Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:


Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.






Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Новомученик епископ Иоанн (Булин)

18 октября 1940 года к дому подъехал "черный ворон". У епископа Печерского Иоанна (Булина) был произведен обыск, после чего епископ Иоанн был увезен в Таллиннскую тюрьму НКВД, из которой через две недели он пропал навсегда…


18 октября 1940 года к дому № 11 по улице Монастырской (ныне улица Мира) подъехал "черный ворон". У епископа Печерского Иоанна (Булина) в присутствии Ринусова Н. С., Купки Эльмара (сотрудника НКВД) и Булина В. А. был произведен обыск, после чего епископ Иоанн был увезен в Таллиннскую тюрьму НКВД, из которой через две недели он пропал навсегда.

О епископе Иоанне я слышала столько, сколько приезжала в Печоры. Говорили с уважением, с любовью, с восторгом, с почтением, редко — с завистью, но никогда ничего и ни от кого — ни слова, порочащего его нравственность, культуру, духовность, церковность. Не могла его забыть и советская власть. В музее г. Печоры под его фотографией значилась подпись: "Епископ Печерский Иоанн (Булин) — монархист, контрреволюционер, антисоветчик". Клеймо по всем нормам советского времени периода репрессий. В то время оно обычно ставилось церковникам, интеллигентам, работящим и хозяйственным людям. Говорило оно о том, что человек был репрессирован.
Так как одновременно с епископом Иоанном были арестованы, осуждены по ст. 58-10, 11 УК РСФСР и отправлены в лагеря на длительные сроки его брат Феликс, друг — адвокат Михаил Петрович Шувалов, иподиакон Николай Павлович Златинский, — то считалось, что Владыка Иоанн был этапирован в лагерь, где и умер. В 1992 году он был реабилитирован. Но где он был, в каком лагере? Все это оставалось загадкой. И вот в 1999 году старцы благословили меня найти следственное дело епископа Иоанна и, собрав нужные для этого сведения, подготовить публикацию о нем, как о достойнейшем святителе.
Через месяц моих поисков я держу в руках объемистую папку следственного дела № С-5680 со штампом "Дело с расстрелом". Вот и ответ на все вопросы. В начале дела конверт с фотографией, на ней — бритый мужчина со спокойным, измученным лицом. 323 листа протоколов, допросов, за которыми пытки и истязания, страдания человека, так много сделавшего для Церкви, в конце приговор, вынесенный на суде без прокурора и адвоката, по ст. 58-4 УК РСФСР. Статья эта в редакции 1926 года звучит так: "Оказание каким бы то ни было способом помощи той части международной буржуазии, которая, не признавая равенства коммунистической системы, приходящей на смену капиталистической системы, стремится к ее свершению, ...влечет за собой — лишение свободы на срок не ниже 3-х лет...с повышением, при особо отягчающих обстоятельствах, вплоть до высшей меры социальной защиты — расстрела..."
Что же за личность — епископ Иоанн, который "удостоен чести" быть расстрелянным по ст. 58-4?
Еще в XVIII веке Императрица Елизавета Петровна переселила 200 семей с Дона в поселок Выжу близ поселка Ряпина для работы на бумажной фабрике. Переселенцы сначала держались особняком и обосновали как бы свой поселок Папрекюла (бумажная деревня). Для них была построена церковь в честь святых праведных Захарии и Елисаветы. Фабрика располагалась в поселке Ряпина, а поселок Выжу входил в состав Ряпинской волости на берегу реки Выханду, по противоположному берегу которой проходила тогда граница сетумяэ (земли сету) — эстонцев, принявших Православие и составивших обособленную этническую группу со своей культурой и языком.
Прадед епископа Иоанна — Георгий — был участником Отечественной войны 1812 года, служил в разведке. Дед епископа, Максим, имел каменную мастерскую, перешедшую к отцу Владыки — Александру, женатому на русской девушке Ольге Беляевой. От этого брака родилось 6 детей, старшим из которых был Николай (родился 1 марта 1893 года). Дети общались на двух языках: русском и эстонском. Семья была религиозная: сестра отца — монахиня Ювеналия — подвизалась в Иоанно-Предтеченском монастыре города Пскова.
С шести лет Коля помогал в Церкви во время богослужений, с восьми читал по памяти "Трисвятое".
В поселке Выжу Коля окончил начальную школу (1901-1903 г.г.), потом окончил 2-х-классную Радамаскую министерскую школу в 1903-1904 годах. В 1905 году он поступил в Рижское духовное училище, по окончании его в 1909 году в Духовную семинарию, которую кончил в 1915 году по первому разряду, то есть с отличием. Имея прекрасные способности, юноша решает продолжить учебу в Санкт-Петербургской Духовной Академии. После первого курса его по жребию призвали в армию, — шла Первая мировая война. Николая отправили учиться в Петергофскую школу прапорщиков, которую он успешно окончил.
Николай Александрович в чине офицера-прапорщика воевал в Бессарабии и Буковине. В 1917 году был освобожден от армии в связи с приказом Главнокомандующего и вернулся в Петроградскую Академию. По этому приказу Николай Александрович имел право преподавать в высших или средних учебных заведениях, но он хотел сам закончить полный курс Духовной Академии.
21 мая 1918 года студент второго курса Николай Булин в возрасте 23 лет принимает постриг в мантию от руки ректора епископа Ямбургского Анастасия (Александрова) в честь святителя Иоанна, Митрополита Тобольского. 25 мая был рукоположен во иеродиакона, а 12 сентября в Свято-Троицком соборе Александро-Невской Лавры Митрополитом Петроградским и Гдовским Вениамином (Казанским) — во иеромонаха.
После рукоположения отец Иоанн был направлен в Ведриловский женский монастырь в честь Покрова Божией Матери в Петроградской губернии, где псаломщиком был его дядя по матери.
В это время в Петрограде усилились гонения на верующих, начались аресты. Академия закрылась, отец Иоанн успел закончить лишь два курса. У него открылся туберкулез легких, и молодой батюшка переехал в Эстонию к родителям в районе станции Новоселье. В апреле 1919 года архиепископом Псковским Евсевием был назначен служить в деревне Зачеренье.
20 октября 1920 года иеромонах Иоанн был определен в число братии Псково-Печерского монастыря и получил должность наместника. Этот ответственный пост еще осложнялся тем, что по Тартускому мирному договору от 2 февраля 1920 года граница между Эстонией и Россией отодвинулась восточнее Печор и город оказался на территории Эстонии. Эстонское правительство стало оказывать давление на русских, на Русскую Православную Церковь. Кроме этого, настоятель столкнулся с трудностями другого характера: монастырь был сильно поврежден во время войны — в него заходили немцы.
Учитывая политическое положение и националистические взгляды Эстонского правительства, Святейший Патриарх Тихон даровал Православной Церкви в Эстонии автономию, но архиепископ Ревельский Александр (Паулус) совместно с Эстонским правительством добились у Вселенского Патриарха Мелетия автокефалии. Архиепископа Александра Патриарх Мелетий при этом хиротонисал в митрополита. Псково-Печерский монастырь оказался в крайне затруднительном положении.
6 декабря 1920 года митрополитом Александром настоятель иеромонах Иоанн (Булин) был возведен в сан архимандрита. По принятому в Эстонской Республике закону об отделении Церкви от государства духовенство как сословие было объявлено ликвидированным. Чтобы власти не могли закрыть монастырь, настоятель принял решение — зарегистрировать обитель как "Успенскую трудовую общину".
Община содержала себя за счет доходов от свечного завода и выделки церковного вина из ягод. Некоторые монахи занимались ремеслом: в кельях стояли швейные машинки и портняжные столы. Пытались разводить скот и птицу. Из 200 гектаров земли у монастыря остались лишь 70, все остальные земли были национализированы.
После регистрации общины часть земли монастырю дали в аренду, но условия были крайне невыгодные. Братия монастыря состояла лишь из нескольких человек престарелых иеромонахов и диаконов, часть их были неграмотные. Монастырские постройки и храмы стояли неремонтированными в течение многих лет. Во время войны в трапезной размещалась рота эстонских солдат. В настоятельском доме располагались гражданский суд, землеустроительная комиссия, а также квартиры городских жителей. От пулевых и осколочных пробоин пострадали крыши зданий. Нужда доходила до такой степени, что новый настоятель вынужден был обратиться в Спасо-Преображенский Валаамский монастырь со следующим письмом: "Не изыщется ли Вами возможность оказать братскую во Христе помощь и нашей убогой обители пожертвованием тех облачений, кои уже поношены у Вас, но кои могут быть починены и еще употреблены за богослужениями".
Архимандрит Иоанн активно занялся восстановлением монастыря. Он имел знакомых и друзей буквально во всем мире. Из многих стран поступали пожертвования, и на них были отреставрированы и отремонтированы храмы, жилые постройки, сделана железобетонная лестница от Михайловского собора до центральной площади, починен неработавший водопровод, проведено электричество. Ризницу заполнили новые облачения, а библиотеку — книги.
С гражданских лиц, проживающих в монастыре, стали брать арендную плату, а позднее монастырь был от них освобожден.
Вся братия, во главе с настоятелем, не щадя живота трудилась на восстановлении, вставали в 5 утра, вставали к полуночи. Спал отец Иоанн на деревянном топчанчике, на который клал лишь тоненький матрасик. Был аскетом и молитвенником.
В те времена по всей Эстонии в храмы внедрялись лютеранские элементы богослужения: сидение на скамьях, исполнение богослужебных кантов под орган, совершение богослужений по новому календарному стилю.
Архимандрит Иоанн не только сумел противостоять западным тенденциям, но и наладил весь служебный круг по монастырскому уставу Юлианского календаря. Сам составлял расписание ранних и поздних Литургий, всенощного бдения, проповеди. Любил проповедовать сам, при этом смело обличал новую власть в России, говорил о гонениях, репрессиях верующих, о пробковых камерах, о падении нравственности, призывал помогать голодающим. На его проповедях многие плакали, он умел задеть за живое. Настоятель любил молиться и чаще всего сам возглавлял богослужения, любил хорошее церковное пение, имел прекрасный баритон и замечательный слух.
После богослужения, полунощницы или Литургии и скромного завтрака шел с братией на послушания. Его худощавую фигуру среднего роста, в простеньком подряснике, с золотистыми кудрями, рассыпанными по плечам, видели на посадке деревьев, на огородах, на ремонте. Выросший в сельской местности, архимандрит Иоанн сумел восстановить правильное землепользование, обезпечив питание братии собственными овощами.
Человек всесторонне развитый, эрудит, интеллигент, он знал толк в иконописи, сам писал иконы.
Церковная деятельность при настоятельстве отца Иоанна заметно активизировалась: стали совершаться крестные ходы, однодневные и многодневные, по всему Печорскому району с заходами в Латвию. Их всегда возглавлял сам настоятель: в любую погоду, пешком, в сапогах, подоткнув подрясник, по грязи шел он за чтимыми иконами много километров.
В монастырь приезжали паломники из Швеции, Германии, Америки, Франции.
25 апреля 1926 года в соборе благоверного князя Александра Невского в Таллинне архимандрит Иоанн (Булин) был хиротонисан во епископа Печерского.
Из-за огромного авторитета и любви Владыки к людям его выбрали депутатом в Эстонский Парламент от русского меньшинства, которое в Печерском крае было большинством. За его кандидатуру проголосовали 32 тысячи русских и 15 тысяч сету.
Не боясь ничего, отстаивал Владыка Иоанн интересы русских, ему удалось спасти от закрытия собор святого Александра Невского в Таллинне. Владыка был почетным членом в общественных организациях и обществах.
К этому времени обострились отношения Владыки Иоанна с Эстонским Синодом по имущественному вопросу. Опираясь на принятый закон Эстонской Республики об упорядочении сословных имуществ, принятый 12 ноября 1925 года, Синод потребовал в феврале 1928 года, чтобы Настоятель монастыря зарегистрировал имущество на имя Синода, находящегося в юрисдикции Константинополя. Епископ Иоанн и вся братия монастыря, а также все православные жители Печерского края восприняли это как посягательство на монастырскую собственность. Синод Эстонской Православной Церкви летом 1930 года образовал инвентарную комиссию под председательством комиссара Петра Пятса, который фактически стал экономом монастыря и в официальных документах стал именовать обитель "бывшим монастырем". Начались репрессии по отношению к братии монастыря. В административном порядке был выселен из монастыря и выслан из Печор архидиакон Вениамин — секретарь епископа Иоанна, его друг, бывший офицер Царской армии, который особенно решительно противился самоуправству Петра Пятса. Из-за границы поступали сочувственные телеграммы в адрес епископа Иоанна.
Видя авторитет Владыки и поддержку его во всем Православном мире, члены Синода — для проведения своей политики конфискации имущества и прочих мероприятий — решают удалить епископа Иоанна из Печор.
В июне 1932 года в Таллинне состоялся Собор Православной Церкви, на котором чрезвычайно ярко выявились шовинистические стремления эстонского большинства: вопреки всем канонам и протесту самого епископа Иоанна, его удалили из монастыря на Нарвскую кафедру. Владыка подал в Синод протест, жители Печор направили митрополиту Александру меморандум за подписью почти 10 тысяч человек, но 30 декабря 1932 года гонимый епископ Иоанн был объявлен не состоящим на службе в Эстонской Православной Церкви, а митрополит Александр самолично исключил его из числа монахов Псково-Печерского монастыря, несмотря на то, что Владыка просил оставить его "хотя бы простым монахом".
4 ноября 1932 года в монастырь явился судебный пристав и епископ Иоанн был публично выдворен из обители. Собралась толпа почитателей Владыки Иоанна, многие плакали. Владыка шел из дома Настоятеля по Успенской площади спокойно... Но что пришлось пережить ему?.. Один Бог знает, какого величия духа стоило это спокойствие во время расправы над ним!
Он спустился по ступенькам, перед ним оказалась большая лужа, какой-то пожилой мужчина снял с себя дорогую шубу и постелил Владыке под ноги. Тот обошел шубу и так же спокойно направился к выходу.
Изгнанный епископ Иоанн поселился в своей квартире на улице Смоленской (ныне Эд. Верховича). Его келейницей стала его мать. Постоянно приходили чада и почитатели, друзья. Через год по приглашению Патриарха Сербского Варнавы епископ Иоанн уехал в Сербию. За границей епископ Иоанн посетил святые места Палестины, Стамбула, Сирии, Ливана, совершал богослужения в Афонских монастырях, учился в Сербии в Раковицкой иконописной школе. В 1937 году Владыка Иоанн похоронил своих друзей — Патриарха Варнаву и секретаря архидиакона Вениамина — и захотел вернуться на Родину.
Епископ Иоанн (Булин) принял монашеский чин и священнический сан в то время, когда за то преследовали и убивали. Домой он вернулся тогда, когда репрессии достигли апогея. Владыка Иоанн знал, что его ждут мучения и насильственная смерть. Будучи благочинным Пюхтицкого монастыря (1926-1932 годы), он рассказывал некоторым насельницам, что во время его рукоположения в алтаре ему явились три Вселенских святителя — Иоанн Златоуст, Василий Великий и Григорий Богослов — и сказали: "А тебе надлежит быть мучеником". Будущий мученик возвращался домой, чтобы исполнить уготованное Господом.
Летом 1938 года епископ Иоанн возвращается в Печоры. Он спокоен и молитвенен, пишет иконы, его посещают друзья и духовные чада. Епископ Иоанн приходит в монастырь помолиться на богослужениях и принять Святые Дары. Самому совершать богослужения ему по-прежнему не разрешают. Епископ Иоанн активно выступает за присоединение Эстонской Церкви к Московской Патриархии.
Задолго до выхода Владыки из дома собирается огромное количество народа, так что весь путь его от дома брата, где он поселился после возвращения, до храма монастыря лежал через толпу народа. Владыку очень любили.
18 октября 1940 года епископа Иоанна забрали в ЧК. Одну ночь он ночевал в Печорах, рано утром его увезли в Таллинн. Там в тюрьме НКВД он провел две недели, а потом его перевели в закрытую тюрьму НКВД в Ленинграде.
Начались каждодневные допросы. Иподиакон Владыки Иоанна Н.П. Злейинский рассказывал: "Цель всех допросов сводилась к тому, чтобы сломать психику и заставить подписать то, что было надо НКВД. Вызывали всегда ночью. Допрос начинался с того, что следователь и его помощники, всего 5-6 человек, заставляли арестованного, встав на четвереньки, бегать по помещению, ускоряя скорость пинками. Когда заключенный был уже в полном изнеможении, его сажали, и все присутствующие с силой били в особенно болевые точки на теле, предлагали подписать заранее заготовленный протокол. Спать не давали. Через 4 месяца я не выдержал и подписал протокол, в котором "признавался", что являюсь разведчиком всех иностранных разведслужб мира. Абсурд, но это так. Я получил за свою "разведдеятельность" 13 лет лагерей, но мне было все равно, так как пытки были нестерпимы. Всяческими способами заставляли "признать свою вину", которая была заранее заготовлена так же, как и срок".
Епископа Иоанна допрашивали с большим пристрастием. 23-26 ноября допрос шел конвейером, с промежутками, 2 раза за 4 часа. Приходится только догадываться, что пришлось вытерпеть Владыке, если в медицинской справке, подшитой в дело, говорится, что у епископа неврастения и анемия — это после двух месяцев ареста, у человека, который восстановил монастырь из развалин и столько вынес моральных переживаний! Измученного епископа заставляли переписывать заранее отпечатанные на машинке протоколы, текст и лексика которых не выдерживают никакой церковной и культурной критики.
Суд, проведенный без адвоката и прокурора 8 апреля 1940 года, приговорил епископа Печерского Иоанна (Булина) к высшей мере наказания — расстрелу за контрреволюционную деятельность и связь с тайной эстонской полицией (и это русский патриот!). Собственно говоря, исход этого дела был предрешен еще во время ареста, надо было просто уничтожить личность такого яркого человека, как епископ Иоанн, поэтому в завершении следственного дела уже совсем больного Владыку, допрашиваемого еще несколько суток подряд, заставляли обратиться с кассационной жалобой в Верховный суд. "Строители новой жизни" устами пламенного проповедника и русского патриота пели себе славу и старались показать безполезность Церкви, епископ которой, ниже каменщика — созидателя "светлого будущего"...
Приговор был приведен в исполнение 30 июля 1941 года. Епископ Иоанн исполнил повеление Великих Святителей и окончил жизнь свою мучеником.

Татьяна Зотова
26.01.2001
1250
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2019 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru