Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Личность

Игумения Нина

В Кинель-Черкассах помнят о молитвеннице и праведнице…


Богата земля Самарская славными именами. По произволению Господню не осталась сокрыта и жизнь подвижницы XX столетия игумении Нины (в миру Веры Карловны Боянус), подвизавшейся в течение 11 лет в Полоцком Спасо-Евфросиниевском монастыре. Сестры этого вновь открытого монастыря взяли на себя ответственность познакомить всех с жизнью игумении Нины и ее замечательной семьи. Поиск биографических сведений привел сестер Полоцкого монастыря в село Кинель-Черкассы Самарской области. 16 сентября с.г. в с. Кинель-Черкассы состоялась первая в истории района научно-практическая конференция "Семья Боянус в Кинель-Черкасском районе и в истории России". В ней приняли участие глава администрации Кинель-Черкасского района В.В. Альтергот; настоятельница Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря игумения Анфиса и послушница Анна Миронова; настоятель Кинель-Черкасского храма Вознесения Господня протоиерей Александр Телегин; член совета краеведческого музея с. Кинель-Черкассы В.И. Колыванова и другие.

Отец — Карл Карлович Боянус
Имя отца игумении Нины известно почти каждому приверженцу гомеопатического метода лечения. Энциклопедические познания, практический опыт и литературный талант Карла Карловича Боянуса снискали ему известность как в России, так и за границей.
Родился Карл Карлович 23 августа 1818 года в Санкт-Петербурге в семье обрусевшего немца. С трехлетнего возраста, когда Карл потерял свою мать, он воспитывался в школе при лютеранской церкви Святого Петра. Благодаря усидчивости и незаурядным способностям Карл выдержал экзамен зрелости и успешно закончил медицинский факультет Московского Университета.
Фундаментом деятельности Карла Карловича было христианское устроение всей его жизни и вера во Христа. Он работал лечащим врачом почти до самой смерти. Часто лечил безплатно. А во время эпидемии холеры Карл Карлович сам неоднократно одевал покойников, клал в гроб и после панихиды отвозил на кладбище, хоронил. Он работал в Черниговской губернии, Нижнем Новгороде, Москве. К.К. Боянус активно занимался литературной работой, сотрудничал во многих гомеопатических журналах, знал четыре иностранных языка. Был почетным членом Санкт-Петербургского общества врачей-гомеопатов, членом-корреспондентом Американского гомеопатического центра.
На 47-м году жизни Карл Карлович овдовел. От первого брака у него было три сына. Он женился во второй раз в 1867 году на Ольге Семеновне Давыдовой, урожденной Хлюстиной. В семье родились еще три сына и две дочери. А всего они воспитали девять детей.
В 1884 году Карл Карлович переехал в Самарскую губернию, в имение "Ключи" (сейчас с. Свободные Ключи Кинель-Черкасского района), принадлежащее Ольге Семеновне. Помимо работы над статьями, лечения больных Карл Карлович с присущей ему неутомимой энергией обустраивает в имении образцовое хозяйство. До сих пор старожилы совхоза, возникшего на землях усадьбы в 30-е годы, вспоминают, какой они впервые увидели ее. Была красивая ограда, а вдоль дороги тянулась длинная аллея сирени. Были также дубовые и липовые аллеи, некоторые деревья растут до сих пор. Даже сейчас по следам полуразрушенных строений и фундаментов можно мысленно восстановить красоту и умиротворенность этого уголка Кинель-Черкасского района Самарской области.
28 мая 1897 года Карл Карлович Боянус лег спать, чтобы более не проснуться, тихо и спокойно перешел он из здешней временной жизни в жизнь вечную…

Мать — Ольга Семеновна Боянус

О.С. Боянус родилась 13 мая 1837 года в дворянской семье Хлюстиных. В начале 60-х годов Ольга Семеновна вступила в брак с Денисом Денисовичем Давыдовым, сыном героя-партизана Отечественной войны 1812 года, поэта Дениса Давыдова. Д.Д. Давыдов вскоре умер от оспы, и Ольга Семеновна вторым браком вышла замуж за Карла Карловича Боянус. На редкость умная и образованная женщина, она была не только любящей супругой, но и помощницей, переводчицей, секретарем своего ученого мужа. Религиозные убеждения Ольги Семеновны, воспитанной строгой матерью в страхе Божием и благоговении к церкви, особенно укрепились в этот период. Ольга Семеновна превратилась в смиренную христианку, почитавшую за честь послужить бедным и обездоленным. Поразительное трудолюбие обратилось к служению Церкви — чудными вышивками она украшала бедные храмы, переводила богословские сочинения. Особенно последние два десятилетия ее жизни были наполнены молитвой и делами милосердия. За время пребывания в 1895-1898 годах в Тифлисе, куда привела ее с семьей болезнь мужа, Ольга Семеновна всей горячей, отзывчивой душой устремилась на помощь и поддержку миссионерского Братства Святителя Феодосия Черниговского. Ольга Семеновна не только внесла значительное денежное пожертвование, она почти ежедневно навещала больных и бедных в худшем квартале города, известном под названием Колючей Балки, — ходила пешком, отказывая себе в экипажах. Сбережения она раздавала неимущим.
По смерти мужа Ольга Семеновна посвятила часы досуга чтению святоотеческих творений и переводам. Ею переведена на английский язык магистрская диссертация Преосвященного Серафима "Прорицатель Валаам", а с немецкого на русский — несколько капитальных сочинений о совести. По просьбе Московского Митрополита Владимира Ольга Семеновна перевела несколько сочинений о социализме.
У себя в имении Ольга Семеновна с мужем основали церковно-приходскую школу. Приезжая в имение навестить своих детей, Ольга Семеновна проявляла живой интерес к жизни школы. Ежегодно она награждала выпускников иконами, Евангелиями и книжками. Ольга Семеновна состояла членом многих благотворительных обществ и Братств. О размере же частной благотворительности, передаваемой через руки священников, не знали даже самые близкие.
Кончина Ольги Семеновны является венцом ее долгой многополезной жизни. Господь сподобил ее истинно христианской кончины. Всю четвертую неделю Великого поста она говела, в субботу приобщилась Святых Таин, в воскресенье, почувствовав легкое недомогание, ходила, вечером же после получасового страдания отдала Богу душу. Это было 28 марта 1910 года. Погребение ее состоялось только шесть дней спустя после ее смерти. По свидетельствам очевидцев, запаха тлена не было.
Для погребения почившей в "Ключи" по благословению Епископа Полоцкого и Витебского Серафима выезжал настоятель кафедрального собора протоиерей А.М. Матюшенский, искренний почитатель почившей старицы. В погребении участвовали четыре священника. Со всех концов России полетели в "Ключи" телеграммы с соболезнованиями об ее утрате, в том числе от Митрополита Московского, Епископов Самарского и Полоцкого.
"Мир праху твоему, дорогая старица, а душе твоей Царство Небесное".

Матушка Нина
Вера Карловна Боянус родилась в Москве в конце 70-х годов XIX столетия. Она была младшей в семье. Незаурядные способности позволили ей, находясь на домашнем обучении, получить диплом домашней учительницы, а впоследствии поступить вольнослушательницей на философский факультет Лондонского университета. Однако двадцатидвухлетняя Вера избирает другой жизненный путь — монашеский. Огромное влияние на ее решение оказали близкие к семье Боянус Архиепископ Владимир (Богоявленский) (в настоящее время прославлен как священномученик) и архимандрит Серафим (Мещеряков) (расстрелян в 1933 году в сане Митрополита). Вера Карловна поступает в Вировский Спаса Всемилостивого монастырь Холмско-Варшавской епархии. Уже через год, вопреки всем правилам и уставам, видя "пламенную религиозную настроенность и самоотверженное служение ближним", ее постригают в монашество с именем Нина. В 1904 году решением Епископа Полоцкого и Витебского Серафима ее переводят в древний Полоцкий Спасо-Евфросиниевский монастырь в должности казначеи. В 1905 году монахине Нине поручено исполнение обязанностей начальницы монастырского Спасо-Евфросиниевского училища. И именно здесь в полной мере раскрылись многие таланты и дарования, полученные ею от Господа. Бедное трехклассное училище было преобразовано в шестиклассное и получило статус Епархиального со всеми правами и привилегиями для его выпускниц. Ее трудами было построено каменное трехэтажное здание училища и устроена в нем церковь во имя Святой Троицы. Средства на устройство и украшение церкви были полностью пожертвованы монахиней Ниной и ее родственниками. При матушке Нине были введены в училищный курс иностранные языки и живопись, которые она сама же и преподавала. Огромное внимание уделяла начальница училища духовно-нравственному воспитанию своих учениц, проводила внеурочные беседы о вере и о жизни по Евангелию — они были изданы в 1913 году в Полоцке под названием "Наши беседы о жизни". Эти "беседы", выливавшиеся из самых глубин ее сердца, не утратили своей ценности и сейчас, спустя почти 100 лет. За свою деятельность по устройству училища в 1908 году монахиня Нина была награждена наперсным крестом, а в 1914 году указом Святейшего Синода была возведена в сан игумении за "отлично-усердную службу по учебно-духовному ведомству".
Матушка Нина прекрасно владела английским, французским, немецким языками, позже изучила еще греческий и еврейский. Знание этих языков позволило ей заниматься переводами богословских сочинений. Она состояла в переписке с Митрополитами Флавием, Агафангелом, с известным писателем В.В. Розановым.
Во время Первой мировой войны игумения Нина устроила в собственной квартире в училище небольшой лазарет, который содержала на свои средства. Как свидетельствуют письма игумении Нины того периода, ей приходилось порой делать до ста пятидесяти перевязок в день, при том, что на ее попечении оставалось более двухсот учениц и училищный персонал.
Революция застала игумению Нину в родительском имении в Самарской губернии. Здесь, на Самарской земле, с которой связана вся дальнейшая судьба матушки, начинается ее служение людям на новом поприще.
Матушка Нина имела удивительный дар веры, силу духа и огромное желание послужить людям. Она была попечительницей и устроительницей двух церковно-приходских школ в Самарской епархии. В самый трудный для церкви период, когда жесточайшие гонения постигли ее служителей, игумения Нина почти в пятидесятилетнем возрасте поступила в медицинский институт г. Самары и стала врачом широкого профиля. Всюду трудилась матушка Нина по мере сил во славу Божию, жертвенно служа ближним. По свидетельствам современников матушки Нины, главной целью своей жизни она считала как можно более полное совершенствование в добре. Всем, кто встречался на ее пути, она помогала своим личным примером, делом, словом, молитвой. "Главное, какими мы предстанем пред Господом", — говорила она.
Матушка всегда посещала храмы Божии, и если в одном месте храм закрывали, то она переезжала туда, где была действующая церковь. Жители села Кинель-Черкассы обязаны игумении Нине тем, что благодаря составленному ею письму последний в районе действующий храм Вознесения Господня не был закрыт. Именно в этом храме молилась она последние пять лет своей жизни, именно в этом храме отпевали ее, провожая в последний путь.
В памяти старых прихожан сохранился образ маленькой, согбенной женщины, жившей очень уединенно, которая раньше всех, пешком приходила в храм, вставала всегда возле левого клироса и внимательно, по книге, следила за службой.
Земной путь игумении Нины окончился в канун великого праздника Покрова Божией Матери, в теплый солнечный день 1953 года. Проводить матушку в последний путь собралось множество людей, знавших и любивших ее. Присутствовало на отпевании и много духовенства. Всю дорогу от церкви до кладбища (а это более двух километров) гроб с телом усопшей несли на руках, отдавая ей этим последнюю дань любви.
Прошли десятилетия. Место захоронения игумении Нины было утеряно. Из тех, кто лично знал матушку Нину, почти никого не осталось. Забылось имя ее среди людей, но не забыта она оказалась у Бога. Нашелся сын Феклы Ивановны Степановой, келейницы матушки Нины, Михаил Михайлович Степанов (умер 1 января 2002 г.). Он и указал место ее захоронения. В 2002 году сестры Полоцкого монастыря привезли и установили крест на могиле игумении Нины в Кинель-Черкассах.
Так жизнь и подвиги игумении Нины не остались сокрыты от нас. За три прошедших года сестрам Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря удалось подготовить к публикации книгу о ней и ее семье. Все, кто внес хотя бы малую лепту в это богоугодное дело, имеют вечную молитвенницу и предстательницу — игумению Нину.

Из воспоминаний Лилии Сергеевны Лисицыной, жительницы села Кинель-Черкассы.
Моя бабушка Ольга Михайловна и крестная Лисицына Анна Федоровна были глубоко верующими людьми. Крестная работала в нашем Свято-Вознесенском храме алтарницей. Когда в 1948 году в наше село приехала жить Вера Карловна Боянус, именно крепкая вера и общность духовных интересов сблизили этих людей. До самой своей смерти Вера Карловна приходила к нам почти каждое воскресенье и по большим церковным праздникам. Читали божественные книги, пели молитвы, затем садились пить чай. Я, тогда еще маленькая девочка, слушала их, затаив дыхание. Слушала, сидя на полатях. И слезала оттуда только когда все садились к столу. Часто Вера Карловна приходила с молодыми людьми, приезжавшими из Самары. "Мама, они говорят не по-нашему", — как-то сказала я маме. Мама объяснила мне, что Вера Карловна дает им уроки иностранных языков, переводит для них иностранную медицинскую и богословскую литературу. Помню, что Вера Карловна часто говорила моей бабушке: "Михайловна, привлекай девочку к церкви". Бабушка отвечала: "Привлекаю, да только из школы она приходит другой".
Как правило, к приходу Веры Карловны на столе была постная еда и непременно бабушка пекла постный кух и густо смазывала его вареньем.
Мне запомнилась Вера Карловна маленькой, худенькой, интеллигентной старушкой. Она всегда ходила в белой вязаной шапочке с небольшими полями, в очень простой одежде, была в очках и с бадиком. Всегда носила с собой небольшую сумочку. Во время чаепития часто что-то писала в тетради. Своей одеждой она мало отличалась от остальных людей. Но несмотря на малый возраст (мне было 10-13 лет), я все равно видела, что Вера Карловна чем-то была совершенно другой, не такой, как мои близкие. Я даже ее немного побаивалась. С детства я запомнила ее очень внимательный взгляд и глаза удивительно добрые и светлые. Была Вера Карловна очень скромной, держалась незаметно и говорила как-то мягко и тихо. Жила она в доме на улице Комсомольской со своей келейницей и верной помощницей Феклой Ивановной Степановой еще со времени жизни в Полоцком монастыре. Дом этот сохранился и по сей день.
Запомнила я и день упокоения Веры Карловны: 13 октября 1953 года. Был очень теплый, солнечный, даже жаркий день. Мы с мамой пришли домой с праздника урожая, а бабушка сказала нам об этом скорбном известии. Мы с мамой сразу же пошли попрощаться с любимой Верой Карловной. Я запомнила ее строгое, очень белое лицо в белом чепчике.
Поистине пути Господни неисповедимы. Когда в наше село приехали люди из Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря для сбора материалов о самарском периоде жизни игумении Нины, отец Александр направил их ко мне. Я рассказала им все, что хранила моя память, подарила фотографии (вы видите их в журнале — прим. ред.), старинные фолианты Псалтири и других книг, которые в свое время подарила игумения Нина моей крестной, а также большой портрет мамы игумении Нины — Ольги Семеновны Боянус.
Еще хочу рассказать читателям, что по молитвам игумении Нины исцелилась от жесточайшей экземы родственница Феклы Ивановны Альбина. Мы с Альбиной вместе учились в медицинском училище. Я помню, что она всегда носила платья с очень длинными рукавами, чтобы прикрыть кисти рук. Никакие средства ей не помогали. Что ее вылечила Вера Карловна, мне поведала сама Альбина. Она приехала в Кинель-Черкассы из Самары на конференцию, посвященную семье Боянус.
Я, наверное, счастливый человек, несмотря на многие житейские скорби, так как сподобилась лицезреть игумению Нину, близко знать схимонахиню Марию (Матукасову). Я и сейчас чувствую молитвенную поддержку моих бабушки, мамы, крестной из обителей Царя нашего Небесного. Может быть, они там вместе с игуменией Ниной слезно молятся за нас, многогрешных.

Записала Наталия Тимофеева, с. Кинель-Черкассы Самарской обл.

10.10.2003
1458
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
3
4 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru