Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

События

​Сквозь века, сквозь пожарищ пламя снова к братству зовет нас Самарское Знамя

Как и 140 лет назад, Самарское Знамя прошло по своему историческому пути.

См. также

Как и 140 лет назад, Самарское Знамя прошло по своему историческому пути.

В святой день

Ранним утром святого Девятого числа весеннего месяца мая по всем городам и весям великой нашей Державы в строгих парадных воинских «коробках» стояли, ожидая сигнала к началу движения, воины России.

За ними в напряженном ожидании, как перед боем, стояли колонны воинской техники — великая сила великой страны.

А в определенных заранее сборных пунктах выстраивались в колонны гражданские люди нашей страны — с портретами родных, кто воевал за Отчизну, кто отдал за нее жизнь во имя Победы.

И когда прошли от Владивостока и до Калининграда воины России, когда по Красной и Дворцовой площадям прошла могучая наша военная техника, двинулся по стране Безсмертный полк, безбрежной рекой заполнив центральные улицы больших городов и малых сел, от края до края, от моря и до моря, «от Волги до Енисея», как спел в своей душевной русской песне любимый народом певец.

И в Самаре двинулась к площади Куйбышева, которая прежде носила прекрасное имя Соборная, часть того Безсмертного полка, которую составили сорок пять тысяч самарян — молодых, пожилых, совсем юных, единых в общем порыве почтить память славы отцов, и дедов, и даже прадедов.

Все было как и год назад, с той лишь разницей, что в Знаменном полку гордо реяло и Самарское Знамя, вновь обретенное нашим народом, по праву несомое в первых рядах знаменной дружины.

Далеко не все знали, что это за Знамя, почему оно называется Самарским, почему оно вновь заняло свое место среди знамен воинской и трудовой славы нашей земли.

Но вот оно реет среди других славных наших Знамен, и отчетливо виден на триколоре, на белой полосе, в центре полотнища, Крест. В нем изображение Богородицы, столь драгоценной для нас, самарян, называемой Иверской, как именуется и наш самарский женский монастырь, издревле бывший духовным центром Самары.

Самарское Знамя прибыло в Сызранское вертолетное училище.

Именно там золотошвеями монастыря было вышито это Знамя 140 лет назад и отправлено сначала по реке, на пароходе «Вестник», в Сызрань (поезда до Самары в то время еще не ходили), а потом в Москву. А из столицы — на балканскую землю, где лилась кровь восставших болгар и сербов, поднявшихся на борьбу за освобождение от пятисотлетнего османского ига.

Знамя колышется весенним ветром, на полотнище видна и другая его сторона. На ней тоже изображение Креста. А в нем отчетливо видны, вышитые в рост, фигуры святых равноапостольных Кирилла и Мефодия, великих просветителей славянских народов. Они дали народу славянскую письменность, составили алфавит, которым мы пользуемся и по сей день. Замечательна идея самарского художника Николая Симакова, который предложил на Знамени изобразить именно этих святых. Они — лучший символ, который объединяет наши народы. Петр Владимирович Алабин и его жена Варвара Васильевна, которые были инициаторами создания Знамени, горячо одобрили и поддержали идеи Николая Симакова. Варвара Васильевна, которая сама была золотошвеей, дружила с настоятельницей монастыря матушкой Маргаритой, была замечательной женщиной, в которой сочетались высокая культура, образованность, смелость и чувство патриотизма. Вместе с мужем, участником четырех войн, государственным и общественным деятелем, ученым, краеведом, писателем, она горячо взялась за осуществление этой благородной и счастливой идеи создать Знамя для болгарского народа, у которого в то время не было ни государства, ни его символов. Городская дума и губернатор поддержали Алабиных, «выправили», как говорили в те времена, все необходимые документы и отправили с городским головой Ефимом Тимофеевичем Кожевниковым и Петром Владимировичем Алабиным созданное в Иверском монастыре Знамя на балканскую землю.

Это произошло в мае 1877 года.

И вот, как и 140 лет назад, Знамя вносится в возрожденный Иверский монастырь, в его главный храм. Празднично звонят колокола. Как колосья под теплым ветром, колышется народ, собравшийся на молебен и освящение Знамени. Ведь это новый дубликат Знамени — а оригинал, овеянный боевой славою при освобождении Болгарии, хранится в Софии, ее столице, в Национальном историческом музее, как одна из святынь болгарского народа.

Радостью светятся лица. Склоняются головы — народ приветствует Митрополита Сергия, прибывшего сюда на это событие.

Знаменосец Александр Борисович Фетисов, вице-губернатор Самарской области, глава созданного Комитета по проведению празднеств, посвященных 140-летию создания Самарского Знамени, ставит его на специально приготовленный постамент.

Рядом со Знаменем выстраиваются представители Комитета по проведению торжеств, общественные деятели, офицеры, верующий самарский народ. Среди них — Александр Лашкин, координатор регионального проекта «Надежда нации», Алексей Родионов, председатель правления Самарской региональной общественной организации участников боевых служб Военно-морского флота, другие представители областных и городских организаций.

В наступившей тишине раздается узнаваемый голос нашего Владыки:

— Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа…

И с этими привычными для церковного люда святыми словами проносится дуновение вечности, дуновение благодатной силы, которая заключает в себе нашу веру, нашу любовь, нашу надежду и наше безсмертие.

И все мы понимаем, что присутствуем при историческом событии.

То, что было лишь мечтой, надеждой на лучшее будущее — осуществилось, стало явью.

Здесь я прерву последовательность изложения событий и позволю себе небольшое отступление, которое касается моего личного участия в этих торжествах.

«Исторический роман сочинял я понемногу…»

Необходимое отступление.

Когда приходит время подведения итогов, невольно оглядываешься на прожитые годы и задаешь себе вопрос: а что же сделано тобой для города, где ты любил и был любим, где обрел сознательную веру, где прошли лучшие твои творческие годы и были написаны лучшие твои книги?

И я пришел к выводу, что о Самаре у меня нет книги, в которой любовь к этому городу была бы выражена с полной силой. Необходимо было взяться за роман, где бы проявился высший духовный взлет моих земляков. Я двадцать с лишним лет писал очерки, статьи, снимал сюжеты, фильмы об истории и возрождении Иверского монастыря. Повесть «Врата небесные» о гибели последних насельниц монастыря стала одной из лучших моих повестей — была переиздана шесть раз. Но все же это была не та книга, которая бы говорила о Самаре во всей полноте взлета ее духа — а он был именно здесь. Я пришел к пониманию того, что Самарское Знамя, созданное монахинями Иверского монастыря, выражает душу нашего города, губернии. Оно — символ всего лучшего, что есть у народа нашего. Ведь откликнуться первыми на страдания и боль братьев-славян, когда, по выражению Виктора Гюго, «головы болгар и сербов катались по земле, как биллиардные шары», мог только тот народ, сердце которого не могло стерпеть жестокости и насилия, истребления Православной веры на балканской земле.

Самарское Знамя освящается на мощах Святителя Алексия, Митрополита Московского и всея России чудотворца.

И я стал собирать материал о Самарском Знамени, и чем больше погружался в историю, тем больше узнавал о людях, творивших ее. И тем яснее вставали передо мной герои того времени. И я не переставал изумляться их подвигам и даже величию.

Как сказано у Булата Окуджавы в стихотворении про исторический роман, который он «сочинял понемногу, пробиваясь, как в туман, от пролога к эпилогу», я писал, отправив на русско-турецкую войну 1877-78 годов молодого журналиста «Самарской газеты». Он встречает на дорогах войны и прославленного Белого Генерала Михаила Скобелева, и знаменитого художника-баталиста Василия Верещагина, и не менее знаменитого военно-полевого хирурга Николая Васильевича Склифосовского, и менее известных, но не менее славных героев этой безпримерной войны. Да, именно безпримерной, потому что русскому народу ничего не надо было завоевывать — ни земель, ни богатств, — народ наш, встав впереди болгар, сербов, шел освобождать, устанавливать мир и справедливость на Балканах. И неся немалые потери, замерзая на Шипкинском перевале, сражаясь под Стара-Загорой и под неприступной крепостью Плевна, показывая примеры безкорыстия и христианской любви к ближнему и дальнему, победил.

Был у меня и «личный интерес» — как сказано в том же стихотворении Окуджавы, «и из собственной судьбы я выдергивал по нитке» — мой прадед Иван Солоницын был барабанщиком у генерала Скобелева, погиб в боях при Шипке. А мой старший брат известный актер Анатолий Солоницын сыграл роль доктора Павлова, ученика великого Пирогова, в советско-болгарском фильме «Юлия Вревская». Фильм этот посвящен памяти замечательной женщины — баронессы, которая на свои средства организовала санитарный поезд во время той войны. Заразилась тифом в бараке, когда пошла спасать раненых по собственной воле, скончалась на балканской земле.

Об этом я писал, не буду повторяться.

Нет больше той любви, чем положить душу свою за други своя - этот евангельский завет отразился в той войне в полную силу.

Каждый пишет, что он слышит,
каждый слышит, как он дышит,
как он дышит, так и пишет,
не стараясь угодить...

Так писал и я, как сказано у поэта — не к дате, а по велению сердца.

А получилось, что я поставил точку как раз к исторической дате.

И когда роман напечатал сначала журнал «Русское эхо», а затем он вышел отдельным изданием, им заинтересовалось Самарское военно-историческое общество и его председатель Александр Борисович Фетисов. Он и выступил с идеей создать Комитет по проведению торжеств, связанных с юбилеем, разработать план мероприятий, посвященных этому событию.

И началась деятельная, творческая работа.

Конечно, замечательно, что Фетисов и вице-губернатор, что у него есть немалый опыт организации подобных мероприятий, умение управлять своими подчиненными.

Протоиерей Александр Агейкин беседует с членами самарской делегации.

Но без деятельной работы команды, им организованной, не получилось бы столь успешно проведенной акции, которая, без преувеличения, стала событием для области, да и для всех тех мест, куда прибывало Самарское Знамя.

Исторический путь Знамени решено было Комитетом изменить по месту назначения — отправить в конце пути не в Болгарию, а в Сирию, где находятся сегодня, помогая сирийскому народу, наши воины. Тем более что среди летного состава, исполняющего боевые приказы, есть выпускники Сызранского вертолетного училища.

Конечно, можно только порадоваться, как четко и слаженно осуществлялся намеченный план — вышел новым тиражом роман «Самарское Знамя», мною был написан сценарий фильма, в создании которого я принял самое деятельное участие. Фильм, с успехом показанный всюду, куда мы прибывали в намеченный срок и где нас радушно и с энтузиазмом встречали. На выставке «Благословенная Самара» успешно прошел телемост со Стара-Загорой, в котором приняли участие Митрополиты Самарский Сергий и Стара-Загоры Киприан, представители наших и болгарских государственных учреждений.

Но верующие люди, отмечая творческую и деятельную работу всех членов Комитета, все же скажут, скорее про себя, чем вслух:

«Здесь есть Промысл Божий. Ведь недаром всем участникам русско-турецкой войны 1877-1878 годов вручалась памятная медаль, на которой были выбиты слова из 113-го Псалма Давидова: «Не нам, не нам, но имени Твоему».

Знать свое прошлое, любить его, видеть его славу

Из Иверского монастыря Крестным ходом двинулись к Речному вокзалу. Но не по Дворянской главной улице города, как 140 лет назад, а по набережной — к сожалению, не успели договориться с властями.

Но и шествуя по нашим прекрасным «очередям» набережной, встретили немало людей, которые, видя Знамя, хоругви, иконы, жадно спрашивали: «Что это? Какое Знамя? Самарское?»

И услышав короткие ответы, пристраивались к Крестному ходу и шли вместе со всеми до речного вокзала, где уже прогуливалась в ожидании публика в костюмах XIX века. Нарядные дамы, молодые люди в сюртуках, купеческого звания солидные люди, торговцы баранками и простой люд — как и 140 лет назад, самаряне провожали в дальний путь свое Знамя.

Актеры самарских театров восстановили памятное для нашего города событие. Когда Крестный ход прибыл на речной вокзал, на эстрадную площадку вышли актеры, которые вместе с представителями власти объяснили горожанам, в каком событии они принимают участие.

Да, сегодня приходится объяснять, какой святыней мы обладаем, что обязаны помнить и знать и по праву радоваться тому, что в Самаре, как ни в каком другом городе, наши прадеды и были теми самыми героями, которые грудью встали на защиту братского народа, веры Православной.

Почему так стали забывчивы, понять можно. При большевиках уничтожили и Иверский монастырь, и все, что связано с ним. Снесли и знаменитый на всю Россию Воскресенский кафедральный собор. В послевоенные годы, когда стали укреплять связи с европейскими странами социалистического лагеря, пришлось вспомнить о великой безпримерной войне 1877-1878 годов. Наладили было связи, вспомнили о героях, но сделали это официозно, без должного понимания сути тех событий. Потому что с точки зрения советской идеологии — войну возглавил Царь, а идеи его связаны с Церковью, а все, что церковное — значит, реакционное. Следовательно, надо говорить осторожно, все-таки разбирая, что белый генерал Скобелев — человек не нашей идеологии, потому и снесли его памятник в Москве еще при Ленине.

Но все же и при советской власти действовала народная дипломатия, которая всегда выше любых идеологических барьеров. И потому связи балканских народов и народов России не прерывались — до сегодняшнего времени, когда опять возникли идеологические барьеры из-за разной политической ориентации правительственных элит.

Опять в дело должна вступать народная дипломатия.

Но при всей разности идеологических позиций разве можно забывать о национальной славе? О подвигах предков?

При всей разности отношения к современной Болгарии, ее политике, все же стоит знать, что Михаил Дмитриевич Скобелев является героем болгарского народа. Что наш самарский государственный и общественный деятель Петр Владимирович Алабин был первым губернатором освобожденной Софии. Что в Болгарии более сорока памятных мест, связанных с героизмом и доблестью русского воинства в войне 1877-1878 годов.

А в Белграде на центральной площади стоит величавый памятник Императору Российскому святому Николаю Второму.

А у нас в Самаре? Хоть одна улица названа в честь героев той войны? Где площади, скверы, памятники героям, павшим, как, например, командир знаменной дружины подполковник Павел Калитин, сраженный пулями, но не отдавший наше Самарское Знамя врагу?

У нас разные отношения с Турцией, на наших глазах эти отношения меняются. И будут меняться.

Но историческая память о героях наших остается незыблемой. И белый генерал Скобелев — великий наш полководец, герой. Недаром, когда его хоронили, на главном венке была надпись: «РАВНЫЙ СУВОРОВУ». Он и был таковым, зимой, через непролазные снега и метели перешел Балканы, как Суворов Альпы, вовремя пришел на выручку нашим воинам в сражении при Шипке-Шейново. И прославил себя как безстрашный солдат и талантливый полководец.

Обо всем этом я говорил курсантам и воинам вертолетного училища в Сызрани. И надо было видеть, с каким вниманием, с каким радостным чувством они воспринимали и фильм, и слова о воинских подвигах наших, самарских героев.

А закончил я выступление тем, что сказал, что мы принесли Самарское Знамя в это прославленное подвигами воинское подразделение нашей летной авиации, которое сегодня одно из главных в стране. Здесь готовятся кадры военных летчиков, и мы верим, что древко Знамени будет подхвачено молодыми крепкими и надежными руками.

И наши молодые воины понесут его дальше — сквозь века, сквозь пожарищ пламя, как и назван наш фильм.

И в ответ раздались горячие аплодисменты.

В святом соборе, где под куполом легло русское небо

Из гостеприимной Сызрани наша делегация отправилась в Москву. 140 лет назад самарян встретил Иван Сергеевич Аксаков, выдающийся публицист, славянофил, писатель, председатель Московского славянского комитета, с которым Алабин состоял в переписке. Аксаков радушно встретил Кожевникова и Алабина, привел их к губернатору Москвы, князю Долгорукову. Губернатор распорядился выставить Знамя для поклонения в Георгиевском зале Кремля и две недели разрешить доступ к нему всем желающим. И нескончаемым потоком двинулась Москва к Знамени. И все поняли, что Знамя не только Самарское, но и от всей Русской земли отправляется на Балканы.

Писатель Алексей Солоницын молится у мощей Святителя Алексия.

Конечно, теперь иное время, да и задачи у нас были несколько иные. Но и нас со всем радушием встретил почетный президент Московского государственного педагогического университета доктор исторических наук, профессор Виктор Васильевич Рябов. С Самарой у него самые тесные связи — он возглавлял наш педуниверситет, занимал ряд государственных должностей. Московский педуниверситет — его детище. При Викторе Васильевиче, который начал работать здесь в девяностых, создано и плодотворно работает уже под крылом университета одиннадцать институтов!

Здесь, при университете, создано Самарское землячество, одно из самых крупных и активно работающих землячеств в Москве.

Встретились и повели разговор о Знамени, традициях и исторической памяти, со многими знаменитыми самарскими земляками, со студентами университета.

А из университета отправились в Богоявленский собор, что в Елохове.

Нам предстояло, как и 140 лет назад, освятить Знамя на мощах Святителя Алексия, Митрополита Московского, Небесного покровителя и нашего города.

Надо ли говорить, с каким волнением мы пришли в этот храм.

Стоит только войти в него, как сразу попадаешь в совершенно иную атмосферу, чем та, за стенами собора, в шумной и заполненной тысячами автомобилей Москве.

С этим собором связаны очень многие главные события жизни Русской Православной Церкви в XX веке. Здесь на патриарший престол были возведены четыре Патриарха. Здесь, помимо раки с мощами Святителя Алексия, гробница Патриарха Сергия (Страгородского), гробница Патриарха Алексия II (Ридигера), память о котором так жива в сердцах наших современников. Здесь и список чудотворной Казанской иконы Богоматери, особо чтимой иконы у православных верующих.

«Здесь русский дух, здесь Русью пахнет», — Александр Сергеевич Пушкин, кому принадлежат эти безсмертные слова, крещен здесь, в Елохове. Напомню, что село Елохово (от одного корня, что и «ольха») известно еще с XIV века. Здесь родился Василий, принявший на себя подвиг юродства и названный народом Блаженным.

С трепетом подходим к раке Святителя Алексия. Она открыта — по случаю нашего приезда. Прикладываемся к святыне, затем возлагаем на нее Знамя.

Настоятель Богоявленского собора протоиерей Александр Агейкин начинает молебен. Проникновенно поет хор — он вторит мягкому баритону отца Александра. Он, как узнаем позже, председатель певческой комиссии Московского Патриархата.

Самарская делегация на молебне в Московском Елоховском Богоявленском соборе.

Молимся искренне, понимая, что происходит историческое для Самары событие. А может, и не только для Самары.

На молебен пришли сенатор Совета Федерации России от Самарской области Дмитрий Азаров, в недавнем прошлом он Глава города Самары, а также депутат Государственной Думы России от Самары Надежда Колесникова.

Чтобы сохранить память об этом событии, я приобрел в соборе икону Святителя Алексия. Отец Александр по моей просьбе бережно ставит ее на Знамя, лежащее на раке с мощами Святителя.

Молебен заканчивается, отец Александр говорит о неразрывной связи поколений российских, о том, как важно беречь традиции, связанные с защитой веры Православной, ее святынь.

Уже после молебна, когда отец настоятель пригласил нас на трапезу, он рассказал, что Богоявленский собор решено было советской властью закрыть. В указе написали, что храм закрывается в связи со строительством метро «Бауманская». Но Промысл Божий оказался сильнее распоряжений правительства: указ о закрытии храма был подписан 22 июня 1941 года. И с началом войны стало не до закрытия собора — он действовал все годы, никогда не закрывался!

Более того: уже в наше время сотрудники Московского метрополитена попросили духовенство собора взять их под духовное покровительство. И конечно, в этом им было не отказано. Ведь Богоявленский собор ведет большую духовно-просветительскую работу и по патриотическому воспитанию, и по многим другим направлениям служения духовенства «в миру» — ведь Богоявленский собор всегда был на виду и у Москвы, и у всей России. Напомню, что с 1938 по 1992 годы он являлся Патриаршим кафедральным собором Русской Православной Церкви Московского Патриархата.

Так прошло наше пребывание в соборе, где сама история России заключена в нем, само русское небо лежит под его сводами.

Часть делегации возвращалась домой, в Самару.

А другая ее часть направлялась на военный аэродром, чтобы лететь в Сирию, к нашим летчикам.

Но это — уже другой рассказ.

Алексей Солоницын, писатель.

Дата: 29 мая 2017
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
7
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru