Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Личность

Тихая обитель

Самарская старица схимонахиня Мария упокоилась рядом с блаженной Любушкой Петербургской.


Свято-Казанский монастырь Тверской епархии когда-то был одним из крупнейших и известнейших в России. В нем подвизалось до тысячи сестер. Хранилась в монастыре чудотворная Андрониковская икона Божией Матери. Храм в ее честь освятил сам св. Иоанн Кронштадтский, покровительствовавший этой обители. Сейчас о былой славе монастыря напоминают лишь величественные соборы, возвышающиеся над приземистым городком. Нет сейчас в обители чудотворной иконы. Храм в ее честь еще не освящен. И в монастыре трудится всего пятнадцать монахинь. Но все же есть надежда, что с Божьей помощью обитель со временем восстановится в былой славе. Ведь здесь, в Казанском монастыре, нашли последний приют две великие подвижницы нашего времени — блаженная Любушка (скончалась 11 сентября 1997 г.) и блаженная схимонахиня Мария (Матукасова) (скончалась 14 января 2000 г.). Они похоронены рядом, в часовне-усыпальнице во имя свв. Мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Незримую помощь двух подвижниц уже ощущают сестры восстанавливаемой обители... Об этом и начали мы разговор с настоятельницей Свято-Казанского монастыря игуменией Феодорой (Пилипчук).

— Матушка игумения, расскажите о своей первой встрече со схимонахиней Марией.
— Я познакомилась с блаженной старицей в Москве за год до ее смерти. Она тогда пропела слова панихиды, и я подумала, что кто-то из сестер нашего монастыря умрет. Но оказалось, что старица так предсказала, что будет умирать в нашей обители... Я и раньше много слышала о ней как о великой подвижнице, но... не была готова к встрече. Не хотела, чтобы она приезжала к нам в монастырь. Дело в том, что я ни с кем не хотела «делить» блаженную Любушку, которую очень любила... Но как только увидела матушку Марию, то сразу расположилась к ней сердцем. Духовная жизнь так устроена, что как только увидишь благодатного старца или старицу, стяжавшую благодать Святаго Духа, так просто не можешь не прилепиться к ней сердцем...
— Как случилось, что незадолго до смерти схимонахиня Мария приехала именно к вам в монастырь?
— Она приехала к нам вместе с монахиней Евгенией, ее келейницей, 3 января 2000 г. До этого старица подвизалась в Оптиной пустыни. А до приезда к нам она уже побывала в Дивеево. Когда она приехала в нашу обитель, я спросила, поживет ли она у нас. Она ответила: «Останусь с вами... здесь все родное... я приехала к Любушке». Ответ ее был мне не понятен. Я думала, матушка поживет у нас какое-то время и поедет дальше — в Оптину или в Самару... Но Господь уготовал иное.
— Расскажите о тех нескольких днях, что провела старица в вашем монастыре до ее болезни и смерти.
— Эти драгоценные дни навсегда останутся в моей памяти и в памяти сестер монастыря. Мы окружили матушку Марию заботой и любовью. Помню, как мы одели матушку Марию и она трижды радостно сказала о себе: «Я — Невеста Христова!» Как нам было радостно смотреть на старицу!.. Мы все успели полюбить ее за эти несколько дней... Она много молилась, а когда мы на колясочке поднимали ее в храм во имя преп. Ефрема Сирина, она обычно пела пасхальные стихиры. В храме возле алтаря мы поставили для матушки скамейку, чтобы она могла по возможности прилечь и отдохнуть.
...Еще когда была жива блаженная Любушка, я просила ее помолиться, чтобы Господь помог нам сделать капитальный ремонт в новом игуменском корпусе и там устроить новую келью для нее. Любушка мне ответила: «строй, пока я здесь». Но вскоре она умерла. Я очень сокрушалась, что Любушка так и не пожила в новой келье. Но когда приехала матушка Мария, мы поселили ее в этой самой «любушкиной» келье, где самарская блаженная и скончалась. Любушка знала, что эта келья пригодится для другой великой старицы и заранее мне сказала, чтобы я скорее строила...
Матушка Мария прожила у нас всего двенадцать дней, и эти дни (до того, как она тяжело заболела) для нее и для нас прошли в радости и в утешении...
— Схимонахиня Мария умерла в Казанском монастыре, вдалеке от родной Самары, где у нее так много духовных чад. Расскажите подробнее о последних днях и даже часах ее жизни...
— На одной из последних церковных служб до болезни матушки я подошла к ней и она протянула мне деньги, попросила купить ей три свечи — две больших и одну маленькую. Я принесла ей свечи. Она взяла их и попыталась большие свечи положить в карман, чтобы унести с собой в келью. Мы взяли у нее свечи, завернули их и отнесли в келью. Смысл ее действий нам тогда еще не был ясен. Но когда она уже умирала, мы вспомнили об этих свечах и зажгли их в матушкиной келье. Эти свечи она приготовила себе на погребение.
Перед тем, как тяжело заболеть, она попросила отвести ее в часовню, где погребена блаженная Любушка. Возле часовни она полчаса молча молилась. Потом попросила отвести ее в келью. Вечером мы с послушницей ее помыли, не зная, что готовим ее к погребению. Тело у нее было на удивление молодое, словно из воска. Это было духовное тело, не как у обычных людей, а будто мощи... Вообще, матушка Мария была удивительно красива духовной красотой. Мы все ей любовались. Матушка знала час своей кончины и заранее попрощалась со своими близкими и с сестрами обители. На следующее утро матушка Мария заболела — инсульт правой стороны. Первый инсульт был еще в Оптиной пустыни... В течение дня мы с послушницей поддерживали ее с двух сторон, так как она не хотела ложиться и до последнего боролась с болезнью и молилась непрестанно по четкам — до самой кончины левая рука ее была здорова... Перед самой ее смертью я успела поддержать ее голову, услышала последние вздохи ее праведной кончины. Сложила ей руки крестообразно на груди... Игумен Антоний (Гаврилов) из Оптиной пустыни был в это время у нас в обители. Он и совершил первую панихиду по новопреставленной схимонахине Марии. Мы одели умершую старицу. Так как у нее не было с собой всей монашеской одежды, я отдала свою рясу и мантию, привезенную еще из Иерусалима. В этом одеянии матушку Марию и похоронили, дополнительно надев на нее схиму. Когда мы хоронили матушку, в воздухе явно ощущалосьблагодатное благоухание, немного похожее на запах пионов...
— Вокруг похорон матушки Марии до сих пор не утихают споры. Многие самарцы — и это естественно — желали бы, чтобы матушка была похоронена в нашем городе. Оптинцы тоже имели определенные права на то, чтобы старица упокоилась в их монастыре... Но, видимо, Богу было угодно, чтобы старица была похоронена в вашей обители. Непросто далось вам такое решение?
— Сама я ничего не решала. Я позвонила Правящему Архиерею Самарской епархии Архиепископу Сергию, хорошо знавшему и чтившему матушку Марию, и сказала: как он благословит, так я и сделаю... Владыка спросил меня, какое было желание матушки Марии. Я ответила, что ее желание было остаться в обители с блаженной Любушкой. Владыка сказал, что ее последняя воля должна быть исполнена... Потом я позвонила старцу архимандриту Иоанну (Крестьянкину) в Печоры. Он ответил мне, что две великие старицы должны быть вместе и ни в коем случае их нельзя разлучать...То же самое мне сказал и другой старец, схиархимандрит Серафим из Липецкой области, с. Ожога. Я считаю, что все произошло по промыслу Божьему, в согласии с последней волей схимонахини Марии.
— А как вы сами пришли в эту обитель? Как началась для вас монашеская жизнь?
— Родом я из Белоруссии, из-под Бреста. Мама была певчей в церкви и мы, можно сказать, выросли на паперти храма. Двое моих братьев стали священниками. Мама нас с детства возила по монастырям. Помню, она привезла нас в Почаевскую Лавру, к старцу игумену Амфилохию. Это был великий подвижник. Он был наместником Лавры в годы гонения на религию. Власть предержащие решили закрыть Лавру и пришли к нему с требованием отдать им ключи. Он положил лаврские ключи на Святое Евангелие и сказал: «Если вам отдаст Божия Матерь — берите!» И... никто так и не смог, как ни старались, подойти к Евангелию. Лавра так и не была закрыта.
В семь лет я дала Богу обет стать монахиней. Это было перед Пасхой, на Вербное Воскресенье. Я стояла возле храма, на улице, и громко произнесла: «Вот вырасту — буду Тебе служить в правде и чистоте...» А в 18 лет я с подругой объездила все обители и нас нигде не взяли — была инструкция от властей не брать в монастыри молодых, до 30 лет. Тогда я заколебалась, подумала, раз не берут в монастырь, надо выходить замуж... Но, к моему счастью, вскоре я оказалась в Рижской пустыньке, у отца Тавриона. Он неожиданно сказал, показывая жестом руки возле пола: «Я монах с таких лет...» А потом еще добавил: «Замуж нельзя выходить, нельзя выходить...» Это был ответ на мой вопрос.
В 22 года я подала прошение поехать в Горненский монастырь на Святую Землю. В 24 года уехала в Иерусалим, где и приняла постриг. В 28 лет я стала игуменией Горненского монастыря. Семь лет моей жизни протекли на Святой Земле. Это, конечно, великое счастье.
— Наверное, было непросто после Святой Земли привыкать к нашим российским условиям? Ведь этот монастырь вам пришлось в буквальном смысле слова отвоевывать...
— Когда я десять лет назад приехала сюда, на территории монастыря располагалась военная часть. Пять лет пришлось жить рядом с военными. Из-за этого и сестер нельзя было брать в монастырь. И только когда военная часть была расформирована, появилась возможность для устроения обители. Но Любушка еще задолго до этого утешала меня: «Зеленые уйдут», — говорила она о военных... Все так и случилось.
...На Святой Земле, в монастыре в Хевроне, где находится Мамврийский дуб, подвизался игумен Игнатий. Я познакомилась с ним во время пребывания в Горненском монастыре. Часто ездила к нему за советами. Это был великий подвижник. Бывало, крестом осенит одержимого, и бес из него выходил... Бесы ненавидели его и боялись. Несколько раз они даже избивали старца, он выходил из алтаря окровавленный... Игумен Игнатий был в Зарубежной Церкви, но всегда молился, чтобы монастырь в Хевроне передали Московской Патриархии. Известен случай, когда он отказался служить вместе с одним иерархом-«зарубежником», так как тот, по словам старца, был масоном... Старец умер в 1986 г. на Татьянин день и похоронен в Хевроне. Господь услышал его молитвы: сейчас монастырь в Хевроне принадлежит Московскому Патриархату. Когда я узнала, что монастырь перешел под нашу юрисдикцию, я захотела поехать туда, жить возле могилы старца. Но Любушка, уже тогда жившая в нашей обители, не благословила меня туда ехать, и я осталась в Вышнем Волочке. И об этом конечно же не жалею.
— Блаженная схимонахиня Мария пророчествовала, что на Руси еще будет Царь... А что говорила Любушка о нашем будущем?
— Любушка говорила, что нам, ее духовным чадам, будут еще пенсию платить... Стало быть, поживем. Кто-то ее спрашивает: «Матушка, война скоро начнется?» — «Скоро всем хватит», — отвечала Любушка. — «И как же нам быть?» — «Вы здесь живите, в этой обители, трудитесь, молитесь и вам не будет...» А однажды ее спросили: «Любушка, на нас, наверное, скоро китайцы нападут?..» Она ответила так: «Свои будут хуже китайцев...» Еще она не благословляла продавать свои квартиры, дома... А конкретно мне она советовала, если местные власти будут притеснять монастырь, то им нужно «давать сдачи». Что я по возможности и делаю. На меня обижаются за то, что не по-ихнему, а по-Божьему дело идет, но зато уважают.

 В часовне-усыпальнице, где похоронены две великие подвижницы, есть место еще и для третьей могилы...
— На это Архиепископ Тверской и Кашинский Виктор мне говорил, что сюда не одна, а еще три или даже четыре могилы поместятся... Важно, чтобы были подвижники на Руси! Что же касается могилки блаженной схимонахини Марии, то я от всего сердца хочу сказать всем почитателям этой великой старицы: она везде слышит наши молитвенные обращения к ней. И независимо от того, где она упокоилась телом, она придет на помощь всем, кто ее призывает, и в Самаре, и в Оптиной...
Каждое воскресенье в 11 часов в часовне свв. Мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии совершается панихида по блаженным старице Любови и схимонахине Марии. Часовня открыта с 8.00 и до 19.00, и все желающие могут приехать и помолиться у святых могилок. Кто с верой и молитвой обращается к ним, помощь приходит незамедлительно. И это уже многие на себе ощутили. 

Антон Жоголев

15.09.2000
Дата: 15 сентября 2000
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru