Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Дума о вечности

Монах Павел (Сулохин) подвизается в Курской Коренной пустыни и пишет глубокие духовные стихи…

Об авторе. Монах Павел (в миру — Петр Андреевич Сулохин) родился 29 января 1968 г. в с. Спасское Воловского района Липецкой области. В 1986-1988 гг. служил в армии в Благовещенске и Хабаровске. Отслужив, продолжил учебу на факультете журналистики Воронежского университета и в 1992 г. окончил университет. В июле 1995 г. прибыл в монастырь Курская Коренная пустынь «осваивать науку всех наук — монашескую жизнь». В монастыре исполняет послушания библиотекаря, чтеца, письмоводителя, рецензента. 5 января 2005 г. был пострижен в иночество с именем Пахомий в честь преп. Пахомия Великого. 30 марта 2012 г. пострижен в монашество с именем Павел в честь первоверховного Апостола Павла.

Жизнь бежит, как река, быстротечно
И торопит меня за собой…
Где же ты, о блаженная вечность,
Где же ты, мой небесный покой?

Может, я не для вечности создан,
Но ночами, надежду храня,
Слышу я, как далекие звезды
В мир иной призывают меня.

Я их тайному шепоту внемлю,
Предаваясь раздумью о том,
Как однажды покину я землю,
Дабы вечно пребыть со Христом.

Таинство Крещения

Снег, купель и белые одежды —
Всё исполнено сегодня белизны:
Были мы отверженными прежде,
Ныне со Христом обручены.

Светлые безсмертные надежды
Только с верой в Бога нам даны,
Ибо раньше были мы невежды,
А теперь Христом просвещены.

Нет уже печали безутешной:
Ветхие дела погребены,
Дух Святой, как голубь белоснежный,
Указал нам путь из глубины

К жизни безпечальной, безмятежной,
Где цветенье вечное весны.

De profundis…*

Я жил во тьме грехопадений,
Но чудный свет явил Ты Сам,
Дабы из бездны наслаждений
Привлечь мой разум к небесам.

Но гордо к небу я стремился,
Мечтал быть там же, где и Ты, —
И, как низверженный денница,
Упал с небесной высоты.

И вопль души разлился в теле,
Наполнив ужасом мой сон, —
Не вынес взор Пресветлой цели:
Небрачным был на мне хитон.

Объятый трепетом и страхом,
Не ведал я, о чём молил, —
Доколе пред Тобою прахом
Не осознал и возопил:

— О, Господи, избавь от тлена,
Изми меня от бурных вод,
Как некогда Ты спас от плена
Тобою избранный народ.

Останови теченье, Боже,
Моих безудержных страстей,
Чтоб не был мыслью я тревожим
Лишиться милости Твоей.

И, призванный в Твои чертоги,
Не был изринут въявь во тьму,
Где неутешный плач о Боге
Слез источает бахрому.

* De profundis (лат.) — букв. — из глубин, из бездны [название и начало латинской покаянной молитвы].

Людмиле

Удел нелёгкий — быть всем людям милой
И даже злых с улыбкою встречать.
Вас нарекли в крещении Людмилой,
И в этом — сокровенная печать.

Но если б дали Вам иное имя,
Вы милости остались бы верны
И не прошли бы равнодушно мимо,
Где состраданье и любовь нужны.

Душа дороже всех богатств и тела, —
Изрёк Господь в Евангелии нам.
Она, она добро творить хотела
И чем тут величаться именам?

Но сколь великолепно сочетанье,
Когда душа и имя заодно
Осуществляют то предначертанье,
Которое от Бога им дано…

Однажды Патриарху Иоанну
Явилась дева в масличном венке —
То милость пела дивную осанну
На ангельско-небесном языке.

И песне той всю жизнь внимал святитель,
Он огорчался лишь тогда до слёз,
Когда к дверям не приходил проситель,
Ведь странник был ему, как Сам Христос…

Наступит смерть, но чудная осанна
И Вас по смерти изведёт из мглы
Молитвами святого Иоанна,
За то, что к людям были Вы милы.

Вечное

Когда тропинки заметает осень
Багрово-золотистою листвой,
Мы в сердце чувства горестные носим
О том, что жизнь проходит стороной.

Проходит стороной, а мы всё просим
Очарованье прошлого вернуть
И, устремляя взор на неба просинь,
Ещё боимся в вечность заглянуть.

Что ждёт нас там — затишье иль тревога?
Каков бы ни был странствия исход,
Всем предстоит возмездие от Бога,
К ответу приближает каждый год.

Не оттого ли на душе тоскливо,
Что бытие в забвении прошло?
Склонились дни, как плачущая ива,
С которой даже листья унесло.

В подобии смоковницы безплодной
Проходит наш непостоянный век,
Но вечною звездою путеводной
На всех взирает Богочеловек.


Лирическую подборку этого выпуска завершает стихотворение еще одного автора — петербургского поэта Александра Зайцева

Февраль

И радостно, и устало
Осилив смиренно даль,
У Храма Петра и Павла
Молча стоит февраль.

Судьбой далеко не убогой,
Вот дожил он до седин,
Зимы пожилой и строгой
Самый любимый сын.

Умиротворить чтоб душу,
Без покаянных слов,
Он к Храму пришёл послушать
Пение колоколов.

Шёл долго по бездорожью.
Отбросив свои дела…
И, вот, словно чудо Божье,
Запели колокола.

А вслед, рассыпая трели,
Из-под крыла зари
Вспыхнули, полетели
Синицы и Снегири

К солнцу, всё ближе, ближе
К царству горних вершин,
Сердцем слагая жизни
Радостный, светлый гимн.

Когда же в открытую душу
Божий прольётся мёд,
Февраль не спеша, послушно
В ближайший лесок пойдёт

Туда, где прилёг валежник,
Где спрятав от глаз свой склеп,
Монашек — седой подснежник —
Свечечкой греет снег.

г. Санкт-Петербург, п. Белоостров.

1582
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
3
4 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru