Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:



Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Взгляд

Станция Ожерелье

Из цикла «Капельки вечности».


Из цикла «Капельки вечности»

«Вагонные споры последнее дело, когда уже нечего пить» («Машина времени»), но я не пил, да и спорить было не с кем и незачем. Просто проголодался. А маршрут еще длинный — до Санкт-Петербурга из Самары почти двое суток езды. Побрел в вагон-ресторан. Под стук колес вспоминалась юность, когда вот в таком же поезде (но только, конечно же, не в купе и даже не в плацкарте, а в общем вагоне) — ехал из родного города, тогда еще Куйбышева, в Ленинград… Я давно хотел написать об этой первой своей самостоятельной поездке. Выехал я 11 июля 1982 года, а прибыл в город на Неве — 13-го. Эти даты сохраню в сердце своем, пожалуй, навсегда. В этот раз я ехал в Питер уже в командировку, в купе. А тогда, четверть века назад, уезжал я из дома почти без денег — родители были против моего рискованного маршрута. Советовали поступать в родном городе на филфак. Там меня знали уже (окончил школу юного филолога) и взяли бы непременно. Тут гарантий не было никаких, и шансов «за» почти не было. Но я все равно решил рискнуть. Наверное, родители были правы, и жизненный путь мой был бы более гладким и прямым под домашним приглядом. Но я бы никогда не узнал тогда, что такое настоящая дружба (ибо только в чужом городе, без связей, без денег, эту тонкую материю постигаешь взаправду). Да и родной город, милую мою Самару, так никогда бы не понял и не полюбил по-настоящему (чтобы что-то понять и полюбить, нужно хотя бы ненадолго потерять…) Да и пришел ли бы я в храм, если бы не Блаженная Ксения Петербургская, о которой в ту пору я ничего не знал, но которая звала и звала меня в свою, построенную ее руками, церковь на Смоленском кладбище…Иногда мы правильно делаем, что не во всем слушаемся родителей. И идем не туда, где лучше, а куда интереснее. Мама потом мне, конечно же, выслала денег вдогонку — смирилась…
Итак, был общий вагон, и до сих пор еще помнят мои бока те жесткие — без матраца — сиденья. До конечной станции ехал лишь я один, все остальные пассажиры общего вагона то и дело менялись. Кому еще придет в голову трястись двое суток в жестком? Кто-то ехал до Нижнего (в ту пору Горького), кто еще куда. Помню немолодую крестьянку (наверное, и было-то лет ей всего около сорока — но ведь мне-то было тогда только шестнадцать!), которая объясняла мне, городскому недотепе, почему до Яблочного Спаса не может она есть яблок. Умер у нее семилетний сынок. И если здесь она Бога ослушается, вдруг ему там яблочек не хватит… В ту пору мне эта высшая математика была недоступна. Но я все равно убрал подальше протянутые было ей яблоки, купленные мной не то в Лукоянове, не то в Шуе… Помню еще малость пьяненького старичка, который как узнал, что я еду поступать на факультет журналистики, так сразу принялся сыпать советами. «Как придешь туда, — говорил он мне, — смотри не зевай, а на все гляди внимательно. Ох и умные люди там сидят!.. Насквозь все видят!.. Тебе там сразу скажут: «Опиши, что у нас за окном», — и сразу задернут штору… И ежели ты обратил внимание, что там есть у них за этим самым окном, и ежели хорошо напишешь, то сразу, прямо вот без экзаменов, возьмут тебя на учебу. А плохо напишешь или спутаешь чего — тогда все. Можешь брать билет обратно…»
Билет у меня был только в один конец. И денег на обратный путь совсем не было. Наверное, поэтому и пришлось поступить.
Но я отвлекся.
Вагон-ресторан был недалеко от моего вагона. Я вошел в него и сел за пустующий столик, напротив немолодой невысокого роста женщины, не то официантки, не то директора (оказалось, то и другое в одном лице).
— Можно здесь сесть? — спросил учтиво.
— Можно, конечно, Антон Евгеньевич, — ответила она.
Я опешил. Среди ресторанных начальниц у меня почти нет знакомых.
— Откуда вы меня знаете?
— А мы с вами в один храм ходим, в Царственных Мучеников, на Бобруйской
улице. Я вас там часто вижу с дочкой.
(Хожу я вообще-то в известный в городе большой Петропавловский храм, но и в церкви на Бобруйской бываю нередко, благо она близко от моего дома). А женщина продолжила разговор:
— Давно я хотела вас повидать, поговорить обо всем. Даже молилась об этом.
И вот вы тут, в ресторане. Сейчас отобедаете, а потом вместе чаек попьем, да и поговорим… Вы не против?
Я с радостью согласился. Сделал заказ («Сегодня пятница, — напомнила мне официантка, — а в этом блюде есть сыр. Оно, конечно, в дороге и послабление можно сделать, но вот я что лучше всего вам предложу…»). И вот уже мы сидим за ресторанным столиком, возле приклеенных к оконному стеклу небольших дорожных иконок, доливаем в кружки зеленый чай из термоса и ведем беседу. Вернее, говорит в основном хозяйка — директор вагона-ресторана Валентина Александровна Фомина.
— Жизнь — это лишь предисловие, — загадочно говорит она. — А жить-то мы будем уже не здесь, а там… Хорошо, что меня несколько лет назад с «Жигулей» (фирменный поезд Самара — Москва — А.Ж.) убрали… Я сначала расстраивалась, ведь тут и заработки совсем другие, а потом поняла: слава Богу за все! Нужно начать уже себя ужимать, уметь обходиться лишь малым. Скоро мне на пенсию уходить, ни дня не переработаю — ведь тяжело без греха в торговле… Лучше вот в храм устроюсь, на две тысячи рублей. Зато без греха… А Бог столько денег даст, сколько на самом деле нужно.
— Валентина Александровна! Выпейте с нами водки! Ну пожалуйста… — 
развязным полупьяным тоном вплетается в наш разговор кто-то из ресторанных завсегдатаев. — Почему вы с нами не выпьете никогда?
— Это исключено. Простите… — твердо, но как-то ласково отвечает она и 
продолжает прерванную беседу.
— Добрых дел у меня — маленький ридикюль, а грехов — огромный рюкзак за плечами… Вот и надо мне этот свой «ридикюль» пополнять, иначе чем перед Богом оправдаешься? Вот уже пять лет сначала из Москвы, а теперь из Петербурга для храма нашего церковную утварь вожу. Приезжаю в город — и сразу спешу в софринские магазины. Иконы беру, здесь они подешевле, лампадки разные, и все везу сначала в вагон, а потом, прямо с вагона, в наш храм. Иногда в сумку весь скарб умещается, а иногда приходится и в тележке везти. Батюшка Александр мне доверяет, заказы делает перед моей поездкой. А езжу я часто. Жизнь у меня на колесах. Когда есть возможность, безплатно в храм утварь из Петербурга привожу (есть там софринский магазин большой напротив Александро-Невской Лавры), а чаще мне денег в храме дают, знают, я зря ни копейки не потрачу. Торгашеский опыт-то у меня за плечами какой! Порой не по заказу действую, а по наитию, от себя. И еще ни разу не ошибалась в товаре — только нужный, хороший беру. А храм у нас замечательный, все знают друг дружку, и столько там любви, столько сочувствия от людей.
А начиналось все в вагоне-ресторане. Только не здесь, а еще в «Жигулях». Тогда у нас работала официанткой будущая монахиня Е., сейчас она в Иверском монастыре подвизается. Она с самого начала, как открылся монастырь, начала туда на службы ходить и во всем помогать. Игумения ее благословила пока еще поработать на прежнем месте, и уж потом, подготовившись внутренне, идти к ним в монастырь насовсем. И вот какое-то время она здесь работала, и на службы церковные ходила. Над ней у нас многие насмехались, мол, вот она какая, нагрешила, а теперь, значит, кается… — Да вы водку в графине оставьте, ничего, не простынет, идите, подышите воздухом. Десять минут стоим. И у станции название красивое — Ожерелье. Только смотрите, не отстаньте от поезда-то. А водочку мы посторожим да графинчик пробкой закроем. Идите… — говорит она кому-то из постояльцев. — Ну так вот, стала она в храм бегать, прямо с поезда, как домой приедем. И однажды меня с собой взяла. Отвела она меня прямо к отцу Софронию. Ну уж я у него под епитрахилью и наплакалась! Все грехи свои вспомнила. А их у меня тьма-тьмущая… Много греха в торговле…
Своих детей у меня нет, но вот, Бог дал, воспитываем вместе с сестрой внучатую племянницу, Настю. Мама-то у нее погибла, и стала я ей с двухлетнего возраста как мать. Сейчас ей уже четырнадцать. Стала я сама в монастырь ходить и ее с собой брать. И вот однажды матушка игумения в праздник Николы Зимнего пригласила нас с Настей в трапезную — настоящую монастырскую трапезную! Это такое счастье было, такое счастье… Мы там были как на седьмом небе. Сама я в ресторане работаю, каких только блюд не перепробовала, а там были рыбные котлетки в честь праздника. Их мы в трапезной съели, да еще с собой нам дали. И вот что я вам скажу: ничего в жизни я не ела вкуснее этих монастырских котлет! Ничего в жизни (плачет)…
Теперь, если в поезде едут духовные лица, проводники сразу мне докладывают. Уж я-то знаю, как их накормить, чтобы и поста они не нарушили, и чтобы дорога была не в тягость. Иду к ним с особым меню. Там, если постные дни, нет скоромного, но все от души. Довелось мне потчевать Архиепископа Уральского и Гурьевского Антония, он как раз из Петербурга ехал… Какой добрый! Сколько в нем любви и веры!..
Однажды говорят мне: «В СВ какой-то батюшка едет». В СВ пища уже оплаченная. Но разве это такая, как нужно, еда? Я сразу туда. Познакомилась с батюшкой и с его келейником. Оказалось, в вагоне ехал известный духовник из Мордовии, схиигумен Феофан (он раньше в Чуфарово подвизался, а потом ближе к Саранску переехал). Люди к нему даже за исцелением обращаются. Ну я уж постаралась его угостить. Несколько раз в жизни я видела людей с лучащимися глазами. Монахиня Е., бывшая наша официантка, однажды в келье вот так на меня посмотрела… А у отца Феофана взгляд всегда вот такой. Лучистый!.. — Нет, пиво «Козел» уже закончилось. Берите немецкое, оно не хуже… — опять она отвечает кому-то в зале. — Так вот, долго я ему рассказывала про свою жизнь. Он дал мне несколько советов, какую кафизму в Псалтири чаще всего читать, и еще — чтобы с этой минуты я больше не стриглась. Никогда! И этот его совет я с тех пор выполняю, хотя уже четыре года с той нашей встречи прошло. Вот только совсем недавно чуть-чуть кончики волос подровняла. Но это ведь не в счет… Курить бросила, хоть думала, что не смогу. Косметикой не пользуюсь. Брюк стараюсь не носить. Так вот отец Феофан за меня помолился! А самое главное: по его молитвам мы с мужем венчались в храме Царственных Мучеников! Тридцать лет жили без венца, и вот стали венчанными супругами. Это для меня была великая радость! Теперь и умирать не так страшно, ведь и там мы вместе с мужем окажемся…
Было это еще в советское время. Очень давно. Запустили из нашего Куйбышева туристический поезд на Киев. Я туда поехала директором вагона-ресторана. И пошли мы там всей гурьбой в Киево-Печерскую Лавру. Без веры я шла, даже с какими-то «хиханьками-хаханьками» (я уже в этом покаялась). И вот как в каком-то тумане там среди святынь ходила. Спустилась вместе со всеми в пещеры. Мысль о мощах мне была почти что смешна. И все же… Что-то там во мне случилось. Один там святой меня потряс. Даже не помню, какой именно. Только помню… (плачет) И так я вдруг явно почувствовала, что вот тут его мощи… И еще мощи апостолов от 70-ти мне запомнились отчего-то. Все это вдруг врезалось в память на всю жизнь. Стала я знать: есть на свете святые!
…Поезд тронулся со станции с поэтичным названием Ожерелье. Кончился в термосе чай. За окном, под мерный стук колес, сгущались сумерки. Еще долго на верхней полке я вспоминал эту невысокую женщину с такой русской судьбой. И думал о том, что за дивное людское ожерелье у нашей Самары! Города, где официантки уходят в монахини, директора ресторанов возят не колбасу, а иконы… А поезд все набирал и набирал свой ход, отвозя нас все дальше от станции с дивным названием.

Рис. Валерия Спиридонова.

Антон Жоголев
11.05.2007
867
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
1 комментарий

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2019 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru