Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:








Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Малая церковь

«Человеческая душа — до конца не постижимая тайна»

Мы продолжаем разговор о проблемах психологии с кандидатом медицинских наук, настоятелем Свято-Димитриевского храма села Сырейка Самарской области священником Александром Авдейчевым.

См. также

Мы продолжаем разговор о проблемах психологии с кандидатом медицинских наук, настоятелем Свято-Димитриевского храма села Сырейка Самарской области священником Александром Авдейчевым.


— Есть ли у верующего человека какие-то психологические преимущества перед человеком неверующим?
— «По плодам их узнаете их» (Мф. 7, 16), говорит Евангелие. Если сравнить планируемый результат и полученный, то сразу становится понятно, кто ошибается чаще — верующий или атеист. Высказывание бывшего премьер-министра Виктора Черномырдина стало уже поговоркой: «Хотели как лучше, а получилось как всегда…» Ошибка прогнозирования, ошибка планирования — отчего они происходят, наши ошибки? И как их избежать? Я заметил, что ошибок больше у тех людей, которые игнорируют сверхъестественное и полагаются только на свой разум. Они-то и ошибаются чаще всего. Это проявляется даже в мелочах. У меня есть знакомый, он крещеный, но неверующий. Я его попросил посмотреть, сколько градусов на термометре. Он вышел во двор, посмотрел на градусник и говорит мне: «Четыре градуса». Я выхожу следом за ним и вижу, что на термометре двенадцать градусов мороза. «Как ты мог спутать?» — спрашиваю его. А он и сам не меньше меня удивляется этому. Так ему показалось…
Одна из причин, по которой я пришел в Церковь, была в том, что я увидел: больше так невозможно жить, когда хочешь одно, а получаешь совсем другое, хоть голову расшиби… Работая психологом на Куйбышевской железной дороге, я обнаружил, что эти обманы восприятия есть не только реальность, но и печальная закономерность. Машинист локомотива видит красный сигнал светофора, но почему-то воспринимает его как зеленый и продолжает ехать, и происходит столкновение со встречным поездом. Неверующие, невоцерковленные люди находятся под особенно сильным воздействием темных сил. Вот бесы и делают с ними то, чего сделать с верующим человеком все же в такой степени им сравнительно редко удается. Я заметил, что люди добрые, открытые для окружающих, пытающие жить (порой неосознанно) по Христу — они ошибаются меньше, и с ними потому можно сотрудничать. А если связываешься с людьми далекими от Христа, об этом потом жалеешь. И ошибок они совершают гораздо больше.
— Если бы к вам как психологу пришел человек и спросил: а что мне дадут посещение храма, молитва, вообще вера? Что я от этого приобрету? Как бы вы ему ответили «на его языке», чтобы вас понял человек пока еще очень далекий от Церкви?
— Я бы строил ответ, исходя из особенностей того человека, которого перед собой вижу. Для него что главное? Успех, понимаемый по-мирски. И я бы совершенно искренне, не лукавя, сказал ему: если вы станете жить церковной жизнью, вы станете более успешным. Вскоре он, придя в Церковь, поймет, что планировать нужно лишь такие предприятия, которые никому не повредят и принесут пользу. Тогда его планы будут успешно осуществляться. А если он запланирует что-то другое, нехорошее, его ждет неотвратимый крах. На моей памяти было немало таких случаев. Например, в селе у нас нет работы. И вот в Сырейке одна знакомая женщина открывает кафе-бар. Раньше в селе был клуб, но он очень сильно мешал всем, верующие помолились, и клуб закрылся. С тех пор молодежи негде было пристать и хорошо повеселиться. Молодая женщина открывает бар, и подростки сразу туда стекаются. Там пьют, сквернословят, губят себя. И вот у этой женщины начинаются искушения. Я говорю ее матери: сколько она на себя проклятий навлекла! Дети пропадают в баре, а их матери проклинают хозяйку бара за гибель сыновей… Кончилось тем, что она наконец-то решила закрыть свое заведение и устроилась на завод сторожем. Искушений сразу стало меньше… Когда ты понимаешь, что твой достаток, твой успех и покой зависят в первую очередь от Бога, ты более реально оцениваешь обстоятельства своей жизни и потому более успешно справляешься с трудностями.

…Разговор наш прервали. В кармане у священника Александра Авдейчева задребезжал телефон. Из кратких фраз разговора я понял, что позвонили из соседнего села — и речь идет о строительстве храма где-то неподалеку от Сырейки. Все так и оказалось, подтвердил отец Александр.
— … Там, в селе Чубовке Кинельского района (рядом с моей родной Сырейкой), много лет назад раскопали экскаватором могилу священника и останки батюшки принесли в школу — анатомию изучать… — рассказывает отец Александр Авдейчев. — Показывали детям череп священника… И вот сейчас там начали создавать приход. Но дело идет со множеством сложностей. Видно, влияет этот старый грех… То между собой переругаются, то еще что… Стараюсь им помогать, чем могу. Сейчас в Чубовку наконец-то батюшку направили. Думаю, теперь дело все-таки сдвинется. Я предлагал сельчанам покаяться в страшном грехе. Но оказалось, тех, кто раскапывал могилу священника, уже нет в селе. И череп тот потерян. А ведь чуть ли не все село на этом черепе «анатомию» изучало…

— Как вы заинтересовались психологией? И как преодолели этот свой профессиональный интерес к ней, стали священником?
— В детстве по характеру я был излишне впечатлительным. Помню, как в четырехлетнем возрасте донимал маму, просил из жалости купить у старушек, торговавших на улице семечками, весь их товар. Думал, что им не на что покушать, и дело доходило до слез. В детском саду и школе сильно переживал из-за своего маленького роста. В юношеском возрасте были всякие фобии, «страхования», неврозы. В результате я захотел понять устройство психики, чтобы научиться преодолевать свои беды и помочь в этом другим. Начал с того, что было на поверхности — с весьма неперспективной в прикладном плане «совковой» психотерапии. Потом захотел расширить свои представления о душе за пределы категорий «здоров-болен». Поступил на факультет практической психологии Самарского государственного педагогического университета (первое образование у меня медицинское). Даже весьма поверхностно вникнув в психологическую науку, стал понимать, что вряд ли найду в ней то, что мне нужно — слишком примитивным и грубым показался мне диагностический инструментарий психолога. Вместе с замечательным человеком, деканом психологического факультета, профессором Гарником Владимировичем Акоповым пытались мы разработать систему более тонкой психологической диагностики по характеристикам, труднодоступным для сознательного самоконтроля: по почерку, подписи, неречевому поведению… Но как-то не сложилось, хотя в своей кандидатской диссертации я целую главу посвятил прогнозированию поведения больного-гипертоника по подписи. Тот же поиск продолжался в работе на должности руководителя психологической лаборатории Куйбышевской железной дороги. За три года удалось лишь понять, что человеческую душу психология по-настоящему не изучает и не исцеляет. Личность, познавательные процессы, объекты социальной психологии — лишь своего рода «экраны», на которые проецируется живая человеческая душа. Таким замысловатым путем я приблизился к истинному и неиссякаемому сокровищу — святоотеческому учению. Человеческая душа сотворена Богом, и потому она — до конца тайна, непостижимая тайна, известная только Создателю.
— Как Православному человеку вести себя на приеме у психолога?
— На прием к психологу может направить кто угодно: начальник по работе, учитель, врач… Если это директивный приказ, то надо смириться, принять за послушание. Ответить на вопросы, которые заданы, на тесты, анкеты, которые предлагаются. Но не принимать все это в душу, ведь главный наш «тест» — на верность Христу. Помните: те данные о вашем здоровье, о состоянии, которые выдаются в результате обследования у психолога, по меньшей мере весьма сомнительны. Человек настолько многогранен, что никакие методики обследования не дают стопроцентное попадание. Сами психологи сомневаются в своих методиках. Так что их результаты не принимайте всерьез.
Я заметил, что чаще всего люди, которые практикуют в сфере психологии и психотерапии, да еще в атеистической традиции, сами несчастливы в личной жизни. Я редко встречал благополучного в семейной жизни психолога. Одиночество — для психологов чуть ли не закономерность. Если мы не имеем церковной защиты, а при этом дело имеем с душой человека, то эти проблемы, с которыми обратился пациент, становятся нашим достоянием (если мы при этом не молимся, не живем церковной жизнью). Человек «заражается» этими проблемами, потом приносит их домой и «заражает» ими близких. Священник имеет от Бога власть вязать и решить (см. Мф. 18, 18), он принимает множество исповедей, но при этом остается только свидетелем покаяния и потому не вбирает в себя грехи, не делает грехи прихожан своим достоянием. Тем более что опытные священники во время исповеди непрестанно творят Иисусову молитву. А психологи-атеисты не защищены против воздействия своих же клиентов.
— Фрейдизм — это последнее слово в психологии, обслуживающий крайне секуляризированный безбожный мир? Или придумают со временем еще что-нибудь похлеще?
— Сейчас на Западе появляются все новые и новые направления неофрейдизма. К счастью, у нас фрейдизм, как ни старались, так и не прижился. Хотя наших богатых и пытаются приучить к тому, что каждый должен иметь своего психоаналитика, как на Западе, но сама по себе процедура, когда ты лежишь на кушетке, а в изголовье сидит совершенно светский человек и расспрашивает тебя об интимном — она абсурдна, непристойна. Сейчас гораздо более «модно» в России иметь духовника. Русский человек конкретный, а психоанализ слишком абстрактная процедура. Да и в мире традиционный психоанализ себя изживает, переходит в компьютерные разновидности. С помощью этого компьютерного метода определяются электрофизиологические, кожные реакции человека на те или иные образы, двигательные реакции глаза на те или иные «картинки», образы. И так определяются слабые места человека — вычленяются те образы, которые наиболее сильно на него воздействуют. Вычленяются в человеке подсознательные «пунктики», уязвимые места, на которые можно воздействовать — по сути, здесь психоаналитик уподобляется бесу, совершает его работу. Например, можно построить такую цепочку, чтобы у человека сформировать негативное отношение к чему-то, а потом дать в конце образ, и это негативное отношение наложится на этот образ и человек в результате не будет кого-то или что-то любить. Все попытки лишить нас свободы духа — дело темных сил.
— Как противостоять сектантам, которые порой весьма умело используют различные психологические приемы?
— Особенно развито искусство манипуляции человеческим сознанием в таких структурах, как сетевой маркетинг. Это разновидность секты, хотя на поверхности как будто бы нет религиозной подоплеки.
Но главной целью в сетевом маркетинге является не реализация какого-либо продукта и не извлечение прибыли (это лишь инструменты), а главная цель — в выстраивании особой структуры человеческих отношений, иерархии. Выстраивание внутренней и внешней иерархии (здесь, как и везде, внешнее отражается на внутреннем) приводит к несвободе. Внутри этой сетевой иерархии один стоит над другим, и дальше, выше. Кто-то «бриллиант», кто-то еще какой «драгоценный камень», и пр. А на самом верху стоит их «бог» — тот человек, который построил эту иерархию, создал ее, то есть основатель пирамиды.
В этом случае инструмент (желание заработать) порабощает личность, заставляет жить ее по законам иерархии, параллельной Христовой и несовместимой с ней. На семинарах по сетевому маркетингу начинающим говорят: «Христос тоже был сетевик», при этом имеется в виду, что у Него тоже была иерархия — Апостолы от двенадцати, потом Апостолы от семидесяти, далее Христианская община в той или иной местности… Но не говорят о том, что цель сетевой пирамиды — обогащение, а цели Христовой «пирамиды» — прямо противоположные: освобождение человека от власти денег, от власти греха. Пирамида — структура устойчивая, она лежит в основе любой действующей организации, обезпечивает ее жизнеспособность. Другое дело, с какой целью мы эту иерархию создаем. Если мы существуем физически, чтобы погибнуть духовно, такая иерархия вредна…
У сетевиков очень сильно меняется психология поведения. Я это вижу на известных мне людях. В результате у них часто разваливаются семьи. Пропадает интерес к основной работе, так как «сетевой маркетинг» все глубже засасывает их. Потом эти люди начинают использовать основную работу для личного продвижения в сетевой структуре, для вербовки клиентов в сетевой маркетинг. Опасность сетевого бизнеса как раз в том, что его не считают сектой. С типичными сектами все, в общем, понятно, а тут человек вроде бы занимается тем, чем вся Россия сейчас занимается — торгует. Причем торгует с умом. В чем его сектантство? И потому так тяжело отвратить его от этого. И в результате люди постепенно становятся духовно больными, невосприимчивыми к Евангельскому благовествованию.
— Компьютерная, игровая зависимость у современной молодежи и у подростков становится эпидемией. Как нам справиться с компьютером, сделать так, чтобы он приносил пользу, а не вред?
— Хотя компьютер и рабочий инструмент, но надо сознательно ограничивать время его использования. Поскольку процессы, которые происходят в человеке во время сидения за монитором, достаточно глубинны и протекают в подсознании. В устройстве компьютера все рационально. А наш реальный мир пронизан иррациональностью. Человеку комфортно, когда он имеет определенность, а определенность всегда рациональна. Как раз в этом и заключается принцип психотерапии: дать человеку определенность. За этим и обращаются люди к психологу. Если что-то непонятно — он разложит по полочкам, все объяснит, и станет комфортнее. Это произойдет даже в том случае, если картина психологом искажена. Ведь истинную картину знает только Господь, а вот психолог заполнит чем-то пугающую неизвестность, даст хоть какое-то разъяснение — и ты уже успокоился. Так и компьютер, когда мы много времени проводим с ним, погружаем свое внимание в мир, где все рационально, то у нас создается иллюзия освобождения от непонятного и неизведанного. Люди получают за компьютером мнимое облегчение. Компьютерная зависимость — очень жестокое дело. Как с ней справиться? Любая зависимость подчинена законам душевной жизни. И если мы ее одухотворяем, мы получаем возможность эту зависимость сломать. Если мы находимся в благодатном поле, угроза зависимости смягчается. Но и без строгости, дисциплины здесь не обойтись…
— А как быть с детьми, которые еще не имеют духовных сил противостоять компьютерным искушениям.
— В центре святого Иоанна Кронштадтского в Москве, которым руководит известный на всю страну иеромонах Анатолий (Берестов), доктор медицинских наук, мне сказали, что игровая зависимость даже жестче, чем наркотическая! От наркотической зависимости эффект налицо — вот и вены «сожгли», вот уже и печени фактически нет… А игровая зависимость не имеет таких внешних проявлений. Но освободиться от нее труднее, чем от наркотической зависимости. У наркомана бывают спонтанные ремиссии (неизвестно чем вызванные, видимо, по благодати Божией!), когда у человека вдруг сама собой на время затихает тяга к наркотикам. В игровой зависимости такой ремиссии нет. В центре святого Иоанна Кронштадтского, куда обращаются и пьяницы, и наркоманы, и бывшие сектанты, убеждены, что почти нет никакой перспективы исцеления при компьютерной «игровой» зависимости, а также очень трудно наступает реабилитация бывших сайентологов и «виссарионовцев»… По их данным, эти люди почти не поддаются лечению. Реабилитация может идти хорошо, но потом снова наступает срыв… Эту точку зрения мне изложил Изяслав Александрович Адливанкин, психолог центра, помощник отца Анатолия (Берестова).
Нужно контролировать время, которое дети проводят за компьютером. Если есть необходимость (школьные задания), давайте им компьютер, но потом строго пресекайте все их попытки больше, чем нужно для учебы, поплавать в «виртуальном пространстве». Своему сыну, ему пятнадцать лет, я даю компьютер три раза в неделю по сорок минут (не даю сесть за компьютер в постные и воскресные дни). Все! Вплоть до того, что уношу с собой шнур от компьютера. Другой возможности я не вижу. Из-за этого идет партизанская война. Вчера, например, я забыл шнур от компьютера в кармане куртки и уехал служить в храм. Приехал — шнур лежал там же, в кармане, но компьютер-то горячий (он быстро не остывает)! Вот, я говорю сыну: уже сейчас для тебя компьютер важнее моих отцовских запретов… «А ты с собой компьютер увози», — предлагает он мне. То есть сам понимает, что ему сложно справиться с этим искушением. Такая ситуация не только в моем доме, конечно.
— А не станет ли в скором времени причиной психологической зависимости людей и сотовый телефон?
— Те возможности, которые предлагает сотовый телефон, намного шире, чем это необходимо. Я думаю, сотовый телефон — это один из элементов процесса глобализации. Как психолог, как врач я понимаю, что очень трудно ни с того ни с сего сразу сформировать какую-то определенную установку у человека. А если делать это постепенно, сначала вызвать зависимость, то задача облегчается… Детей можно допускать до телефона и компьютера только тогда, когда это становится для них необходимо (компьютер — для выполнения домашних заданий, телефон — для связи с родителями при самостоятельном перемещении по городу и т.д.). И все равно надо строго контролировать время их контакта с современной техникой. Я смотрю на телефон как на обузу, бывает, когда я потеряю телефон или где-то забуду — свободно дышу. А вот отключить… Не позволяет пастырский долг. Вдруг кто-то нуждается в духовной помощи?
Когда я преподавал у студентов, спросил у них: представьте, вы забыли телефон дома. «Считай, день зря прошел», — ответили они. Даже приходя на церковную службу, многие люди не имеют столько сил, чтобы отключить телефон. Люди не могут объяснить, почему они его не выключают, а объяснение одно: они находятся в зависимости! Выход, как и везде, один и тот же: привлечь на помощь Святой Дух. Тогда эти инструменты перестают быть вредны и становятся даже полезны в нашей жизни.

Дорогие наши интернет-читатели, все те, кто полюбил Православную газету «Благовест»! Для нас очень важна ваша духовная и материальная поддержка. Сейчас мы в ней нуждаемся очень остро. Почтовые денежные переводы можно направлять на адрес редакции: 443010 г. Самара, а/я 243, редакция газеты «Благовест», Жоголеву Антону Евгеньевичу — с пометкой: «Помощь газете «Благовест». 

Все имена благотворителей будут внесены в помянник «Благовеста», и о них будут возноситься молитвы. Помоги вам Бог!
Редакция.

Антон Жоголев
07.12.2007
Дата: 7 декабря 2007
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru