Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Малая церковь

​Любовью ангельской хранимы

70 лет прожили вместе в любви и согласии Борис и Татьяна Мирос, родители настоятельницы монастыря в честь Казанской иконы Божией Матери в Австралии игумении Марии (Мирос).

70 лет прожили вместе в любви и согласии Борис и Татьяна Мирос, родители настоятельницы монастыря в честь Казанской иконы Божией Матери в Австралии игумении Марии (Мирос).

Об авторе: Людмила Леонидовна Ларкина — член Союза писателей России, исследователь русской эмиграции, создатель и редактор журнала «Австралийская лампада», автор более 300 статей и 15 книг о русских эмигрантах в Австралии. Родилась в России, с 2003 года проживает в Австралии, в городе Брисбене. Награждена Крестом «За возрождение казачества» и медалью Российских Соотечественников за усердие в деле сохранения русского языка и русской культуры за рубежом.

Любовь. Как много о ней написано и сказано, но нет повторяющихся историй. У каждого — своя любовь, свой путь. Любовь — это как талант. Каждому Господь дает этот дар, да не каждый может приумножить его, чтобы не рассеять, не потушить, а нести радость и искру влюбленного восторга в сердце своем до конца жизни.

Я хочу рассказать о любви двух необыкновенных людей, с которыми познакомилась в 2006 году на Голд Косте (Австралия). Уже более десяти лет они для меня являются примером настоящей любви.

14 декабря 2017 года исполнился год, как проводили в последний путь Татьяну Александровну Мирос, а любимый её супруг Борис Петрович продолжает нести в своем сердце высокое чувство к своей верной спутнице жизни.

Родился Борис Петрович Мирос  12 марта 1922 года в России, в Никольск-Уссурийске, в интеллигентной семье служащих Петра Афанасьевича и Ольги Феофановны Мирошниченко. Вскоре по политическим причинам семья Мирошниченко была вынуждена бежать в Китай, в Харбин. С детства Борис увлекался конструированием: постоянно что-то мастерил, а в девять лет уже разбирал и ремонтировал часы и электрические приборы. Несмотря на любовь к технике, мечтал стать врачом. Но врачом он так и не стал, поскольку медицинское образование в Харбине было самым дорогим.

Финансово родители Бориса жили скромно, а с 14 лет он остался круглым сиротой: Петр Афанасьевич и Ольга Феофановна скончались неожиданно в один день в 1936 году. Очень они любили друг друга и всегда говорили, что не смогут пережить, если один из супругов скончается раньше. Так и случилось. Ни один из них не узнал о кончине другого.

Петр Афанасьевич Мирошниченко.

Ольга Феофановна скончалась в японском госпитале. В то время тема причин массовой гибели русских и китайцев в японских госпиталях была закрыта. Сейчас материалы открыты, и из них стало известно, что с 1932 по 1945 годы в Харбине, в районе Пенфан, находилась японская бактериологическая лаборатория, где японские оккупанты в Китае проводили страшные эксперименты над русскими и китайцами. Эту лабораторию называли еще «лабораторией дьявола». Туда привозили людей из разных поликлиник города, прививали им вирусы тифа, холеры, чумы. Эксперименты проводились с целью зафиксировать выносливость организма у людей разного возраста, пола и национальности. Людям, пришедшим на прием к доктору, рекомендовали лечь в госпиталь, объясняли, что это необходимо для исследования анализов и установления точного диагноза. Для экспериментов в госпиталь брали не только обращавшихся за помощью, но и часто хватали на улице прохожих. Особо жестоким экспериментам подвергались заключенные. На них изучали действия голода, обморожения, ожогов. Обливали подопытных водой на морозе, доводя до обледенения, обливали кипятком, заживо вскрывали внутренние органы, чтобы наблюдать агонию.

Ольга Феофановна Мирошниченко.

В августе 2017 года русский представитель китайской эмиграции в Брисбене рассказывал мне, как во время подобного эксперимента одному его знакомому китайцу заморозили палец. После того как палец обледенел, стукнули по нему палкой, палец отломился, как сосулька. Тяжело слушать такие воспоминания, но ведь люди это не только слушали, но и пережили.

Немало документальных свидетельств всех этих чудовищных экспериментов хранится сейчас в Харбине, в музее «Отряд 731» (так официально называлась та «лаборатория дьявола»). В июне 2017 года я была делегатом Всемирного Конгресса в Харбине, в рамках которого гостям показывали и этот страшный музей, приоткрывающий одну из мрачных страниц истории времен Второй мировой войны. Сразу вспомнились рассказы харбинцев о том, как многие из их родственников, заболев обычной простудой и обратившись к доктору за рецептом, помещались в госпиталь и оттуда не возвращались уже никогда. Иногда в их рассказах звучали лишь осторожные предположения о японских экспериментах над людьми, а иногда и полная уверенность.

Деятельность этой «лаборатории дьявола» была раз и навсегда остановлена начавшимся наступлением Красной армии в августе 1945 года.

Отец Бориса, Петр Афанасьевич, тоже предполагал, что над его супругой проводили эксперименты. В госпиталь ее положили с коликой в области желчного пузыря, и с каждым днем в госпитале ей становилось все хуже. Петр Афанасьевич пытался забрать супругу домой под свою ответственность, но ее не отдали. Петр Афанасьевич, чувствуя беду, бился во все двери и обращался с просьбой разрешить обследование жены русскими врачами. Русские доктора, которые были готовы обследовать Ольгу Феофановну, нашлись, но в японский госпиталь их не пустили и перевести больную в другое лечебное учреждение не позволили. Все усилия были тщетны, и Петр Афанасьевич сам стал терять силы. В организм его попала какая-то инфекция, которая поразила почки. О себе он не думал и обращаться к врачам не стал. Умер Петр Афанасьевич дома, не зная, что в то же время оставила этот мир и его любимая супруга Ольга Феофановна.

Четырнадцатилетний Борис, узнав о кончине родителей, пережил ни с чем не сравнимый шок. Как выстраивать дальше свою жизнь, он не знал. Однажды во сне к нему явилась мама, Ольга Феофановна, и ласково сказала: «Ты меня больше не увидишь. Только в самом крайнем случае…». Так и получилось. Ольга Феофановна пришла к нему еще раз, но об этом я расскажу ниже.

Борис и Татьяна Мирошниченко в день свадьбы.

Бориса взяли на воспитание сестра его мамы Евдокия Феофановна с мужем Владимиром Степановичем Джохадзе. Они для мальчика стали хорошими родителями. В семье тети — доброй русской женщины, ставшей ему матерью, — и ее мужа — доброго человека грузинского происхождения, заменившего ему отца, — Борис получил хорошее воспитание. В 17 лет он поступил учиться в Северо-Маньчжурский университет на электромеханический факультет.

Одним из выдающихся педагогов Северо-Маньчжурского университета был профессор Александр Николаевич Захаров. Строгий, справедливый, обладавший глубокими знаниями по электричеству и механике, он читал лекции о машинах постоянного и переменного тока. Борис нередко заходил в кабинет профессора с вопросами по предмету. Александр Николаевич сразу обратил внимание на вдумчивого студента, который подавал большие надежды в будущей профессии. Чтобы глубже разобраться в интересующих его вопросах, Борис все чаще стал бывать в профессорском доме. Тут он и познакомился со своей будущей супругой Татьяной. С этого момента в дом профессора Захарова влекла Бориса не только жажда знаний, но и желание увидеть его дочь Таню. Ей тогда было 18 лет, а Борису, который был на три с половиной года старше, исполнилось 21.

Оказалось, что учится Таня в том же университете, что и Борис, только на экономическом факультете. Вскоре Борис и Татьяна поняли, что влюблены и чувств своих скрывать больше не могут. Они признались друг другу в любви. 27 ноября 1946 года обвенчались в Свято-Алексиевском храме в Харбине и с тех пор не разлучались никогда.

Ни жених Борис Петрович, ни отец невесты Александр Николаевич не имели средств на пышную свадьбу. Не было денег на сияющий огнями свадебный шевроле, который входил тогда в моду, ни на дорогое свадебное путешествие: время было трудное, голодное — только что закончилась Вторая мировая война, шел 1946 год. На венчание в храм жених и невеста пошли пешком. С собой они взяли двух свидетелей — юношу и девушку (в эмигрантской русской среде их называют шафер и шаферица). После венчания вернулись все на свадебный обед в дом Захаровых. Татьяна Александровна потом вспоминала, как трудно ей было есть своего поросенка, заколотого к свадебному столу, но Александр Николаевич сказал дочери: «Это всё, что я могу предложить…».

Татьяна Александровна Мирос (урожденная Захарова)  родилась 25 сентября 1925 года в Харбине, в семье Александра Николаевича Захарова и Ольги Ивановны, в девичестве Бобылевой. Александр Николаевич был из рода донских казаков станицы Елизаветовская. В настоящее время станица носит название Елизаветинская и располагается в 27 километрах от города Ростова-на-Дону. Мать Татьяны Ольга Ивановна родилась в Перми. Завершить учебу на агрономическом факультете Пермского университета ей не довелось, поскольку волна революционных волнений 1917 года охватила и уральский край. Семья Бобылевых, как и многие другие семьи, бежала в Харбин. Там-то будущие родители Татьяны встретились и обвенчались.

Борис и Татьяна Мирос в день 90-летия Бориса Петровича.

Некоторое время Александр Николаевич работал в Шанхае, а затем вызвал жену с дочерью Татьяной приехать, чтобы они увидели на улицах города современного святого — Святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского. Епископ Охридский Николай (Велимирович), великий сербский богослов и проповедник, еще при жизни Иоанна Шанхайского говорил так: «Дети, внимайте отцу Иоанну! Он ангел Божий в человеческом обличье…».

Вскоре Александр Николаевич устроился работать преподавателем в Северо-Маньчжурский университет в Харбине. Ольга Ивановна работала в магазине Чурина и занималась воспитанием своей дочери в Православии. Все члены семьи Бобылевых были глубоко верующими, работали и пели при храмах и монастыре Харбина. Преданность Православию Татьяна проявляла во всем. Одним из примеров является тот случай, когда после окончания университета ей предложили работу с высоким жалованием в японской фирме. Она отказалась по той причине, что каждое утро требовалось от всех служащих поклонение японскому «божеству». Татьяна предпочла работать на менее оплачиваемом месте, сохраняя преданность Православной вере.

Много чудес из жизни семьи рассказывала Ольга Ивановна своей дочери. Одним из них было то, как остался в живых во время Первой мировой войны брат Ольги Иван Иванович Бобылев. Перед уходом на фронт мать его Параскева Васильевна Щукина, бабушка Татьяны, благословила сына карманным Евангелием и бумажной иконочкой Божией Матери. Евангелие Иван положил в левый карман гимнастерки, а иконочку зашил в фуражку. В одном из боев много полегло солдат. Ранен был и Иван, но то, что произошло с ним, можно назвать только Божиим чудом. Пуля, летевшая прямо в сердце, попала в Евангелие и отскочила. Вторая пуля летела в лоб и попала в иконочку, которая была вшита в фуражку. Икону раздробило, но пуля не прошила голову, а прошла по скользящей. Осколок от пули все же попал в голову и застрял там на всю жизнь. Место в голове, где остановился осколок, не позволяло изъять его операционным путем. Так и сидел металлический «маятник» до конца дней в голове Ивана Ивановича, напоминая часто о том, что сила человека в вере, а жизнь его в руках Божиих.

После венчания жили молодые супруги Борис и Татьяна дружно, но, как и у всех влюбленных на первых порах, бывали недопонимания. Вот и случилась первая ссора между Татьяной и Борисом. На улице зима, сильный мороз, глубокая ночь. Печка только что протопилась, потрескивает углями. Лежат в кровати, обидевшись друг на друга, Борис и Татьяна, не разговаривают, отвернулись в разные стороны. Вот провалились в сон… Слышит Борис голос своей мамы Ольги Феофановны, которая говорит: «Борис, вставай, вставай!». Борис просыпается и говорит жене:

— Таня, мне мама спать не дает.

Татьяна отвечает: — Я с тобой не разговариваю!

Опять Бориса будит его мать.

Татьяна отвечает: — Повернись на другой бок и спи.

Снова Борис слышит голос мамы:

— Борис, проснись! Вставай!

Снова Борис говорит Татьяне, что мама его зовет. Так было несколько раз, и наконец Таня говорит:

Во дворе собора в Брисбене, 2010 г. Максим Ларкин, игумения Мария, Татьяна Мирос и ее внук Алексей.

— Не можешь спать, иди на кухню и сделай себе чай.

Борис встал — и сразу же упал с грохотом на пол. Тут окончательно проснулась и Татьяна, вскочила, увидела, что муж лежит ни жив ни мертв, поняла, что случилось. Сама тоже обезсилела и падает… Вытащила Бориса в сени на мороз, он и пришел в себя. Оказалось, что заслонка на трубе печи была рано захлопнута и угарные газы выходили в дом. Газа накопилось столько, что Борис и Татьяна уже угорали и могли больше никогда не проснуться. Вспомнил тут Борис, что мама к нему после смерти являлась и говорила, что придет к нему только в самом крайнем случае. Пришла она в этот раз, чтобы спасти своего сына и его любимую жену. С тех пор Борис и Татьяна были всегда очень предусмотрительны во всем и более внимательны друг к другу.

Пять лет прожили они семейной жизнью в Харбине, работали оба по специальностям, полученным в университете. Политические события в Китае заставили их, как и многих других, срочно покинуть Харбин. Русские разъезжались по разным странам — в основном возвращались в Советский Союз в надежде снова обрести Родину. Борис и Татьяна решили уехать вместе с родителями Тани в Австралию, где в Брисбене с 1925 года проживала сестра Ольги Ивановны Елена, в замужестве Потанина. Она и оформила пригласительные документы и спонсорские ходатайства на чету Мирошниченко. 12 мая 1952 года Борис и Татьяна прибыли в Брисбен.

Образование, полученное Борисом и Татьяной в Северо-Маньчжурском университете, в Австралии не было признано, и Борис пошел работать простым рабочим на электростанцию. Со временем он подтвердил университетский диплом и получил должность инженера на той же станции, а перед уходом в отставку стал занимать руководящую должность. Татьяна вначале устроилась фасовщицей в компанию по консервированию ананасов, затем на завод по производству резины, а со временем ей удалось получить работу бухгалтера в одной из брисбенских компаний. В Австралии Борису и Татьяне пришлось изменить фамилию на Мирос, сохранив четыре первых буквы от своей фамилии. Одной из причин смены русскими своих фамилий было то, что австралийцам было трудно произносить длинные фамилии и, к тому же, в то время к русским было несколько настороженное отношение. С фамилией греческого звучания работу было найти легче.

В 1957 году у Бориса и Татьяны родилась дочь Вероника, а в 1959 году родился сын Михаил. Все свое время молодые родители отдавали работе и детям. Татьяна Александровна бросила работу, чтобы полностью посвятить жизнь своим детям. В их воспитании помогала также бабушка Ольга Ивановна и ее брат Иван Иванович, который когда-то пел тенором на клиросе в женском монастыре в Харбине.

В 1963 году Александр Николаевич Захаров скончался, будучи больным и ослабленным. Похоронил его прибывший в Брисбен викарий Владыка Филарет (Вознесенский), будущий третий Первоиерарх Русской Православной Церкви Заграницей, который очень хорошо относился к семье усопшего. Знаменательно, что спустя 53 года Татьяна Александровна скончалась в день тезо-именитства Владыки Филарета, 14 декабря 2016 года.

Игумения Мария (Мирос).

После кончины мужа Ольга Ивановна хотела принять монашеский постриг в Ново-Шамординском женском монастыре в Кентлине — пригороде Сиднея, но дочь Татьяна была против. Всю оставшуюся жизнь Ольга Ивановна посвятила Церкви, работая в сестричестве Свято-Николаевского собора до 88-летнего возраста. Скончалась в 1984 году.

В собор на великие праздники стали ходить Татьяна и Борис, а в другие дни предпочитали посещать Свято-Серафимовский храм. В один из великопостных дней отец Петр Симовских пригласил Татьяну Александровну в хор Свято-Серафимовской церкви. Дочка Вероника была уже в подростковом возрасте и стала ездить вместе с мамой на службы в Серафимовскую церковь. Позднее, получив в 17 лет водительские права, Вероника стала чаще посещать храм, приезжать на службы самостоятельно. Читала на клиросе и пела в хоре. Здесь и зародилась впервые у девочки тайная мечта принять монашество. Никто не знал о тайниках сердца хрупкой, с тоненьким голоском, но целеустремленной девочки. Она успешно окончила медицинский факультет Квинслендского университета, стала врачом, но мечты о монашестве не оставляла, продолжала петь в церковном хоре, помогать в сестричестве. Позднее, переехав в Мельбурн, тоже всегда была при храме.

Большую роль в укреплении Православной веры, в правильности задуманного пути сыграли три поездки в Джорданвилльский монастырь, в Америку, куда она отправилась по благословению отца Петра Симовских. В 1986 году по Промыслу Божиему она отправилась в паломничество на Святую Землю, организованное тогда еще совсем молодым священником из Джилонга отцом Гавриилом Макаровым. Окончательное решение о монашестве было принято именно во время этого паломничества. Сразу после возвращения со Святой Земли Вероника была принята в монастырь Новое Шамордино в Кентлине. В 1996 году инокиня Вероника была пострижена Первоиерархом Русской Церкви Заграницей Митрополитом Лавром в монашество с именем Мария.

Более тридцати лет матушка Мария подвизается в женском монастыре Казанской Божией Матери в Кентлине. В 2006 году, после того как игумения Евпраксия, в течение 22-х лет возглавлявшая монастырь, отошла в мир иной, монахиня Мария получила благословение возглавить обитель.

В 2016 году исполнилось 10 лет, как игумения Мария несет игуменский крест в монастыре Казанской Божией Матери, в который, по милости Божией, для укрепления своих духовных сил приезжаю и я. Матушка младше меня на два года, но ее духовный мир так глубок, ум так пытлив, что, общаясь с ней, чувствуешь, как наполняешься новой силой и здравием духовным. В этом монастыре очень много частиц мощей святых угодников Божиих, приобретенных матушкой Марией в годы ее игуменства. Там выплакано много моих скорбей. И те, кто едет сюда на поклон и для молитвы, получают духовное утешение, вразумление, наставление, успокоение и медицинские советы.

По Промыслу Божиему рядом с монастырем ушла в мир иной ее мама Татьяна Александровна. Приехали они с Борисом Петровичем в монастырь к престольному празднику Казанской иконы Божией Матери 4 ноября 2015 года. Неожиданно Татьяна Александровна заболела скоротечным воспалением легких, и ее положили в госпиталь. В госпитале Татьяне Александровне пневмонию вылечили, но она за это время перестала ходить, и возвратиться в Брисбен они уже не смогли. Вот и случилось так, что из-за болезни Татьяне Александровне с Борисом Петровичем пришлось остаться в Сиднее. Опять же по Промыслу Божиему нашлись два свободных места в доме престарелых Сергиева Посада (так называется Русское благотворительное общество для пожилых людей, расположенное в сиднейском районе Кабраматта), и матушка Мария определила своих родителей туда. Поселили их вместе в одной комнате. Другого не могло и быть. Борис и Татьяна не хотели разлучаться ни на час. Татьяна Александровна была уже совсем немощной физически, но бодрой духом. Борис Петрович не отходил от кровати супруги ни на минуту. По каждому вздоху жены он поднимался среди дня и ночи и сидел рядом, оказывая помощь. Ему предлагали переселиться в отдельную комнату, чтобы хоть немного отдыхать, но он ни в какую не соглашался — боялся выпустить руку своей возлюбленной, которую держал в своей руке все семьдесят лет.

Приближалось празднование 70-летия совместной жизни Бориса и Татьяны. Матушка Мария, готовясь к памятной дате родителей, ловила себя на навязчивой мысли: «Это новое платье, цветы, торт — вряд ли будут нужны…». Накануне юбилея Татьяне Александровне стало совсем плохо, и ее срочно увезли в госпиталь. И там, в госпитале, 27 ноября 2016 года Борис и Татьяна справили 70-й, бриллиантовый юбилей своей свадьбы. Татьяна Александровна лежала в кровати, а Борис Петрович, в присутствии своих детей и внуков, нежно держал ее за руку и все так же влюбленно смотрел в глаза своей Тани.

Последние свои дни провела Татьяна Александровна в Сергиевом Посаде в Сиднее, двенадцать дней не вкушая ничего, ежедневно причащаясь Святых Христовых Тайн, которые давали ей силы и надежду. Ежедневно из монастыря Кентлина приезжала к ней ее дочь игумения Мария. Последнюю ночь перед уходом в мир иной своей матери матушка Мария провела у ее постели. Утром игумении необходимо было быть на Литургии в монастыре. В минуты панихиды по Митрополиту Филарету вдруг у матушки Марии появилась мысль приписать имя своей матери к панихиде по усопшим. Тут же отогнала эту мысль. Вскоре она узнала, что именно в тот момент ее мама оставила сей мир. 14 декабря 2016 года, в день памяти Пророка Наума, приняв в последний раз Святое Причастие, через полчаса после Причащения раба Божия Татьяна мирно отошла ко Господу.

Десять лет я знала пожилую чету Мирос — Бориса Петровича и Татьяну Александровну. Вместе мы бывали на великих и престольных праздниках в разных храмах Брисбена и в монастыре Казанской иконы Божией Матери под Сиднеем. Бывала я и в гостях у них на Голд Косте, где с балкона их квартиры мы вместе любовались видом на океан. Они рассказывали о своей жизни, делились воспоминаниями о юности. Где бы ни были эти обаятельные пожилые люди — стояли ли они на балконе, сидели за столом или шли по улице, — они всегда держались за руки. Так прошли Борис и Татьяна, крепко взявшись за руки, весь свой жизненный путь, пронеся юношескую любовь в своих сердцах.

Похоронили Татьяну Александровну Мирос на Сиднейском кладбище Руквуд, на русском православном участке. Борис Петрович по-прежнему живет в доме для престарелых, где прожили они с Татьяной Александровной последний год совместной жизни. Оба они мечтали лечить людей, но стать докторами не довелось в силу многих причин. После себя они оставили двух врачей — сына и дочь, а также троих замечательных внуков: Анастасию, Алексея и Севастьяна, которые родились от сына Михаила. Михаил Борисович Мирос стал ведущим врачом в области гастроэнтерологии в Брисбене.

Дочь Бориса Петровича и Татьяны Александровны игумения Мария тоже продолжает врачебную практику, несмотря на то что несет на своих плечах более десяти лет игуменский крест и ответственность за монастырь, за сестер и много еще всего, что ей приходится преодолевать. Жизненный путь игумении Марии (Мирос) достоин отдельного рассказа, но для читателей он пока останется тайной. Как благословила матушка: «Опубликовать можно только после моего ухода…». Учитывая то, что я старше матушки, писать о подвижничестве и житии этой необыкновенной игумении мне уже не доведется. Это будет делом следующих поколений. 

273
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
6
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru