Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Взгляд

Обольщение грубой силой

О «сталинистах» в церковной ограде.

О сталинистах в церковной ограде*.

Жгучий человек!

Те, кто постарше, конечно же помнят это странное поветрие перед концом советской эпохи. Тогда многие шоферы грузовых машин вывешивали на ветровое стекло до боли знакомый портрет Генералиссимуса. В качестве опознавательного знака, что ли, что и они — за порядок, за твердую руку, за то, чтобы не церемонились с «врагами трудового народа»...

С одним из таких шоферов я ехал по Бийскому тракту летом 1985 года. Спросил его, зачем вывесил Сталина на переднее стекло, как икону. «При нем порядок был!» — не задумываясь ответил он. Потом стал рассказывать про слепого художника, который вот в этих местах, над рекой Катунь, выбил на скале барельеф Ленина**. А в конце разговора водитель заплакал, признался, что у него при Сталине репрессировали и сгноили в лагерях отца. «Жгучий человек!» — прошептал он о «вожде народов». Но портрет с ветрового стекла почему-то не снял.

Писатель Александр Проханов пытается навязать верующим кощунственную «икону» Сталина.

Вскоре под напором перестроечных разоблачений это поветрие резко исчезло. Трудно стало демонстративно вывешивать этот профиль, когда все заговорили о том, о чем раньше предпочитали молчать. И вот теперь всё опять как-то вдруг забылось, и за «реабилитацию» вождя*** взялись те, от кого меньше всего этого следовало ожидать — часть Православных верующих. Духовные наследники тех, кого Сталин жестоко преследовал.

Лет десять назад я приехал в Рязань, к директору местного Православного книжного магазина Игорю Николаевичу. Приехал перенимать опыт. Магазин выглядел шикарно, ничего подобного я раньше нигде не встречал, даже в столице: широкие светлые витрины, сразу несколько продавцов, просторный торговый зал, большой выбор духовных книг и икон. Расстроила одна вот только «мешающая деталь». На почетном месте в торговом зале увидел я странный «красный угол», где вместо икон были портреты Сталина и соответствующие книги о нем. Возмутился духом, не стал молчать — указал директору на этот нонсенс. Но он в ответ даже ухом не повел. Даже спора меня не удостоил. Тут для него не было никаких сомнений. Стена.

К слову, Игорь Николаевич человек сравнительно молодой, из моего, из «непоротого» поколения, — которое не успело порыдать, узнав о смерти «вождя». И таких сталинистов в церковной ограде нынче стало немало. К тому же, среди них я встречал далеко не худших из нас, современных Православных, — активных, образованных, убежденных... И все же неведение духовное есть не что иное, как именно неведение.


* Автор просит прощения у читателей за то, что в этой статье приведены иллюстрации неканоничных, непризнанных Церковью, лишь по форме иконописных изображений, но с подлинным иконописанием не имеющих ничего общего, а также фотографию И.В. Сталина — все это может оскорбить потомков тех, кто пострадал в годы репрессий. Прошу прощения за это. Публикуются эти изображения с одной целью — сделать наглядным отсутствие в оценке личности и деяний Сталина духовного трезвения у некоторых наших братьев во Христе, которые считают себя «православными сталинистами».

** Если это не красивая легенда, не миф, и такая скульптура на Алтае действительно была — а тому есть косвенные свидетельства (а может быть, и сейчас есть?), — что же, подивимся этому могучему символу. Нет, не «величия» Ленина, а... человеческой слепоты. Вот ведь какие романтические искры могла, оказывается, высекать в поэтической русской душе лишенная всякого романтизма, подчеркнуто-приземленная, сухая, безбожная и потому безжизненная идея марксизма! Но не забудем только: в этой легенде важно, что самодеятельный художник тот, не побоявшийся с резцом повиснуть над высоченным обрывом, над быстрой рекой, — был слеп! И наверное, слеп не только физически.

Наша справка. Иконостас ушедшей эпохи.

По дороге из г. Бийска, Алтайский край, в поселок Артыбаш, на правом берегу Бии, в 7 километрах ниже устья реки Лебедь возвышается огромный утес. Отвесная 80-метровая стена сложена из гранитных плит, обтесанных ветрами и временем. Местные жители испокон веков называли эту скалу «Иконостас» — ведь глядя на нее снизу, запрокидывая голову все выше, невозможно было не перекреститься! Высота этой отвесной скалы подвигала людей восславлять величие Бога.
Сегодня утес над Бией чаще именуют по-другому —  «
иконостас ушедшей эпохи ». В самом центре скалы, на высоте 40 метров, ярким пятном выделяется барельеф: профиль В.И. Ленина на фоне знамени. И лозунг, выписанный большими неровными буквами: «Имя Ленина, его дело, труд и учение будут жить вечно». Алтайский барельеф на скале Иконостас создал в середине прошлого века, вскоре после Великой Отечественной войны, турочакский учитель и комсомольский работник Иван Сычев. Есть разные версии того, что подвигло его на такой труд (от сумасшествия, до указания от ЦК партии). Но наиболее достоверно другое. Тяжело заболев (начав слепнуть?), Иван Сычев решил оставить о себе память. Соорудив небольшую площадку из досок, он опустил ее на веревках до середины скалы. Работал в течение нескольких недель. Ему было важно именно на горе, названной церковным именем, запечатлеть профили двух богоборцев! Ведь изначально на гранитных плитах Иконостаса были изображены два профиля — Ленина и Сталина, совмещенные на фоне знамени. После разоблачения культа личности местные активисты профиль Сталина сточили, оставив лишь Ленина. С 1978 года Иконостас является памятником природы республиканского значения. Туда возят туристов.

...В мае 1999 года научные сотрудники Нижне-Архызского музея-заповедника Карачаево-Черкесии проводили археологическое обследование хребта Мицешта над Нижне-Архызским городищем. По сообщению местных жителей Сергея и Анатолия Варченко, там видели какую-то икону. И вот эта икона была найдена! На вертикальной скале неярко белел Лик Христа. Это иконописное изображение датируется предположительно ХI веком! К иконе Спасителя на скале со всей страны потянулись паломники. Когда в одном месте России был «явлен» для всеобщего обозрения памятник ослеплению и богоборчеству — в другом регионе страны для нашего укрепления в вере открылся удивительный чудотворный Архызский лик Христа.

*** …Кстати уж, о «вожде»: американские индейцы подарили Сталину «ирокез» — головной убор вождя краснокожих! Оказывается, в 1942 году американские индейцы прямым голосованием избрали Сталина вождем всех индейских племен!Так что титул вождя можно считать в чем-то оправданным.


«В белом кителе с золотыми погонами»

Вчитаемся!

«Троцкисты, в свое время обломавшие зубы о Третий Рим, — в 1918 году они убили Белого Царя, но природа России не терпит пустоты, поэтому восстал генералиссимус в белом кителе с золотыми погонами, совершивший возмездие над всемiрными возмутителями, над стаями бешеных гиен, которые вгрызались в плоть России, чтобы надругаться над богоносным народом и уничтожить его.

Сталинизм страшен троцкистам своей несовместимостью с либеральными ценностями. Сталинизм страшен им своей иерархией и дисциплиной. От него веет величием древних царей и благородством древних героев. Сталинизм, как проверенное временем, несокрушимое оружие против сатанинской перманентной революции, необходим современному миру словно воздух.

К началу ХХ века атмосфера царских дворцов была отравлена либерализмом. От царей даже не ждали — требовали доброты и милосердия, отвергая самую возможность царской грозы — точно величайшего беззакония. Но как летнее солнце без живительной влаги, приходящей вместе с громом, лишь сушит и жжет, так незаслуженная милость сушит и жжет своего, казалось бы, счастливого получателя.

Сталинизм привнес в идею власти так недостававшую ей грозу. Ему привычно ставят в вину гражданскую войну и массовые репрессии, путая местами причины и следствия. В 20-х годах прошлого века выбор стоял не между династией Романовых и сталинизмом, а между троцкистами и сталинизмом. И русский вместе с союзными ему народами сделал свой выбор.

Если бы к началу 30-х годов у власти в России оказались троцкисты, они бы выжали из нее все соки, чтобы бросить полумертвое безвольное существо, уставшее от издевательств и голода, к ногам Гитлера.

Безсмертная заслуга сталинизма перед человечеством заключается в сокрушении сатанинского Третьего Рейха, этой злой пародии на Третий Рим. Через один подвиг уничтожения Третьего Рейха Русь вновь обрела достоинство Третьего Рима, ограды Церкви Христовой. И не нынешним непрошеным судьям осуждать его вождя Иосифа Сталина.

Новую агонию Европы может остановить, как и семь десятилетий назад, сталинизм. Враги христианской цивилизации это прекрасно понимают и не перестанут день и ночь поливать его грязью. Он диаметрально противоположен расслабляющему, мертвящему либерализму, и в этом его сила».

Привожу почти целиком эти не лишенные магической, завораживающей силы строки, опубликованные на сайте «Русской народной линии». Странно только видеть подпись под ними, ведь имя автора —  священник Сергий Карамышев, публицист, Рыбинская епархия. В его тексте словно прорвало доселе молчавшую угрюмую массу наших доморощенных «православных сталинистов». Тут они уже пошли в бой! Тут уже наступило, по их мнению, то самое «время Ч» — и без трофеев в свои глухие окопы они возвращаться не собираются. Давайте вчитаемся в складный, как строевая песня, текст. В нем, к сожалению, не только апология сталинизма. Не только косвенное оправдание страшных репрессий и многомиллионных жертв сталинского террора*. В нем — уже явный вызов прежней, Царской России!

В чем публицист из Рыбинска упрекает наших Царей? В мягкотелости, слабости, либерализме. Да и не Царей даже обвиняет он, а лично Царя Николая II, Святого Царя, ведь речь у публициста из Рыбинска идет о либеральной «атмосфере дворцов» как раз начала XX века! А в начале ХХ века у нас был только один Царь... И Сталина автор считает прямым, законным наследником Царской власти («природа России не терпит пустоты»). Причем таким наследником, который еще и упрочил, и исправил дело, по превратному мнению публициста, безвольных и слабых Царей («сталинизм привнес в идею власти недостающую ей грозу»). Под ударом оказывается далеко не только троцкизм (кому сейчас какое дело до этого троцкизма?). Под ударом оказывается Царская власть прежней России. А это уже нельзя проглатывать молча, безропотно. Когда-то наши предки промолчали, когда сначала оболгали, а потом и убили Царя. Последствия этого мы все до сих пор расхлебываем.

Мне было страшно читать эти горячечные, рубленые тезисы провинциального батюшки. При всем уважении к его священническому сану, при том, что двигали им мотивы патриотические, государственнические, оставить его панегирик Сталину совсем без ответа, наверное, было бы неправильно. Искренен он? Конечно! Так и вижу его впереди паствы — старушек богомольных, суровых стариков, исступленных студентов, несущих на Крестный ход портреты «вождя»... От такой вот картины делается не по себе что-то.


* Ужасающие цифры! По официальным отчетам, только за 1930-1952 годы было расстреляно чуть меньше 800 000 человек! Однако количество физически уничтоженных было значительно больше (приводившие к смерти пытки, жуткие условия содержания в лагерях ГУЛАГа). Помимо расстрелов — около 20 (!) миллионов человек за это же время были осуждены к лишению свободы в лагерях, тюрьмах. Не менее 6 миллионов человек — в основном так называемые «кулаки», а на самом деле просто русские крестьяне, и «репрессированные народы» стали жертвами депортации. Расстрелам, заключению, ссылкам каждый год правления Сталина подвергался примерно один миллион человек. Конечно, среди этих людей были и уголовники, но в ту пору законы настолько ужесточились, что в разряд «уголовников» массово попадали и обычные граждане, допустившие незначительные проступки. К тому же в 1932-33 годы погибло от голода более 5 миллионов человек(цит. по книге доктора исторических наук Олега Хлебнюка «Сталин. Жизнь одного вождя», М., изд. «АСТ», 2015 г., стр. 67, 68).


«Икона Победы»

Но вначале был пробный шар: в храме святой равноапостольной Ольги в Стрельне, под Санкт-Петербургом, в ноябре 2008 года появилась новая икона: « Блаженная Матронушка благословляет Иосифа Сталина ». Тогда не вышло! Прихожане не приняли такого вот самосвятства. Настоятель, игумен Евстафий (Жаков) сначала спрятал «икону» подальше от глаз недовольных прихожан, а потом и вовсе убрал икону из храма. Вскоре священнику пришлось давать объяснения в Санкт-Петербургском епархиальном управлении и даже покинуть должность настоятеля этого прихода.

И вот принялся за дело уже настоящий мастер черного пиара. Известный писатель, редактор газеты «Завтра» Александр Андреевич Проханов просто-таки не вылезает с экранов ТВ последние годы. К чему бы это? Сам я тоже, как и многие из вас, нахожусь под обаянием яркой и талантливой личности писателя. И вообще, развенчивая «православный сталинизм», все время чувствую какую-то нравственную занозу: стрелять-то (статьями, строками, разумеется) приходится в основном по своим... Которые вот-вот могут оказаться мне чужими!

Так вот, Александр Андреевич 16 июня с.г. привез в Саратовскую область так называемую «икону Победы»: на ней на фоне святынь Московского Кремля, среди которых хорошо еще мавзолей не изображен, — осеняемые скипетром Пресвятой Богородицы, в центре, в окружении несгибаемых генералов Великой Победы стоит в белом кителе  САМ  — очень похожий на настоящего!

Молебен на авиабазе  в саратовском Энгельсе служил иеромонах Виссарион (Самусев) (имя батюшки несколько созвучно Сталину), он принял эту «икону» как некую новую святыню. Ничтоже сумняшеся совершил перед ней молебен, по сути, освятил ее, а потом и окропил святой водой присутствовавших на молебне московских интеллектуалов из «Валдайского клуба» и боевую технику.

В Саратовской Митрополии назвали действия Проханова провокационными, а клирика, совершившего молебен перед неканоничным образом, назвали неопытным (в сане он всего год, но на фотографии видно — человек уже далеко не юный), проявившим «некомпетентность и духовную нерассудительность». Пригрозили священнику наказанием (к чему я отнюдь никого не призываю). А Проханов преспокойненько отбыл восвояси, наверное, весьма довольный таким мощным всероссийским «пиаром» псевдоиконы. Что ему до судьбы неопытного священника, подпавшего, как и многие из нас, под обаяние яркой личности столичного писателя.

За несколько лет до этого скандала Александр Проханов уже прощупывал плотность обороны идеологических бастионов Церкви. Обратился в 2010 году к Митрополиту Волоколамскому Илариону (Алфееву), председателю Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, с просьбой высказаться об отношении Церкви к личности Сталина. И ответ вскоре был получен.

«Никакие достижения СССР не могут оправдать преступления Иосифа Сталина, — говорится в письме замглавы Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата игумена Филиппа (Рябых) главному редактору газеты «Завтра» Александру Проханову. — При Сталине была создана безчеловечная система, и ничто ее не может оправдать: ни индустриализация, ни атомная бомба, ни сохранение государственных границ, ни даже победа в Великой Отечественной войне, ибо всего этого добился не Сталин, а наш многонациональный народ».

По словам отца Филиппа, режим, созданный Сталиным, держался на терроре, насилии, подавлении человеческой личности, лжи и доносительстве. Этот режим пожирал самого себя, когда сами палачи превращались в жертвы, и имел лишь временный успех.

Как видим, «православные сталинисты» этим ответом отнюдь не удовлетворились.

«Какой он добрый!..»

Нет, все это началось еще раньше — задолго до нас с вами. Легенду об этом человеке стали творить при его жизни...

Эта отпечатанная на пишущей машинке самиздатовская книга еще ждет своего часа! Да, книга удивительная. «Записки Епископа», т. 3, Митрополита Вениамина (Федченкова). Ее передал мне почти 20 лет назад известный самарский священник Иоанн Державин*. Владыка Вениамин в конце 1950-х годов был Митрополитом Саратовским и Вольским, ректором местной семинарии. А в прошлом он — врангелевский Епископ Армии и Флота, окормлявший Белую армию в Крыму, потом экзарх Русской Церкви в США. Человек с удивительной судьбой и с литературным талантом. Митрополит Вениамин совершил дьяконскую хиротонию отца Иоанна Державина, который и стал его последним ставленником. Вскоре после этого в 1958 году Митрополит был отправлен на покой в Псково-Печерский монастырь, где и скончался в 1961 году. Не знаю, как попала к отцу Иоанну эта удивительная, еще не «выскобленная» редакторами до полной глади, книга. Но попала вот как-то же. Возможно, престарелый иерарх передал ее своему духовному чаду отцу Иоанну во время приезда отца Иоанна к нему в монастырь, ведь в одном месте книги, как раз в главке, о которой пойдет речь, есть ссылка, написанная, по-видимому, рукой Митрополита в 1960 году, — как раз во время пребывания Митрополита Вениамина в Псково-Печерском монастыре. В этой книге есть небольшая главка: «О Сталине». Приведу ее целиком, так как в ней много чего удивительного.

+++

В 1945 году, когда я был вызван из Америки на коронование ( так в тексте, а далее в скобках разъяснение: — «настолование») Патриарха Алексия (имеется в виду Патриарх Московский и всея Руси Алексий I (Симанский), заехал я в Воскресенский храм на Сокольниках. Поклонился Иверской**. И оттуда — на противоположную сторону, — поехали мы на машине в Донской монастырь на могилу Патриарха Тихона. Сопровождал меня бывший келейник Патриарха Сергия (теперь наместник Троице-Сергиевой Лавры) Архимандрит Иоанн (синими чернилами, «от руки», под сноской-звездочкой надпись: «Ныне Епископ Иоаннъ Псковский и Порховский, 1960 г.»).

Я попросил его рассказать что-нибудь о Патриархе Сергии. Между прочим, он сообщил и следующее.

И.В. Сталин принял Митрополита Сергия ( Патриархом Московским и всея Руси он стал в 1943 году), Митрополита Алексия и Митрополита Николая... (Эта встреча состоялась в Кремле 4 сентября 1943 году.) Отец Иоанн не знал, о чем они там говорили. Только одно помнит: Митрополит Сергий, воротившись от И.В. Сталина, ходит в доме по комнате и, по обычаю, что-то про себя думает.

А отец Иоанн стоит у притолоки молча.

Вдруг Митрополит Сергий полуголосом говорит:

— Какой он добрый!.. Какой он добрый!..

Это он так думал и говорил о Сталине...

Я говорю о. Иоанну:

— А Вы не догадались спросить у Владыки: «Ведь он же неверующий?»

— Спросил!

— А что же Вам ответил Митрополит Сергий?!

— «А знаешь, Иоанн, что я думаю: кто добрый, у того в душе живет Бог!..»

...Передаю точные слова Митрополита Сергия... А он был умнейший человек... И слов напрасно не бросал.

Тогда стоит и нам задуматься...

После я прочитал в третьем послании Апостола Иоанна, «Апостола любви», следующие слова его:

«Кто делает добро, тот — от Бога, а делающий зло не видел Бога!»

Удивительно! Ведь это буквально совпадает со словами Митрополита Сергия!

Знаменательно! Мудрейшие люди, высшие церковные иерархи, если взять на веру изложенные здесь слова, — оказались, по сути, едины во мнении относительно «веры» Сталина! И относительно оценки его деятельности. Хотя уж кто-кто, а Патриарх Сергий не мог, конечно, не знать о тех страшных, повальных репрессиях ***. Знал, и знал очень даже хорошо... Так почему же тогда такая необычная восторженность (и, похоже на то, вполне искренняя)? Можем только предполагать. Наверное, имело место не столько человеческое, сколько политическое неведение! Церковь Русская настолько «сжилась» за прошедшие столетия с идеей симфонии властей, что когда оказалась вдруг без опеки (деликатной, любящей — но все же опеки!) со стороны Царской власти, — Она словно бы на время потеряла себя. Не от репрессий только лишь (хотя от них, конечно, тоже), но растерянность была еще и от того, что Церкви теперь не находилось места в государственном организме. А многовековая привычка требовала от иерархии это место найти. И когда такой случай наконец-то представился, — когда Сталин во время тяжелейшей войны вынужденно решился на временный компромисс с Церковью и призвал в Кремль на встречу главных из немногих уцелевших церковных иерархов, создалась вдруг иллюзия того, что теперь «все наладится». И государство, пусть и другое совсем, советское, безбожное, вновь встроит Церковь в свой механизм!.. Не безпочвенная надежда, между прочим, отнюдь не пустая иллюзия, — шанс на это все равно до самого конца, наверное, оставался. Но сколь же многим пришлось пожертвовать Церкви на этом крестном Христовом пути смирения перед атеистической властью, чтобы вера в безбожном государстве была хоть сколько-нибудь, хоть частично легализована?! Не счесть! Но единственная правильность этого тяжелейшего пути теперь засвидетельствована подлинным возрождением церковной жизни в нашей стране, начавшейся после празднования Тысячелетия Крещения Руси в 1988 году.****


 * Я пишу эти строки 1 сентября, как раз в день его кончины, — он умер 1 сентября 1998 года. Помяни, читатель, замечательного русского пастыря — протоиерея Иоанна!

 ** Прежняя Иверская икона Божией Матери, раньше находившаяся в часовне на Красной площади столицы, после разрушения часовни перенесена в храм Воскресения Христова в Сокольниках и находится там и сейчас.

 *** За годы советской власти в СССР было уничтожено 200 000 священнослужителей, еще более 500 000 подверглись репрессиям. Эти цифры привел на пресс-конференции в Москве в декабре 1995 года председатель Комиссии при Президенте РФ по реабилитации жертв политических репрессий академик РАН А.Н. Яковлев.

**** Чтобы понять, насколько сильно изменилось сегодня отношение Церкви к проблеме «симфонии властей», стоит внимательно прочесть Социальную доктрину Русской Церкви (принята Архиерейским собором в 2000 году), в которой есть слова о мирном гражданском неповиновении властям в особых случаях: « Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении. Христианин, следуя велению совести, может не исполнить повеления власти, понуждающего к тяжкому греху. В случае невозможности повиновения государственным законам и распоряжениям власти со стороны церковной Полноты, церковное Священноначалие по должном рассмотрении вопроса может (...) призвать народ применить механизмы народовластия для изменения законодательства или пересмотра решения власти; (...) обратиться к своим чадам с призывом к мирному гражданскому неповиновению» (гл. 5, п. 3).


«И бесы веруют, и трепещут...»

Верил ли Сталин в Бога? Эту тайну он унес с собой. Но можно предположить, что в детстве, даже в молодости несомненно верил. Крестили его в Горийской Свято-Успенской соборной церкви, о чем осталась запись в метрической книге. Его крестный отец — житель Гори крестьянин Цихатришвили. Родной язык Иосифа Джугашвили был грузинский. А русскому языку уже в подростковом возрасте учили его перед поступлением в духовное училище дети священника. Он сдал экзамены на отлично и был зачислен сразу во второй класс духовного училища. Потом сын чуть разбогатевшего, но все же сапожника — блестяще сдал экзамен в Тифлисскую семинарию. Хотя согласно Ветхому Завету он не мог претендовать на священнический сан как имеющий от рождения телесный дефект — у Сталина были сросшимися два пальца на одной ноге ( «ни один человек из семени Аарона священника, у которого на теле есть недостаток, не должен приступать, чтобы приносить жертвы Господу; недостаток на нем, поэтому не должен он приступать, чтобы приносить хлеб Богу своему» (Левит 21, 21). При поступлении в семинарию и знания нужны были, и опыт церковной жизни (мать его потом всю жизнь жалела о том, что ее сын так и не стал священником!). В семинарии проучился четыре с половиной года и был исключен, скорее всего, за участие в марксистском кружке, организованном в стенах самой семинарии! Исключен мягко, без скандала, с шансом образумиться. Получил даже право преподавания в народных училищах.

Мать Сталина Екатерина Георгиевна Джугашвили всю жизнь жалела, что ее сын не стал священником.

Самарский писатель Владимир Осипов в книге «За наших» (Самара, изд. «Русское эхо», 2010 г.) сообщил нигде более не нашедшее подтверждения мнение, что Иосиф Виссарионович Джугашвили был исключен из семинарии из-за своего скромного происхождения: «В Тифлисской семинарии он был единственным не сыном церковнослужителя. Настоятель горийского храма солгал, написав, что он сын местного дьякона. Сам же настоятель полтора года оплачивал обучение Иосифа. Но потом с ним что-то случилось. Платить стало некому, а в семинарии выяснили, что Джугашвили — сын сапожника и прачки. Но как? Только за это — не по-христиански. Да и учился он хорошо, в отличие от некоторых поповских детей. Но вот при очередном «шмоне» под подушкой горийского семинариста находят две книги — Дарвина и Дюма (по другим сведениям, Виктора Гюго — А.Ж.), изданных в России на русском языке. Но это возводят в крамолу, и юношу изгоняют из семинарии. Именно это, а не придуманная потом биографами революционная деятельность, что не подтверждает ни один документ, и стало причиной отчисления. И возможно, во многом из-за этого Иосиф Джугашвили становится сначала Кобой*, а потом товарищем Сталиным...»

Мне кажется, это очень романтизированный подход к оценке того периода жизни Сталина**. Наверное, все было грубее и проще. Из-за прельщения марксизмом духовный путь для юноши стал невозможен. И горячий темперамент революционера, теперь направленный на ложные ценности, поволок недоучившегося семинариста совсем по другому пути — прочь от Церкви, от высоких духовных устремлений ранней юности... А что эти устремления в ранней юности его были и высоки, и чисты, свидетельствует самое известное стихотворение Сталина той поры:

Шел он от дома к дому,
В двери чужие стучал.
Под старый дубовый пандури
Нехитрый мотив звучал.
В напеве его и в песне,
Как солнечный луч, чиста,
Жила великая правда -
Божественная мечта.
Сердца, превращенные в камень,
Будил одинокий напев.
Дремавший в потемках пламень
Взметался выше дерев.
Но люди, забывшие Бога,
Хранящие в сердце тьму,
Вместо вина отраву
Налили в чашу ему.
Сказали ему: «Будь проклят!
Чашу испей до дна!..
И песня твоя чужда нам,
И правда твоя не нужна!»

1895 г., перевод с грузинского Л. Котюкова.

Семинарист Иосиф Джугашвили.

В судьбе Сталина особенно ярко видно, как происходила трагическая подмена, — и вместо того, чтобы устремиться на подвиг во имя Христа, унесенные ветром эпохи искатели подвига шли по романтизированному дьяволом пути лжи и духовной подмены. Где Бог и братство во Христе заменялись Марксом и «братством» во имя всеобщего разрушения и экспроприации... Вскоре молодой Коба принял участие в разбойном кровавом нападении на банк в Тифлисе для экспроприации средств на нужды партии.

Ни из чего не следует, что в ту пору Джугашвили выказывал полное неверие или пренебрежение к Церкви. Напротив, факты свидетельствуют об обратном. Из семинарии он был отчислен в 1899 году, и точно известно, что спустя целых семь лет, в 1906 году, будучи уже не каким-то недоучившимся семинаристом, а известным марксистом, собеседником Ленина, Фрунзе, Дзержинского, делегатом четвертого съезда РСДРП, — он преспокойно венчается со своей первой женой Екатериной Сванидзе (от этого брака родился сын Яков). Прошло целых семь лет! Значит, «пережитки прошлого» у него не скоро и не просто изживались. Наверняка и сын Яков был крещен по Православному обряду (его воспитывала мать покойной жены Сталина***. А вот уже вторая жена Сталина, дочь революционера, носившая, по злой иронии судьбы, яркую церковную фамилию Аллилуева, стала ему «партийной» женой — ни о каком венчании и речи не шло. Да и сам брак официально заключили лишь через два года, в 1919 году. Партийные руководители той эпохи не придавали особого значения внешнему оформлению «скрепления уз». Не были крещены при рождении и дети от второго брака. Во всяком случае, дочь Сталина Светлана Аллилуева примет крещение со своими детьми только в 1962 году — ее крестит известный московский протоиерей Николай Голубцов.

...Пожалуй, венчание в 1906 году — последнее внешнее проявление личной церковности у Сталина, точно известное его биографам.Если в переписке с матерью еще нет-нет, да и упомянет он имя Божие, видимо, отдавая дань ее религиозности, то с друзьями-партийцами он будет общаться уже иначе. Характерный стиль его писем становится примерно таким, как вот в этом письме Сталина Каменеву из ссылки в 1912 году: «Здравствуй, друже! Целую тебя в нос, по-эскимосски. Черт меня дери. Скучаю без тебя чертовски. Скучаю — клянусь собакой! Не с кем мне, не с кем по душам поболтать — черт тебя задави». (Простите, что привожу здесь такое нагромождение черных слов, мало выдающих в авторе семинариста!..)

Что бы мы сказали о человеке, у которого первая (венчанная) жена умерла вскоре после первых родов, вторая — убила себя выстрелом из «вальтера» после очередной ссоры с мужем****, а дочь сменила пять мужей, металась по странам и континентам (СССР, Индия, США, Швейцария, Англия...); будучи Православной по крещению, некоторое время пребывала в католическом монастыре, а потом, согласно ее же завещанию, была кремирована и прах ее уехал не на Родину, а за океан? Что сказали бы мы о человеке, который в 1937 году, имея все возможности для передвижения, не поехал на похороны горячо любившей его матери? Что сказали бы мы о человеке, о котором известно, что он лично подписывал и расширял расстрельные разнарядки на места (сколько человек репрессировать в области, крае, республике)? Прибегал в особых случаях, чтобы избежать огласки, и к «спецрасстрелам» известных людей, которые совершались негласно по его указанию? О какой вере мы бы могли говорить применительно к человеку, который в начале страшной войны сказал о почти миллионе (!) попавших в беду своих соотечественников: «У нас нет пленных, у нас есть только предатели»? Или в канун Большого террора, когда у каждой семьи на всей территории Союза, от маршала и до путевого обходчика, в каждой квартире или избе стоял узелок на черный день (если арестуют), — сказал бы так же вот бодро: «Жить стало лучше, жить стало веселее, товарищи!» Что бы мы сказали о его вере?

Теперь попробуем это применить и к Сталину, — ведь тоже, как и мы, человек он. Что бы мы сказали о нем и о его вере? Если вера вообще у него была. Мы бы сказали, что этот человек, как мало кто на нашей грешной земле, вольно или невольно послужил врагу рода человеческого. А вера… Да какое нам теперь дело до его веры — если она у него вообще была. Ведь сказано в Писании, что «и бесы веруют, и трепещут» (Иак. 2, 19) — только такая вера (ведь «вера без дел мертва»!) ни для кого не спасительна.


* Смена фамилий у партийных вождей (Ульянов — Ленин, Апфельбаум — Зиновьев, Бронштейн — Троцкий, Гаухманн — Свердлов) — это не просто партийная традиция такая или более традиционная скорее для уголовников кличка, или «погоняло» (кличка у Сталина тоже была — Коба, скорее всего, происходящая от Сосо, как ласково называла своего единственного из троих детей выжившего в младенчестве ребенка его мать; другая версия — так звали легендарного благородного грузинского разбойника-мстителя, защищавшего бедных крестьян от русской и грузинской знати, — молодой Джугашвили зачитывался преданиями о нем). И вряд ли главное тут — попытка «спрятать» свою не титульную национальность (грузинскую, еврейскую), растворить ее в более привычном русском звучании фамилии, имени и отчества — нет, не только это! Ведь вот Ульянов же свою вполне русскую фамилию тоже заменил на фамилию Ленин. Скорее, тут своего рода посвящение, «новое имя», по образу того, как Господь дал новые имена Своим верным рабам — Аврааму, Сарре, Апостолу Петру, Апостолам Иакову и Иоанну... Традиция эта сохраняется в монашестве, где постриг меняет не просто статус человека, но и саму его личность — он получает во время обряда пострижения новое имя. Только, как все у них, у партийцев эта древняя духовная практика переиначена и вывернута наизнанку. Посвящение партии! И даже завуалированное посвящение сатане! Скорее всего, прикровенное и от самих посвящаемых. А еще, как и в случае с Апостолом Петром (Кифа — Камень. см. Мф. 16, 18), Апостолами Иаковом и Иоанном (Воанергес — сыны громовы. см. Мк. 3, 17), новые имена призваны подчеркивать какие-то особенные личные качества: Сталин, Каменев — являют «железобетонность» их марксистской ортодоксии. Свердлов!.. Так и слышу свистящий, режущий звук сверла, терзающего беззащитное тело Православной России. Попытки в первые десятилетия советской власти дать гражданам советской формации новые имена (Октябрина, Владлен, Сталина, Марлен и пр.) невольно обращают нас к тексту Апокалипсиса, где говорится о «новом имени, которое никто не знает, кроме того, кто получает...» (Откр. 2, 17). Но все это, опять же, искажено врагом спасения до неузнаваемости, до полной противоположности...

** Известный российский кинорежиссер Алексей Октябринович Балабанов (фильмы «Брат», «Брат-2», «Война») решил снять художественный фильм о юности Сталина. В котором его биография, конечно же, была бы романтизирована. Но режиссер не смог снять этот фильм — скончался в 2013 году от острой сердечной недостаточности. Незадолго до смерти Алексей Балабанов попросил помочь ему в съемках этого фильма всемирно известного сербского кинорежиссера Эмира (в крещении Няманя) Кустурицу. Но режиссер из Сербии от этого отказался. И назвал свой отказ участвовать в работе над фильмом о Сталине «делом принципа».

 *** К слову, известный телеведущий-либерал Николай Сванидзе — дальний родственник первой жены Сталина. Хотя дед его, тоже Николай Сванидзе, был партийным деятелем той эпохи, но родство с генсеком не помешало ему быть расстрелянным в годы сталинского правления — такой вот виток истории.

**** В своей книге «Двадцать писем другу» дочь Сталина Светлана Аллилуева сообщает важную деталь: ссора, сама по себе незначительная, произошла вечером 7 ноября 1932 года на банкете в честь 15-й годовщины «великого октября». Сталин за столом сказал жене: «Эй, ты, — пей!» — А Надежда Сергеевна в ответ воскликнула: «Я тебе не — Эй!» — и встала и при всех ушла из-за стола. Сталин был потрясен самоубийством жены, случившимся на следующий день после ссоры, в ночь с 8 на 9 ноября. И, по словам дочери, никогда не мог понять, «за что» она так его страшно наказала. Он спрашивал у многих, разве он был невнимателен к ней, разве он не любил и не уважал ее как жену и как человека?

Можно предположить, что приближение каждой очередной годовщины «октябрьской революции» с тех пор пробуждало в его душе мысли о жене, воспоминания о семейной трагедии. Какой же «карой египетской» стали для генерального секретаря партии все эти революционные демонстрации и фейерверки в день гибели его жены! Наказание, достойное героев античных трагедий...

...На похороны жены он не пошел. А во время гражданской панихиды, подойдя ко гробу — вдруг оттолкнул его от себя руками и тут же ушел прочь.


«Товарищ Сталин, вы большой ученый...»

Сталин мало похож на серых партийно-номенклатурных гомункулов советской эпохи. Человек с неутраченным восточным шармом, он один хоть сколько-то живой среди всех этих приплюснутых полумертвецов-партийцев. Для него марксизм — только средство в политической борьбе, но никак не цель. Его нельзя обвинить в слепом догматизме «истовых марксистов» (хотя в широком мировоззренческом плане Сталин, конечно же, в зрелые годы был и марксистом, и материалистом — это безусловно). Но хорошее знакомство с церковным вероучением все же дает ему некоторое преимущество над большинством вышедших из местечек руководителей партии 1920-х годов. Для него, в детстве ходившего с матерью в церковь на каждую воскресную обедню, даже мечтавшего о пастырском служении, для него вся эта позднейшая партийная абракадабра с поиском уклонистов и ревизионистов — скорее лишь повод расправиться с врагами, чем слепая вера в букву марксистской догматики.

Дочь Сталина Светлана Аллилуева приняла святое крещение уже после смерти отца.

Широта взглядов чувствовалась в нем и позднее (не зря же в его кремлевской квартире была библиотека, насчитывающая более 20 тысяч книг*, и в ней была Библия, был Достоевский! — а он, по его же признанию, имел привычку прочитывать каждый день по 400 и более страниц). Это проявилось особенно ярко в 1950 году, когда академик Н.Я. Марр захотел жестко привинтить русский язык к «классовому обществу» — и нас бы вскоре стали заставлять говорить на каком-то чудовищно мертвящем специальном марксистском новоязе. Но вдруг Сталин резко и точно произнес нужное — и вполне русское слово! И не пустил «классовый подход» хотя бы в учение о языке, в лингвистику. И за это ему скажем спасибо. Ведь русский язык оставался тогда чуть ли не единственной духовной скрепой, что еще как-то связывала советские поколения с теми, кто жил на русской земле до кровавого большевистского переворота.

«Язык является продуктом целого ряда эпох, на протяжении которых он оформляется, обогащается, развивается, шлифуется. Поэтому язык живет несравненно дольше, чем любой базис и любая надстройка. Этим собственно и объясняется, что рождение и ликвидация не только одного базиса и его надстройки, но и нескольких базисов и соответствующих надстроек не ведет в истории к ликвидации языка, к ликвидации его структуры и рождению нового языка с новым словарным фондом и новым грамматическим строем.

Со времени смерти Пушкина прошло свыше ста лет. За то время были ликвидированы в России феодальный строй, капиталистический строй и возник третий, социалистический строй. Однако если взять, например, русский язык, то он за этот большой промежуток времени не претерпел какой-либо ломки и современный русский язык по своей структуре мало чем отличается от языка Пушкина.

Что изменилось за это время в русском языке? Серьезно пополнился за это время словарный состав русского языка; выпало большое количество устаревших слов, изменилось смысловое значение значительного количества слов, но что касается структуры пушкинского языка с его грамматическим строем и основным словарным фондом, то она сохранилась во всем существенном как основа современного русского языка.

В самом деле, для чего это нужно, чтобы после каждого переворота существующая структура языка, его грамматический строй и основной словарный фонд уничтожались и заменялись новыми, как это бывает обычно с надстройкой? Кому это нужно, чтобы «вода», «земля», «гора», «лес», «рыба», «человек», «ходить», «делать», «производить», «торговать» и т.д. назывались не водой, землей, горой и т.д., а как-то иначе? Кому нужно, чтобы изменения слов в языке происходили не по существующей грамматике, а по совершенно другой? Какая польза для революции от такого переворота в языке? История вообще не делает чего-либо существенного без особой на то необходимости».

Кто же написал эти простые, правильные строки? Дмитрий Сергеевич Лихачев? Михаил Александрович Шолохов? Нет, Иосиф Виссарионович Сталин. А ведь вопрос этот был далеко не теоретический в ту пору! Дорвавшиеся до власти мракобесы хотели свои революционные методы обрушить и на наш «великий и могучий». И просто вернуть этих потерявших всякую меру догматиков к здравому смыслу — и то дорогого стоило.

А ведь для Сталина язык наш не был даже и родным. И вот тем не менее.
Это уж потом острослов Юз Алешковский, отсидевший в лагере отнюдь не за политику, напевал в своей ставшей известной песенке:

Товарищ Сталин, вы большой ученый,
В языкознанье знаете вы толк,
А я простой советский заключенный,
И мне товарищ — серый брянский волк.

Но что было, то было: Сталин действительно заступился за наш язык**.


* В 1925 году Сталин дал задание своему секретарю И. Товстухе завести в штате должность библиотекаря. О том, какие книги должны быть в его библиотеке, Сталин объяснил письменно. В ней есть подробный перечень тем, по которым должны подбираться книги. А в конце он сделал весьма характерную приписку: «Все остальные склассифицировать по авторам, отложив в сторону: учебники всякие, мелкие журналы, антирелигиозную макулатуру и т.п. И. Сталин».

** Вы, наверное, уже заметили: всеми силами хочу я развенчать Сталина, а сам едва удерживаю себя от оправдания его. Но это не его заслуга. И даже не моя вина. Это уже что-то у нас в генах, в крови. Ведь и Сталин для нас всех — не просто история. А часть жизни. То, что коснулось каждого. Я ведь вырос здесь, а не на Багамах. И родители мои жили-живут здесь же. Мама моя малость поплакала (ей было тринадцать лет), когда узнала о смерти вождя. Дед был выслан в Самару из Ленинграда после убийства Кирова. Другой дед вызывался в «кабинет», где ему тыкали в лицо револьвером под портретом Дзержинского и цитатой из Горького на стене: «Если враг не сдается, его уничтожают!». Бабушки мои тоже в полной мере нахлебались и пережили-таки все «изгибы» той эпохи. Отец мой родился в «ликующие тридцатые» — в роковом 1937-м — и рос под шелест знамен и под восхваление «отца народов». Он даже слегка пострадал однажды за тост в память о «последнем Царе», а в 1960-м очень обрадовался тому, что им с моей будущей мамой в куйбышевском загсе по какой-то иронии судьбы назначили дату бракосочетания — 5 марта, день смерти Сталина! Так мой отец сводил с ним свои запоздалые счеты... Но чуть позднее узнали они, что это ведь еще и Великий пост...

Антон Жоголев.

Окончание см.

1087
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
-1
6
4 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru