Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Личность

Об отце Иерониме…

...вспоминают его духовные чада


Я, Кулакова Валентина Семеновна, мне 48 лет. Имею детей: Дочь Наталью, 26-ти лет, и сына Дионисия, 11-ти лет. Все мы духовные дети схиигумена Иеронима. К отцу Иерониму мы пришли в начале 1992 года, зимой. Дочке было 15 лет, а сыну 4 года. Проживали мы в то время в городе Саранске. В церковь я ходила, но редко: по большим праздникам и по необходимости. По моему незнанию мне пришлось иметь контакты с целителями и экстрасенсами. После чего я стала тяжело страдать от нечистых духов. Обратилась к одному священнику из саранского храма ап. Иоанна Богослова, и он посоветовал мне немедленно поехать в только что открывшийся Санаксарский монастырь, к отцу Иоанну! (в скором времени схиигумену Иерониму). Приехала с обоими детьми. Отец Иероним был в отъезде, и мы ждали его в монастыре. На второй день, стоя на утренней службе, я повернулась к входной двери и увидела, как быстро входит очень подвижный, седой, с радостным, сияющим лицом старец. У меня внутри как будто что-то перевернулось. Я не могла отвести от него взгляда и сказала стоящей рядом дочке: «Это тот батюшка, которого мы ждем». С батюшкой знакомство было очень простым. Он принял нас с такой добротой, так расположил к себе, что при общении с ним не чувствовалось ни стеснения, ни препятствия. Живя несколько дней в монастыре, мы общались с батюшкой после службы каждый день, подолгу читали Священное Писание, присутствовали на его келейном правиле. С первых дней батюшка сказал мне, как вести себя в монастыре и добавил: «Ни за кем не ходите, со всеми вопросами подходите ко мне». В то время я еще не понимала, кто такой есть духовный отец, и потому батюшка взял нас под свое покровительство сам. Я и мои дети считали и чувствовали в сердце отца Иеронима как своего отца. И только намного позже, года за два до его кончины, находясь с ним наедине в келье, я спросила его: «Батюшка, ведь мы считаем тебя своим духовным отцом, а ты нас на это как-то особенно не благословлял». Батюшка весь засиял, даже вроде заспешил и сказал: «Ну, а как же, конечно». Около батюшки мы пробыли почти десять лет. Первые три года постоянно приезжали из Саранска и подолгу жили в монастыре. А последние семь лет по его благословению и молитвам живем в городе Темникове, и шесть лет я несу послушание в Санаксарском монастыре. Когда я приходила к батюшке (а приходила я к нему со всяким делом), то он принимал меня как родную. В то время я не понимала, насколько батюшка видел духовное состояние приходящего к нему человека. Ведь Господь дает особую помощь кающемуся грешнику, что я и чувствовала, когда пришла в монастырь.
О прозорливости батюшки есть очень много фактов. Я приведу лишь некоторые. В первый же день нашего знакомства батюшка у себя в келье прочитал надо мной молитву и сказал все о женщине, через которую Господь попустил мне страдать. Правда, добавил: «Никому не говори». Сказал и о духовном состоянии моего бывшего мужа, хотя никогда его не видел и не слышал о нем. И уже позже сказал и мне о моем отношении к нему, хотя я это держала на сердце втайне от всех. Примерно через полгода бывший муж стал проситься со мной в монастырь и предлагал снова жить вместе. Я по приезде сказала об этом батюшке, на что он тихо ответил: «А что ему тут делать». В то время я еще думала, что, может быть, сама смогу ему помочь. Но спустя годы узнала, как он добровольно связал себя с нечистой силой. А батюшка знал все это заранее.
После воцерковления в Санаксарском монастыре духовные недуги с особой силой мучили меня еще с полгода. Я постоянно приезжала к батюшке на его молебны о здравии, но очень уставала от прямых нападений нечистой силы, потому что ночи я не спала совсем, а днем приходилось работать. Как-то я сказала батюшке:
«Как я от этого устала». Он же успокоил меня: «Потерпи еще немного». И действительно вскоре после этого все стало затихать. Сначала я чувствовала присутствие бесов уже за окном квартиры, а потом и вовсе не ощущала.
С первого дня нашего знакомства батюшка благословил меня все свободное время читать Псалтирь. Я начала читать и увидела, что женщина, через которую я мучилась, стала стараться постоянно вступать со мной в контакт. Даже после короткого разговора с ней по телефону мне становилось плохо. Я продолжала читать Псалтирь, не переставая. И эта борьба продолжалась около двух лет. Я говорила батюшке: «Я читаю, а она не отстает». Батюшка очень твердо отвечал: «Читай, отступит». По истечении двух лет она стала все реже общаться со мной, и скоро слегла в постель с теми же телесными недугами, которыми до обращения к батюшке страдала я до такой степени, что не надеялась выжить.
Летом с детьми я поехала в Дивеево. Пожили там в монастыре, искупались в пяти источниках, после чего мне стало намного легче, а упоминаемую мной женщину я не видела до самой ее кончины, последовавшей через три месяца. Как мне рассказали, скончалась она в тяжелых муках и без определенного диагноза. Я приехала к батюшке и со страхом сказала: «Она умерла». Он же спокойно мне ответил: «А как же ты думала?» Конечно, это мое духовное освобождение произошло по молитвам батюшки.
К батюшке мне неоднократно приходилось обращаться за благословением и помощью для своих родственников и близких, проживающих вдали от монастыря, и которых он совсем не знал. Но батюшка говорил об их делах и духовном состоянии настолько верно, насколько я сама не могла этого о них знать. Вот некоторые из них. Рассказала батюшке о двух своих дальних родственницах, пожилых женщинах, сейчас уже покойных, которых нужно было причастить и пособоровать. Одной было 82, другой 92 года. Батюшка отвечает: «Хорошие бабушки, надо их причастить... а вторая какая хорошая, только с ней мы уже опоздали». Когда я к ним приехала, дочь второй женщины не разрешила ее причастить, потому что внучка оказалась в секте «Свидетелей Иеговы» и оказывала влияние на мать.
Один знакомый молодой человек, придя к вере, прочитал, что нужно поисповедоваться у старца. В то время батюшку уже постоянно окружало много народа, и подойти к нему не всегда удавалось. Он просил меня походатайствовать за него перед отцом Иеронимом, что я и сделала. Но батюшка, как бы не обращая внимания на мои слова, ответил мне: «Ему не нужно». Я же настаивала на своем: «Да ведь хороший парень». Батюшка повторил свой ответ. Я настаивала. Тогда батюшка повернулся ко мне и сказал нечто об этом человеке, что я не хотела бы писать, а потом добавил: «Пусть в храм ходит и молится». Скоро этот парень пришел ко мне с взволнованным видом и сказал: «Вы знаете, я, наверное, еще не готов к исповеди у старца, не просите пока». Я только улыбнулась.
Одна знакомая женщина сделала аборт и просила меня помочь попасть к батюшке на исповедь, что я и сделала. Когда она вошла к нему, он встретил ее очень холодно и сказал: «Зачем ты пришла?» А эта знакомая впоследствии продолжала вести греховную жизнь.
Другая знакомая женщина также просила меня об исповеди у отца Иеронима, но сама никак не могла порвать со своими блудными грехами. Когда она пришла к батюшке, он также спросил ее: «Ну зачем ты пришла?» Она как будто окаменела и не смогла ничего ответить. А мне после этого батюшка тихо сказал: «Пусть она в храм ходит исповедоваться».
Таких случаев я могла бы привести немало.
Батюшкино благословение и молитвы имели большую силу. Когда мы переехали в Темников, батюшка еще не был у нас в квартире, а встретил меня со словами: «Ну как, хорошую квартиру дал тебе Господь?» А квартира действительно была уютная и очень удобно расположена. По переезде встал вопрос о работе. Я обратилась в бюро по трудоустройству. Там ответили, что завтра утром я должна быть на комиссии по представлению пособий по безработице. Следующая комиссия заседает только через месяц. Сложность была в том, чтобы мне выделили пособие в соответствии с моим последним заработком в Саранске, а это делали далеко не часто. Я попросила батюшкиных молитв в моем деле, не успев объяснить его суть, так как очень спешила. Довезти меня до Саранска мне обещал мой родственник, у которого утром не завелась машина, а добираться нужно было двумя автобусами, которые не совпадали в полчаса (второй уходил раньше), поэтому по-человечески надежды успеть на комиссию у меня не было. Положившись на волю Божию, я села в первый автобус. И вот впервые в моей практике второй автобус совпал с первым. На комиссии несколько человек передо мной вышли с отказом в подобной просьбе. Мне же они единогласно решили выделить пособие согласно моей зарплате в течение года. Когда я зашла к батюшке, то он, улыбаясь, с порога спросил: «Ну что, получилось твое дело?»
Позднее батюшка не раз бывал в моей квартире, освящал ее, служил там молебны. В один из таких приездов он посмотрел из окна квартиры на мой маленький огород, размером менее сотки, и на мое замечание о его величине он благословил землю и ответил: «Вам хватит». И действительно на этой земле до сих пор вырастает столько овощей, что хватает до нового урожая не только моей семье, но и многочисленные гости всегда накормлены. В один из дней рождения моего сына батюшка был у нас на обеде. Он благословил стол и произнес: «Чтоб никогда не оскудевало». И действительно, до настоящего времени я с детьми ни в чем не имела большую нужду, хотя живу без зарплаты. Когда продукты заканчиваются, кто-нибудь неожиданно их приносит.
Как боялись батюшку нечистые духи, я не один раз убеждалась и на собственном опыте, и знала из рассказов знакомых. Года за полтора до его кончины у нас в квартире опять начались странные вещи: стуки, порой, сильные; по вечерам в квартире стоял как будто туман; лампады гасли; молиться было очень тяжело. Спать также было невозможно: мучили кошмары. Спросила батюшку: «Что это?» Батюшка ответил: «Бесы». Страхования не прекращались. Я опять спрашиваю: «Что я не так делаю?» Батюшка объяснил мне причину, которая касается меня лично, и я успокоилась. Но вскоре дома стало невыносимо находиться. Я попросила отца Варфоломея привезти к нам батюшку, чтобы он отслужил молебен. Но уже перед приездом батюшки в доме стала водворяться тишина. Даже мой сын сказал мне: «Мама, как у нас сейчас хорошо!» После же молебна даже неверующие люди чувствовали удивительную легкость.
Приведу в пример только самые яркие случаи исцелений по молитвам отца нашего схиигумена Иеронима, которые произошли лично со мной. В первое время бесы очень мучили меня через телесные болезни: все тело болело, как побитое, были сильные головные боли, передергивало лицо. В один из приездов в монастырь я слегла. Сама не могла даже подняться, чтобы сказать об этом батюшке, а просить других не хотела — думала, отлежусь. После вечерней службы дочка пришла в келью и, уходя на трапезу, спросила: «Мама, сказать батюшке, что ты болеешь?» Я ответила: «Нет». Она ушла, и я лежала с сильнейшей головной болью. И вдруг с меня мгновенно как бы свалилась тяжелая гора. Телесно еще осталась слабость, а духовно я почувствовала себя совершенно нормально. В голове же мгновенно пронеслась мысль: «Батюшка помолился». Через короткое время заходит дочь и говорит: «Мама, вот батюшка передал тебе фрукты». Я ответила: «Я знаю, что ты у него была».
Накануне праздника, собираясь в монастырь, я почувствовала тяжесть в легких, а затем начался сначала легкий, а потом все усиливающийся кашель. Было явное ощущение, что у меня что-то прилепилось на легких. Приехав в монастырь, я пришла на вечернюю службу. Но в храме начался такой кашель, что я не могла стоять, затем началось удушье. Я вышла и села на ступеньку за дверью храма. Подошел отец Феофан (иеромонах Санаксарского монастыря) и спросил: «Что с тобой?» Я ответила, что, наверное, вдохнула в легкие волос, так как накануне вечером стригла сына. Он сказал, что нужно срочно везти меня в больницу. Я ответила, что сначала схожу к батюшке. Встретив его, я сказала, что заболела. Батюшка пожурил меня за неаккуратность, провел в келью, попросил келейника налить мне чаю с медом, а сам дал мне кусочек хлеба. Я выпила чай, а батюшка на короткое время положил мне руки на голову, молча помолился и сказал: «Иди, все пройдет». Я пошла в келью и легла. Пролежав минут пятнадцать, я почувствовала, как у меня от легких что-то оторвалось и идет вверх. Дойдя до носа, это что-то пытается выйти через нос наружу. В носу защекотало — и я чихнула. Каково же было мое удивление, когда я увидела хлебную крошку. Выйти одним разом она не смогла, потому что размокла и увеличилась, и теперь постепенно ломалась и выходила через нос. Я вспомнила, что накануне отвлеклась разговором во время обеда и вдохнула ее, но не придала этому значения.
Аналогичный случай произошел с рыбной косточкой, которую я проглотила, и она вонзилась где-то в области пищевода. Пошла к батюшке. Он дал мне поесть сухарики, поисповедовал и сказал: «Иди завтра причастись». Я спросила: «Батюшка, пройдет?» Батюшка повторил: «Иди причастись». Как я после поняла, батюшка ничего мне не ответил, так как о своих чудесных исцелениях я рассказывала в монастыре, а он этого не любил.
Не один раз я заболевала и просила батюшку благословить меня сходить в больницу, но он тогда отвечал: «Да что тебе там делать?» — «Да болею, батюшка». — «Ну, сходи». Пойду, а врачи ничего не обнаружат.
Однажды я пожаловалась батюшке на кого-то, сказала о своей обиде. Батюшка же очень строго посмотрел нам меня и укорил: «Ты обиделась? Да ты у меня навечно записана. За тебя весь монастырь молится». Вот эту постоянную, «вечную» помощь я ощущаю и по смерти батюшки, порой, с большей силой, чем при его жизни на земле. После ночной Рождественской службы мы с сыном пошли на дорогую могилку отца Иеронима, а по дороге вспоминали, как раньше в это время ходили к батюшке в келью, пели Рождественский тропарь, духовные канты, а батюшка угощал нас шоколадными конфетами, сам очищал апельсин или мандарин и из своих рук давал каждому по долечке. Пропев известный духовный кант «В Вифлееме иудейском...», который батюшка очень любил, мы собрались уходить, как вдруг со стороны дороги в нашу сторону бежит незнакомая женщина. Подбежав, она положила на могилку какой-то сверток и развернула его: на бумаге лежали дорогие шоколадные конфеты, мандарины. Женщина повернулась в нашу сторону и, почти умоляя, спросила: «Куда же вы уходите, угощайтесь!» И в горе, и в радости не забывает нас батюшка, у которого все мы записаны «навечно».

Валентина КУЛАКОВА, г. Темников, Мордовия

Моя духовная сестра Марина, с которой мы вместе несем послушание в Санаксарском монастыре в монастырском киоске, неожиданно заболела радикулитом, не могла даже разогнуться. Я пошла навестить ее в деревню Алексеевка, и так как было уже поздно возвращаться, мне пришлось заночевать у нее. Ночью мне сниться сон. С фотографии сходит батюшка Иероним и стоит около меня, такой высокий, как столб. Сам он в схиме, а на куколе у него три креста, блестят и переливаются, как на солнце. Я к нему подбегаю и прошу: «Батюшка, благословите!» Он занес руку для благословения, но потом повернулся в сторону Марины с поднятой рукой, а я закричала: «Батюшка, я Наташа, вы узнаете меня?» Тогда он большим крестным знамением благословил меня, и сразу по всему телу пошло тепло и стало очень легко. А потом батюшка подошел к Марине, нагнулся над ней и с такой любовью перекрестил ее, как он это делал при жизни. На следующий день Марина пришла в монастырь и делала земные поклоны, а от радикулита не осталось и следа.

Наталья Дорогова

6 июня 2001 г. День представления схиигумена Иеронима. Это и день моего рождения. Ко мне пришли близкие верующие люди, и мы весь вечер говорили о батюшке. Затем все собрались уходить, и я вышла на крыльцо проводить их. Время было 22.30. И вдруг с очень сильным стуком распахивается форточка, хотя ветра не было, было очень тихо. Все очень удивились. Проводив гостей, я стала убирать посуду со стола. В 23.00 мне позвонили из Санаксарского монастыря и сообщили о преставлении батюшки в 22.ЗО, а накануне, 5 июня, у меня на окне расцвели два цветка: один красный, а другой темно-бордовый и по краям черный. Вот как батюшка дал мне знать о своей кончине.
Спустя два месяца в тонком сне я увидела моего дорогого батюшку. От радости я закричала: «Батюшка, батюшка, ты явился!» И обняла его крепко-крепко, но в ту же минуту, я подумала: «Да ведь батюшке больно, наверное, он же больной», — и отняла руки.
В октябре месяце мне опять явился батюшка, благословил меня на всякое доброе дело и стал благословлять еще кого-то, но кого — я не видела, они были справа от меня и как бы в темноте. А рука у батюшки была горячая.

Раба Божия Лидия, г. Выкса

22.11.2002
Дата: 22 ноября 2002
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru