Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Святыни

Дом Солженицына

В фамильном особняке известного писателя действует Православный храм.


В фамильном особняке известного писателя действует Православный храм

Есть в небольшом городке Новокубанске Краснодарского края в одном из микрорайонов, выросшем вместе с научно-исследовательским институтом, старинный двухэтажный особняк, который возвышается посреди не менее старого парка. Сам по себе он мог быть достопримечательностью особого ранга, поскольку построен лет сто назад с присущими многим зданиям тех времен архитектурной красотой и изяществом. Но этому дому выпала другая участь — стать наследством знаменитого на весь мир писателя, лауреата Нобелевской премии, академика Российской Академии наук Александра Исаевича Солженицына. 
Без малого десять лет назад в стенах этого дома был открыт Православный приход. Все эти годы старинный особняк является предметом нешуточных страстей, которые то утихают, то разгораются с новой силой. И история эта о доме и храме полна мистических тайн и загадок, человеческих страданий и радости…

Осколок старого мира

«Проехали станцию Кубанская…  А вот в разрыве тополевой просадки, сопровождающей поезд, показался верхний этаж кирпичного дома с жалюзными ставнями на окнах, а на угловом резном балконе — явная фигурка женщины в белом…». Это строки из романа Солженицына  «Август четырнадцатого», в котором подробно описана жизнь этого поместья и близких родственников писателя. «Вела вниз внутренняя деревянная лестница. Над ее верхним маршем лелеялся царскосельский вид, над нижним — пахал Толстой... Столовая была расписана под орех, и ореховый же буфет огромный, а кожа мебели — лягушино-замшелого цвета. Лимонные деревья в кадках заслоняли окна в парк...» Гималайские ели —  главное его украшение. «Сколько с ними было тревог, что не привьются: из великокняжеского крымского сада их везли уже большими, с комами земли в корзинах, и на каждой промечено было, какой стороной сажать на восток. Дальше вились сиреневая, каштановая, ореховая аллеи... со стороны железной дороги насадили тополей, бальзамических и пирамидальных, аллеями шириной на две встречных тройки...» Близ дома был выкопан пруд с цементным ложем, купальней и сменяемой водопроводной водой, а вынутую землю перевозили и складывали в холмик, на нем же поставили беседку. «За парком посадили сад... За садом виноградник». Вокруг беседки — мавританский газон, рядом фонтан, подальше — две оранжереи.
Хозяин всего этого великолепия, дед по матери Александра Исаевича Захар Федорович Щербак отличался щедростью и широкодушием. Выходец из простого народа, он  устраивал свое поместье на капиталистический лад.
Красное колесо, прокатившееся впоследствии по России, не пощадило семью Щербака. Дед Солженицына сгинул в застенках НКВД. Поместье конфисковали. Семью разметало по стране.
В осиротевшем доме за долгие годы его существования размещались производственные и непроизводственные подразделения научно-исследовательского института. А до недавних пор здание стояло на балансе Опытного хозяйства «Ленинский путь». Несколько лет дом был заброшен, не отапливался. Оконные стекла с витражами, старинные камины с керамическими изразцами и уникальными миниатюрами, даже батареи  отопления и элементы освещения были варварски разбиты. Почти все деревянные части террасы, веранды, жалюзи прогнили, во многих местах протекала крыша.
Неухоженным в то время был и парк. Деревья старели и требовали обрезки. Хитроумная система водоснабжения пруда и фонтана так и не была разгадана. И потому их не использовали по назначению. Бывший фонтан засыпали землей, а пруд превратился в болото. Не осталось и следа от оранжереи, мавританского газона, беседки... 
И все же дом, как осколок старого мира, по-прежнему величественно возвышался посреди парка, оставаясь горьким напоминанием о былом величии своих хозяев. Таким и увидели его Александр Исаевич Солженицын и его супруга Наталья Дмитриевна в 1994 году, когда приехали в Новокубанск. Внутрь дома их постыдились пустить, сославшись на потерю ключей. И наследник бродил по разоренному осеннему парку, вглядывался в разбитые окна, а впоследствии в одном из писем признался, что ему было больно видеть дом деда «в сильно поврежденном состоянии».

Да будет храм!

Неизвестно, как сложилась бы дальнейшая судьба этого особняка, если бы верующие люди не обратились к руководству Опытного хозяйства с просьбой передать часть дома Православному приходу. Были и другие предложения по использованию здания: открыть в нем казино или просто разобрать на кирпичи! К счастью, идея обустройства церкви нашла больше симпатий. Другую же часть дома прочили под приют для престарелых работников хозяйства.
Будущие прихожане собственными силами взялись за ремонт. Первым делом был вывезен мусор, которого хватило на три самосвала! Целых полгода верующие люди трудились, не покладая рук, с мечтой о своем храме. И 12 октября 1997 года был освящен храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы.

Под покровом Божией Матери

Так сложилось, что решение о передаче дома под церковь приняли накануне 14 октября — Православного праздника Покрова Божией Матери. И в этом прихожане видят особый знак Божий. «Что в доме моего деда устроилась церковь — обливает теплотой мое сердце. Воздаяние дедушке за его праведную, широкодушную к окружающим жизнь… Глубоко тронут усилиями вашего прихода. Мой дедушка, погибший в застенках НКВД, был глубоко верующий человек — нельзя придумать лучшего использования его здания, чем для храма Божьего. До высылки я один только день провел в имении дедушки — и, по удивительному совпадению, — это был день Покрова (14 октября 1964 года)» — писал Александр Исаевич настоятелю храма иерею Дионисию Пономареву и прихожанам.
День ото дня в Свято-Покровский храм стали приходить все больше и больше людей, желающих обрести духовную защиту и утешение. Постоянно посещающих Богослужения насчитывалось уже  более полутора сотен человек, а в праздничные дни собиралось около полутысячи.
Особо запомнилось верующим необычное «природное явление» на праздник Покрова в 2000 году: в чистом голубом небе над храмом раскинулось длинное белое облако — будто Сама Богородица явила знак Своего покровительства, укрывая это место Своим омофором, обещая заступничество в трудные дни. И эти дни вскоре настали…

Хождение по мукам

Поначалу между предприятием, на балансе которого стоял дом, и Православной общиной складывались хорошие отношения. Руководство оказывало храму посильную помощь. Приходского батюшку приглашали на различные совещания, проходившие в Опытном хозяйстве. Церковь даже два колокола получила в подарок. Правда, клеймо на них было поставлено, мягко говоря, странное: «Опытное хозяйство «Ленинский путь». Стоит ли удивляться, что колокола звонили недолго — в скором времени они треснули. А потом появилась трещина и в отношениях руководства Опытного хозяйства с Приходским советом.
Организовать приют для престарелых во второй половине дома не удалось. Дело в том, что дом помещика Щербака еще с 1981 года имеет статус «здание-памятник архитектуры местной категории охраны» со всеми вытекающими последствиями. Одно из главных — невозможность его эксплуатации в качестве жилого помещения. И во второй половине дома разместился научный отдел Опытного хозяйства с рабочим университетом, в котором трудились шестеро пенсионеров. Такое соседство выглядело не совсем уместным. Но не это вызывало озабоченность настоятеля прихода, а отсутствие твердой, узаконенной гарантии того, что ни при смене руководства Опытного хозяйства, ни по каким-либо другим причинам храм не будет закрыт.
Статус дома — «памятник архитектуры» — был использован для отказа в установлении Креста над куполом, под которым у семьи Захара Щербака находилась домовая церковь. А также для отказа в ограждении территории церкви от осквернителей — завсегдатаев соседних питейных заведений, в строительстве колокольни и еще в целом ряде других отказов.
Летом 2002 года в доме пономаря Александра замироточили несколько икон. Не сразу поверили в такое чудо сам Александр и его домочадцы. Но сомнения развеялись, когда на иконах вновь и вновь неведомо откуда появлялись  крупные капли. В праздник Воздвижения Животворящего Креста Господня замироточил и храмовый Крест. Говорят, что мироточение — знак особой Божьей милости или грядущих скорбей. Батюшка не стал мудрствовать на эту тему. Сказал лишь, что Господь этим чудом дает людям укрепление в вере, утешение и надежду.

Козни бесовские

Однажды отец Дионисий освящал дом в новом микрорайоне Новокубанска. И дочка хозяйки, молоденькая приятная девушка, вдруг стала истошно кричать грубым мужским голосом: «Ненавижу Православных!». А потом в безудержном припадке билась о стены и рычала.
Батюшка всеми силами старался помочь прихожанке справиться с тяжелым недугом. А вселившийся в нее бес обещал отомстить за это отцу Дионисию. К счастью, девушка исцелилась и даже удачно вышла замуж. А вот козни бесовские не заставили себя долго ждать. Дирекция Опытного хозяйства начала активные действия по выживанию Православной общины из стен дома Солженицына. Настоятеля храма вынуждали подписать на кабальных условиях договор аренды, а местные бизнесмены мечтали сделать этот дом «центром культурного развития». Церковь они готовы были выселить куда подальше, придумали даже для этих целей строительство нового храма. Сколько мытарств выпало на долю настоятеля и прихожан, взявшихся отстоять дом Солженицына ради Дома Божьего! Правда, они не пали духом. Усилили свои молитвы и взялись за перо. В Москву к Солженицыну полетели письма с просьбой о помощи. В защиту Свято-Покровского храма в Новокубанске было собрано 1877 подписей. Митрополит Екатеринодарский и Кубанский Исидор принялся ходатайствовать о приходе перед губернатором Кубани Александром Николаевичем Ткачевым.

Великий наследник

Александра Исаевича Солженицына называют совестью России. Он прошел войну, арест, лагеря, ссылку и вынужденную эмиграцию. Но он никогда не боялся говорить правду, какой бы пугающей она ни была. Его книги распространялись в СССР нелегально, ими зачитывались, заново знакомясь с историей своей Родины.
Из Соединенных Штатов Александр Исаевич вернулся в другую страну. Но как встретили соотечественники великого русского писателя, известного всему миру? Что они ему дали за все то, что было отдано им? Да ведь он ничего не просил и не просит — сам помогает многим людям. Разве только самую малость — наследный дом своего деда, и то не для себя, а для Бога. Александр Исаевич в своих письмах в Новокубанскую районную администрацию неоднократно обращался с просьбой решить вопрос о безвозмездной передаче дома своего деда Православной общине. Он долго ждал, когда это произойдет. Менялись районные руководители. А вопрос не решался. В очередной раз, не дождавшись ответа, Солженицын позвонил губернатору Кубани. Этот звонок в тот момент имел решающее значение. Александр Ткачев принял самое деятельное участие в судьбе наследного дома знаменитого писателя. Тогда — летом 2004 года — губернатор даже побывал у самого наследника, поговорил с ним и пообещал сделать так, как этого хочет Александр Исаевич, — передать дом Церкви. 

Короткая передышка

Губернатор побывал и в Новокубанске. Сам прошел по комнатам старинного особняка и в интервью районной газете сказал, что «прихожане свой храм выстрадали».
Покинул стены этого дома научный отдел Опытного хозяйства. После визита губернатора была даже отремонтирована крыша. Но главное — появилась надежда на то, что все страдания остались позади. Впрочем, был один момент, когда районные власти стали строить планы по размещению на втором этаже, прямо над внутренним помещением церкви, части экспозиции районного музея, никак не связанной с Православной духовной культурой, а скорее идущей вразрез с нею. К счастью, идея эта не получила дальнейшего развития. А районная власть сменилась снова. Тем временем были подготовлены и отправлены в Москву все необходимые документы для окончательного решения вопроса о передаче дома из федеральной собственности в краевую, а потом — Церкви.

Гром среди ясного неба

Как будто предчувствуя новые беды, настоятель храма отец Дионисий пытался ускорить прохождение пакета документов по инстанциям московских министерств (последнюю точку в этом вопросе должно было поставить Правительство России). Он написал письма Александру Исаевичу Солженицыну и Александру Николаевичу Ткачеву, высказав и благодарность за помощь и участие, и тревогу в связи с затянувшимся процессом передачи дома Церкви.
Громом среди ясного неба стал визит делегации краевой администрации в июне 2005 года. И началась новая эпопея. Снова нависла угроза выселения церкви из дома Солженицына. Теперь речь шла о планах по восстановлению усадьбы в первозданном виде, а потом — об открытии в особняке туристического центра с музеем семьи Солженицыных. А храму решили отдать полуразрушенное здание бывшего детского сада и два миллиона «отступных». Только выделенных средств едва ли хватило бы даже на треть необходимых работ по приведению намеченного здания в Божий вид.
Снова замироточили иконы. На этот раз появились слезы на иконе святой Фотинии (Светланы). Мироточила и икона Царственных Мучеников. Отец Дионисий призывал свою паству положиться на волю Божью и не оставлять молитв.
Во время очередного рабочего наезда представителей краевой и районной администрации прихожане высказали настоятельную просьбу оставить храм в этом доме. В ответ на их обращение было представлено положение о памятниках архитектуры, которым является и дом Солженицына. Согласно этому положению, в стенах здания не разрешаются никакая перестройка, проживание, приготовление обедов и трапеза. Представить церковный уклад без этих элементарных условий довольно трудно. И все-таки краевые и районные власти пошли навстречу прихожанам, пообещав найти компромисс, чтобы и церковь не переселять, и закон не нарушить.

Провокационные статьи

Казалось бы, вопрос должен разрешиться в пользу прихожан. И настоятель храма не раз произносил с амвона благодарственные слова в адрес районных и краевых властей. Но тут в нескольких кубанских газетах появились статьи, в которых возникшее противостояние трактовалось в весьма искаженном свете. Один журналист просто переврал факты, другой обвинил отца Дионисия в «двойной игре», а его паству представил воинствующими фанатиками. Вопиющая клевета, конечно, вызвала волну возмущения прихожан. Справедливо было бы требовать от редакций газет опровержений, чтобы восстановить правду. Однако отец Дионисий распорядился иначе. Он мудро решил не отвечать на провокационные статьи, чтобы вновь не разжигать пламя едва угасшего конфликта. Если это недоразумение, то авторы публикаций рано или поздно все поймут и исправят ошибки. Если же кто-то покривил душой, то Бог всех рассудит. А время все расставит по своим местам.

Звонок супруги писателя

25 августа 2005 года настоятелю прихода позвонила супруга Александра Исаевича Солженицына Наталья Дмитриевна. Она рассказала о том, что на семейном совете было принято решение известить о происходящем администрацию Краснодарского края. Суть в том, что семья Солженицыных настаивает, чтобы в наследуемом доме оставалась церковь, что планируемое здесь открытие туристического центра они не поддерживают. И Наталья Дмитриевна позвонила в Краснодар. К ее словам отнеслись с пониманием. А затем Наталья Дмитриевна высказала надежду на то, что после получения соответствующих документов из Москвы краевое руководство будет содействовать передаче дома Православной Церкви. При этом она еще раз подчеркнула, что лучшей памятью для семьи будет храм в наследном доме, а для семейного музея достаточно пары комнат. Настоятель и прихожане Свято-Покровского храма были чрезвычайно обрадованы наступившему наконец-то взаимопониманию с краевыми и районными властями.

С Божьей помощью

Вернулся на место Крест. По воскресеньям и праздникам в храме по-прежнему идут Богослужения, работает воскресная школа с отделениями для детей, молодежи и взрослых. Церковная библиотека значительно пополнилась за счет книг, присланных Александром Исаевичем Солженицыным. Хотелось бы верить, что страсти по дому затихли навсегда. И вопрос передачи его из федеральной собственности Церкви в скором времени разрешится окончательно. В ближайшем будущем начнется большая работа по строительству колокольни и ограды вокруг дома — запланированные ранее средства для реконструкции здания детского сада намечено израсходовать на эти цели.
С Божьей помощью все можно осилить!

Ирина Бганцева
г. Новокубанск Краснодарского края
21.09.2007
1212
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
1 комментарий

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru