Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:








Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Архипастырь

Исцеление Тайдулы

Глава из книги «Небесный заступник всея Руси» о Святителе Алексии, Митрополите Московском.

Фреска «Святитель Алексий исцеляет Тайдулу». Благовещенский мужской монастырь, Нижний Новгород.

Глава из книги «Небесный заступник всея Руси» о Святителе Алексии, Митрополите Московском.

Не стоит село без праведника, а город без святого. Судьба Самары, история Самары — тому подтверждение. Начался наш город задолго до его основания, начался молитвой и предсказанием, благословением Святого. Митрополит Московский Алексий стал «крестным отцом» Самары, ее Небесным покровителем на все времена. И потому не удивительно, что в нашем городе, где столько связано с имением этого Святого, нашелся человек, для которого целью жизни на многие годы стало служение Святителю Алексию. Леонид Львович Рафельсон написал замечательную книгу о Святителе Алексии, Московском и всея России чудотворце. Надеюсь, что с Божьей помощью эта книга вскоре выйдет в свет и порадует читателей. Тот жанр, в котором работает историк и краевед, руководитель «Средневолжской ассоциации мастеров Самарского края» Леонид Рафельсон, я бы назвал исторической инсталляцией. Он не просто рассказывает о «делах давно минувших дней», на страницах своей книги он стремится к воссозданию ушедшей эпохи через факты, детали, едва заметные исторические штрихи. И потому так интересно, так радостно погружаться в этот непростой, не всегда уже и понятный для нас мир средневековой Руси.

Мы выбрали для публикации именно эту главу из книги отнюдь не случайно. Слишком много спекуляций именно сегодня идет вокруг этого судьбоносного события — чудесного исцеления ханши Тайдулы Святителем Алексием. Автор сценария фильма «Орда» (первое название — «Святитель Алексий») режиссер Юрий Арабов — мы помним его по фильму «Чудо», также связанному с Самарой, — зачем-то пошел на прямое искажение исторических фактов. Под его пером (и вслед за этим — в кадре) Святитель Алексий, оказывается, вовсе не сумел исцелить ослепшую царицу! И за это якобы был заточен ордынцами в узилище. И только спустя годы тяжелейших трудов в неволе он все-таки исцелил ханшу… Надо ли объяснять, что никакого отношения к подлинной истории России сии «творческие находки» не имеют? Не будем пока судить картину в целом — надо вначале ее посмотреть. Но сам по себе вот такой слишком уж «вольный» подход к житию Святителя Алексия не может не настораживать.

Предлагаемый текст ничего не «придумывает». Здесь автор лишь восстанавливает и предполагает — как это могло быть? Но «предполагаются» только самые незначительные детали, и ни в коем случае не идет игра с фактами. Тем более, такими, которые дороги для каждого, кто молится Святителю Алексию, кто считает его Небесным покровителем родного града. А еще эта работа — своеобразный исторический «ликбез», из которого мы почерпнем много сведений и о нашем крае, и о всей России того времени.

Антон Жоголев, председатель общественной благотворительной организации

«Алексиевское братство», г. Самара.


После рати Дюденёвой уже шестьдесят четыре года Москва не знала ордынских нашествий. И вдруг снова, в году 1357 от Рождества Христова, как гром среди ясного неба, нависла над Москвой, да и над всей Русью смертельная опасность нового нашествия «поганых (1) татар».

Хан Золотой Орды (2) Джанибек обратился к Великому Князю Московскому Иоанну Иоанновичу Красному (3) с требованием прислать Святителя Алексия для исцеления от слепоты царицы Тайдулы. «Слышали мы, писал он, что Бог никогда не отказывал в молитвах вашему главному священнику; пришлите его к нам, — и если по молитве его исцелеет моя царица, будете иметь со мною мир, а не пришлете, — пойду войной».

Уже три года лучшие лекари всех покорённых монголами стран безуспешно лечили царицу. У ее ложа побывали знаменитые персидские и арабские врачи. Когда-то Тайдула была любимой женой отца Джанибека — хана Узбека. В 1341 году Узбек умер, ханский престол перешёл к его наследнику Тинибеку, брату Джанибека. Джанибек в том же году убил не только Тинибека, но и другого своего брата — Хидырбека, захватил власть и женился на вдове Узбека Тайдуле, сделав её «Великой хатун» — царицей Золотой Орды.

Хан Джанибек обратился с требованием прибыть в Орду и к самому Митрополиту Алексию.

Великий князь Иоанн Иоаннович Красный, которого современники называли еще и Кротким, умолял Алексия о спасении Родины. Вместе с князем взывала к Алексию и вся его паства.Смиренный Святитель не считал себя достойным совершить чудо исцеления, но, имея твёрдую веру в Господа, для Которого всё возможно, не отказался ехать в Орду ради блага и спокойствия своей Родины и ее народа, за который готов был принять и мученическую смерть. «Прошение и дело превышает меру сил моих, — сказал Святитель Алексий, — но я верю Тому, Который дал прозреть слепому, — не презрит Он молитвы веры».

Приняв решение отправиться в многотрудное и смертельно опасное путешествие, Митрополит Киевский и всея Руси Алексий накануне служил напутственный молебен при гробе Святителя Петра в Успенском Соборе Кремля. При молебенном пении присутствовало всё высшее духовенство, приближённые князя и многочисленные прихожане. На их глазах свершилось дивное чудо: сама собой возгорелась свеча у раки Святого Петра Митрополита. Святитель Алексий и всё духовенство приняли это чудо как Божье предуказание, как знамение Господне. Благоприятное предзнаменование укрепило дух Алексия. Он раздробил возгоревшуюся свечу на мелкие части, раздал их народу, а остаток свечи взял с собой. В то утро в толпе москвичей, собравшейся на пристани, чтобы проводить Митрополита в Орду, только и было разговоров, что об этой свече. Люди жадно внимали очевидцам чуда.

В их нелёгкой жизни, кроме зверств завоевателей, страха потерять нажитое большими усилиями имущество, было много других бед: недород хлебов и падёж скота в годы «великого бездождия», жестокие морозы, до дна промораживающие реки и озёра, убивающие в них рыбу, «моровая язва», выкашивающая целые города и селения. Они считали эти бедствия ниспосланными Господом казнями за греховность народа. Одним из наказаний за прегрешения они считали Божие попустительство «поганым татарам».

Явленное им чудо давало надежду на лучшую жизнь.

С восходом солнца 18 зарника (4) лета 6865 от Сотворения Мира едва ли не все жители столицы княжества Московского стали собираться на берегу Москва-реки у пристани. Пристань подковой охватывала подножие Боровицкого холма, именуемого в народе Боровицким лбом. Пристанище заполняли десятки кораблей и лодок, которые пришли сюда водою издалека: из Новгорода и из Пскова, из Киева и из Вятки, из Сарая и из Болгара, из Смоленска и с Белоозера… Да, все они пришли сюда водой, лишь иногда ненадолго вытаскивали их на сушу, подсовывали под днища деревянные катки и тащили волоком (5).

Подобно сказочному Фениксу, Москва возродилась из пепла после Батыева погрома. Еще Батый был жив, когда Москва начала вновь обустраиваться. Отстроили её споро и хорошо сошедшиеся на пепелище со всех окрестных сел и городов русичи.

На Боровицком холме стоял Кремник — деревянный Кремль. Его рубленные из дуба башни и прясла возвёл Великий Князь Московский Иоанн Данилович, прозванный за своё богатство Калитой. При нём построили дубовый город: опоясали стенами княжее и владычнее жилища. В стенах вырубили ворота Боровицкие и Флоровские, а над стенами поставили бойницы. Дубовый город был построен на страх врагам.

С 1328 года стала Москва столицей Великого княжества Московского. На урочище Бору или Боровичах, где теперь красуется Кремль, сердце московское, на берегу Москвы-реки стоял великокняжеский терем, возле которого была церковь Спасо-Преображенская. Прежде на этом месте шумел бор; его вырубили, и из деревьев построили храм, называющийся до сего дня Спас-на-Бору. На юго-западе от него (у Боровицких ворот) находилась другая, под бором, церковь Рождества Иоанна Предтечи. Кроме этих Иоанн Данилович Калита соорудил по совету Первосвятителя Петра соборный храм во имя Успения Пресвятой Богородицы, да на гребне кремлевских гор вырос Архангельский собор.

От города, или детинца, потянулись Загородок и Заречье. Город, Загородок и Заречье составляли всю Москву того времени; называли их третями, причем каждою третью управлял наместник. И в тех третях были улицы, площади, сады, мытные избы, и все это охранялось осадными дворами, обнесенными плетнем и тыном.

В Кремле ударили все колокола. Вышла к пристани под Боровицким холмом небольшая группа бояр во главе с Великим князем всея Руси Иоанном Иоанновичем. Великому князю шел в эту пору 32-й год. Он был высок. На лице его, опушенном мягкой бородкою, светилась скромность, кротость и приветливость. Из-под густых, темных бровей смотрели глаза незлобливые.

Провожаемый князем и боярами, всей своей московской паствой Митрополит и сопровождавшие его немногочисленные спутники отплыли 18 августа 1357 года от стен Кремля на небольшом паузке (6) в столицу Золотой Орды Сарай-аль-Джедид. Князь провожал их до московских границ.

Их путь на «Низ», как говорили в то время, к Сараю, располагавшемуся в Нижнем Поволжье, лежал по Москве-реке, через земли, которые именовались Залесскими. От Москвы до самого Ярославля дремучие леса зеленели сплошным морем, и тянулись они на многие — многие сотни верст. Рыскали в них хищные звери, вили гнезда пернатые, обитала многочисленная мелкая лесная дичь.

Миновали Островское, Брашеву, Северское, Коломну. Здесь кончались московские угодья и паузок вышел из тесной Москва-реки в широкую светлую стремнину Оки.

Когда-то здесь, до Батыева нашествия, стояла гордая, видная за много верст Рязань. Она не уступала по размерам и богатству ни Новгороду, ни самому Киеву. На всю Русь славилась Рязань своими златокузнецами, делавшими украшения не хуже византийских. Сотни купеческих судов теснились на ее пристанях. Только пепелище осталось от города, первым на Руси принявшего удар монголов.

Миновали Городец Мещерский. Ниже Городца Ока круто изменила направление, устремляясь на север к Мурому.

Над самым слиянием Оки с Волгой открылся взорам Митрополита Алексия Нижний Новгород. Под его могучими деревянными стенами и башнями обе реки слились в один необозримый водный сверкающий простор. В городе кипела жизнь, гудел на все лады торг, был город на диво благоустроен. На огромном Нижегородском пристанище реяли под ветром пёстрые флаги купеческих судов.

Пользуясь попутным ветром, паузок под косым парусом быстро продвигался вниз по течению. Близ Иски — Казани громоздилась Джелантаю — Змеиная гора. По преданию в этой горе жило чудовище, вроде змея, по прозвищу Зелант. Здесь в Волгу впадала полноводная Кама.

Далее река потекла по просторам Болгарского царства, раздавленного монголами, а за ними пошла Ногайская земля. Здесь Волга звалась русичами уже не Волгой, а Итилем, что означало по-арабски «Большая река».

Ясным и солнечным днем в конце августа паузок Алексия вошел в створ ворот Печенежских гор (7). За ним Святитель увидел неизвестную реку, на берегу которой стояла келья одинокого старца. Отшельник называл эту реку Самарою. Побывав у него в гостях, Алексий «…не только оное его название подтвердил, но благословляя его и место, духомъ пророческимъ предрекъ: что на ономъ будеть и городь того жъ имени, въ котором просияеть благочестие, и оный никакому раззорению подвержен быть не иметъ».

Святитель Алексий часто вспоминал потом красивую и полноводную реку Самара, которая так понравилась ему, и весь этот край, девственно нетронутый, могучей своей красотой манящий и чарующий.

Миновали Сари-чин (8),что означало у монголов «желтый песок», и вот уже впереди Цитрахань (9), а за ней и Сарай-аль-Джедид — столица Золотой Орды.

Вокруг города, к удивлению спутников Святителя Алексия, не было крепостных стен. А в самом городе у монголов и оружия было немного. Не впервые посещавший Сарай Алексий знал, что все оружие из ремесленных мастерских уходило в степь, где кочевала грозная и мощная монгольская конница. Она-то и служила надежным щитом, охранявшим спокойствие городских жителей.

В городе красовались великолепные каменные здания, разукрашенные блистающими изразцами, соперничая в роскоши друг с другом утопали в зелени дворцы ханской знати. Невиданные русичами водопроводы и канализационные стоки казались непонятным сном. Повсюду разноязычный гомон, суета, чужая и непонятная славянам жизнь.

Еще до прибытия Святителя Алексия, как говорит «Степенная книга», «Великая хатун» Тайдула видела во сне приближающегося к ней человека в одеждах русского священника, только еще великолепнее. Видела она в том сне и то, что русского Архиерея окружает несколько спутников. Тайдула запомнила их одежды и повелела изготовить точно такие, какие ей привиделись.

Когда Святитель приблизился к столице Орды Сараю, Джанибек вышел ему навстречу и ввёл его в свои покои. Святитель, начав молебное пение, велел возжечь малую свечу, привезенную от раки Святого Митрополита Петра. После долгих истовых молитв Алексий окропил святой водой царицу, и та тотчас прозрела. Хан и все бывшие при славном исцелении изумились и восславили Бога, и Святитель прославил чудо Господне. Исцеление произошло 6 сентября 1357 года, в Михайлов день, когда Православная церковь вспоминает чудо Архистратига Божия Михаила в Хонех (в Колоссах). Тайдула в благодарность за исцеление от слепоты подарила Алексию изготовленные по её приказу ризы и пожаловала посольский участок земли в Московском Кремле.

Хан Джанибек устроил в своем сарайском дворце грандиозный праздник в честь Митрополита. Данный им роскошный пир превзошел все, что видели когда-либо стены не только этого дворца, но и даже дворца монгольских каанов (10) в Каракоруме.

На гигантском столе, за которым собралась вся золотоордынская знать, красовалась огромных размеров севрюга, украшенная и обложенная зеленью. Мясо сайгака и дрофы, истекающее жиром плечо баранье и седло ягнят, сочная молодая конина, печеный лебедь, изящно выгнувший шею на серебряной проволоке, словно живой, украшали этот невиданный стол.

Огненная, наперченная стерляжья уха, уха щучья шафранная, уха с ушами лосиными, разнообразные каши из желтого русского и белого сарацинского пшена, янтарные кисели и горы пирогов — сырных, яичных, подовых с мясом, с патокой, да еще и с маком, подрумяненные пряженцы с ягодами, яблоки и груши. Приплывшая с верховьев Волги моченая брусника, благоухающие медом заедки живо напомнили Алексию о далекой Родине.

Гости вкушали и похваливали монгольскую молочную водку архи, русскую хмельную брагу и меды, роскошное греческое вино, русские квасы в братинах, искрящийся монгольский кумыс и любимое монголами пенное пиво.

С великим почетом и щедрыми дарами, золотом и собольей шубой, стоившей в те времена огромного табуна лошадей, отпустил Джанибек Митрополита в обратный путь. Хан Джанибек вручил ему и драгоценный перстень с большою бирюзою, на которой вырезано было изображение дракона. Согласно описям Московской Патриаршей ризницы XVII — XVIII вв., этот подаренный ханом перстень с XVII века хранится в ней.

В память чуда, совершившегося по молитве его над ордынской царицей Тайдулой, Алексий решил построить на пожалованном ордынской царицей посольском участке земли в Кремле святую обитель, которую впоследствии назовут Чудов монастырь.

В 1365 году Митрополит Алексий построил в Кремле вместо Посольского Двора Золотой Орды церковь Архистратига Михаила. Деревянная церковь была возведена за год. Алексий украсил её святыми иконами, из своих средств повелел изготовить для нее драгоценную утварь, сам занимался созданием богатейшей библиотеки.

Едва Митрополит Алексий вернулся домой, как из Орды пришла страшная весть: хан Джанибек убит своим первенцем Бердибеком по научению одного из ханских темников (11) — Товлубея. Бердибек убил и 12 своих братьев — сыновей Джанибека от разных жен.

Став ханом Золотой Орды, он вновь угрожает Русской земле полным опустошением. Через неделю посол Бердибека Иткар потребовал двойной дани от русских князей.

И снова Великий князь Иоанн Иоаннович умоляет Святителя Алексия ехать в Орду, чтобы умиротворить свирепого хана и предотвратить кровопролитный набег. Все взоры обратились опять к Святителю Алексию. Ради пользы своего Отечества, рискуя жизнью, Святитель Алексий не побоялся снова идти на «Низ», где угрожала ему смерть.

В том же 1357 году, в конце его, он снова был в Орде. На первых порах ему пришлось претерпеть немало унижений и много раздарить подарков. С Божией помощью сумел Алексий своей беседой укротить ярость Бердибека. Немаловажной оказалась и победа Митрополита над учёным мусульманином Мунзи, который вызвал Алексия в Орде на диспут о вере. Богатырь Мунзи, согласно рукописи XVI века, был сыном слепого муллы Говзадина и сестры самого хана Берке.

С помощью царицы Тайдулы Святитель смог упросить Бердибека отказаться от своих требований, предъявляемых русским князьям. Святитель выхлопотал ханский ярлык, которым русское духовенство оставлялось при прежних льготах и награждалось новыми. Ярлык этот сохранился до нашего времени, и вот что писал в нем Бердибек: «Силою Вышняго Бога… по примеру дедовъ и прадедовъ… мы, не изменяя первымъ ярлыкамъ, темъ же пожаловали митрополита Алексия. Пусть не смеють требовать у нашихъ молитвенниковъ ни подводъ, ни корма, ни питья, ни даровъ, ни почести; какая есть у нихъ церковныя земли, воды, дома, огороды, сады, мельницы, пусть не берутъ и не отнимають у нихъ ничего; если же кто взялъ бы, пусть отдастъ безъ суда. Въ церковныхъ домахъ не быть постою, ни тревоге… Молись за насъ Богу. Такъ сказавъ, мы дали ярлыкъ съ алою тамгою на сохранение ваше, въ годъ 758» (мусульманское летоисчисление; 1358 г. от Рождества Христова — авт.).

В Москве, трепеща за жизнь Святителя, с нетерпением ожидали его возвращения. Когда пришло известие, что он благополучно возвращается, ему устроена была торжественная встреча. В Нижнем Новгороде его приветствовали князья суздальские; в Москве — Великий князь со своим семейством, бояре, народ в Крестном ходе вышли Святителю навстречу. Юный восьмилетний княжич Димитрий, впоследствии ставший князем Димитрием Донским, приветствовал Митрополита не по возрасту умною, проникнутою сознанием великих заслуг Первосвятителя речью.

В начале 1358 года, в январе, Митрополит Алексий едет в Киев, не желая допустить утверждения там митрополитом литовского ставленника Романа. Уверенность в необходимости сохранения единой Митрополии по-прежнему владела Алексием, устремляя его навстречу новой опасности. Поездка в Киев едва не стоила ему жизни. Схваченный по приказу Ольгерда Литовского Романом, Митрополит был брошен в темницу. Только по прошествии двух лет Святителю, наконец, удалось вырваться в Москву. В постановлении Константинопольского Синода так говорится об этом: «Ольгерд изымал его обманом, заключил под стражу, отнял у него многоценную утварь, полонил его спутников и может быть убил бы, если бы при содействии некоторых он не убежал тайно».

Орда, где в это время кипела жесточайшая междоусобица, которую русские летописцы назвали Великой замятней, не смогла оказать своему «молебнику» никакой помощи. В 1359 году хан Бердибек был убит Кульпой и ставшим князем Товлубеем. Кульпу через полгода убил Наврус. В 1360 году ордынский престол захватил хан Хидырь. Как сообщает летопись, в 1361 году он убил Навруса и царицу Тайдулу. В Орде редкий из соискателей трона умирал естественной смертью, а чувства родства и вовсе не было.

13 ноября 1359 года благоверный Великий князь всея Руси Иоанн Иоаннович Красный внезапно умер. У него осталось два сына — старший Димитрий и младенец Иоанн. Димитрий родился 12 сентября 1350 года и потому не мог рассчитывать на то, что его признают Великим князем; ярлык на владимирское княжение достался нижегородскому князю Димитрию Константиновичу. Согласно завещанию Иоанна Иоанновича Красного, опекуном над его детьми стал Митрополит Алексий. Все последующие годы он возглавлял московское правительство. В этом единственном во всей нашей истории положении, когда Митрополит прямо назначался регентом над малолетним наследником престола, Митрополит Алексий стал ревностным споспешником интересов Московской государственной власти.

Подготовил Леонид Рафельсон, г. Самара.

1. Поганые — от латинского paganus — «язычник».

2. Золотая Орда — государство, созданное ханом Батыем на нижней Волге в начале 40-х годов XIII века. Владения Батыя и его наследников обозначались в восточных источниках как Синяя Орда, у западных хронистов — как Золотая Орда.

3. Иоанн II Красный или Кроткий — сын Иоанна Калиты. В 1340-1353 гг.князь Звенигородский и Рузский. С 1353 г. Великий Князь Московский и Великий Князь Владимирский. Продолжал объединение русских земель вокруг Москвы..

4. Зарник — от слав. «зарница» Зарницы — это всполохи, когда горизонт ночью становится алым от дальних гроз. На Руси о последнем месяце лета, августе, говорили: «полыхают зарницы — рожь колосится».

5. Волоком — по волоку, так как место, в котором корабли перетаскивали на катках по земле, называлось «волок».

6. Паузок — плоскодонное одномачтовое парусно-гребное судно, наиболее распространенное на Руси в то время. При длине корпуса 24 м его грузоподъемность могла достигать 120 тонн, что выгодно отличало паузок от других типов речных судов (ладья, струг, ушкуй).

7. Печенежские горы — ныне Жигулевские горы.

8. Сари-чин — нынешний Волгоград (Царицын, Сталинград).

9. Цитрахань — Астрахань.

10. Каан — «Великий хан», Верховный правитель Монгольской империи.

11. Темник — военачальник монгольского войска, в подчинении которого была «тьма» (тумен), тысяча воинов.

Дата: 3 февраля 2012
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
1
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru