Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:








Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Взгляд

​«Помни последняя твоя…»

Размышления просфорницы Нины Трифоновой, переданные в газету незадолго до кончины, стали своего рода духовным завещанием...

Мне много лет. Часто вспоминаются мне годы служения санитаркой в туберкулезной больнице, с молодых лет до самой пенсии.

Много там людей на моих глазах умирало — внезапно, готовые и неготовые. Хочется поделиться с Православными такими воспоминаниями.

…Вошли мы как-то с медсестрой в палату к больной по имени Мария. У нее в это время в палате была ее дочь, пришла навестить маму. А Мария неожиданно закричала на медсестру: «Что ты меня, Евгения Федоровна, все спать укладываешь!» И дочери: «Иди домой, а то темно!» И вслед за этим уже в страхе продолжала кричать: «Мужики курящие в палату вошли! Зовут меня кататься!» И замахала руками: «Не пойду! Не пойду!»

Мы с Евгенией Федоровной, ничего не понимая, вышли из палаты. Не успели отойти от двери, как за нами выскочила ее дочь с криком: «Мама умерла!»

Такой была кончина несчастной Марии.

…В соседней палате больная среднего возраста поступила на лечение в больницу, а на другой день исчезла. Мы начали искать ее везде, звонить домой, в морг — нет нигде. А утром она появилась, улыбается: «Я ходила прощаться с родственницей, которая меня воспитывала». На другой день больная умерла так, будто она об этом знала и готовилась. Перед смертью радостно всё восклицала: «Ангелы, Ангелы кругом!» И с этим и преставилась. Благодатная кончина ее была.

…Одна тяжелобольная, в прошлом Православная христианка, а потом перешедшая к сектантам, трудно очень умирала. А неверующие дети, стоявшие около умиравшей матери, еще и учили ее: «Мама, покажи кукиш Господу Богу!» Медсестра же, Клавдия Семеновна, милосердия ради истово молилась, глядя на ее мучения: «Прости ее, Господи, прости! Прости, что сбилась она с пути истинного, оставила веру Православную!»

…Умирала молодая девушка, и всё ей виделась страшная черная кошка. И кто-то из больных для облегчения ее страданий надел на девушку крестик. И эта черная кошка исчезла.

Нельзя было безучастно смотреть на страдальцев, и многие люди из медперсонала, соседи по палате сострадали им, молились, просили у Господа кончины мирной, непостыдной и лучшей загробной участи для них! Господи, спаси их всех за милосердие!

Всем нам надо прочесть и запомнить слова Священного Писания: «Помни последняя твоя, и вовеки не согрешишь» (Сир. 7, 39).

Нина Петровна Трифонова,
просфорница храма св. апостолов Петра и Павла, г. Самара.

Эти больничные заметки передала мне в Петропавловской церкви духовная сестра просфорницы Нины Трифоновой, Галина Алексеевна Галанова. И попросила сообщить Нине Петровне или ей, когда это письмо будет опубликовано в газете. Но тут подошли рождественские праздники, и публиковать заметки об отношении к смерти я посчитал несвоевременным. Решил публиковать ближе к посту. И вот недавно вновь меня в храме окликнула Галина Алексеевна Галанова:

— Умерла Ниночка! — вздохнула она. — 22 января отошла ко Господу. Восемьдесят лет ей было.

Мне показалось знаменательным, что тихая церковная труженица, уже не раз писавшая нам в «Благовест», умерла как раз после того, как поделилась с читателями своими наблюдениями о смерти в больнице. Я попросил Галину Алексеевну Галанову рассказать о своей подруге. Вот что я записал из нашего разговора:

— Мы с Ниной Петровной Трифоновой много лет окормляемся у одного священника — протоиерея Николая Мезинова. Каждое воскресенье ездили на службу в храм в честь Апостола Иоанна Богослова, где он служит. Так и подружились. Она всегда напоминала мне мою маму — своим смирением, скромностью, сокровенностью, хотя и я всего на девять лет моложе Нины Петровны. Стали мы с ней духовными сестрами.

А первый раз я ее увидела в Покровском соборе в один из поминальных дней по Митрополиту Иоанну, 2 ноября. Нина в трапезной собора готовила поминальную трапезу для тех, кто пришел почтить память Владыки Иоанна. Оказалось, что раньше Нина несколько лет работала в соборе поваром. И вот впервые увидев ее, я сразу подумала, что есть в ней что-то тихое, благоуветливое.

Нина Петровна рано вышла на пенсию, ведь работала она в туберкулезной больнице (об этой больнице как раз идет речь в заметках), а там из-за «вредности» на пенсию выходят раньше.

А последние двенадцать лет Нина Петровна работала в просфорной Петропавловской церкви. И трудилась она в просфорной на нелегком послушании буквально до последних дней жизни. Дочь Валентина забрала свою мать оттуда всего за три недели до смерти, перед самым Новым годом. Причем все думали, что Нина Петровна немного отдохнет и вновь вернется в просфорную.

В просфорной она оставила по себе добрую память. Ухаживала за слепенькой просфорницей Валентиной, которая всю жизнь работала «на хлебе» и знает все тонкости этого непростого ремесла. Нина всегда в просфорной гасила какие-то взаимные недовольства. Была приветлива, от нее исходили любовь и тишина. Валентина просфорница недавно сказала мне, что она осталась в долгу перед Ниной за ее помощь и внимание.

Был случай: мы возвращались от отца Николая в машине. Нас было четверо, и какая-то напряженность вдруг между нами повисла в воздухе. Тогда Нина Петровна неожиданно для всех запела молитву Святителя Амвросия Медиоланского, его гимн Богу! Мы стали ей подпевать, и мысли наши устремились к горнему… От былой напряженности не осталось и следа! Так умела она своей любовью гасить вокруг себя все отрицательное, недоброе.

Нина Петровна чувствовала, что скоро умрет. Одной просфорнице незадолго до смерти подарила дорогой и красивый шарф. Та было стала отказываться, но Нина сказала ей: «Будешь меня поминать!» И она сразу же согласилась взять этот шарф.

А мне Нина Петровна доверила записать с ее слов то письмо, которое она за несколько дней до своей кончины через меня передала в «Благовест». Девизом всей ее жизни были слова Священного Писания: помни смерть твою, и вовек не согрешишь. Я ведь грамотная, окончила библиотечный факультет института культуры. Вот с ее слов и записала рассказ. И уже вскоре раба Божия Нина отошла ко Господу. Дочь ее потом сказала мне, что Нина Петровна умерла тихо, как и жила. На девять дней я побывала в их доме, дочь меня допустила в ее «келейку». Там всюду иконы, фотографии священников… Стало понятно, что жила она только верой в Бога. Вечная ей память!

Записал Антон Жоголев.

Дата: 13 февраля 2017
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
9
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru