены совсем рядом, разделяет их лишь мост через небольшую речушку Чапаевку. А зимой в храме прохладно, и решили проводить занятия дома. Старшие ребята приезжают за батюшкой на лошади. И, что интересно, в занятиях воскресной школы участвуют все. Даже малыши, которые еще не умеют писать, тоже садятся за стол и что-то рисуют в тетрадях.
Протоиерей Михаил Сидорук и мамы приглашали приходить на занятия других сельских ребятишек, всех желающих, но почему-то так никто и не отозвался. А Сережа из семьи Артемьевых сейчас помогает батюшке в алтаре храма. Возможно, что он и другие мальчики из этой семьи в будущем пойдут по духовной стезе.
Ореховский храм заслуживает особого рассказа. На стене у входа в храм установлена памятная табличка: «Храм построен в 1858 г., находится под охраной государства. Деревня Ореховка стала называться селом!!!» Церковь Архистратига Михаила никогда не закрывалась, и здесь сохранились дивные старинные иконы. Храм красивый, намоленный. Недаром жители ближайшего города Нефтегорска нередко едут сюда венчаться…
— Всех детей, которые появляются в нашей семье, мы в первую очередь стремимся окрестить, — подчеркнула Татьяна.
А Светлана продолжила:
— С Русланом мы долго не могли найти общий язык. Он мстил, а за что мстил — непонятно. По-видимому, все негативное, что он видел когда-то в кровных родителях, переносил на нас и старался отомстить. После крещения ребенок изменился, стал намного мягче, послушнее, ушла нервозность, злость. До этого мы жили в постоянном напряжении. Ростик (в крещении мальчика зовут Ростиславом ) в пятилетнем возрасте сбегал в Москву из детдома. И мы боялись повторения чего-нибудь подобного. Нам даже предлагали: «Сдайте его обратно! Зачем вам проблемы?» Вообще это обычная реакция властей, когда к ним приходишь за помощью. Однажды к нам приехала комиссия, чтобы забрать мальчика. Я в этот момент на Ростика посмотрела — у него в глазах было ожидание: отдаст мама или не отдаст, предадут его во второй раз или не предадут? И я сказала: «Что вы, я его не отдам, он хорошо учится, сам уроки делает, у него есть таланты…» Психолог на меня посмотрела как на ненормальную и ответила: «Ну, вам с ним мучиться…»
Татьяна: — В Самарской области немало больших приемных семей. И там нередко практикуется такое: не получилось найти общий язык с ребенком — сдали его обратно. Мы ни одного ребенка не сдали.
Одну из икон в этом доме считают чудотворной. Почему — об этом рассказала Светлана.
— У нас Танечка перенесла черепно-мозговую травму. Когда я ее брала, Танечке было четыре дня от роду. В 1 год 4 месяца девочка упала с качелей, и у нее отказали ноги. Утром я ее поднимаю с кроватки, а Таня не стоит на ножках, падает. Нас увезли в Пироговку (больница им. Пирогова в Самаре — Т.Г.), где медики ставили разные диагнозы и наконец решили, что у девочки опухоль мозжечка. Мне тогда сказали: «У вашего ребенка рак. Готовьтесь, мама!» Врачи хотели брать пункцию, но я не позволила. А когда старшая дочь приехала в больницу, я попросила привезти акафисты Божией Матери. Она привезла акафистник, и я стала читать акафист иконе Богородицы «Нечаянная радость». Читала днем, когда ребенок спал, и ночью выходила в коридор читать. Под подушку Танечке положила икону и все время крестила девочку. Врач пришла, спросила скептически: «Это что?» Я ответила: «Молитвослов». — «Вам это не поможет». — «На все воля Божья».
Мы пролежали в больнице неделю и нас хотели выписывать без улучшения. Вскоре пришла на осмотр профессор, и когда она поставила Танечку на ноги, девочка сделала первый шаг, затем второй… Профессор сказала: «Это чудо! Не может быть, чтобы ребенок пошел!» Танечка стала ходить. После этого я пошла в храм, заказала благодарственный молебен. А икона Божией Матери «Нечаянная радость» стала нашей семейной иконой.
Мишу мы взяли недоношенного. Он почти не поправлялся, врачи сказали, что мальчик, возможно, умрет. Мы привезли его из роддома — и он у нас сразу поправился на козьем молоке. Я работала медсестрой в детской больнице в Саратове, с недоношенными имела дело, поэтому знала, как их выкармливать.
Одному ребенку, которого мы забрали из детдома, «светила» психушка. Он стоял на учете, и в детдоме ждали только, когда освободится место в больнице. Мы ребенка в психбольницу не отдали, он там «сломался» бы. Конечно, проявления его болезни порой бывают заметны, но в целом он для общества полноценный человек.
Десятимесячный Денис, когда мы его взяли, не реагировал ни на какие звуки. Мы его хотели к врачу-сурдологу везти. В администрации нам сказали: да вы отдайте его обратно, ребенок больной. Я ответила: «Больного ребенка жальче вдвойне». Ровно через год мальчик впервые сказал: «мама». Ножки у него были согнутые в коленочках, как приросшие. Я ему делала массаж, но ноги не разгибались. Читала молитвы об исцелении больного. И ноги все-таки распрямились, но были такие слабенькие, что шел, как будто после операции, на каждом углу останавливался. А потом стал бегать и все говорить, такой смышленый, серьезный мальчик, даже не по годам серьезный. Слава Богу, подняли!
— Ну, а нужна ли вам какая-нибудь помощь?
Женщины дружно ответили:
— Нет! Мы сами как-то решаем свои проблемы. С Божьей помощью решается все!
Мало того, они сами хотят поделиться с нуждающимися картошкой, которую вырастили своим трудом. Нашли женщину-инвалида и решили ей помочь.
Единственным человеком, который безкорыстно помог семье (материально, словом и делом) стал депутат Павел Анисимов. Все дети — и маленькие, и большие — зовут его «крестным папой». Дети ему поверили и его полюбили. Они говорят: у нас в семье было две мамы, теперь появился еще крестный папа.
— А глава администрации Алексеевского района Владимир Васильевич Щанькин — это наш большой друг, у которого дети могут спросить совета про сельскую жизнь, — сказала Татьяна.
В этом году Администрация Самарской области проводила акцию «Благородство». Семью Артемьевых-Жуковых номинировали журналисты. И эта семья, для которой все это было совершенно неожиданно, получила первый приз. Светлана и Татьяна показали нам фигурку Ангела, которую вручили им на церемонии награждения вместе с ценным подарком.
Сейчас с мамами живут уже не все их дети. Двое имеют свои семьи и живут в городе. Катя учится в Самаре, еще трое ребят получают профессии в совхозе «Авангард», но обязательно приезжают на выходные. Когда мы приехали к Артемьевым (в семье хотят, чтобы все дети носили одну фамилию, но чиновники пока препятствуют), старшие дети еще не вернулись из школы. Но мы увидели, как послушны маленькие чада и как заботливо к ним относятся братья чуть постарше. Если мама попросила малыша взять стульчик и сесть на указанное место, то не сомневайтесь, что именно так он поступит без напоминаний. Татьяна и Светлана считают, что это не только их заслуга, без помощи Церкви и школы они бы не справились.
Маленькую семью женщины уже для себя не представляют. И их дети тоже мечтают иметь в будущем многодетные семьи. О себе мамы говорят, что не делают ничего особенного.
— Сам Господь ведет нас. Один самарский священник как-то нам сказал: «Это не вы решили брать детей. Видимо, за вас это решил Господь и ведет вас Своими путями».
То, что для многих сегодня кажется непосильным, тяжким крестом, для этих двух Православных женщин не только не стало обузой, но оказалось радостной ношей, хотя и нелегкой. Конечно, каждому дается по силам. Но черпать силы, чтобы послужить ближнему, можно только в вере, в молитве. И тогда материнской любви хватит на всех.

Татьяна Гусельникова
26.09.2003
Дата: 26 сентября 2003
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru