Посольский монастырь в Бурятии встречает паломников со всей России.
Посольский монастырь в Бурятии встречает паломников со всей России.
Посольский монастырь. Эти слова будят во мне чувство нежной и трогательной ностальгии. Потом были и другие паломничества, другие монастыри. Но Посольский навсегда останется в моей памяти, как первая любовь - чистая и незабываемая. Потому что невозможно забыть тот новоначальный детский восторг, с которым я воспринимала все происходящее со мной в ту пору.
![]() Посольский Спасо-Преображенский мужской монастырь. |
Трижды мы отправлялись в паломничество из Иркутской области в соседнюю Бурятию, чтобы посетить Свято-Преображенский мужской монастырь в селе Посольское. Поездки эти происходили с 2006 по 2013 годы. Наша маленькая группа паломников всегда была разной по составу. В первую, сентябрьскую поездку 2006 года с нами отправились почтенная прихожанка Черемховского Свято-Никольского храма Любовь Степановна Малмалаева и наша девятилетняя дочь Дария. Вторая поездка была намечена на апрель 2013 года. Тогда нас с мужем сопровождали певчая клироса Черемховского храма Лариса Синицына и ее подопечный - болящий Алексей - Лёша, как мы все его называли. Третья поездка была в начале декабря того же года. В паломничество с радостью согласились поехать две прихожанки Свирского Благовещенского храма - староста Валентина Александровна Мартос и преподаватель воскресной школы Людмила Александровна Петровская. В последних двух поездках с нами путешествовала самая юная паломница нашей маленькой компании - четырехлетняя Анастасия, наша младшая дочь.
Не буду описывать в отдельности каждую поездку. Постараюсь впечатления от посещения монастыря обобщить в одном рассказе.
Монастырь форпостом стоит на восточном берегу Байкала в дельте реки Селенги. Первая наша встреча с монастырем произошла поздним вечером, когда вместо фонарей путь нам освещали Байкальские звезды. Мы ехали по улицам поселка и удивлялись чистоте и опрятности улиц. Фары выхватывали фигуры развалившихся вдоль заборов и лениво жующих коров. «Вот это да!» - удивились мы. Домашний скот на ночь во дворы не загоняют, значит, нет воровства, значит, люди знают, что с оставленной на улице домашней живностью ничего ночью не случится. В наших краях, где нередко воры уводят скот прямо из-под носа хозяев, такое трудно представить. Все-таки Сибирь известна в прошлом и как место ссылки уголовных каторжников. Но села Посольского эта историческая особенность будто не коснулась. Местные жители объясняли такое сохранившимся с давних времен и перешедшим от бурят обычаем жестоко, не передавая дело в суд, наказывать лихих людей, посягнувших на чужую собственность.
В Посольском монастыре каждый раз нас принимали, как родных, с отеческим теплом и любовью. В 2006 году монастырь встретил нас грудами строительных материалов, шумом моторов от множества работающей техники - монастырь восстанавливался после эпохи забвения и развала. О нашем приезде сообщили наместнику. Отец Николай подошел стремительной походкой, и мы протянули руки под благословение. Игумен отдал распоряжение в трапезной, и после короткого отдыха повел нас на экскурсию по монастырю. Мы осмотрели большой собор более поздней постройки с верхним (Преображения Господня) и нижним (в честь иконы Божией Матери «Знамение») храмом, потом отец Николай показал нам маленький Свято-Никольский храм, который был перестроен из часовни и стал первым храмом монастыря. На небольшом столике с интересом изучили панорамный макет будущих монастырских построек. А выйдя за стены обители к байкальскому берегу, поклонились крестам на могилах - захоронениях посольской миссии.
После трапезы мы напросились на послушание. Батюшка с сочувствием осмотрел наш парадный вид и озадачился, куда же нас направить? Стал разыскивать отца-огородника, отвечающего за монастырские грядки и теплицу. Но так и не найдя последнего - и учитывая сырую погоду, - направил нас в теплицу для сбора помидоров. Бегло глянув на аккуратно подвязанные стебли томатов и очень ухоженную теплицу, я тихонько заметила, что здесь, по-видимому, уже не так давно производился сбор плодов, так как на веточках оставались совсем небольшие томатики. Но наместник еще раз твердо повторил:
- Собирайте, собирайте!
Ну что ж. Просили послушание? Надо выполнять! Мы старались не очень сильно навредить теплице и снимали не все, а только некоторые самые большие помидорки, но и они были еще слишком малы, чтобы быть оторванными от материнского стебля. Мысленно просили прощения у отца-огородника за нанесенный ущерб.
На ночлег мужчин-паломников размещают в братском корпусе, а всех особ женского пола просят разместиться в гостиницах за пределами монастыря. Гостиниц несколько, и каждая из них рассчитана на паломников с разным уровнем достатка. Мы выбрали самую бюджетную. Небольшой деревянный домик с тремя маленькими комнатушками, крохотной кухонькой и удобствами во дворе. Идеальная чистота, уют, радушие и сердечный прием хозяйки вполне заменили нам комфортные апартаменты.
Угощая вечерним чаем, хозяйка охотно рассказывала о монастыре, о монахах его населяющих. Некоторые эпизоды ее рассказа и личные впечатления перескажу ниже.
![]() Наместник Посольского монастыря игумен Николай (слева) и духовник обители иеромонах Варлаам. |
При первом знакомстве с батюшкой невольно начинаешь улыбаться. Виной всему его маленький рост. Но когда узнаешь о боксерском прошлом наместника, умилительная улыбка исчезает и появляется чувство внутреннего уважения. Однажды с отцом Николаем произошел такой случай. Он шел по улице в монашеском облачении. Вид невысокого монаха в рясе привлек внимание праздношатающейся компании, жаждущей приключений и легких развлечений. Они, конечно, всё рассчитали: монах, да еще небольшого телосложения, значит, сопротивления не будет.
Батюшка их сначала на словах увещевал. Но диалога не получилось. Тогда, не видя другого выхода, отец Николай вплотную приблизился к зачинщику, резко присел и привычным движением «выстрелил» отточенным боксерским ударом. В результате всем его противникам пришлось обращаться в травмпункт. По словам отца Николая, пока во время словесных баталий были личные оскорбления - он терпел, но, когда начали оскорблять его сан и церковь, он не сдержался. Конечно, были потом и «разбор полетов» у Владыки, и даже запрещение в служении. Но Владыка недолго сердился на боевого иеромонаха. После окончания срока прещения назначил его наместником в восстанавливающийся Посольский монастырь, где отец Николай и применил всю свою кипучую энергию по назначению. В настоящее время он Епископ Северобайкальский и Сосново-Озерский.
В свой последний приезд в декабре 2013 года мы заметили какое-то угасание активности монастырской жизни, во всяком случае, видимой, внешней. Из разговоров с насельниками услышали такое мнение: монастырь переживает трудные времена. Трудники и послушники долго не задерживаются, из священнослужителей осталось только четыре иеромонаха. Замирание, замедление жизни было видно по всему. Хотя строительство почти завершено. Но с окончанием строительства куда-то подевались и жертвователи. Новый наместник отдал распоряжение установить на территории обители сувенирные киоски. Кто-то это посчитал чуть ли не единственной причиной, по которой Господь якобы отвел Свою благодать, лишив монастырь щедрых жертвователей. Так это или не так - не могу судить и не хочу. С тех пор прошло более семи лет. И за это время, надеюсь, дела монастыря поправились. Хочется, Бог даст, еще приехать в это чудное место, чтобы собственными глазами увидеть так полюбившуюся мне обитель.
![]() Место захоронения невинно убиенных членов посольской миссии. |
Тогда же отец Николай провел для нас незабываемую экскурсию по монастырю. И мы с удивлением узнали, что у наместника здесь есть еще и такое послушание - экскурсовода. Батюшка рассказал об уникальности Посольской обители, которая белоснежным кораблем стоит на возвышенном месте восточного берега Байкала. Это единственный в мире монастырь, который построен и назван в честь убиенной Царской посольской миссии в Монголию. Здесь нередко можно встретить паломников и туристов со всего мира.
Кратко история обители запечатлена в каменных плитах близ ряда черных крестов за монастырской стеной. Читаем на первой плите: «Здесь погребено тело раба Божия Российского посла Иерофея Заболоцкого в 1650 году, в сопутствии монгольских послов шедшего с мирными предложениями к хану Сецену и вероломно на сем месте убиенного монголами». Вторая плита гласит: «На пролитой здесь христианской крови в 1681 году пришедшие из Москвы проповедники веры монгольским язычникам, игумен Феодосий и иеромонах Макарий с братиею основали монастырь, в память убиенного посла, названный Посольским».
Отец Николай рассказал, что нападение на посла, его сына отрока Кирилла и сопровождавших их лиц было произведено ночью. Поэтому и названо вероломным. Побоялись монголы нападать в открытом бою. Именно по известному факту, что в посольской миссии был сын посла Ерофея Заболоцкого, и было точно определено место захоронения невинно убиенных - среди останков, принадлежавших взрослым людям, были найдены и косточки подростка.
Во второй наш приезд близ крестов была воздвигнута Дивная часовня, а чугунные плиты были вознесены и укреплены под фронтонами часовни. Конечно, у часовни есть свое название, свой Небесный покровитель. Но для себя мы назвали ее Дивной. И позже я объясню, почему.
В советское время захоронения были заброшены и, по сути, утрачены. И вновь обретены в ходе восстановительных работ. Вся территория обители, по словам наместника, представляла собой бугристое поле, изуродованное черными копателями. Каждый год земля оголяет косточки христиан, когда-то захороненных близ монастыря. Эти косточки монахи собирают и складывают в другую часовню, называемую костницей. Нам показали и эту часовню - тихое и умиротворенное место.
От наместника монастыря мы услышали такую историю. Отец Николай нес послушание дежурного по храму. После Литургии все молящиеся разошлись, а батюшка задержался в алтаре. В это время в храм зашел маленький сухонький старичок с белоснежной бородкой, представитель коренного народа Сибири - бурят. Он обходил храм по периметру, останавливаясь поочередно у каждой из икон, и внимательно всматривался в изображения, не крестился, но смотрел так, будто кого-то искал. Наконец он остановился у иконы Николая Чудотворца, радостно охнул и начал, обращаясь к иконе, что-то шептать.
Отец Николай из алтаря наблюдал за происходящим. И когда старичок собрался уходить, наместник вышел из алтаря и окликнул его. Батюшка спросил:
- Вы молились у этой иконы, - он показал рукой на лик Святителя Николая, - вы знаете, кто здесь изображен?
- Да, я знаю его, - ответил благообразный старчик, - это Микола-бурхан. Он меня дважды на море спасал.
Морем местные жители называют Байкал. «Славное море - священный Байкал…» Слово «бурхан» в переводе с тюркских наречий означает «Бог». Здесь: в значении святой Николай, могучий угодник Божий Микола... Байкал славится не только своей неповторимой красотой, запасом пресной воды, но и мощью, силой, непредсказуемостью. Знаменитые байкальские ветры: Сарма, Култук, Верховой, Горный, Баргузин. Но самым коварным считается Горный. Он возникает внезапно, налетает стремительно и показывает невиданную ураганную мощь. Каждый год, по словам протоиерея Николая Обухова († 2020) из Листвянки, суровое озеро забирает в свои глубины кого-то из байкальских рыбаков.
Поэтому неудивителен был рассказ старого бурята-рыбака о штормах и бурях Байкала. Удивительным было то, что средь множества храмовых икон он узнал лик своего спасителя - Николая Чудотворца. В ту первую встречу наместник подарил своему собеседнику книгу о чудесах по молитвам к Святителю Николаю. А через месяц старичок принес книгу в монастырь, нашел отца Николая и сказал ему: «Хочу креститься!» После крещения старик в монастыре больше не показывался, и отец Николай уже начал о нем забывать.
Но это еще не конец истории. Прошло несколько месяцев. И однажды в обитель пришли два молодых рослых бурята. По всему было видно, что они братья. Спросили наместника. А когда отец Николай вышел к ним, сказали: «У нас умер отец. Нужно отпеть». Видимо по Промыслу Божию среди всех иеромонахов монастыря именно в тот день отцу Николаю выпала очередь исполнять приходские требы.
Батюшка, конечно, не подозревал, к кому он едет на отпевание. Но войдя в дом и увидев покойного, сразу узнал в нем своего давнего знакомого, которого он крестил некоторое время назад.
Дом был полон народа, все плакали и причитали. Пока священник готовился к отпеванию, он успел рассмотреть и удивиться предельной скромности и простоте жилища: простые столы, грубо сколоченные лавки вместо стульев, ничего лишнего, только самые необходимые вещи. Присутствующие родственники и соседи наперебой рассказывали, как усопший всегда жил не для себя, а для других, как почти все, что зарабатывал, он раздавал людям - родственникам, соседям, просто знакомым. И отец Николай мысленно благодарил Бога, что Он такими ведомыми только Ему путями привел к Себе человека, который всю жизнь жил по-христиански, еще не будучи христианином.
Духовником монастыря в первый наш приезд был отец Варлаам. Меня поразило внешнее портретное сходство отца Варлаама с убиенным оптинцем иеромонахом Василием (Росляковым). Мы с мужем, как малые дети, неотступно следовали за батюшкой, задавали безконечные и какие-то наивные вопросы. А батюшка все отвечал и отвечал с терпением и кроткой улыбкой. Запомнилась стремительная летящая походка отца Варлаама, когда он спешил к вечерней службе, следуя через монастырский двор, закутавшись от ветра в мантию, словно в плащ. Но мантия фалдами развевалась за спиной, как ангельские крылья.
Вечером, беседуя за чашкой чая с хозяйкой нашей гостиницы, я услышала вопрос:
- А у вас есть духовник? Нет? Ну что ж вы так! Как же можно в наше время без духовника? А вы проситесь к нашим батюшкам! Они молодые, духовных детей у них пока не очень много. Они всех берут к себе в духовные чада.
Как оказалось позже, - всех, да не всех! Вечером, подготовившись к завтрашней исповеди и причастию, долго не могла уснуть. Слова хозяйки гостиницы не выходили из головы. Подумала: а может, это Божий знак, шанс наконец-то обрести духовника? Про себя решила: кто из батюшек завтра будет служить Литургию, к тому и попрошусь в духовные чада. И это не было спонтанным решением. О духовном руководстве каждый из нас, пришедших в лоно Церкви, мечтает чуть ли не с первых дней. Думала об этом и я. Но перечитав немало святоотеческой литературы, пришла к выводу, что очень близки мне по духу священники-монахи. Приходские батюшки советовали выбирать в духовные отцы священника-
семьянина. Слушала, соглашалась, но внутри понимала, что ни с одним из знакомых мне белых священников не складывались у меня отношения полного взаимного понимания и доверия. И дело вовсе не в священниках. Скорее всего, во мне самой. Все это очень мучило меня.
Утром, чуть свет, мы бежали по улицам сонного поселка, а сверху вместо фонарей нам светили все те же ласковые байкальские звезды. С колокольни доносились призывные звуки монастырского колокола, но поселок спал, не было видно ни души. В храме на службе было шестеро: служил отец Варлаам, на клиросе один послушник раскладывал ноты; и мы - четверо прихожан-паломников. Служба в обычный день всегда такая - объяснили нам, - все остальные монахи и трудники на послушаниях.
Во время Литургии меня продолжали терзать сомнения - стоит или не стоит проситься в духовные чада? Но когда с клироса зазвучал так любимый мною Старо-Симоновский распев Херувимской, сомнения рассеялись сами собой. В ожидании исповеди сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из грудной клетки, как зайчонок. Говорю батюшке о жизненных неурядицах, малосилии в борьбе с грехами. Ответные слова отца Варлаама высветили самую суть моих проблем, будто он знал мою жизнь от самого рождения! Просто удивительно! Никогда не забуду совет, который дал мне батюшка. Это его напутствие очень помогает мне до сих пор. С глубоким вздохом было сказано следующее:
- Жизнь наша - море житейское. Видите, что надвигается шквал, идет волна - наберите в легкие больше воздуху и поднырните под волну. Не надо с волной бороться! А когда волна прошла - вы выныриваете на поверхность - солнышко светит, птички поют! Хорошо-то как!
Ценность этого совета еще и в том, что «под водой» много не поговоришь. Значит, не будет «топлива» для разжигания ссоры. «Рецептом» этим стараюсь пользоваться, правда, не всегда успешно. Еще батюшка посоветовал читать Псалтирь: по одной кафизме каждый день. Но, увидев страх в моих глазах (в то время я едва прочитывала один псалом), отец Варлаам добавил с жалостью: «Ну хотя бы по одной Славе».
А в ту незабываемую исповедь я все-таки набралась смелости и попросилась в духовные чада к отцу Варлааму. Выпалила и зажмурилась. Батюшка помолчал. Потом вздохнул:
- Кто я такой, чтобы быть вашим духовным отцом? И опыта у меня мало. Простите.
Сказано это было с такой любовью, что я не только не обиделась, но к концу службы чувствовала себя совершенно счастливым человеком. Хотя изрядную долю моей «счастливости» можно было записать на легкую хмельную веселость, которая возникла после потребления внушительной по размерам кружки неразбавленного кагора, который был предложен каждому из нас вместо теплоты после Причастия. Даша, сделав глоток, округлила глаза и отказалась от своей порции в пользу нас с мужем.
Вечером добрейшая хозяйка нашей гостинички спросила:
- Ну что? Просились ли вы в духовные чада?
Рассказала ей свою историю. А она всплеснула руками:
- Ну что же вы! Ведь они, батюшки, все так отвечают по своему смирению! Надо было еще и еще раз просить! Непременно бы вас взяли! Может быть, завтра? А?
Но назавтра ранним утром мы уезжали. Сердце хранит ту историю с моей неудавшейся попыткой стать духовной дочерью. И верю, что батюшка Варлаам молится за меня или молился, по крайней мере, первое время.
Посольский монастырь расположен на берегу Байкала, в дельте впадающей в него реки Селенги. Живописнейшее место, на красоты которого мы и отправились полюбоваться в свой второй, апрельский, приезд. Береговая линия вся была изрыта ледовыми торосами. И пройти между ними было очень большой проблемой. Мы остановились в нерешительности. Вдруг нас обогнал человек в подряснике с двумя пустыми ведрами. Его худенькая фигурка быстро удалялась от нас между торосов по раньше незамеченной нами тропинке. «Наверное, послушник», - подумали мы.
Мысленно поблагодарили нашего путеводителя и последовали за ним к берегу, перешагивая, а иногда и переползая по снежным ледяным глыбам. А навстречу нам уже спешил «послушник» с полными ведрами воды. Вежливо поздоровались друг с другом. Мы только удивлялись, как на таких «Байкальских горках» этому монастырскому служителю удается не расплескать всю воду?
Позже в трапезной поинтересовались у повара:
- А что, вы воду из Байкала ведрами носите? Это же метров триста-четыреста будет! И кто этот послушник, что нам повстречался на тропинке?
- Да, для приготовления пищи воду берем из Байкала. А послушание водоноса у нас несет отец Иосиф.
Мы знали, что и простого монаха в монастыре называют отцом, поэтому еще раз спрашиваем удивленно:
- Так что, отец Иосиф - священник?
- Ну да, иеромонах. У нас тут все работают. Рабочих рук не хватает.
Это известие нас просто огорошило. Батюшки, которые практически каждый день служат в храме, окормляют огромный район, еще и несут такие тяжелые физические послушания!
Я уже писала, что мужчины-паломники живут в братском корпусе вместе с братией монастыря. В один из наших приездов, после первой ночевки муж Андрей мне рассказал, что не мог уснуть половину ночи: сверху слышался странный глухой звук. Лежа в своей кровати и прислушиваясь к ритмичным буханиям сверху, муж понял, что кто-то в верхней келье второго этажа кладет земные поклоны. Утром поинтересовался у одного из насельников монастыря. Оказалось, что на втором этаже над комнатой, в которой ночевал Андрей, находилась келья отца Иосифа.
На последней перед нашим отъездом Литургии служил отец Иосиф. Обычно в конце обедни священники отпускали клирошан на монастырские послушания, а во время панихиды и крещения обходились своими силами. Выйдя на панихиду, отец Иосиф спросил, обращаясь к прихожанам:
- Есть среди вас певчие?
Валентина Александровна робко подняла руку. И они вдвоем с моим мужем Андреем вполне заменили клирос. После панихиды батюшка особенно тепло благословил всех нас и поблагодарил за совместную молитву.
![]() Иеромонах Лука освящает машину паломников. |
С отцом Лукой мы познакомились в наш последний приезд в Посольское. Батюшка по национальности бурят, и нам, конечно, было очень интересно узнать историю его прихода в Православие. Лука - это имя батюшки в монашеском постриге.
Семья отца Луки, как и многие буряты, - шаманисты. Тем удивительнее сам факт того, что он один из всей семьи не только крестился в Православие, но и стал монахом-священником. Отец Лука мне напоминает отважного воина. Ведь чтобы пойти против всей семьи, пойти за Христом - несомненно нужно быть смелым и отважным воином, иметь крепкую и горячую веру! Муж попросил отца Луку освятить нашу машину. По окончании освящения и состоялся разговор. Оказывается, у батюшки на тот момент была жива его мама, находящаяся уже в довольно преклонном возрасте. Когда сын принял Православие, мать от него отказалась. А когда родственники напоминали матери о сыне, она упрямо твердила:
- Лука? Какой такой Лука? Не знаю я никакого Луку!
Обо всем этом батюшка говорил нам с грустной улыбкой.
В гостинице, где мы остановились, жила девушка Таня. Она знакомила нас с особенностями гостиничного быта, но чаще уединенно сидела в своей комнате, немного проявляя оживление при появлении отца Иоанна. Батюшку впервые я увидела идущим по направлению к нашему домику с огромным пакетом в руках. Его легкая стремительная походка совсем не вязалась с моим представлением о степенных и неторопливых монахах. Так же легок, непринужден и улыбчив оказался отец Иоанн в общении. Он охотно согласился выпить с нами кружку чая. После того, как стол был освобожден от продуктов, принесенных батюшкой, мы уселись за чай. Продукты были для Тани. Накануне нашего отъезда хозяйка гостиницы рассказала нам, что отец Иоанн помогает молодым людям, попавшим в наркотическую зависимость, возится с ними, как с детьми: кормит, разговаривает, водит на службы, возит к врачу и, конечно, молится за них.
А в то утро мы очень интересно провели время в беседе с веселым и общительным батюшкой. Андрей поинтересовался возможностью купить на побережье байкальскую рыбу, и отец Иоанн вызвался проводить нас в соседнее село к знакомым рыбакам. Потом была встреча с новыми людьми, новые впечатления. Домой мы в тот день возвращались с байкальскими молодыми щуками, уложенными в пакеты со снегом, который еще сугробами лежал в тени заборов в те теплые апрельские дни. Батюшка тоже уезжал в этот день - он вез Татьяну к врачу.
В декабре этого же года, едва приехав в монастырь, мы поспешили на вечернюю службу и увидели в алтаре незнакомого священника. Но всмотревшись, с трудом узнали в нем отца Иоанна. Между мной и мужем даже возник спор. Андрей утверждал, что это отец Иоанн, мне же казалось, что это совсем другой человек. Я ошиблась. Это был отец Иоанн. Но как он изменился! Куда делась его радостная легкость? Это был похудевший, сосредоточенный на молитве монах, погруженный в себя и, казалось, в иной, невидимый нам мир. Невероятно. Через каких-то восемь месяцев! И как когда-то отец Варлаам, теперь уже отец Иоанн напомнил мне убиенного оптинца иеромонаха Василия (Рослякова). Такая перемена ранее знакомого человека, монаха, поразила меня до глубины души. Что же произошло за эти месяцы? Какую духовную брань пришлось ему пройти? Это тайна, которой мы не посмели коснуться даже в разговоре с насельниками монастыря.
Об отце Иннокентии в монастыре ходили разговоры как о начитанном, интеллигентном и о-о-о-о-чень строгом батюшке. «Лучше не попадаться к нему на глаза!» - советовали нам. Чтобы не искушать судьбу, в выпавшее свободное время мы решили выйти за монастырский двор в сторону байкальского берега. У монастырской стены помолились на могилках убиенного посла и его соратников. Здесь же высилась построенная не так давно белоснежная каменная часовня. Потянули ручку двери, и дверь поддалась. Открыто! Мы вошли, рассматривая белоснежные своды, ниши в стене с маленькими иконами и потушенными возле них свечами.
![]() Дивная часовня в Посольском монастыре. |
- Богородице Дево, радуйся! - пропел Андрей. - Господи! Акустика-то какая!
Андрей еще и еще раз пробовал голос. Действительно, акустика была просто фантастическая! Голос звучал так, что хотелось заплакать. Отражаясь от стен, он уносился под купол и там, казалось, не затихал, а просачивался сквозь купол и улетал ввысь, в Небо! Воодушевленные таким чудом, мы тоже стали потихоньку подпевать.
- А давайте споем все вместе, - предложил муж.
Клирошанка Лариса запела с Андреем дуэтом «Отче наш», потом песнь Богородице, потом «Символ веры». Мы тоже подпевали, потому что душа улетала вслед за молитвой, и нам казалось, что мы почти парим. На грешную землю нас вернул грозный оклик, прозвучавший из полуоткрытой двери за нашей спиной:
- Это что здесь такое? Это что тут за концерт?
Мы обернулись. На пороге стоял незнакомый иеромонах. Но по его строгому и даже суровому виду мы и так уже поняли, что это отец Иннокентий.
Виновато улыбаясь, что-то там стали лепетать в свое оправдание: кто благословлял? Да никто не благословлял. Да, конечно, это монастырь, и здесь все делается только по благословению…Свидетелями нашего разговора стала группа паломников
или туристов, для которых отец Иннокентий проводил экскурсию. В то время как
они пришли к могиле убиенного посла, они стали невольными слушателями нашего
«неземного» пения. Мы с позором ретировались из часовни, забыв о своем
намерении совершить променад по берегу Байкала. Но вся эта трагикомичная ситуация не лишила нас незабываемой духовной радости, которую мы ощутили во время пребывания в часовне. Забегая вперед скажу, что все восемь месяцев до следующего паломничества в монастырь при первой же возможности мы только и говорили всем о чудесной Дивной часовне на берегу Байкала, где вместе с людьми, судя по всему, поют и Ангелы!
И по прибытии в Посольский монастырь в декабре 2013 года мы с нетерпением ждали встречи с часовней, возможности помолиться там, надеясь вновь услышать удивительно преображенные акустикой собственные голоса. Об этом же взахлеб говорили и нашим спутникам. Но - увы! Ничего подобного на этот раз не случилось! Хотя мы и взяли благословение у настоятеля монастыря. Голоса звучали тускло, коротко, как в глухой бочке. И это настолько нас поразило, что не находится слов, чтобы объяснить, как такое возможно в одном и том же помещении? Кто-то предположил, что причина кроется в разности температур окружающей среды в апреле и декабре. Может быть. Не знаю…
![]() Лариса Синицына, Виктория и Андрей Бельковы, Алексей Андриянов во время паломничества. |
Но у меня есть мое личное предположение, которое, возможно, объясняет эту странную на первый взгляд загадку. Лёша! Раб Божий болящий Алексей был с нами в тот день, когда, как нам казалось, с нами пели сами Ангелы. Мне кажется, что не ради нас, а ради его чистой души Господь явил нам такое чудо. Но о Лёше расскажу чуть позже.
А в тот день мы отправились в женский монастырь в Батурино, куда давно мечтали приехать. И там тоже встретили строгого отца Иннокентия.
Виктория Белькова, Иркутская область.
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru