Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Взгляд

Сокровенные сокровища Христианской Франции

Все чаще Православные паломники из России едут во Францию, чтобы помолиться у ее древних святынь.

Об авторе.  Екатерина  Смирнова — москвичка, читательница газеты «Благовест» с 1998 года. Консультант по прямому поиску персонала высшего управленческого звена, работала бизнес-аналитиком в международных корпорациях в России и Западной Европе. Прихожанка храма в честь святых страстотерпцев благоверных князей Бориса и Глеба в Дегунино.

Франция едва ли не для всех прочно ассоциируется с земными удовольствиями — парижский шик, свежие круасcаны, изысканные вина, роскошь музеев… Тут есть все — и мегаполисы, и горы, и теплое море, и мощь Атлантики. Но немногие знают, что здесь, по Промыслу Божию, сконцентрированы величайшие Христианские святыни. Они открываются постепенно, но все больше и больше благодарных Православных паломников торят тропы к святыням, которые иногда забыты или неизвестны самим французам.

Сен-Дени

Первый пункт моего путешествия — базилика Сен-Дени в северном пригороде Парижа; место не самое центральное, предместье. Однако оказывается, что в этой базилике не только место погребения французских королей, но и захоронения святых — именно здесь был похоронен казненный на Монмартре (Холме Мучеников) Святой Дионисий (Сен Дени), первый епископ Парижа. Первая церковь была построена в 5 веке по благословению самой чтимой французской святой, покровительницы и спасительницы Парижа, святой Геновефы (Женевьевы). То, что мы видим сейчас, — перестроенная в начале 12 века базилика, один из первых образцов готической архитектуры в Европе, не самый, возможно, стройный и величественный, но один из самых ранних. Французская революция не пощадила останков святых и королей — они были уничтожены… Мощи святой Геновефы были публично сожжены на Гревской площади Парижа, а пепел развеян над Сеной. И все же… святой Геновефе есть где поклониться. Но об этом дальше.

Сент-Женевьев-де-Буа

В Радоницу — особый день поминовения для Православных — мне показалось очень  уместным посетить Русский некрополь: кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Всего 30 минут на пригородной электричке и несколько остановок на местном автобусе, и вы на месте. В этот солнечный тихий майский день кладбище напоминало чудесный светлый сад, место сна, а не скорби. Прекрасный Успенский храм, построенный по проекту Альберта Бенуа в новгородском стиле, стоящий среди берез, возвращает на Родину. Он, увы, был закрыт, так как Богослужения в нем нечасты. Но то и дело в разных уголках раздавались поминальные молитвы на русском языке — священник в сопровождении пары верующих, возможно потомков усопших, служил панихиды. На главной аллее привлекает внимание могила Ивана Бунина и его супруги Веры Муромцевой-Буниной. Любезная дама в лавке продала мне план кладбища и подсказала, где располагается могила другого великого русского Ивана — Шмелева, но уже на полпути туда я вспомнила, что воля писателя исполнена, и он перезахоронен в Москве, на Донском кладбище. «Заветный» московский человек вернулся в родную златоглавую…

Можно ли считать случайностью, что русские Православные в изгнании упокоились под покровительством Святой Геновефы, святой покровительницы Парижа? Ведь именно в этом пригороде, где, по преданию, в пещере в уединении молилась святая, был куплен Русский Дом — бывшая усадьба одного из наполеоновских маршалов, где стали доживать свои дни русские «бывшие»… и «хорониться» стали там же рядом, на кладбище.

Реймс

И все же, чтобы увидеть настоящую Францию — размеренную и традиционную, — лучше уехать подальше в провинцию. Благо скоростные поезда ТЖВ домчат вас в любой крупный город за несколько часов. В Реймс я добралась за 45 минут. Это поистине духовный центр страны. 

В здешнем соборе Нотр-Дам, который был посвящен Богородице еще в 5 веке, короновали миропомазанием всех французских Христианских королей, начиная с Хлодвига I (Кловиса) в 498 году. Последняя коронация — Карла X — состоялась в 1825 году. 

Реймс таинственно связан с судьбами Европы — именно здесь 7 мая 1945 года была подписана предварительная капитуляция германских войск. Собор был сильно разрушен в Первую Мировую, но восстановлен, и наряду с базиликой Святого Ремигия (Сен Реми) стал объектом культурного наследия ЮНЕСКО. Собор недаром называют «собором ангелов» — он просто «населен» фигурами святых, библейскими сценами, и конечно, изображеием ангелов.

Базилика находится на юге небольшого Реймса, в тихом жилом районе, и привлекает внимание своими размерами. Гробница Святого Ремигия, почившего в 6 веке, и витражи XII века чудом сохранились, хотя революционные вандалы побывали и тут и многое разорили. Здесь также похоронены многие французские монархи. Городок очень дружелюбный и спокойный, совершенно без парижского снобизма. 

Шартр. Дивный Плат Богородицы

Шартр — еще одно чудо, тихий, пахнущий цветущей липой городок, все пути в котором ведут к центральной площади — подойдешь и ахнешь от восторга. Шартрский собор Нотр-Дам прекрасен и гармоничен, а по вечерам еще и освещен разноцветной иллюминацией. 

В нем находится великая святыня — Плат Богородицы, ткань, которая, по преданию, была на Пресвятой Деве во время Благовещения. Это еще один «трофей» крестоносцев из Константинополя. Во время пожара собор полностью выгорел, но Плат чудесным образом сохранился. Плат, как дивный Покров, чудесно спасал город от нашествия норманнов. Чудесные витражи XII века по всему периметру храма, особенно «Богородица из красивого стекла» в васильковых тонах — это самое прекрасная высокая готика, архитектура Света. В Шартр можно добраться за час на электричке из Парижа, и это совсем другой мир — погруженный в провинциальную благостность и весь сконцентрированный вокруг собора — как это было и в средневековье.

Дословно

4 августа 1924 г. Париж. Сейчас вернулся из Notre Dame, где провел целое утро. И вот мое впечатление: это прекрасно, грандиозно, величественно. Это — храм, законченный и строгий, но не наш, чужой, почти не новозаветный, почти даже не христианский. Можно безмерно любоваться им, удивляться его красоте, но извне, но слиться с ним, почувствовать его своим храмом, молиться в нем — нет, это невозможно, кажется, это более даже невозможно, чем молиться в мечети (не догматически, но музыкально). Я, несчастный марксист, … 25 лет назад не подозревал этой разницы, меня ударило 

по лбу, что это храм, а я уже разучился чувствовать храм, … и я затрепетал и ради этого чуда из камня я забыл свой родной Сергиевский храм в Ливнах и все родные храмы, которые прекраснее, роднее, ближе к Богу, чем этот из католических храмов все-таки самый прекрасный и молитвенный. Здесь нет молитвенного дома, каким является наш храм, где можно чувствовать себя дома, в «горнице сионской». Здесь место, отнятое у земли для церковной громады, для града Божия, и в этом месте, в уголках, робко и незаметно, жмутся святые (как всегда в католических храмах)… Эти чудные своды и колонны, высь и глубь, страшная, изъемлющая от земли, повелевающая забыть о ней (сюда не принесешь травки, зелени и цветов в Троицу, не украсишь эту громаду)… прообраз будущего мертвого асфальта города. А затем я поднялся на колокольню к химерам. Они — удивительные. Во всем храме самое сильное — демоны. И против них, рядом с ними, на правом алтаре — Христос с апостолами, все это прямо против друг друга. Смотрит друг на друга. Еще никогда не становилась передо мной в такой жути и остроте загадка католического демонизма, этих химер. И странно то, что на кровле храма, на башнях нет Креста, нет святых, только химеры, и против них, на кровле алтаря, Христос со святыми. Страшная, чудовищная бесоодержимость, которая отсюда перешла прямо в гуманизм и Возрождение. Такое мистическое нездоровье, и такую бесноватость рассказывают эти камни. Невероятно, фантастично, чудовищно. А храм прекрасен, стены его звучат, звучат каким-то суровым, но дивным хоралом, возносящим и вместе угрожающим, немилостивым к людям… Серая симфония камня. О, Notre Dame!..

Из дневника протоиерея Сергия Булгакова. Пражская записная книжка. 1924-1925 гг.

Париж. Поклониться Терновому Венцу…

Париж прекрасен, это безспорно. Но его несколько необоснованно, на мой взгляд, называют городом любви и романтики — это умелый маркетинг. Конечно, город  величествен и соразмерен; его цвет — неуловимого изысканного оттенка, о котором Максимилиан Волошин писал: «В дождь Париж расцветает, как серая роза»…  Но дух его — прагматичный, тщеславный. В нем сконцентрировано столько материальных богатств, символов буржуазного процветания, что романтику днем с огнем не найдешь. 
Однако можно и нужно найти многое другое.
Даже не уезжая из столицы, можно прикоснуться к величайшим Христианским святыням. В соборе Нотр-Дам, куда первым делом направляется паломник, хранится Терновый Венец Спасителя. Его в XIII веке выкупил у крестоносцев благочестивый король Людовик, прозванный Святым. Терновый Венец выносят на поклонение в первую пятницу месяца и в каждую пятницу Великого Поста (у католиков время этого Поста далеко не всегда совпадает с нашим — ред.). Мне довелось видеть эту красивую величественную церемонию. Отраднее всего было видеть русских женщин-паломниц, которые благоговейно одними из первых приложились к Венцу в богатом, золотом с драгоценными камнями убранстве. Несколько священников выходили по очереди и читали евангельские строки о Фоме Неверующем — Блаженны не видевшие, но уверовавшие… Несколько часов к Венцу шли люди — всех рас и оттенков кожи, всех возрастов, одетые иногда и не очень благочестиво… Но лица!. 

Я села в первом ряду и наблюдала, с какими лицами люди отходили от Святыни — у многих были слезы на глазах, все без исключения шли просветленные и благоговейные. Пусть малое стадо в огромном городе, но они пришли, они ждали этого светлого дня. Может быть, это и есть та «закваска», на которой многое в мире держится? 


Терновый Венец Спасителя.

С этой великой реликвией неразрывно связано и другое, самое, на мой взгляд, красивое готическое здание в мире — королевская часовня Сен-Шапель. Обязательно постарайтесь прийти туда солнечным утром — даже стояние в очереди стоит той небесной красоты красно-синих витражей, как бы парящих в воздухе. Часовня была построена в рекордные для Средневековья сроки — пять лет, именно для того, чтобы принять великую святыню. Представляете, как в темном средневековом Париже, с его узкими и кривыми улочками (знаменитая перепланировка города и широкие бульвары появились только в XIX веке), люди восприняли эту красоту, этот Свет? Даже сейчас он не оставляет равнодушными никого.

Но вернемся еще к святой Геновефе. Чудом сохранившаяся от варварства революционеров рака и частица мощей покоятся в очень красивой церкви Сен-Этьен-дю-Мон в Латинском квартале, на площади Пантеона. Да ведь и сам Пантеон замышлялся как храм — именно в честь святой Геновефы! По ее молитвам был исцелен молодой король Людовик XV, давший обет построить в ее честь прекрасный храм. Архитектор Суффло создал уникальное здание с портиком, колоннадой и куполом в духе античности (это ведь был XVIII век, возврат к древнегреческой простоте и симметрии), но революционное правительство вмешалось и тут — превратило храм в Пантеон великим людям — революции нужны были свои герои. Сейчас в Пантеон идут, чтобы посмотреть на маятник Фуко и могилы великих французов, от Виктора Гюго до Пьера и Марии Кюри, но место это все равно осенено памятью святой покровительницы Парижа.

А ведь есть и Амьен — еще один древний величественный Богородичный собор, где находится Святая глава Иоанна Предтечи. А если позволяет время, можно отправиться в Нормандию, полюбоваться на Монт Сен-Мишель, древнюю крепость-монастырь в честь Святого Архистратига Михаила. Но охватить все в одну поездку не всегда возможно. Зато эти ориентиры-огоньки служат большим утешением в стране, которая была первой европейской Христианской державой, но, кажется, забыла об этом, превратившись в страну с 246 сортами сыра… (Известна скорбная фраза героя Сопротивления Шарля де Голля: «Как можно управлять страной, в которой 246 сортов сыра?..»)

Вот так сам собой прокладывается путь исследователя-пилигрима, и под навязываемыми стереотипами рождается другая Франция — древняя страна с богатым и славным Христианским прошлым, с мучениками, героями, святыми. Не правда ли, интересно, что часто именно русские Православные едут в Западную Европу, чтобы напомнить местным жителям о Святых — покровителях этих стран с давних пор, скорых помощниках и утешителях. И прекрасная Франция, la Belle France, обретает совсем другое измерение, и туристическая поездка превращается в паломничество, и становится благодарной памятью всем Святым, в земле Галльской просиявшим.

Написано в Неделю Всех Святых, июнь 2011.

Дата: 9 июля 2011
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
7
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru