Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Дочь убиенного священника

Чекисты поставили его перед выбором: если служить в церкви больше не будет, оставят в покое, если же будет упорствовать, заберут прямо сейчас... И он сделал свой выбор!


Долгими осенними вечерами Александра Филипповна Плешакова вспоминает свою молодость. 12 марта ей минул 91 год. Память у нее, несмотря на возраст, хорошая. Да вот только хорошего-то мало было в молодости…

«Филипп, стань батюшкой!..»

Александре было пятнадцать, когда чекисты арестовали ее отца, священника Троицкого прихода села Большая Глушица (ныне это районный центр в Самарской области - ред.) Филиппа Петровича Стрелкина. И послужить-то Богу пришлось ему только одиннадцать месяцев. Шел 1930 год. В селе коллективизация, раздрай. Кулаков и попов - под корень... В Большой Глушице было тогда три церкви - Михаила Архангела, Покрова Пресвятой Богородицы и Пресвятой Троицы. Всех священнослужителей этих церквей арестовали. Михайловскую и Покровскую церкви закрыли, оставалась одна Троицкая. Но так как священника по причине его ареста не было, службы и в ней не велись. Вот тогда и просило общество Филиппа Петровича стать во главе Троицкого прихода. Хотя и был-то он простой мужик. Но справный, хозяйство небольшое содержал, грамотой владел и службу церковную знал.
Мать, Татьяна Архиповна, была против такого предложения. Оно и понятно. Не хотелось ей, чтобы отец разделил участь троих уже арестованных батюшек. К тому же не определенными оставались еще две дочери, Александра и Евдокия (Евдокия постарше на три года была). Однако отец так сказал матери: «Меня общество просило, значит, так тому и быть. А уж как там дальше все обернется, это только Богу ведомо. И если придется пострадать за Него, значит, судьба моя такая».
И отправился вскорости отец в Самару к Владыке на посвящение в сан и за благословением на приход. Пошел пешком. А это без малого сто верст. Лошадь ему в колхозе, конечно, не дали: кто же в то время на такое дело лошадь бы дал?
Принял он сан и получил благословение от Владыки. И вот выходит отец от Архиерея и встречает знакомого мужика из Большой Глушицы. Тот в Самаре по своим делам был и теперь возвращался в село. Как узнал, что отец благословение получил, очень обрадовался. И конечно же, предложил отцу подвезти до дома. Когда приехали в село, мужик тот всем говорил, что батюшку везет. Слух быстро по селу распространился. И нового священника встретили колокольным перезвоном Троицкой церкви. Видно, и Сам Господь благословил тогда отца.

Выбрал тюрьму и суму
  
На первую службу в Троицкую церковь собралось множество народа. Люди пришли и с двух закрывшихся приходов. Так продолжалось все одиннадцать месяцев. А это, понятно, ох как не нравилось властям. Отца несколько раз предупреждали, грозили, а потом, видя, что угрозы не помогают, арестовали. Пришли ночью. И был разговор отца с пришедшими чекистами. Те поставили его перед выбором: если служить в церкви больше не будет, оставят в покое, если же будет упорствовать, заберут прямо сейчас. И писем не разрешат писать, и никто никогда не узнает о его дальнейшей судьбе. А отец давно все обдумал, давно выбор сделал. Попрощался с матерью, потом с дочерьми. И увели его. И больше отца Александра Филипповна никогда уже не видела. Разве только во сне…

Осиротевшая семья
      
Для осиротевшей семьи начались черные дни. Есть нечего. Все подчистую забрали чекисты. Помогали добрые люди: кто хлебца принесет, кто мучицы. Так и держались какое-то время. Но долго так продолжаться не могло. Многие сельчане сами жили впроголодь. И тогда мать забрал к себе брат. (Всего в семье Стрелкиных было пятеро детей: три брата и она с Евдокией. Но к тому времени из троих братьев в живых остался один. Двое сгинули - один в войне с германцем, другой в голодный 16-й год. Брат жил отдельно, своим хозяйством.) А обоих сестер не мог взять, не потянул бы лишних-то двух ртов - у самого дети малые…
И подвернулся тогда сестрам вербовщик. Набирал тот крестьян для работы на далекой реке Северная Двина. Сестры завербовались, и уехали они в неизвестность. Жили с сестрой в бараке. Работали на погрузке леса на американские пароходы. Тяжелый, изнуряющий труд. Совсем не для девичьих плеч. Холод, грязь, полное безправие. Но выдюжили, через год вернулись в родное село, заработав какие-то деньги, которые опять же все пошли на то, чтобы купить хлеб. Стали вновь жить в отчем доме. Только теперь уже одни, без отца, без матери и какой-либо материальной поддержки. От брата помощи мало было. Его самого-то власти терпели только из-за того, что он, будучи человеком грамотным, сообразительным (в отца пошел), самостоятельно, без всякой помощи со стороны, сумел по книжкам да по инструкциям разобраться в устройстве единственного присланного в колхоз трактора. На нем и работал.

Последняя весточка

Оставалась надежда, что отец все-таки вернется. От него вдруг пришла весточка. После отбытия срока в лагерях живет, дескать, на поселении в Казахстане, в городе Уральске. Это недалеко от Большой Глушицы. Мать сразу же к нему собралась. Да недолго гостила у мужа. Филипп Петрович больше не служил. Власти позакрывали храмы повсеместно. Шил тапочки для горожан. Тем и жил, и только себя и мог хоть как-то содержать… Мать вернулась к сыну.
Последнее известие о Филиппе Петровиче пришло в страшном 37-м году, когда катилась по стране черная волна арестов и расстрелов. Кто-то из Уральска, будучи проездом в Большой Глушице, рассказал матери, что ее мужа арестовали и расстреляли… Где похоронен, родным не сообщили. Лежит Филипп Петрович в одной из безымянных могил, как и десятки тысяч других страдальцев за Православную веру.  
Царствие тебе Небесное, Филипп Петрович, и всем, кто, как и ты, жизнь свою не пожалел за Веру…

Вся жизнь - с молитвой
     
А жизнь продолжалась. Встретился Александре Филипповне хороший человек, Иван Егорович Плешаков. За него вышла замуж. Прожила с мужем в ладу да согласии больше тридцати лет. И больше тридцати лет уже как похоронила его…
С поселком Кряж на окраине Самары Александру Филипповну связывает очень многое. С Иваном Егоровичем они переехали сюда после войны, в 46-м году. Здесь сына и трех дочерей на ноги поставили. Они давно взрослые. Слава Богу, своих детей вырастили. Вроде бы все хорошо у них. Одно не дает покоя Александре Филипповне: кроме младшей дочери, Татьяны, никто не ходит в церковь. Сама-то Александра Филипповна, несмотря на возраст и болезни, не пропускает ни одной субботней, воскресной, а уж тем более праздничной службы. Всегда старалась ходить в Божий храм и во времена гонений на веру. В Покровский собор тогда ходила. И молилась Богу, молилась святым Его. Сейчас ходит в нашу Ильинскую церковь. Молится за упокой души убиенного иерея Филиппа, за души всех замученных и умерших в неволе, молится о здравии и прощении грехов всех нас, грешных. 

На снимке: Александра Филипповна Плешакова в Ильинской церкви (фото протоиерея Виктора Проничкина); священник Филипп Стрелкин.

Владислав Подмарьков
г. Самара
19.01.2007
835
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
1
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru