Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Малая церковь

Тайна серебряного браслета

Больше полувека морские глубины хранили тайну гибели Антуана де Сент-Экзюпери…

Больше полувека морские глубины хранили тайну гибели Антуана де Сент-Экзюпери…



Маленький принц словно всегда был на свете. Сколько себя помню, он с самого начала был рядом. Но наша жизнь, хотя уже и я вот не молодой, все-таки не такая длинная. И у этой сказки, как ни странно, тоже когда-то было начало. Просто мы его не успели застать. Когда я узнал, что Антуан де Сент-Экзюпери почти что наш современник, очень удивился этому. Картинки с Маленьким принцем, сам образ его, словно упали откуда-то с неба. Из совсем другой эпохи.

Насчет неба я не очень-то и ошибся.

…В марте 2008 года немецкий ветеран Люфтваффе 86-летний Хорст Рипперт сообщил, что это он на своем истребителе «Мессершмитт» сбил самолёт Антуана де Сент-Экзюпери 31 июля 1944 года в воздушном бою в небе над Марселем. По его признанию, он не знал, кто был за штурвалом самолёта противника: «Пилота я не видел, лишь позже узнал, что это был Сент-Экзюпери».

Как тут не вспомнить удивительные по прозорливости слова автора «Маленького принца»: «Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь».

Ну а когда и сердце молчит…

Где-то и сейчас доживает свой век человек, пустивший пулю в сердце автора Маленького принца. Понятно, была война, и Хорст не обязан был знать, кто сидит в кабине американского самолета.

…Самый известный пилот той войны, граф Антуан де Сент-Экзюпери, словно искал такой красивой гибели. С большим трудом он добился права сражаться за свою прекрасную Францию, оккупированную фашистами. Его отговаривали. Друзья-писатели убеждали его, что своим литературным трудом он принесет больше пользы Франции, чем за штурвалом военного самолета. В воздухе есть кому его заменить, но не за письменным столом! Да и возраст летчика не очень-то позволял ему взмыть в небо. Ему исполнилось 44 года, и в той эскадрилье, куда он все-таки был направлен, следующий по возрасту летчик был моложе писателя на целых шесть лет! Но он несмотря ни на что рвался в бой… В письме другу он признавался: «Я обязан участвовать в этой войне. Всё, что я люблю, — под угрозой. В Провансе, когда горит лес, все, кто не сволочь, хватают вёдра и лопаты. Я хочу драться, меня вынуждают к этому любовь и моя внутренняя религия. Я не могу оставаться в стороне».

К тому же, «Маленький принц» уже был написан, и теперь можно было смело подставлять свое сердце под пули. Ведь каждый, кто хоть раз комкал в отчаянии исписанные листы бумаги, легко поймет: после такого текста лучше уже ничего не напишешь…

Тайна смерти Экзюпери, наверное, так и останется тайной. Похоже, она была открыта Богом только его матери. Когда французские почитатели Экзюпери пытались найти его тело или хотя бы останки самолета, рылись в архивах эскадрильи, строили всевозможные предположения, она лишь сказала: «Оставьте моего сына в покое. Ему хорошо там, где он сейчас находится». И всё.

На долгие годы в этой красивой и трагичной истории была поставлена точка.

Но вот вдруг возник в ней новый, не менее удивительный поворот.

В 1998 году рыбак Жан-Клод Бьянко выловил в море неподалеку от Марселя серебряный браслет Антуана де Сент-Экзюпери. Спустя 54 года после своей гибели автор «Маленького принца» так вот просто — и вместе с тем чудесно — напомнил нам о себе! И о своей тайне. И уже после этой удивительной находки вскоре был найден в море и самолет, на котором вылетел в последний бой Экзюпери.

…Этот серебряный браслет заказала изготовить и подарила мужу Консуэло, на тот случай, если он вдруг заплутается в улицах огромного Нью-Йорка. На нем выгравировано на английском: «Антуан де Сент Экзюпери — Консуэло» И далее адрес его издателя в Нью-Йорке. С тех пор он всюду носил этот браслет, не только в Нью-Йорке.

Из морской пучины зачем-то всплыл, поднялся к нам таинственный браслет с двумя именами, Антуана и Консуэло. Что за странное такое послание нам сегодняшним таится в этом супружеском браслете?

Попробуем разобраться. Все исследователи жизни и творчества Экзюпери в один голос утверждают: Консуэло не сделала его счастливым, почти не оказала влияния на его творчество… И вообще… В его жизни были женщины куда более достойные, более образованные, гораздо лучше понимавшие писателя, чем эта взбалмошная аргентинка. Просто он был романтик. И раз уж он дал клятву пред Богом быть ее супругом, то и относился к ней как к своей розе в «Маленьком принце» (а в том, что именно Консуэло прообраз розы — никто из его биографов не сомневается): «Знаешь… моя роза… я за нее в ответе. А она такая слабая! И такая простодушная. У нее только и есть что четыре жалких шипа, больше ей нечем защищаться от мира…». И потому не мог ее оставить ради других, более образованных и менее эксцентричных роз… простите, женщин.

Да, Экзюпери был влюбчивым, как и многие французы. Вообще, он был, можно сказать, идеальный француз, каким и должен быть каждый национальный гений. А что за француз без ухаживаний, без легкой влюбленности… Только Экзюпери был христианином, и потому еще до встречи с Консуэло писал сестре: «я однообразно и скучно ухаживаю за разными Колеттами, Полеттами, Сюзи, Дэзи серийного производства, которые, не проходит и двух часов, надоедают мне. Это залы ожидания».

Это же самое чувство он потом более кратко и поэтично выразит в своей главной книге: «Люди выращивают в одном саду пять тысяч роз… и не находят того, что ищут».

Экзюпери и его жена еще при жизни стали, как сейчас принято говорить, культовыми персонажами. И потому уже невозможно установить, где кончается правда о них и начинается легенда. Даже о том, как они познакомились, есть сразу три предания. Согласно одному из них, в аргентинской столице, Буэнос-Айресе, военный летчик случайно оказался на лекции, где потом заспорили о значении брака и семьи. Одна эксцентричная молодая особа стала доказывать, что якобы «брак убивает любовь». И тогда Экзюпери попросил друзей познакомить его с ней. Она ему понравилась. И вот парадокс, — он сразу решил на ней жениться! Почувствовал не «серийное производство».

По другой версии, он взял в коммерческий рейс сразу нескольких пассажиров. Но у самолета в воздухе вдруг отказал мотор (Экзюпери просто-таки преследовали аварии). Все пассажиры пришли в ужас, стали громко кричать, заламывать руки, и только одна смуглая молодая аргентинка проявила удивительное спокойствие. Когда они все-таки благополучно приземлились, он сделал ей предложение прямо на борту самолета.

Третья версия — «католическая», ее не буду упоминать. Какой-то аргентинский монах написал об их знакомстве, об их браке как о «пути к святости». Это, по-моему, перебор. И лучше доверимся в оценке их чувств русской женщине, близко знавшей Консуэло, — дочери писателя Куприна, Ксении Александровне: «Мне было тогда лет девятнадцать, да и ей ненамного больше: лет так двадцать пять… она была очень молода. Она была очень маленькая, очень грациозная. С прелестными руками, изящными движениями, как это бывает у южноамериканцев. Какой-то есть танец в их теле, в их руках… Громадные, как звезды, черные глаза, очень выразительные, очень блестящие… прелестные глаза у нее были… Я их с мужем видела в разгар их любви. В полном согласии, веселыми, счастливыми. Мне казалось, что Консуэло внесла в его жизнь какую-то поэзию, фантазию, легкость… и очень много ему этим дала. У нее была масса того, что французы называют «персоналите», а у нас своеобычностью. Но в большой дозе она была утомительна. Я знаю, во всяком случае, что после двух-трех дней, проведенных в ее обществе, мне необходимо было переменить атмосферу. Я больше не могла: мне, знаете, где-то уже нужно было найти землю и воздух… и чтобы деревья стояли на месте, а не вниз головой… Понимаете, с ней все было вверх тормашками! Она, например, никогда не рассказывала что-нибудь просто. Все всегда было невероятно запутано… Факты перемежались с необузданнейшей фантазией… Она, наверно, не могла и мыслить иначе. У Сент-Экзюпери, должно быть, тоже возникала необходимость где-то отдохнуть спокойно, съесть яичницу с луком и поговорить о самых обыкновенных вещах…».

Другой свидетель их отношений вспоминает такой эпизод. Экзюпери был подавлен и раздражен — в первые месяцы их семейной жизни в Париже навалились долги, трудно стало сводить концы с концами. Он искал выход из этого положения. Тогда Консуэло сказала:

— Не расстраивайся, Тонио, я буду работать.

Антуан скептически улыбнулся.

— Ты мне не веришь?

— Верю, — ласково сказал Сент-Экс. — Но что ты будешь делать?

— Не знаю, что угодно. — Затем она произнесла энергичным тоном: — Я буду поденщицей.

Антуан взял ее руки в свои и долго рассматривал их, качая головой.

— С такими крохотными руками…

Тогда Консуэло высвободила руки, расправила их, как на кресте, и воскликнула:

— У Христа тоже были маленькие руки!

Сент-Экс обнял жену, приподнял ее, поцеловал и со вздохом опустил на пол.

— Дитя!.. — пробормотал он.

Сент-Экзюпери, по-видимому, страдал от неуравновешенного характера своей жены. Иногда убегал от нее. Иногда увлекался другими… Но всегда к ней возвращался — кроме последнего своего полета… Только любовь могла подсказать ему слова полушутливой (и в то же время вполне сердечной!) молитвы, которую он написал для нее:

«Боже, Тебе незачем слишком утруждать Себя. Только оставь меня такой, какая я есть. Я кажусь тщеславной в мелочах, но в серьезных вещах я скромна. В мелочах я кажусь эгоисткой, но в серьезных случаях я способна отдать себя всю, даже свою жизнь. В мелочах я кажусь нечестной, но я счастлива только, когда чиста.

Боже, сделай меня такой, какой мой муж всегда видит меня.

Боже, Боже, спаси моего мужа, потому что он по-настоящему любит меня и без него я буду сиротой. Но сделай так, Боже, чтобы он умер первым. Он выглядит таким сильным, невозмутимым, но на самом деле, стоит мне не пошуметь в доме, и он полон тревоги.

Боже, избавь его прежде всего от тревоги. Сделай так, чтобы я всегда шумела в доме, даже если я от времени до времени и разбиваю что-нибудь. Помоги мне сохранить ему верность и не видеться с теми, кого он презирает и кто ненавидит его. Это приносит ему несчастья, потому что я — его жизнь.

Храни, Боже, наш дом. Аминь!
Консуэло».

Мне кажется, в этой молитве сказано все главное об их отношениях. И сказано лучше, чем напишут любые биографы, которые с таким наслаждением перечисляют всех Колетт и Полетт, оказавшихся на пути ее супруга.
«Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…». Но если барашек его съест, это все равно, как если бы все звезды разом погасли!»

И словно предвидя, какому натиску будет подвергнут не только при его жизни, но и после его смерти их не совсем счастливый, но и отнюдь не несчастный брак — он словно отвечает на предположения и кривотолки будущих исследователям, в том же «Маленьком принце»: «Вы ничуть не похожи на мою розу, — сказал он им. — Вы еще ничто. Никто вас не приручил, и вы никого не приручили.

Розы очень смутились.

— Вы красивые, но пустые, — продолжал Маленький принц. — Ради вас не захочется умереть. Конечно, случайный прохожий, поглядев на мою розу, скажет, что она точно такая же, как вы. Но мне она одна дороже всех вас. Ведь это ее, а не вас я поливал каждый день. Ее, а не вас накрывал стеклянным колпаком. Ее загораживал ширмой, оберегая от ветра. Для нее убивал гусениц, только двух или трех оставил, чтобы вывелись бабочки. Я слушал, как она жаловалась и как хвастала, я прислушивался к ней, даже когда она умолкала. Она — моя».

Да и на все сентенции по поводу непростого характера супруги писателя, отнюдь не отрицая этого, ответил он раз и навсегда в той же книге: «Никогда не надо слушать, что говорят цветы. Надо просто смотреть на них и дышать их ароматом».

Наверное, для того, чтобы напомнить нам простую истину о верности и долге, всплыл в море возле Марселя этот странный браслет. Браслет, который стал и обручальным кольцом, и путеводной звездой (не только по Нью-Йорку!) автора «Маленького принца». Имя его жены оказалось навсегда выгравированным на нем. И ничье другое. Даже из морских глубин их имена для нас всплыли вместе. Считайте, что на браслете том вместе с именами супругов, Антуана и Консуэло, на веки вечные высечены для нас слова: «Мы в ответе за тех, кого приручили».

…Говорят, немецкий летчик Хорст Рипперт уже много лет и до сих пор держит книгу «Маленький принц» на стуле возле своей кровати (старческая немощь не позволяет ему часто вставать). Читает и плачет. Не может понять, как же он мог сделать такое. Направить пулю в сердце Маленького принца. Местный падре уже несколько раз приходил к нему и принимал его исповедь, отпускал ему этот грех. А он все плачет и зовет его снова. Говорит, ему страшно умирать, боится там встретиться взглядом с известным на весь мир французом. Тем самым, который умел увидеть в нарисованной шляпе удава, съевшего слона. Падре убеждает его, что убил писателя вовсе не он, убила его человеческая злоба, его убила сама война. Но он опять все плачет о том же. О Маленьком принце в небе над прекрасной Францией.

Антон Жоголев

Антуан де Сент-Экзюпери. Молитва

Господи, я прошу не о чудесах и не о миражах, а о силе каждого дня. Научи меня искусству маленьких шагов.
Сделай меня наблюдательным и находчивым, чтобы в пестроте будней вовремя останавливаться на открытиях и опыте, которые меня взволновали.
Научи меня правильно распоряжаться временем моей жизни. Подари мне тонкое чутье, чтобы отличать первостепенное от второстепенного.
Я прошу о силе воздержания и меры, чтобы я по жизни не порхал и не скользил, а разумно планировал течение дня, мог бы видеть вершины и дали, и хоть иногда находил бы время для наслаждения искусством.
Помоги мне понять, что мечты не могут быть помощью. Ни мечты о прошлом, ни мечты о будущем. Помоги мне быть здесь и сейчас и воспринять эту минуту как самую важную.
Убереги меня от наивной веры, что все в жизни должно быть гладко. Подари мне ясное сознание того, что сложности, поражения, падения и неудачи являются лишь естественной составной частью жизни, благодаря которой мы растем и зреем.
Напоминай мне, что сердце часто спорит с рассудком.
Пошли мне в нужный момент кого-то, у кого хватит мужества сказать мне правду, но сказать ее любя!
Я знаю, что многие проблемы решаются, если ничего не предпринимать, так научи меня терпению.
Ты знаешь, как сильно мы нуждаемся в дружбе. Дай мне быть достойным этого самого прекрасного и нежного Дара Судьбы.
Дай мне богатую фантазию, чтобы в нужный момент, в нужное время, в нужном месте, молча или говоря, подарить кому-то необходимое тепло.
Сделай меня человеком, умеющим достучаться до тех, кто совсем «внизу».
Убереги меня от страха пропустить что-то в жизни.
Дай мне не то, чего я себе желаю, а то, что мне действительно необходимо.
Научи меня искусству маленьких шагов.

2124
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
4
3 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru