Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Святыни

Русская судьба Испанской иконы

В Саратовской Митрополии торжественно праздновали 100-летие со дня явления Испанской иконы Божией Матери.

В Саратовской Митрополии торжественно праздновали 100-летие со дня явления Испанской иконы Божией Матери.

См. также...

Год 1917-й — особая дата в русской истории. Сто лет назад рухнула великая Российская Империя, начались страшные кровавые события.

Но и милость Божия не до конца была отнята у Русской земли. В те грозовые дни в России были явлены три иконы Пресвятой Богородицы. В самый день вынужденного отречения от престола Государя Николая II была обретена в Москве, в Коломенском Державная икона Божией Матери. А затем еще две иконы чудесно явились на Самарской земле. За несколько дней до октябрьского переворота в селе Ташла была явлена икона «Избавительница от бед». А 23 мая (5 июня по новому стилю, тогда еще не введенному в России) в селе Корнеевка Николаевского уезда Самарской губернии обрели Испанскую икону Божией Матери (впоследствии Николаевский уезд, ставший Пугачевским, отошел к Саратовской области). Вот на юбилейные торжества в Николаевск-Пугачев и пригласили автора этих строк, журналиста самарской Православной газеты «Благовест» Ольгу Ларькину.

— В 1917 году Россию поразила духовная онкология. Почему и явилась эта икона, в которой мы узнаём Всецарицу. Испанская икона Божией Матери — святыня не только саратовская и самарская, это достояние всей России, — сказал благочинный Николаевского округа Покровской и Николаевской епархии Саратовской Митрополии архимандрит Иннокентий (Третьяков). — После ее обретения к ней шли и ехали отовсюду, было очень много исцелений. А сейчас очень много людей страдает телесной онкологией. И читатели «Благовеста» должны знать об этой иконе. Напишите о ней.

Как это было. Свидетельство священника

Епископ Покровский и Николаевский Пахомий служит молебен у часовни на месте явления Испанской иконы Божией Матери.

Очевидцев того, как в Корнеевке была обретена Испанская икона Божией Матери, уже нет в живых. Остались их потомки — и их рассказы еще прозвучат немного позже. А мы обратимся к книге «Отцовский крест», написанной самарскими духовными писательницами сестрами Наталией и Софией Самуиловыми, дочерьми протоиерея Сергия Самуилова. Узнав о чудесном явлении иконы Божией Матери, Самуиловы тогда же, в 1917 году, отправились в паломничество к обретенной святыне. И настоятель корнеевской Покровской церкви священник Николай Кубарев рассказал им о том, чему сам был свидетелем и участником. О том, что всё началось с необыкновенных сновидений, которые стали сниться военнопленному мадьяру (священник называл его австрийцем, поскольку тот воевал в австро-венгерской армии) Петру Чердашу: «Он видел голое, пустынное поле с валявшимися по нему человеческими костями, и над полем в воздухе — сияющий образ, он только не мог разобрать, чей — Спасителя или Божией Матери. Потом являлось заброшенное каменное здание вроде сарая и опять та же икона. Слышавшийся в это время голос все настойчивее требовал, чтобы икону нашли, что она спасет людей. Наконец австриец пошел к батюшке и рассказал о снах.

…Почва там была твердый суглинок, как камень, много лет не копанный. Когда начали копать, то лом не брал, откалывали мелкими кусочками. Копал австриец и остальные мужчины по очереди. Я стоял в стороне, чтобы не было подозрений, что я подбросил. Австриец копал до тех пор, пока совершенно не обезсилел, он в это время постился, готовился присоединиться к Православию. Его заменил один из попечителей, а он сел в сторонке и глаза прикрыл рукой, — видимо, голова кружилась. В это время тот, который копал, выбросил из ямы вместе с землей свернутую иконочку. Я вижу: она лежит на кучке земли, но не подхожу, думаю, пусть кто-нибудь другой увидит». Свернута она была треугольником. «Пока я смотрел на иконочку, австриец вдруг встал, поднял ее, сказал: «Вот она!» — и положил мне на ладонь. И иконочка сама развернулась.

Тут, конечно, все стали прикладываться к ней, потом я положил ее опять на землю, там, где ее нашли, а сам сел на подводу... и поехал в село, собрать людей и прийти за иконой с крестным ходом. Но я еще половины дороги не проехал, как начался трезвон, а когда я подошел к церкви, из нее уже выносили иконы, кто-то из бывших со мной опередил меня, добежал без дороги, через овраги...

Случаи исцелений я уже и описывать перестал, только записываю коротенько имя и адрес для комиссии, если захотят проверить. Первое время все случаи тщательно фиксировал, а теперь описываю только самые поразительные. Сначала мне и в голову не приходило, что могут быть чудеса. Думал, поставим икону в церкви, отслужим молебен, и на том кончится. И вдруг начались исцеления. Люди повалили и к иконе, и на место явления. Землю оттуда брали... И с тех пор каждый день так, как сегодня, сквозь народ в алтарь не пробьешься. Если бы не помогали приезжие священники-богомольцы, я бы один не выдержал. Новую церковь начали строить. В этой зимой невозможно будет стоять. Фотографа пригласили, сфотографировали образки, заказали сразу несколько тысяч экземпляров».

Это — голос из 1917 года, документальное свидетельство корнеевского священника. Дошел до наших дней и другой документ — «Сказание о явлении чудотворных икон Божией Матери, именуемой Испанской, и Великомученика Пантелеимона в селе Корнеевка Николаевского уезда Самарской губернии».

Как это было. По горячим следам

Прошло чуть более месяца со дня обретения в Корнеевке Испанской иконы Божией Матери и иконы Великомученика Пантелеимона. И уже 26 июня в село прибыли направленные саратовским Братством Святого Креста протоиерей Павел Соколов и священник Олимп Диаконов. Судьба обоих священников трагична.

Храмовая Испанская икона Божией Матери из села Малая Таволожка.

29 сентября 1919 года отец Олимп был расстрелян на саратовском Воскресенском кладбище. Отец Павел, в монашестве Петр, уже будучи Архиепископом Воронежским, 16 мая 1937 года умер в тюрьме.

А тогда, по горячим следам, они приехали в Корнеевку и провели там два дня, 26 и 27 июня.

«И вот что оказалось на месте. Австрийцу Петру Чердашу, пленному, проживающему в селе Корнеевка, мадьяру (венгру) по национальности, католику по вероисповеданию, были неоднократные внушения и видения, что он должен найти икону Божией Матери. В видении было указано и место, где он должен был искать икону. Австриец нарисовал картину — план указанной ему в видении местности обретения иконы — и показал этот план народу и приходскому священнику, приглашая их начать поиски иконы. Ему долго не верили, а многие и смеялись над ним.

Австриец о своих видениях заявил волостному комитету, где и обсуждался этот вопрос. 23 мая в селе был волостной сход, на который были приглашены приходской священник и пленный австриец для совместного обсуждения вопроса о явлении иконы. Долго рассуждали, спорили, многие не соглашались идти искать икону. Наконец крестьяне согласились. По окончании схода всем миром, во главе с волостным старшиной и священником, пошли на предполагаемое место обретения иконы. Место оказалось давно брошенным гумном, поросшее бурьяном; на гумне была развалившаяся из саманного кирпича половня (сарай). Австриец внимательно осмотрел местность и сказал, что именно это самое место ему было показано и икона должна быть здесь. Усердно помолившись Богу, австриец начал рыть за стеной половни. Почва оказалась целинной — твердая глина. Долго он рыл, терпение у народа стало истощаться. Некоторые называли австрийца сумасшедшим, многие не верили, говорили — «людей морочит». Утомившись, австриец попросил отдыха на квартиру. К месту был приставлен караул из 30 человек. Через два часа австриец возвратился. Его раздели до нижнего белья, обыскали. После этого все пропели «Царю Небесный», и австриец снова принялся рыть, но уже в другом месте — внутри самой половни, и здесь почва была такая же.

Вскоре на глубине 6 четвертей аршина (около 120 см) нашелся в глине небольшой сверток — это и была маленькая иконка Божией Матери на атласе, каковые обычно присылаются в благословение с Афона. Икона темно-серого цвета с надписью: «Испанская Богоматерь», а внизу под бордюром надпись: «Сия чудотворная икона [находится] в храме пустынно-келейной обители св. Иоанна Златоуста на Афоне». Австриец передал икону священнику. Народу было не до смеха. Все потребовали крестный ход. Икону торжественно с пением перенесли в церковь.

На другой день один парень лет семнадцати пошел на место явления иконы взять землицы и нашел еще икону святого Пантелеимона, также на атласе и такого же размера. И эта икона была перенесена в храм. Австриец после этого принял Православие...

...От икон вскоре же стали получать чудесные исцеления больные неизлечимыми болезнями. Были случаи прозрения слепых, исцеления глухонемых, больных ногами — совершенно не ходивших или ходивших на костылях, бесноватых... Таких случаев масса — они совершаются по нескольку раз в день. К нашему приезду местным священником было зарегистрировано 50 случаев особенно выдающихся исцелений, подтвержденных очевидцами-свидетелями. Но дороже всего и важнее для нас было то, чему мы сами были очевидцами и что сами слышали от самих исцеленных».

Саратовские священники не только записали по рассказам сельчан 31 случай чудесных исцелений у икон, но и сами стали очевидцами чудесных исцелений. Восьмилетняя девочка и семнадцатилетний парень, семь лет не ходивший, смогли ходить, глухонемая заговорила, исцелилась бесноватая; парализованный смог двигаться; а две хромые женщины оставили за ненадобностью свои костыли. И все исцеления тщательно задокументированы, указаны имена и адреса исцеленных.

Отец Олимп Диаконов успел еще раз побывать у чудотворных икон — в паломничестве с 30 августа по 2 сентября, вместе с саратовским же священником Михаилом Платоновым. Отец Михаил лишь на несколько дней пережил своего спутника и собрата по алтарю. В ночь на 10 октября 1919 года его и Епископа Вольского Германа расстреляли на Воскресенском кладбище.

Храм-мученик

Утром 10 июня выезжаем из Пугачева — по самарской трассе. Едем в село Малая Таволожка, где в это субботнее утро ожидается большое событие: освящение храма в честь Испанской иконы Божией Матери! Единственного в России.

Мелькает указатель: Преображенка… В этих местах в середине восемнадцатого века старообрядцами был основан Верхний Спас-Преображенский монастырь, позднее ставший единоверческим. А последний наместник, архимандрит Макарий (Личиков) приложил немалые старания к тому, чтобы привести в Православие как можно больше старообрядцев. Вот и храм в Малой Таволожке был построен отцом Макарием всего лишь для 57 православных сельчан — при общем населении в девятьсот человек. Все остальные были старообрядцы, и у них были свои храмы, три старообрядческих храма в одном селе. Ни один из тех трех храмов не сохранился, а православный хотя бы в руинах, но остался в Малой Таволожке.

Архимандрит Иннокентий (Третьяков) причащает паломников на Литургии в Корнеевке.

Не понадобилось долго приглядываться, чтобы увидеть, как мало осталось от стен старой постройки и как много пришлось достраивать возобновителям храма. Те, царских времен, кирпичи, лежащие внизу, уже не такие ровные, со щербинками. Разрушительные следы времени? Не только.

— В Малой Таволожке Чапаева не встретили с поклонами и революционными речами. И он жестоко расправился с местными жителями. Вот здесь, у правой стены храма, — показывает архимандрит Иннокентий, — кого расстреливали, кого кололи штыками. А потом стали вешать людей на колокольне. Не щадили ни женщин, ни стариков, ни детей. Вот вам и доблестные «герои», храбро сражавшиеся с безоружными людьми… И храм этот — настоящий мученик. Потому что и сам он был разрушен, и обильно полит кровью невинно убиенных, страдальцев за Христа.

Теперь, возрожденный, украшенный золотыми куполами, храм обрел новую жизнь — и новое имя.

— …Первоначально его планировали освятить в честь Святого Архистратига Божия Михаила, — говорил в проповеди на самой первой Литургии в возобновленном храме архимандрит Иннокентий. — Ведь уже первая революция, 1905-1907 годов, предполагала и кровопролитие, и уничтожение монархии и Православия. По благословению святого праведного Иоанна Кронштадтского был образован Союз русского народа, Небесным покровителем которого стал Архистратиг Михаил.
В молитвах к грозному Архистратигу Божию русский человек должен был черпать силы, чтобы оградить свое Отечество, повернувшись лицом своим и сердцем и душой к Богу. Вот какая была высокая задумка у духовного чада кронштадтского пастыря приснопамятного архимандрита Макария, который воздвиг сей дом Божий. Но когда Владыка, Епископ Покровский и Николаевский Пахомий благословил восстанавливать эти стены, мы еще не знали историю этого храма — ее сложно было отыскать. И Владыка предложил назвать в честь Святителя Николая, Небесного покровителя града Николаевска. И Святитель помогал нам, как и помогает во многих благих делах. Поэтому на иконостасе мы видим и Святителя Николая, и Архистратига Божия Михаила, и конечно же, видим рядом со святым Иоанном Кронштадтским и святого Царя Мученика, которому мы должны сердечно молиться, чтобы мир был на Русской земле. Но храм восстановлен как раз к столетию явления Испанской иконы Божией Матери, потому и было решено освятить его в честь этого чудотворного образа.

Как радостно, что в такое время мы вспомнили о Пресвятой Богородице, пришли под Ее покров, обращаемся к Ее святым молитвам. Время и сейчас нелегкое. Посмотрите, сколько сейчас онкологических больных. И мы знаем, что пред иконой Божией Матери Всецарица, Пантанасса, особо молятся об исцелении этого недуга. Восседающей на престоле изображена Матерь Божия и на Испанской Своей иконе. Она не судья, Она Мать. Мать Милосердия! Будем притекать в Ее храм и приводить, и привозить сюда больных, и наставлять: идите под кров Божией Матери, к иконе Ее — с верой, с молитвой, с покаянием! Знайте, Она слышит уже тогда, когда ты принимаешь решение. Но когда ты предпринимаешь еще и действие, Она благословляет тебя. И молитва — это не только слова. Начало молитвы — в помыслах и в сердце человеческом. Молитва — это и чувства, это и дела. Преподобный Ефрем Сирин говорит: «Братие! Не делайте, чтобы молитва ваша была только лишь одними словами. Пусть каждое ваше дело станет молитвой». Пусть это будет непреложно для каждого из нас в нашей жизни духовной. Чтобы молитва наша стала не только словом, но и делом нашим.

Легко ли перенести кирпичи, укрепить их раствором, воздвигнуть стены, сделать крышу, поставить купол с крестом? Да, это тяжело. Но гораздо тяжелее строить храм сердца своего.

Христианин не будет ждать, когда его позовут. Он пойдет на другой зов — зов в его сердце. На голос Божий! И это голос любви, жертвенной и сострадательной. Иди не туда, где веселятся и радуются, а где плачут и скорбят. Иди не туда, где стол накрыт, а туда, где на стол положить нечего. Иди туда, где ты можешь засучить рукава, а не опустить их. Иди туда, где ждет тебя Господь. А Он нас ждет там, где нужда, где горе, где слеза человеческая проливается, — вот там наше место. И место наше в этих храмах, которые были поруганы и порушены нашими забывшими Бога и отступившими от Него предками. И кто, как не мы, должны исправить этот великий грех наших предков.

Возгорелась свеча

Крестный ход во главе с Епископом Покровским и Николаевским Пахомием и священниками епархии обходит вокруг храма. Владыка только что во время Литургии возжег в алтаре большие пучки свечей — и раздал их молящимся. Это было чуточку похоже на те захватывающие дух мгновения, когда в Иерусалиме в Великую Субботу Иерусалимский Патриарх раздает на свечи Благодатный огонь. И все мы шли с горящими свечами. И златосияющими свечами горели под солнечными лучами, под удивительно радостным небом купола храма. Вспомнилось: отец Иннокентий с тихой радостью рассказал о том, как эти купола появились у храма. Заказывать в крупной фирме — это же какие деньги нужны! А он сказал своему помощнику: «Валера, надо сделать куполочки, на храм и на колокольню». — «Но я же не умею, не знаю, как». — «И я не умею. Но делать-то надо!» И с Божией помощью Валерий Миньков сделал изумительно красивые купола.

Храм в честь Испанской иконы Божией Матери в Малой Таволожке.

Уже подходим в Крестном ходе к ступеням храма, но меня окликают:

— Вы же из «Благовеста», Ольга Ларькина? А мы читатели «Благовеста» из Балаково. Мы любим газету и молимся о вас, помоги вам Бог!

Знакомимся: Александр Иванович Колтыногов и его сестра Людмила, в крещении Евдокия. С ними и внучка Варенька, приехавшая в гости из Волгограда.

— Наш прадед Евсей Колтыногов был в Малой Таволожке попечителем единоверческой церкви, — рассказал Александр Иванович. — По всему Иргизу были монастыри и храмы старообрядцев. И наш отец был старообрядцем, а мама Антонина, она родом из Большой Таволожки, привела его в Православие. Отец наш не знал даже вкуса водки. Он уж девять лет как умер, а мама живая, 86 лет ей. Церковь единоверческая где-то во-он там была. Как-то, отец уже не ходил, я его на машине привез, он приблизительно показал, где она стояла. Деревянная была, но железом покрытая. Ничего не осталось… А эту церковь нашу, где мы сейчас молимся, освятить не успели, революция началась. Только и успели построить…

…О, — вдруг воскликнул Александр Иванович, — у меня свеча зажглась! Она же потухла, а сейчас зажглась! Это же чудо! Господь послал такое чудо!

— Вот так и церковь, и вера в людях — вроде совсем уж угасла, а дал Господь, и опять огонечек горит! — радуюсь вместе с Колтыноговым.

Я стояла рядом и видела своими глазами, как сначала погасла под порывом ветра, а потом — не сразу, лишь через несколько минут! — сама собой вновь загорелась погасшая свеча.

Об этой свече я вспомню и на следующий день, в Корнеевке…

А в храме продолжалась первая за восемьдесят лет Божественная литургия, и Епископ Пахомий, освятивший храм, произнес вдохновенную проповедь:

Александр Колтыногов и его сестра Людмила приехали на праздник из Балаково.

— …Сегодня, дорогие братья и сестры, мы с вами совершаем освящение храма. Храм восстановлен, благоукрашен, и с сегодняшнего дня здесь начнет совершаться Божественная служба. Отец Иннокентий говорил о том, что здесь, у стен храма, были убиты десятки мирных жителей. Они были просто верующими людьми, которые ходили в этот храм, молились Богу, пахали землю, воспитывали своих детей. Они тоже, вероятно, имели свои грехи, свои страсти, и не были людьми совершенными. Но когда Господь призвал, они не отреклись от своей веры, не отреклись от любви к своей Родине и приняли мученическую смерть.

Владыка Пахомий напомнил собравшимся в храме историю явления сто лет назад в селе Корнеевка Испанской иконы Божией Матери, а затем и иконы Великомученика Пантелеимона. Рассказал о том, что же это за икона — Испанская:

— Этот образ Божией Матери известен Православным с восьмого века. В то время Церковь была еще единой и Испания была страной Православной. И Православный Государь этой страны Пелагий одержал блистательную победу над сарацинами. Народ возносил хвалу Пресвятой Богородице, и была написана икона Божией Матери, получившая название Испанской. Но чудо Божие, что в это же время на востоке, в Византийской империи император Лев Исавр так же благодаря заступничеству Царицы Небесной одержал победу над войсками мусульман. Испанская икона Божией Матери в свое время была принесена и на Русь и почиталась нашими предками. В Суздальском музее хранится такая икона — прежде она стояла в иконостасе Покровского Суздальского женского монастыря. Очевидно, что и в наших краях этот образ почитался, потому что во многих храмах Николаевского уезда, Новоузенского уезда до сего дня можно найти списки с Испанской иконы Божией Матери.

В этом году мы празднуем 100-летие явления этого образа. И храм, который именно в этот год был восстановлен, решено освятить в честь Испанского образа Божией Матери. Здесь будет совершаться молитва Матери Божией, Которая никогда не оставляет нас без Своей помощи.

...А ведь и в самарской Петропавловской церкви, на левом клиросе есть прекрасный список Испанской иконы Божией Матери! И в Самаре чтили этот дивный образ! И все желающие помолиться перед этой иконой могут сделать это и в самарском храме!

Владыка Пахомий преподнес архимандриту Иннокентию комплект покровцов и воздухов для совершения Богослужений в этом храме, крест и требное Евангелие. Епископ сожалел, что не может лично поблагодарить за помощь в реставрации и строительстве, благоукрашении храма большинство благотворителей, так как они живут очень далеко отсюда, на Дальнем Востоке, откуда приехал служить на Саратовскую землю архимандрит Иннокентий. «Но я надеюсь, что архимандрит Иннокентий со временем передаст этим людям мои благодарственные письма и Архиерейские грамоты», — сказал Епископ. Зато Валерий Миньков был рядом — и получил из рук Владыки Архиерейскую грамоту.

Епископ Пахомий наградил за многолетнее и усердное служение Русской Православной Церкви настоятеля Воскресенского соборного храма в Пугачеве архимандрита Иннокентия (Третьякова) медалью Покровской епархии «Покров Пресвятой Богородицы» II степени. Добавилось благих забот у батюшки Иннокентия: он назначен и настоятелем храма в Малой Таволожке.

Мы покидали Малую Таволожку, обогретые ласковыми лучами солнца, щедро окропленные, а кто и политые освященной водой из колодца. Всем досталось вдоволь водицы.
И не могла же я, самарянка, уйти от колодца сухая…

А к вечеру над городом, носящим тяжелое имя разбойника Пугачева, нависли хмурые тучи. И было не то чтобы тревожно — ведь если кто-то очень хочет, непременно доберется и в непогоду хоть в Корнеевку, хоть на край света! — а все же хотелось, чтобы и назавтра было так же радостно и благостно. Но не всё оказалось так просто. Дорога в Корнеевку с двух сторон проходит по плотинам. И обе они размыты разлившимся Иргизом. Так что проехать в село будет нелегко.

Немного об истории с географией

Коли уж назвала, не к ночи будь помянуто, имя Пугачева, надо немножко рассказать о некоторых революционных переименованиях, крепко вцепившихся в саратовскую карту. Не все же читатели «Благовеста» знают историю и географию Саратовской губернии. Вот и я не знала, что именно Чапаев предложил дать Николаевску имя самозванца Емельки Пугачева! Что до смутьяна Емельяна именно в этой слободе дошли слухи о вроде бы избежавшем смерти (а на самом деле убиенном) Императоре Петре Федоровиче — и он ничтоже сумняшеся объявил себя тем самым царем. И ныне в городе Пугачеве есть дом-музей В.И. Чапаева, а его жертвам памятников, насколько могла заметить, нет. Зато имя Николаевска, как и имя града Покровска, хоть он и давно уже именуется Энгельсом, вошло в название новой Епархии в составе Саратовской Митрополии, — Покровской и Николаевской епархии. И любо слышать эти святые слова!

А Корнеевка по-другому называлась еще — Родники…

Как это было. Воспоминания сельчан

Казалось, дорога в Корнеевку не такая уж плохая. Но вот подъезжаем к Большому Иргизу… Сплошной поток перехлестывает через каменную плотину, вода огромным веером поднимается из-под колес и резко обрушивается на лобовое стекло. Однако же — не снесло бы машину течением в реку!

А Валерий Миньков и в лице не изменился, сидит за рулем как влитой. Машина стремительно преодолевает водное препятствие, выбирается на сушу. И вскоре мы въезжаем в Корнеевку.

Здесь, на центральной площади, словно Промыслом Божиим оставлено просторное место для церкви. Она и стоит здесь — но только походная, с полотняным верхом и временным иконостасом. Внутри и рядом с церковью толпится народ — множество людей съехалось отовсюду, со всей Покровской епархии. И опять перекличка времен: в Корнеевке была Покровская церковь.

Крестный ход идет к месту явления чудотворной иконы.

Спрашиваю местных жителей, может ли кто-то рассказать о явлении Испанской иконы.

Восьмидесятилетняя Раиса Семеновна Дундина сказала:

— Про то, как Испанскую икону и икону Великомученика Пантелеимона здесь нашли, мы же сами знаем только то, что рассказывали наши бабушки, они были очевидцами. Тетя Нюра Белякова — ее отец был регентом, и его вместе с другими верующими забрали и расстреляли. Тогда уничтожали тех, кто в Бога верил. Даже у моей тетки отца в 1937-м замели — и он безследно пропал.

В 2004 году, в конце октября или в ноябре, когда стали копать колодец, точное место, где была найдена в земле Испанская икона Божией Матери, уже никто не знал. Осень была, холодно, дождик моросил. И вот мы приехали, а там уже копал экскаватор из поселка Горного. Земля сухая, он копал, копал, а потом, может, Бог ему подсказал, мол, не тут ты копаешь, и он переехал в другое место, где сейчас и вырыт колодец. Нас человек десять, наверное, было, батюшка был и глава наш сельский. И экскаваторщик начал там копать. Земля пошла всё сырее и сырее. И потом он как подденет глыбу земли ковшом, и между глыбами начала быстро вода поступать, как ключ забил. Метрах в пятидесяти оттуда пруд — увидите, — но вода поступала не с прудной стороны, а со степной, где должно быть сухо. Это о чем говорит: что копал он во второй раз точно в том месте, где источник раньше был. Может, ему Христос подсказал. И там после находили даже гнилушки от колодезного ворота, на который цепь наматывается. Значит, святой колодец точно в том месте и был.

Церковь была на другой стороне села, через речку. Какая церковь была! Каменная. Даже когда решили ее разрушить, ничего не могли сделать, взорвали. Так крепко была сложена.

Нам всё запрещали, и верить в Бога, и детей крестить. Но все равно мы их крестили, даже против мужей своих. Потому что мы верили в Бога с детства.

Рассказ Раисы Семеновны продолжила Анна Владимировна Тарасова:

— Свекрови моей, Ирине Федотовне, пятнадцать лет тогда было, в революцию. Когда обрели икону, ее Крестным ходом перенесли к церкви. И люди стали к иконе отовсюду съезжаться. На дровнях, на санях и телегах. Хромые, слепые, бесноватые, глухие. Подходили к этим иконам, и они их исцеляли. А потом, когда пошло гонение на веру, безбожники приехали — и первым делом пошли к служителям церкви, к членам двадцатки тоже. Всё у них дома вверх дном переворачивали, искали иконы, книги. Староста был Кузьма Беляков, у него все протоколы пожгли, все иконы деревянные пожгли. У Степана Фокина обыски были, еще, говорят, у какой-то женщины корнеевской… — их, конечно, всех забрали. И по сей день неизвестно, куда их всех увезли, служителей и работников церкви-то. А в 1937 году взорвали эту церковь. Церковь была в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Это уж я знаю от своей матери. Она у меня церковная с мальства была, Закон Божий в школе изучала. Когда церкви у нас не стало, они потом в Пугачев ездили. С ними Иван Иванович Башмаков всегда ездил, сопровождал, они одни боялись.

На том месте, где церковь стояла, сейчас оградка стоит, в ней большой камень и крест. Этот крест поставил мой брат, Александр Дадонов, он сейчас у дочери в Пугачеве лежит парализованный. Разговаривает, но лежит. И вот ему, когда еще был здоров, тоже было сказано: иди и поставь служителям церкви крест. Он заказал в мастерской крест и ограду. А сварщикам сказал: «Только ко мне не ходите ни за какими бутылками, водкой расплачиваться не буду. Как сделаете, скажите — я приеду на лошади, заберу и вам сколько надо уплачу».

Сначала церковь была деревянная, а потом уже пристроили каменную. Основателем этой каменной церкви был отец Николай Кубарев. А раньше два батюшки тут служили, одного фамилия Пряхин, а другого… — как же его, дай Бог памяти! — Саблин. Потом Пряхин уехал, остался один Саблин. А после революции началось гонение. В домах батюшек и активных церковников пошли обыски, все перевернули вверх дном. После того разгрома, который у батюшек учинили, люди по листочкам собирали божественные книги. Иван Петрович Скудин у могилок жил, он по листочкам целую Псалтирь собрал и моей маме отдал. И вот ей охота было, чтобы мы молились. Говорила: «Вы грамотные, читайте Псалтирь!» А у нас дети, когда нам читать. Да разве я по-церковнославянски прочту! «А я, говорит, вас научу! Там под титлами легко читать, все понятно!»

Бабушки наши каждый год ходили на место явления икон молиться, петь — почему-то на Преполовение Пасхи. В этот день они всегда молились там. А потом там фермы построили, завалили навозом источник. И туда уже ходить перестали.

И тоже — то, что слышали, то и знаем, нет чтобы порасспрашивать. У нас то дети, то работа, всё суета. А сейчас время появилось, да спросить не у кого. А если бы сейчас наши встали, они бы диву дались, такое чудо! Был бы брат здесь, он бы посмотрел, порадовался, сколько народу, какая Литургия служится! Буду сегодня звонить, расскажу. Он-то у мамы спрашивал обо всем, что у нас тут было в 1917 году, и записывал. У него где-то есть эта писанина, а где — не знаю. Крест он поставил служителям церкви, и сейчас когда кого везут хоронить, обязательно остановятся, поют «Со святыми упокой». Хоть буран, хоть дождь…

У нас в селе и сейчас дом стоит, в нем учитель живет. А в 1964-м или 1965-м там жила со своей мамой доярка, передовая была, партийная, член правления. Взяла и из горницы иконы вынесла в дырявые сени, в чулан, положила иконы за сундук. И вот вечер, и бабушка смотрит — что такое, солнца нет уже, а какой-то луч светит. Что может в чулане светить?

Заглянула за сундук, а там в пыли — Казанская икона Божией Матери. Поновилася, свет от нее! Мы все тогда сбежались, много нас пришло, и она вынесла на крыльцо, показывает: смотрите, как икона сияет! И занесла в избу, не стала и на дочь смотреть, что она партийная, что член правления.

Много таких чудес было, и мы этому очевидцы. А сейчас не знаю, как молодежь будет беречь это все. Останется ли что в душе у наших детей да внуков…

Свекровь моя в церковноприходской школе, при церкви, училась, три класса окончила — грамотная была. А когда свергли Царя, заставили портреты Царские со стен срывать. Мальчишки обрадовались, давай срывать да ногами топтать. Им лишь бы в церковь не ходить, Закон Божий не учить. Кто озоровал, на колени ставили. А им-то неохота стоять. Вот они и рады были, что можно не слушаться. Грех какой...

Здесь недалеко село Семеновка, там, говорят, такая резня была в революцию. Свой своего: отец сына, брат брата — кто за белых, кто за красных — убивали. У нас такого не было. Жили единоличниками. И как праздник, так колокол прозвенел — на службу шли. А как Пасха, батюшка по дворам шел. У кого и богатства не было, но все ждали, яички красили. И батюшка по дворам ходил, всё святил в домах. И к Покрову да к Пасхе все убиралися — самовар начищали, чтобы блестел на столе. И до сих пор — снег ли лежит, тепло ли или холодно — обязательно к Пасхе убираемся.

Антонина Ивановна Руденко (слева) и Раиса Семеновна Дундина на Литургии в Корнеевке.

Жительница Пугачева Антонина Ивановна Руденко рассказала:

— Корни у нас корнеевские. Мама отсюда и отец. Бабушки Дарья и Анастасия очень глубоко верующие были, обе похоронены здесь. И отец попросил, чтобы его похоронили здесь, в освященной земле. Отец, Иван Михайлович Курсаков, каждый год ездил 18 июля в Загорск, к Преподобному Сергию. Ездил в Псково-Печерский монастырь и в Почаевскую Лавру, молился, не смотрел ни на какие запреты. Работал то комбайнером, то в мастерской. И вот как праздник, так ему приказывают: Иван Михайлович, выходите на работу! И смотрят, не заартачится ли. А он смиренный, послушный: хорошо, работа есть работа. Зато придет на работу и с порога: «Христос Воскресе!» Тут уж и ему отвечают: «Воистину Воскресе!» А он и крашеные яички раздаст. И говорил: я на работе веру в Бога свидетельствую.

И мама, Александра Петровна, была очень верующая. Нам не позволяла вступать ни в пионеры, ни в комсомол. Мама один раз сказала учительнице: «Эх, какая у тебя мама хорошая была, какая верующая, что же ты детей заставляешь в пионеры вступать?» Молились всей семьей, читали Евангелие.

…Мама говорила, что некоторые ходили, смотрели в колодец на месте явления икон — и видели в нем, будто разные иконы отражаются. Сама она тоже посмотрела и увидела, как по воде проплыла икона Пресвятой Троицы. Она была еще маленькая девочка, но была твердо уверена, что и правда видела такое чудо.

И еще хочу привести слова жившего в селе Сулак блаженного Владимира Прокопьевича, сказанные им моей маме: «Корнеевка раньше золотом гремела, а сейчас проводами опутана». В 1960-е годы улицы села были голые, и только столбы с медными проводами стояли кругом. Это сейчас деревья поднялись, село похорошело. А «золотом гремела» Корнеевка не только из-за внешней красоты. Он говорил о золоте духовном. Об иконах, к которым шли и ехали люди — и у которых получали исцеление и помощь Божию и Пресвятой Богородицы.

Ну я-то что могу рассказать. Вот моя старшая сестра, Нина — она больше знает. Вы с ней поговорите!

И поговорили, улучили несколько минуток. Нина Ивановна Пащенко хорошо запомнила рассказ своей мамы, Александры Петровны, в девичестве Скудиной:

— Маме было семь лет. Она своими глазами видела, как это произошло. Пришла вместе с другими жителями Корнеевки и стояла рядом с тем местом, где была выкопана икона. Это было на окраине села, на гумне, туда еще лошадей выгоняли пастись.

В Корнеевке в маленьком домике жила одинокая бабушка, и у нее поселили пленного австрийского солдата. Он помогал ей по хозяйству. Был он очень верующий, хоть и не нашей веры, не православный, но очень много молился на коленях, со слезами. Все время молился. И вот было ему сказано от Пресвятой Богородицы, чтобы он достал из земли икону. И место было показано. Пресвятая Богородица шла перед ним и по всему селу его провела, но никто Ее не видел, только он. И когда пришли, Она ему всё точно показала: вот здесь надо копать. Участок земли примерно вот такой… Еще сказала, что, когда будут обретать икону, пойдет небольшой дождь, но у людей свечи не будут гаснуть. Так потом и было, свечи не гасли под дождем.

Говорили, будто Петр, когда долго копал, то очень устал и ушел отдыхать. Мама сказала, что никуда он не уходил. Земля твердая, целинная, а он копал — сначала чернозем, потом глина пошла. Глубоко, больше метра выкопал, и тогда выкопал иконочку Божией Матери. Вот как она туда попала, кто бы мог так глубоко закопать икону в землю? Никто этого не знает.

Икону Крестным ходом перенесли в церковь. А на другой день один парень пошел на гумно, с уздечкой в руке — видно, лошадь выгонял пастись, — и решил посмотреть на выкопанную яму. Глядит, а там поверх земли еще одна икона лежит, Великомученика Пантелеимона.

А этот австрияк, который по повелению Богородицы обрел Ее Испанскую икону, потом окрестился в Православие. И вот безбожники взяли его, мучили, требовали, чтобы он сказал, будто не было никакого явления и что он сам подкинул обе иконы. И потом пустили слух, будто он отрекся, и его отпустили. Но разве он мог отречься, когда Сама Божия Матерь ему являлась! Она к плохому не подойдет, Царица Небесная! Он мученик, этот Петр. Замучили его, а не отпустили. Всех тогда мучили — и священников, и мирян верующих.

Мама рассказывала об исцелениях у иконы, которым сама она была свидетельницей. Одна девушка была очень хорошая и лицом красивая. В нее влюбился парень, а ей он не нравился. Однажды к этой девушке пришла его мать и спрашивает: «Ты выйдешь замуж за моего сына?» Она отвечает: «Нет, не выйду». Тогда она плеснула ей в лицо кислотой и выжгла оба глаза. Девушка совсем ослепла. И вот привезли ее к явленным иконам. Она помолилась, взяла в руки икону Великомученика Пантелеимона — и прозрела! Мама всё вспоминала — стоит она в белом платье с голубыми цветами и держит икону. Она уже исцелилась, а никак из рук не выпускает. Радуется: «Я всё вижу!» Ну как можно — выжженные глаза, и она опять ими свет увидела. Такое же невозможно! Только Господу Богу и Царице Небесной!

И еще была неходячая девочка, семь лет с ней мучились отец и мать, носили в плетеной корзинке. Даже вылезти из корзинки сама не могла: опустят на траву и вывалят ее через край… Из каких мест ее привезли, никто там не спрашивал. И у икон она исцелилась! Своими ножками стоит, и бегает сама! Там был кузнец Ханочкин, у него и фотоаппарат был. И он сфотографировал — большая плетеная корзина, и рядом стоит девочка.

И я как сейчас вижу, говорю с тетей Марусей Сафоновой об исцелениях у явленных икон, а она аж рукой так вот махнула: «У-у! Полный угол костылей набрался!»

Испанскую икону и икону Великомученика Пантелеимона под стеклом в киот вставили. Их хотели сфотографировать, а они не снимались на фото. А вот когда написали с них копии, уже с этих копий фотографировали.

А когда пошло разорение церкви, иконы отдали одной женщине, Евдокимовой, чтобы она их тайно сохранила. Она и поставила их в чулан! В такое место непочетное... И она заболела. Пришла к ней сестра и говорит: «Что же ты, у тебя такая икона, а ты болеешь — и не помолишься перед ней! Да где она у тебя?» — «В чулане…» Она разыскала, посмотрела — вот всё осталось: стекло, киот — а икон нет. Ангелы как принесли, так и унесли. И где они теперь — на Афоне или еще где — неизвестно. Об этом моя родная мать говорила.

Вот об этом — будто иконы после разорения церкви хранились у некой Евдокимовой или кого бы то ни было другого в селе — ни от кого больше я не слышала и таких свидетельств не находила в печатных свидетельствах. Так ли это? Знает лишь Бог и Царица Небесная.

Мы уж застали время, старушки бывало просят: «Доченьки, отведите нас, где нам водички святой набрать». А источник на другом краю, за селом. Они нам дадут сахарку, еще чего-то, и набирают воду. А потом приехал нацмен и завалил колодец навозом.

Когда решили восстановить колодец, троих старожилов в селе спрашивали, где он был. И примерно место они указали. Экскаватор копал — и дошел до воды. Горновский батюшка Александр переживает: чем же черпать? А мне дочь моя Ольга, вот сейчас она к нам подходила, дала новый ковш с длинной ручкой. И я: «Батюшка, у меня есть ковш!» И экскаваторщик черпал — и всем давал эту первую воду из колодца. И кто был там, все напились.

Литургия в Корнеевке

Восемьдесят лет в Корнеевке не было Божественной литургии. И вот — Архиерейское Богослужение, Епископу Покровскому и Николаевскому Пахомию сослужат многие священники. И множество молящихся стоят за пределами походной церкви, не вместились. Но каждое слово, каждое песнопение слышно в трепетной тишине.

Благочинный Балаковского округа архимандрит Амвросий (Волков) в своей проповеди говорил о доверии Богу.

— Представьте себе: человек жил далеко от своей Родины, от своего языка, от своей веры, от своей семьи. Человек, который, наверное, был презираем многими, потому что он воевал против России. Почему же именно этому человеку Божия Матерь поручила обрести Свой Испанский образ?.. Я сегодня хочу вас призвать к доверию Божией Матери. Иметь такое дерзновение, какое имел этот военнопленный венгр, тогда еще даже не будучи православным. Он поверил, что раз Пресвятая Дева обращается к нему с повелением, то, невзирая на насмешки других жителей, он должен обрести Ее икону. И он положил много трудов, чтобы выполнить волю Пресвятой Богородицы. Сегодня мы с вами присутствуем в какой-то мере при чуде. Потому что мы видим возрождение памяти о явлении иконы. Мы видим возрождение святого источника, казалось, утраченного навсегда. Мы скоро пройдем Крестным ходом и увидим часовню, которая воссияла на том месте, где некогда было явление иконы Божией Матери. Корнеевка всегда была и остается одним из самых религиозных селений, где люди с великим благоговением относятся к Божией Матери. Мне хочется, чтобы заступничество Божией Матери через Ее Испанский образ простиралось над этой весью и над каждым из нас.

А на вопрос, который отец Амвросий задал себе и нам — и, наверное, все мы в этот день задавали себе, — ответил Епископ Пахомий:

— …До православных местных жителей Царице Небесной, наверное, не удалось достучаться, и потому Она явилась Петру-венгру. И это наводит на мысль, что часто мы, дети и прихожане нашей Церкви, не задумываемся о том, каким великим сокровищем мы обладаем. Порой мы не ценим своей Церкви, не ценим своих батюшек, священников. Нам кажется, что все это принадлежит нам по праву. Но Бог может отнять благодать у одного народа и передать другому. Все зависит от нас с вами, как мы относимся к Церкви своей, к Богу, почитаем ли мы святыни свои — или готовы отвернуться от них, как это уже было однажды. И когда вспоминаем страшные разрушения, которым подверглась наша Церковь, наше Отечество, — всегда думаешь: а кто же сделал это? Ведь не немцы и не австрийцы разорили наши храмы, сожгли иконы, убили пастырей, — нет, это все сделали мы, русские люди. И от этого становится страшно, просто холод пробегает по спине. Своими руками разорили свои святыни! Своими устами отреклись от веры отцов… Сейчас после Литургии впервые за сто лет Крестный ход пройдет через все село к тому самому месту, где была явлена икона. На месте явления в этом году построена замечательная часовня, благоустроен колодец. И там мы закончим молебен Царице Небесной. Там нас ждет и трапеза, мы будем общаться друг с другом, поздравляя с этим праздником. Но главное, братья и сестры, совершая этот Крестный ход, будем петь единым сердцем и едиными устами, будем просить Матерь Божию, чтобы Она дала нам глубокую и искреннюю веру. Чтобы эта вера не оскудела в наших сердцах.

Надо было видеть, как под звон переносных колоколов, с молитвенным пением над селом вознеслось множество хоругвей — и Крестный ход из многих сотен людей пошел за своими Архипастырем и пастырями через все село, к месту обретения чудотворных икон. И в душе была пасхальная радость. И где-то рядом, стараясь не отставать от других, у которых ноги поздоровее, усердно стучал костылями по дороге немолодой мужчина — если не ошибаюсь, это его окликали: «Владимир!..» И старенькие корнеевские жительницы вместе со своими детьми и внуками торопились туда, где давным-давно произошло великое чудо — были обретены иконочки. Им об этом мамочки да бабушки сказывали, своими глазоньками видевшие и усталого «австрияка», упрямо долбившего твердую, как камень, землю, и упавший с лопаты вместе с комьями земли малый сверточек — развернувшийся в Икону!.. И изумлявшиеся тому, что капли дождя падают, падают с неба — а свечи не гаснут, горят! И не угаснут вовеки возгоревшиеся в тот день огоньки в прикоснувшихся к Чуду сердцах…

А наш, нынешний Крестный ход вышел за село, в поле. И вот уже пришли к новенькой бревенчатой часовне, и вновь не всем удалось уместиться в просторной ограде. Но до всех долетали и слова молитв, и не то что брызги — потоки воды из-под кропила, а то и из чаши в руке Епископа Пахомия.

— Батюшка, и меня, меня окропи, — кричит Епископу уже у колодца паломница. На нее шикают: «Да не батюшка, а Владыка!..» И Епископ Пахомий, вроде бы сокрушаясь, но с ласковой улыбкой качает головой:

— Сколько уж лет я у вас Архиерей, а ты всё — батюшка, батюшка! Ну вот тебе, вот тебе, вот — чтобы запомнила!

И трижды с этим «вот тебе!» — весело, мощно с головы до ног окатывает забывчивую паломницу святой водой. Теперь уж точно не забудет: Владыка!..

Эх, сколько же святой воды обрушил Епископ Пахомий на радостно ахающий народ! Сколько святой воды из колодца на месте явления икон увезли паломники в свои грады и веси. Сколько дивной благодати!..

Ольга Ларькина.
Фото автора и с сайта Покровской и Николаевской епархии.

Дата: 23 июня 2017
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
14
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru