Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

​Кольцо королевы Горделии

Главы из сказочной повести Ольги Ларькиной.

Главы из сказочной повести Ольги Ларькиной.

От автора.

… Когда я поставила последнюю точку в своей книге «Ящик Пандоры, или Пропавшие дети», то была уверена, что больше к этой сказочной повести не вернусь. Но оказалось, что ребята (и даже их родители, прочитавшие книгу вместе с ними) ждут продолжения! Так появилось «Кольцо королевы Горделии» — а откуда такое название, вы узнаете, если прочтете эту повесть. Ведь как раз в эти дни выходит в свет новое издание книги «Ящик Пандоры, или Пропавшие дети», в которую включены и первая повесть-сказка, и ее продолжение — «Кольцо королевы Горделии».

Хотите заглянуть одним глазком в эту книгу? Что ж, тогда вкратце расскажу о том, что случилось в начале новой повести.

Коварная Пандора сумела убедить Риту в том, будто она — наследная принцесса Страны Поющих Туманов. С помощью волшебного кольца девочка переносится в это сказочное королевство. Заскучав в чужом и недобром виртуальном мире, Рита пригласила в гости девочку со своего двора, Вику. Неделя пролетела быстро, Вике пора возвращаться домой…

В таинственной башне

— Прощай, Вика! — из Ритиных глаз покатились слёзы. — Не забывай меня, а я буду помнить о тебе!

Она порывисто обняла подругу и незаметно сунула какой-то мешочек в карман Викиного платья.

— Долгие проводы — лишние слёзы, — проворчала Пандора. — Пойдём, Вика.

И они вышли из комнаты, в которой Вика прожила эти семь незабываемых дней, и направились к одиноко стоящей башне в дальнем углу двора. Вблизи башня выглядела устрашающе. Мрачная, из грубо отёсанных камней, она высилась грозной громадиной — без окон и с единственной дверью.

Пандора властно подняла руку и произнесла набор непонятных звуков. Дубовая дверь послушно поползла в сторону, открывая мрачный проём внутри.

Сразу на стенах башни сами собой вспыхнули большие факелы, тускло освещая лестницу из неровных плит. За одним из поворотов лестницы Пандора и Вика вышли на ровную площадку. И снова Пандора произнесла заклинание, и перед ними открылась ещё одна дверь.

А за ней была мрачная комната, из которой ощутимо пахнуло сыростью и холодом.

— Не боишься? — насмешливо сощурилась Пандора.

— Боюсь, — спокойно ответила Вика. — Но другой дороги домой вы ведь не предложите?

— Не предложу. А кстати, почему ты решила, что я вообще собираюсь отпускать тебя домой? После всего, что ты увидела и услышала здесь — и о чём могла догадаться?

— Ну… была кое-какая надежда. Но когда мы пошли к башне, я сразу поняла — наверняка там нет никакой камеры перемещения.

Эта новая книга Ольги Ларькиной вскоре появится на полках книжных магазинов и церковных лавок.

— Знаешь, Пандора, — Вика, сама удивляясь своей смелости, говорила с герцогиней, как с ровней, — я ведь и правда хотела остаться здесь навсегда. Я думала, что никому на свете больше не нужна и сама никого не люблю. Но здесь я поняла: там, в земном мире, осталось всё, что мне по-настоящему дорого. Там мой отец, которого я, оказывается, очень-очень люблю. Там Аня и Настя, которые умеют дружить не за деньги и нарядные платья. Там непридуманная жизнь. И я очень хочу туда вернуться!

— Отсюда для таких, как ты, нет выхода! Ты сгниёшь в этой камере! — прошипела Пандора.

— Ну и пусть! А во дворец не вернусь! — и Вика шагнула внутрь. Пандора яростно грохнула дверью, и в камере воцарился мрак.

Вика еще постояла, привыкая к полной темноте, потом сделала один неуверенный шажок, другой… И вздрогнула, услышав тихий стон:

— Кто… здесь?

— Я — Вика. А вы кто?

— Я-то? Не жилец, вот кто. Да и тебе не стоит надеяться на спасение. Отсюда уходят только на плаху!

Вика задрожала от ужаса. Хорошо было храбриться перед Пандорой, а сейчас у девочки совсем не осталось сил. Она нашарила рукой холодную стену и прислонилась к ней, чтобы не упасть.

— Вика, у тебя не найдется хоть кусочек хлеба? — спросил незнакомец.

— Не-ет… — Вика машинально сунула руку в карман платья — и нащупала в нём крупные прохладные горошины. Достала одну — и каморка осветилась ярким светом, словно вспыхнула люстра. Вот это Рита! — она решила подарить подруге свои самосветные жемчужины! Это она сама придумала, что должны быть такие вот жемчужины, которые ярко светятся в темноте, и поручила изготовить их лучшим мастерам гномьего народа. Гномы преподнесли принцессе Гордиэль двенадцать великолепных жемчужин, которые Рита так и назвала - самосветные. Даже Пандора не знала о существовании таких диковин, Рита почему-то до сих пор ей о них не рассказала. А Вике — показала. Три из них Рита положила в карман подруге.

При ярком, но мягком свете Вика увидела, что на полу каморки лежит закованный в цепи человек. Волосы с проседью, лицо в застарелых шрамах. И багровые свежие шрамы исполосовали его спину.

Незнакомец тоже с интересом вглядывался в лицо девочки.

— Кто ты — знатная дама? Я слышал, как вы о чём-то спорили с герцогиней. Ты в чём-то провинилась перед ней?

— Провинилась. Не захотела жить по её правилам.

— И за это тебя бросили в башню Смерти…

— А вас — за что?

— Трудно даже сказать… Я служил в войске своего господина, знатного и отважного рыцаря. Но когда наш отряд освободил принцессу Лионелию, похищенную драконом, её отец нарушил своё обещание отдать дочь тому, кто вызволит её и вернёт во дворец. В королевстве объявили, будто это принц Златолюб из Чужехватии в жестокой битве убил трёхголового дракона и спас принцессу…

— Я уже слышала эту историю! — воскликнула Вика. — Ваш господин — это был рыцарь Алёша?

— Рыцарь Лёха! — возразил воин. — А откуда ты знаешь о нём?

— Мы с Алёшей Спириным живём в одном доме, только в разных подъездах. Год назад в нашем дворе вдруг откуда-то появился магазин «Ящик Пандоры», в котором обещали исполнить мечту каждого. Алёша зашёл туда — и исчез вместе с магазином. А когда вернулся домой, рассказал о боевых друзьях, о приключениях в компьютерном мире.

— Он вернулся в свой мир? — глаза солдата загорелись радостью. — А эта… змея подколодная наплела мне, будто рыцаря Лёху убили. Будто его верного оруженосца Фила снова продали в рабство — теперь уже в каменоломни, где и крепкие взрослые мужчины подолгу не живут.

— Оба они живы-здоровы! Я хорошо знаю Фильку, он часто приезжает к Алёше.

— Вот это счастье! У меня просто сил прибавилось, — радостно сообщил солдат. — А скажи, они ещё кого-нибудь вспоминали — из тех, с кем вместе воевали?

— Они часто вспоминали воина Майкла. И очень жалели, что Майкл был тяжело ранен во дворце коварного короля, когда кинулся на выручку своему господину. Филька потом отвёз его в Лёхвилль, на излечение, а сам вернулся и спас от казни Алёшу. Им ещё и Аня помогла.

— Аня? Я никогда не слышал о ней. Да, я до сих пор не представился — Майкл.

— Тот самый?

— Тот самый…

Отважный воин

В Лёхвилле Майкл уже совсем пошёл на поправку, а мог бы и давно выздороветь, если бы послушался лекаря и отпил несколько глотков исцеляющей жидкости из волшебного кувшинчика. Но он не раз видел, как его боевые товарищи мгновенно излечивались от ран, зато теряли память. Он и сам когда-то так вот подлечился, и теперь не мог вспомнить ни своё настоящее имя, ни — откуда и как попал в компьютерную игру. А человек, забывший своё имя и свой дом, никогда уже не вернётся в родной мир. И если раньше он принимал это как неизбежную плату за восстановление сил и здоровья, то в последнем походе резко изменил своё мнение. Рыцарь Лёха сам избегал колдовского зелья и своим солдатам разрешал давать его лишь когда только глоток этого снадобья мог спасти от неминуемой смерти. А потом рыцарь и вовсе жёстко запретил своим бойцам применять магическое снадобье.

И Майкл лечился целебными кореньями и травами, свежим воздухом и купанием в реке. Раны его заживали медленно, но верно. Ещё пару недель, и он бы стал здоров.

Но однажды рано утром в ворота замка с грохотом постучали. Прибыл королевский отряд — в поисках «бунтовщика и изменника Майкла».

Мажордом Леон сразу велел Майклу спрятаться в укромном тайничке — и солдаты короля век не нашли бы его. Но капитан громогласно заявил, что если обитатели замка не выдадут бунтовщика, поплатятся за это сами. Поместье солдаты сожгут дотла, всех взрослых перебьют, а детей продадут в рабство. Услышав это, Майкл сам вышел из своего убежища.

В цепях, как отъявленного разбойника, увезли его в столицу, в подземелье королевского дворца. Но никакие пытки не заставили солдата выдать, где скрываются рыцарь Лёха и Фил. Если Майклу и было что-то известно о них, он молчал.

А однажды в самую тёмную ночь Майкла грубо выволокли из этой тюрьмы и швырнули в клетку, привязанную сверху к большой телеге. Два коня-тяжеловоза тащили эту телегу вслед за каретой, в которой сидела закутанная в вуаль дама.

— Не повезло тебе, парень! — сочувственно шепнул Майклу один из притащивших его стражников. — Герцогиня такая лютая… — лучше бы тебе умереть в бою!

И Майкл не раз убедился в правоте его слов. Да — страшнее герцогини он никого не встречал. Когда его привезли в это королевство, заточили в башню. И с этих пор он не видел белого света — только когда с факелом в руках приходила герцогиня. Она то жестоко истязала Майкла, то уговаривала одуматься и стать её солдатом.

— Мне нужны такие храбрецы, как ты, — говорила герцогиня. — Расскажи, где укрывались от праведного королевского гнева бросившие тебя рыцарь Лёха и этот его мальчишка Фил. Они уже получили по заслугам: рыцарь казнён, а оруженосец отправлен в каменоломни. Но я хочу знать место, где эти негодяи укрывались! Присягни мне на верность — и тебя тут же с почётом освободят из тюрьмы. Ты получишь красивый мундир и оружие, ордена и медали, много золота, уютный дом со всем скарбом. Всё, что захочешь! Только служи мне верой и правдой!

— Верой — во что? — хрипел Майкл. — В то, что придёт и твой конец? Вот в это я верю! А правда — она не у тебя и не у таких же, как ты, злодеев! Правда — у тех, кто умирает, но не сдаётся!

— Теперь мне не страшно умирать. Я ещё порадовался свету, я знаю, что мои друзья живы, — закончил Майкл свой рассказ. И, помолчав, добавил с горькой усмешкой:

— Такой уж я важный преступник, что и со здешним королём познакомился. Он чуть не каждый день приходит сюда с пыточных дел мастером…

— Вы что-то путаете, — мягко перебила его Вика. — Король в отъезде в какую-то далёкую другую страну…

— Бедняжка, так это о тебе они говорили? Ты прости, но я солдат и ничего смягчать не могу. Король никуда и не думал уезжать. Это я слишком хорошо знаю по своей исполосованной спине… А вчера он пришёл в башню с герцогиней и набросился на неё:

— Сколько ещё мне терпеть в своём дворце эту безмозглую дуру, возомнившую себя принцессой! Ты обещала, что мы скоро получим её никчемную душу, а она всё ещё, видишь ли, не подготовлена! Ты плохо работаешь! Смотри — сама не окажись в здешних жилицах.

Её так и перекосило от злости — меня оба и не стесняются, я ведь одной ногой уже в могиле. А покойники молчаливый народ… И герцогиня с такой злобой ему кричит:

— Ты ещё смеешь мне угрожать?! Да ты сам во всём виноват, не мог хоть недельку разыгрывать из себя любящего отца. Взял и смылся в свой охотничий домик, а я одна за двоих отдуваюсь! Это тебе здесь самое место, бездарь!

Поорали друг на друга и ушли. Мне даже удалось хоть вчера и сегодня отдохнуть от пыток. Из их разговора я понял, что они наплели с три короба какой-то девчонке, заманили во дворец, чтобы обманом заполучить её душу. А ты — сюда попала. Не удалось им добиться своего. — И он с уважением глянул на девочку: молодец — раскусила этих хитрецов, не отдала им свою душу!

Но Вика подняла на него полные слёз глаза:

— Это моя подруга Рита поверила, будто она принцесса. Так вот зачем был нужен весь этот обман!

И она рассказала Майклу всё, что знала о том, что произошло с ней и другими ребятами из её двора в прошлом году, когда их угораздило зайти в неожиданно появившийся в их дворе магазин «Ящик Пандоры», и что уже этим летом успела натворить хитрая Пандора.

— Пандора? Я слышал о ней от своего господина. Так вот кто такая эта герцогиня! Ну уж нет, Вика, — нам с тобой умирать сейчас никак нельзя. Пока мы не предупредим твою подругу. А ещё лучше — поможем ей бежать из этой западни.

— А прежде хорошо бы нам обоим тоже сбежать и живыми остаться, — улыбнулась сквозь слёзы Вика. — Да только как это всё сделать?

— Не знаю. Будем думать! А пока — спрячь свою жемчужинку, чтобы её у тебя не увидали и не отняли, ложись вон в том углу на соломе, поспи. Нам надо беречь силы и волшебный свет…

Вика спрятала жемчужинку в карман отдельно от других самосветов, и всё утонуло в непроглядной тьме. Но теперь Вике не было страшно. Рядом с ней Майкл — избитый и израненный, но не сломленный воин.

Она окликнула Майкла:

— Вы ещё не спите? Знаете, мне сейчас вспомнились очень верные слова, которые я нашла в маминых записях — совсем недавно, когда перебирала её бумаги. Не знаю, её ли это были мысли или мама три года назад, незадолго до смерти, откуда-то их переписала. И вот что было там написано: «Если тебе однажды удалось одолеть зло, не считай себя победителем! Оно затаится на время и вернётся, откуда и не ждёшь, уже в другом обличье, чтобы нанести разящий удар. Но не падай духом и не сдавайся. Веруй в Бога, уповай на Него — и никогда не погибнешь!» Такие вот слова. Я их столько раз в те дни перечитывала, что запомнила наизусть… Мы все были так рады тому, что одолели Пандору, — хотя если бы не мои друзья, мне-то как раз лежать бы на обеих лопатках… Так вот, мы все, даже я, тогда возгордились: как же, с такой вражиной справились! Но Аня, Настя и Алёша стали ходить в церковь, и там их быстро привели в чувство. Они поняли, что к чему… Гордыня — грех! Так мне Аня говорила. А я совсем недолго погрелась возле них и вскоре опять замкнулась в свою скорлупу. Обидно стало, что все восхищаются Аней, а на меня ноль внимания. Как же, раньше-то всё было наоборот. Я — отличница, а Аню все обижали. И я тоже однажды так больно её обидела! Ну а когда они вернулись из опасного путешествия и все увидели, какая Аня на самом деле хорошая, я… — я, кажется, позавидовала ей! И вообще я почему-то стала всё видеть в мрачном свете. Отец работает очень много, чтобы меня же обувать-одевать не хуже других, а я надулась: я не нужна своему отцу, он меня совсем забыл! Вот и не заметила, как опять угодила в ещё более крепкие сети!

— Да, Вика, очень умные слова ты прочитала в маминых бумагах! О них и старому воину стоит задуматься. Не скажу, что мне всё в них понятно — я не знаю, как это — верить в Бога, не знаю, кто это — Бог. Но что-то такое есть в этом удивительном имени, что я вот только произнёс: Бог — и как будто стало светлее! И если ты можешь верить — верь! А то, что в записках твоей мамы сказано о борьбе со злом, очень серьёзно! Спасибо тебе, девочка, ты мне очень помогла сейчас! И ты молодец, что честно разобралась в себе. Теперь надо будет думать, как справиться с силами тьмы. Но это уж завтра. Ну а пока - спи! Береги силы. Надо же, как сильно сказано: «Веруй — и никогда не погибнешь!… »

Ключ от всех замков

Вике приснилась мама. Давно она не снилась - а вот теперь привиделась, как живая. Красивая, помолодевшая, совсем такая, какой была до болезни — и даже нет, ещё красивее! Какая-то светлая, лучистая… Подошла к дочке, села рядышком на охапку прелой соломы.

— Доченька, не время спать. Вам надо скорее выбираться из башни Смерти. Завтра Пандора подсунет Рите королевский указ — и она не глядя, не подозревая о подвохе, подпишет смертный приговор двум «преступникам» — тебе и Майклу. Вам надо уходить. Немедленно!

— Мамочка, но Майкл закован в цепи, и двери не открыть без заклинаний. А я их не запомнила.

— Не нужны вам чародейские заклинания! Подумай: что за ключ от всех замков? Вспомни, как Настя ушла из своей такой же колдовской тюрьмы, где ее держали «инопланетяне».

— Ключ от всех замков… — молитва?

— Молитва! И верное, храброе сердце. И вот ещё что скажу, пока ты не проснулась. Идите всё время на восток. Иначе разминётесь со своими друзьями, которые уже спешат на помощь!

— Мама, скажи, а…

Ну зачем, зачем она проснулась! Мама исчезла, растворилась в непроглядной тьме. Вика достала из кармашка жемчужину, но она больше не загорелась. Как видно, эти самосветы получились одноразовыми, догадалась девочка. Будет гореть, пока не уберёшь в пакет или карман, а потом уже и не загорится. Так что зря мы с Майклом решили сэкономить свет…

Достала вторую жемчужину — и каморка тут же озарилась ярким светом. Майкл сразу проснулся: привычка старого солдата просыпаться с первыми лучами солнца.

— Майкл, я знаю, как нам выбраться отсюда. Кажется, знаю, — поправилась Вика. —  Ключ от всех замков — молитва. И верное, храброе сердце.

— Но я не знаю ни одной молитвы, — смутился Майкл. — А ты?

— Когда-то знала. Три года назад… Сейчас постараюсь вспомнить!

Тогда, три года назад, они ненадолго подружились с Аней. И Аня сама предложила ей вместе сходить в церковь и помолиться о Викиной маме. Мама очень тяжело болела, ей уже не помогали уколы. Но Аня сказала, что если всей душой помолиться, Бог поможет! И они поставили в церкви свечки и помолились — о том, чтобы Викина мама не болела и ей было хорошо. И целую неделю Вика каждое утро и вечер молилась по детскому молитвослову, подаренному соседкой. Та же соседка позвала к ним священника, и он исповедал и причастил, да ещё и пособоровал маму. Сразу после этих таинств маме стало так хорошо! Она улыбалась дочери и говорила, что теперь у неё ничего не болит. И только по исхудавшему лицу текли слёзы.

— Мамочка, ну что ты плачешь, ты же теперь совсем здорова! — Вика заглядывала в мамины глаза, а сама старалась отогреть её ледяные руки.

— Милая доченька, я перед тобой так виновата! Сама не ходила в церковь и тебя не приучила. «Бог в душе… » Если бы сейчас вернуть то время, я научила бы тебя самому главному. Как жаль!… Прости меня, любимая. Пусть тебя Бог благословит и спасёт от всех бед!

Это были последние мамины слова. Она, утомлённая, тихо уснула с мягкой улыбкой на просветлевшем лице — и уже не проснулась. А Вика забилась в истерике, сорвала с себя крестик и вернула соседке молитвослов. И Аню больше видеть не хотела, жестоко обидела…

Как же там говорится в молитве: «Иисусе, Сыне Божий… Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй… помилуй меня, грешную!… »

— Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешную! — громко и чётко произнесла Вика. И ещё, и ещё раз. А потом услышала, как Майкл повторяет за ней молитву — только последнее слово звучит иначе: грешного. И когда он трижды, с надеждой в голосе, произнёс молитву, врезавшиеся в его измученное тело цепи рухнули на бетонный пол.

Майкл выпрямился, глаза его засияли.

— Вика, родная, какое чудо! Это что — правда, нам Бог помог?! Нам надо ещё молиться. Ты права: ключ от всех замков — молитва!

А Вика, продолжая вслух молиться, подняла правую руку, сложила как-то по-особому пальцы — три собрала в щепоть, а безымянный и мизинец крепко прижала к ладошке — и сначала трижды крестообразно осенила себя, потом Майкла, а затем — и дверь.

И дверь неожиданно как-то неохотно открылась и повисла на одной петле. А потом и входная дверь в башню не устояла перед крестом и молитвой.

Майкл и Вика вышли наружу.

Ольга Ларькина

Художник Юрий Кравец.

См. также…

1261
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
27
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru