Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Взгляд

Капельки вечности

Из записок редактора.


Судьба человека. Валерий Рязанов.

С Валерой Рязановым я «здравкался» лет пятнадцать. А по-настоящему узнал его за четыре месяца всего до его таинственного исчезновения. Его знала (сейчас уже начала забывать), без преувеличения, вся губерния. Был он телевизионным жителем, одним из тех немногих «говорящих голов», из уст которых мы изо дня в день узнавали о самарских событиях: презентациях, выставках, матчах, молебнах. Был он мал ростом, и когда встречался вживую (на тех же самых презентациях), сразу в голову приходила мысль: наверное, и полез в экран, чтобы скрыть этот свой физический недостаток. Телевизор ведь ежедневно творит свои технотронные «чудеса»: глупых производит в умники, пожилых — в молодые, коротышек — едва ли не в великаны… Но Валера попал на экран по другой причине: он был особенно, «по-моцартовски» талантлив! Еще был он очень похож на последнего русского Царя — Николая II. Сам Валера позднее мне рассказал, что однажды снимал приехавшего к нам вместе с восковыми фигурами столичного фигляра — «двойника» Царя-Мученика. И тот был похож на Царя гораздо меньше, чем наш самарский телерепортер. Оба «двойника» поладили меж собой и даже сфотографировались на память. Потом первый предложил второму работать вместе. Валера, естественно, отказался. Но не отказался выпить со своим «тезкой». Была у него такая русская слабость… Она его и сгубила… Но ведь не только она!
Как-то незаметно Валера пропал с эфира. Теперь другие «говорящие головы» вещали с телеэкранов, а его русой «царской» бородки что-то стало не видно. Но «отряд не заметил потери бойца» — телеведущих ведь, по большому счету, не замечают. В экране торчат уже давно не они, а лишь виртуальный слепок с живой и конкретной личности. Телевидение — могучая технологическая магия, чем-то похожая на тот особый мир, который описывал Толкиен, когда хоббит надевал на себя магическое кольцо… Чем больше ты ТАМ, тем самого тебя меньше!
Между телевизором и Валерой произошел тихий, невидимый миру конфликт. Валера не согласился полностью исчезать и постепенно раствориться без остатка в телевизионном зазеркалье. И — выпал. Нет более жалкого зрелища, чем бывшие милиционеры или бывшие политики. Ничего другого в своей жизни они, как правило, не умеют, и им трудно найти себя в новом качестве. Но хуже всего приходится бывшим телеведущим. Их еще узнают, но уже все реже. Образ тускнеет, а адреналина по-прежнему требует каждая жилка в тебе. И дать его может только экран. Кто сказал, что публичная профессия не наркотик? И вот постепенно начинаются ломки… Валера, кажется, крепко запил. Не он первый, и не он последний сходил вот так со стези известности и благополучия.
В Страстную Пятницу 2005 года я увидел его на выносе Плащаницы в Кирилло-Мефодиевском соборе. И почти что не поверил своим глазам: ничего телевизионного в нем не осталось… Он стал как будто бы еще меньше, чем был. Как-то осунулся и истрепался. Весь лоск сошел с него, как с гуся вода. Видно было, что он за это время перенес очень много. Он рассказал, что почти полгода провалялся в больницах — за это время потерял и семью, и работу, и здоровье… Но обрел он нечто такое, что почти обезценило все эти потери: ВЕРУ! Я порадовался за него, еще не ведая, что судьба, сделав зигзаг, вновь нас столкнет на каком-то немыслимом вираже. Вскоре Валера пришел проситься на работу в «Благовест».
До чего же приятен в общении оказался этот хрупкий «телеинвалид»! Самые суровые Православные, закутанные в платки или густые бороды, вдруг расцветали улыбками в его присутствии. Был он настолько скромен, так необычайно добр, как-то по-особому беззащитен, что его не хотелось «учить», «смирять», «воцерковлять», а только — любить и жаловать. Помню, как он рассказывал про свои хождения в другие редакции: «пишешь талантливо, но не в формате», — отвечали всюду. Он как-то не попадал в общий тон. Пока он валялся по больничным палатам, мир здорово переменился. Потом одна бывшая сослуживица посоветовала: не теряй времени, а иди лучше в «Благовест». Он и пришел. И за какую-то пару-тройку встреч стал нам родным и близким. Еще у него появилось дело. Он стал строчить в своей утлой комнатенке-малосемейке (удел всех «бывших» людей) воспоминания о своей жизни. Многие читатели их еще не забыли: «Как лань желает на источники вод…» С какой искренностью, с какой болью и одновременно с каким мягким юмором писал он о своем пути к вере, о своем «семидесятнутом» поколении, первом из ушибленных перестройкой, о работе на телевидении… Последний очерк был о его дочери Маше, больной ДЦП. Многие мне признавались потом, что читали его со слезами.
Очерк был и правда последний. Валера проработал в «Благовесте» всего три дня. Потом перестал ходить на работу. Мы думали — по болезни, и терпеливо ждали. Потом оказалось, что наш товарищ подпал под прежние греховные привычки. Вскоре мы окончательно поняли, что работать у нас Валера не сможет. Когда он писал заявление «по собственному желанию», у него тряслись руки. У меня слезы наворачивались на глаза. Пытался быть строгим, но не получалось. Мы договорились, что Валерий будет работать внештатно: а мы постараемся платить по максимуму, знали ведь, как он нуждался. Потом выяснилось, что в этой его нужде не одни мы приходили к нему на помощь: протоиерей Геннадий Феоктистов из самарского храма Трех Святителей буквально подкармливал оголодавшего «телезвезду»… Никто из нас не думал тогда, что скоро все оборвется.
Валера пришел в последний раз в октябре, перед праздником Ташлинской иконы Божией Матери «Избавительница от бед». Попросил направить его в командировку на праздник. Мы дали ему фотоаппарат и диктофон. Попили чаю. Был он не очень здоров и как-то уж слишком потерт. Все попытки куда-то еще устроиться не удавались. Опять слышал всюду про «неформат».
Это была последняя наша встреча. Первые месяцы мы еще ждали, что он вот-вот появится на горизонте. Но он все не появлялся. Один из нас съездил к нему домой. Соседи сказали, что его давно уже не было. Потом поехала другая сотрудница. Кроме пустых бутылок в незапертой холостяцкой комнате ничего не обнаружила. Потом к поискам подключился отец Геннадий. И тоже тщетно. Затерялся Валера. Местные алкаши в каком-то занюханном баре и те сокрушались: давно не видать! Так закончилась карьера, наверное, лучшего из самарских телевизионщиков.
С тех пор он снился мне всего один раз. Видел я его в уютном доме, и он мне рассказал, что живет тут уже давно, у какой-то милой и любящей его женщины. Возвращаться к нам не собирается.
Потом он приснился другой сотруднице, Ирине Кузнецовой. И тоже в какой-то живописной деревне — среди полей и лесов. Вышел радостный и красивый из аккуратного деревянного домика, сказал о себе: «Мне тут хорошо!» Показал на старинный храм и сказал, что теперь он тут псаломщиком служит и еще стоит у подсвечника. Они вместе зашли в тот благолепный храм, на ходу говоря о его послушании в этой церкви. Он даже звал нас к себе в гости в том замечательном сне…

Чему нас учат в школе?

Полгода назад я приобрел в церковной лавке книгу известной писательницы Евгении Тур «Катакомбы». Книга издана в крупном столичном Православном издательстве и повествует о римских Христианах первых веков. Несколько лет назад мне довелось побывать в римских катакомбах — и потому захотелось больше узнать о том времени. Интересная, к слову сказать, книга. И все бы в ней хорошо, если бы на одной странице я не увидел совершенно жуткую, кощунственную карикатуру на Самого Христа: вместо Него на распятии было изображено… Нет, не буду даже и пересказывать, что я там увидел, чтобы не множить кощунство. Под рисунком объяснялось, что именно так противники Христиан клеветали на только что появившуюся новую религию… Сначала я просто вырезал это изображение из книги и саму карикатуру сжег. Потом и книгу решил не дочитывать. Просто в руки брать не хотелось после такого!
Вскоре история эта забылась. А вспомнить о ней мне пришлось совсем недавно, когда в редакцию пришла Галина Опарина со своей дочерью-школьницей Вероникой. Они принесли учебник истории древнего мира за 5-й класс под редакцией А. Вигосина, Г. Годера и И. Свенцицкой, по которому девочка учится в самарской школе № 29. Они открыли учебник и в главе, повествующей о раннем Христианстве, я вновь увидел уже знакомую — кощунственную и отвратительную карикатуру. Под ней была соответствующая подпись: «Древняя карикатура на Христиан. Их враги говорили, что будто бы Христиане почитают Бога с головой осла». Вот, кажется, и все, что решили сообщить школьникам так называемые историки! Нет, правда, чуть ниже, после корявого пересказа атеистическим языком нескольких фактов из «биографии» Господа нашего Иисуса Христа значилось и такое: «Христиане верили (вот так: почему-то в прошедшем времени… — А.Ж.), что души людей, страдавшие при жизни, попадут после смерти на небо, где будут блаженствовать». И — все! Далее пошел подробный рассказ о буддизме и конфуцианстве. Карикатур там, понятное дело, не было.
Я посоветовал девочке и ее маме аккуратно вырезать карикатуру из учебника. Но проблемы это, естественно, не решает. Вспомнился совсем недавний карикатурный скандал, когда весь мусульманский мир поднялся против зарвавшихся либеральных газетчиков, посмевших оскорблять карикатурами основателя ислама. А что же Христиане? Ведь карикатуры на Христа публикуются не где-нибудь, а в изданных самими Православными книгах! В учебниках, по которым учат наших детей…
Из трех соавторов злополучного учебника первые двое мне неизвестны. А вот Свенцицкая (может быть, даже — родственница известного духовного писателя и исповедника Православия священника Валентина Свенцицкого!) еще в советские времена была видной атеисткой, специалистом по древним Христианам. Видимо, именно ей и принадлежит сомнительная «честь» в появлении гнусной карикатуры! Какую же ненависть надо иметь ко Христу, чтобы вот так проиллюстрировать и без того скупые, вынужденные слова о Спасителе! Вот оно, то самое толерантное «религиоведение», которое нам предлагают вместо «Основ Православной культуры»! А мы еще спорим, нужно ли нам Православие в школах…
…Всем пятиклашкам и их родителям советую: 261-ю страницу из этого учебника вырвите целиком, если вам не захочется возиться с конкретной карикатурой. А если есть время и желание, то не сочтите за труд: отправьте эту страничку в Министерство образования. Со своим, разумеется, комментарием, а не с тем, что поставлен историками под карикатурой.

На снимке: Валерий Рязанов берет интервью у Владимира Каданникова, тогда председателя совета директоров ОАО «АвтоВАЗ». Наверное, впервые в профессии первым на этом снимке для нас стал не интервьюируемый, известнейший в нашей губернии человек, а журналист. В конце девяностых годов, когда был сделан этот снимок, Валерий был еще вполне преуспевающей «телезвездой».

Антон Жоголев
15.12.2006
818
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
1
2 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru