Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:



Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

События

«Люди чувствуют, что мы пишем правду»

Интервью с редактором Православной газеты «Благовест» Антоном Жоголевым.


В этом году Православной газете «Благовест» (г. Самара) исполнилось 15 лет. Сегодня это  одно из крупнейших Православных изданий не только в Поволжье, но и в России. Кроме самой газеты, ежемесячно выходит приложение к ней — Православный журнал «Лампада», действует сайт в интернете, сплотивший на своем форуме более тысячи участников из разных стран мира.
Мы публикуем интервью с редактором Православной газеты «Благовест» Антоном Евгеньевичем Жоголевым, посвященное юбилею газеты.

— Что вы, профессиональный журналист, вкладываете в понятие: Православная газета?
— Очень много всего вкладываю, потому что это пятнадцать, наверное, лучших лет жизни. Согласитесь, по любой мерке, какой ни мерь, это значительная часть жизни, которая уже принадлежит вечности. Надеюсь, что с Божьей помощью это время продлится и дальше, но тем не менее 15 лет уже прожиты. Они прошли в единстве с газетой «Благовест», когда я не отделял себя от нее ни наяву, ни во сне, когда каждый день ощущал ответственность за каждое слово в газете «Благовест».
А это ответственность огромная, и огромная радость — тут все вместе. 15 лет прожить с ощущением, что ты находишься на особом служении, — это само по себе очень мобилизует. Как мы в 1991 году постепенно начинали понимать, что газета наша необычная, так и сейчас, 15 лет спустя, когда уже совершенно другие декорации вокруг нас, совсем другая Россия. Я как тогда, так и сейчас говорю: наша газета совершенно ни на что не похожа. Был особый Промысл Божий о ее создании, который совпал с Промыслом Божиим о моей судьбе. То есть для меня газета — слишком личное. А что я профессиональный журналист… — ну, наверное, удобнее делать газету журналисту. Видно, Господь поэтому так и распорядился мной, что если уж ты пошел по этой стезе, то послужи чем умеешь. Я по образованию журналист (окончил ленинградский журфак), даже более того — потомственный журналист. И для меня работа в газете так же естественна, как для детей потомственного священника быть священником, для детей шахтера — шахтером. Это династическое какое-то дело, и оно дает некие преимущества в профессии. Когда высотки не завоевываются, а даются легко. Чтобы остались силы не на высотки уже, а на высоты в профессии. Эти преимущества, как мне кажется, с Божией помощью иногда удается употреблять на пользу делу. Вот что такое для меня Православная газета.
Вообще профессионализм в журналистике — вещь обоюдоострая. С одной стороны, быть дилетантом плохо. Но есть сугубый профессионализм, за которым не хочется идти. К сожалению, журналистика имеет свои отрицательные ниши — когда человек тебе нужен только до тех пор, пока ты у него берешь интервью, например, — и прочее, и прочее. Не всегда удается, но я всегда стараюсь, чтобы минусы нашей профессии не становились грехами. То есть я смотрю на это глазами Христианина и использую технологии газетные только тогда, когда вижу, что они не греховны.
А вообще мы стараемся обходиться без «технологий», а просто служим Богу теми средствами, которые у нас имеются. И я считаю, что выше всяческих технологий слово правды. Какими бы мы ни были профессионалами, если бы народ нам не верил, газета бы 15 лет не прожила. Люди чувствуют, что мы искренни, что пишем правду — ну, как мы ее видим. И это важнее любых профессиональных секретов.
— Кого из прежней когорты, с кем довелось работать в эти годы, вам хотелось бы видеть чаще, кто остался боевым товарищем — несмотря на то, что время разделило?
— Время, конечно, сильно относит в разные стороны… Но часто воспоминания уходят к первым дням «Благовеста». Когда рядом со мной был настоящий военный! Офицер по прежней специальности, танкист. Сейчас он священнослужитель, отец Игорь Макаров. Построил замечательный храм в поселке Прибрежном — туда уже паломников возят, значит, есть что показать. Вот тогда он со мной разделил самую большую тяжесть. Потому что мы с ним только начинали газету. Не было никакого фундамента, традиций. Если уж храмы порушили, тогда что говорить о традициях церковной журналистики! Хотелось бы видеться с отцом Игорем почаще. Человек он сильный, духовный, ответственный. И мне очень повезло, что в самое трудное время рядом со мной был он.
А вообще отношения с бывшими сотрудниками порой переходят в иное качество. Священник Сергий Гусельников был заместителем редактора в «Благовесте», отдавал газете часть своей души. А теперь он приносит пользу своими молитвами о газете и своими замечательными стихами. Прекрасными стихами! Я считаю, что это один из лучших в России Православных поэтов — да и не только Православных, просто поэтов. Потому что настоящая поэзия вообще дело Божественное…
А священник Олег Китов когда-то работал в «Благовесте» ответственным секретарем. Трудился, как умел. Помогал в работе над книгой о новомучениках самарских. Сейчас он уже давно священник, протоиерей, благочинный. Но нашлось и ему место в газете, сейчас он ведет рубрику «Отвечает священник», делится духовным и житейским опытом с читателями «Благовеста». А иеромонах Серафим (Калугин) еще будучи семинаристом Сергеем помогал нам с Макаровым в выпуске первых номеров газеты. Столько воды утекло с тех пор! А он неожиданно для нас и, наверное, для самого себя стал нашим постоянным автором, уже несколько лет отвечает на вопросы читателей. И так со многими другими людьми. Не со всеми, конечно же, тут не надо лукавить. Но все-таки, я считаю, все эти люди и в профессии, и в жизни состоявшиеся. Господь приводил их сюда, был Промысл Божий, чтобы они прожили какую-то часть своей жизни в «Благовесте». И почти все они оставили след в этом нашем пятнадцатилетии. Было в «Благовесте» время Огудиной, когда Наталия очень активно писала, ее любили и узнавали читатели. А сейчас она уже послушница в Дивеевском монастыре. Были годы Татьяны Трубиной-Гусельниковой, Людмилы Белкиной. Сейчас время Ольги Ларькиной… Тут не важно, долго ли кто-то проработал или нет, — каждый внес свой кирпичик. И это отзовется как в их личных судьбах, так и в судьбах нашего города, в судьбах нашей Церкви. Вот, бывший сотрудник Олег Айдаров (сейчас он светский журналист) мне говорил, что у него в жизни было два сильных впечатления: армия и «Благовест». Наверное, потому, что и там, и там он не просто работал — служил! И если собрать за праздничным столом всех, кто когда-либо потрудился в нашей газете, это будет достаточно большая команда. Но не найдете вы в ней ни одного неверующего человека, и ни одного неискреннего человека вы не найдете за этим большим столом.
— А какими вам видятся читатели — те люди, ради которых и выходит газета?  
— Можно провести какие-то социологические опросы, но для меня читатели — это всегда конкретные люди. Я посещаю приход самый многочисленный, наверное, до сих пор в Самаре — Петропавловскую церковь. Он чуть ли не весь состоит из читателей «Благовеста»! И настоятель, протоиерей Александр Куликов, говорил мне, что в нашем приходе «Благовест» все очень любят. Вот они — читатели «Благовеста», простые верующие люди. Но только они для меня индивидуальны, потому что мы вместе с ними молимся, вместе каемся, причащаемся… Это может быть и какой-то другой храм, например — Кирилло-Мефодиевский, куда ходит Ольга Ивановна Ларькина. Там те же самые читатели «Благовеста». И такие же читатели на приходах в Татарии, где нас очень любят, или в Башкирии, в Амурской области, Калининграде… Такие же точно прихожане с теми же проблемами. Мы представляем себе жизнь этих людей, потому что мы с ними живем одной жизнью. Из одной Чаши причащаемся, молимся в тех же храмах. Может быть, в этом и сила «Благовеста», что мы не слишком отличаемся ни по материальному достатку, ни по внутренним установкам от обычных прихожан обычных наших храмов. Какие уж мы ни есть.
— За последние годы появилось ли в газете что-то новое, чего никогда не было раньше?
— Новое всегда выходит из старого, как это ни странно. Может быть, какими-то качественными толчками. Надо только открытым быть воле Божией и делать то, что требуется от тебя. Газета меняется, и достаточно сильно. Хотя мы стараемся сохранить все лучшее, что было в ней раньше. Сейчас в газете более широко представлены авторы-читатели. Редакция наша расширилась до масштабов всей страны, и даже из-за рубежа нам пишут. О таком и помыслить в 1991-92-м году было нельзя. Вся редакция была здесь, под одной крышей. И вся газета могла состоять из моих статей, проповедей протоиерея Иоанна Гончарова, который тогда активно сотрудничал с «Благовестом». Сейчас в делании газеты так или иначе участвует вся страна. Со всех концов к нам приходят письма. Мы же только их обрабатываем, тональность задаем.
— Работа в «Благовесте» ведь не ограничивается только журналистскими рамками…
— У нас газета авторская, личностная. Мы не просто информируем людей, но и воспитываем. Поэтому часто приходится затрагивать какие-то общественные вопросы. Раньше это было, может быть, более явно, потому что мы постоянно были устроителями каких-то акций: паломничества «Волга Православная» или по возрождению часовни Святителя Алексия. Тем не менее и сейчас некоторые идеи без нас бы не осуществились. Например, по инициативе «Благовеста» уже не первый год действует общественный комитет в защиту нравственности. Председателем его является секретарь Самарского Епархиального управления протоиерей Виктор Ушатов, а я его заместитель. Все это осуществляется в единстве с епархией, мы стараемся очистить Самару и другие крупные города от безнравственных рекламных плакатов. Сегодня у создателей рекламы, которые раньше делали все, что вздумается, уже появляются какие-то внутренние тормоза. Они знают, что есть комитет, который отреагирует на откровенно растлевающую рекламу, и, возможно, у них возникнут какие-то проблемы. Некоторых это останавливает, некоторым просто не хочется связываться. А кто-то и сам уже смотрит по-другому: а не будет ли мне стыдно, если этот плакат увидят мои дети?.. Не могу сказать, что сегодняшняя реклама в Самаре меня устраивает — это далеко не так! — но таких вот безобразных шокирующих образцов, как были года полтора-два назад, сейчас стало значительно меньше. Наша ли это заслуга или нет, трудно решать, но какая-то заслуга «Благовеста» в этом есть.
Начиная с 2000 года по благословению Архиепископа Самарского и Сызранского Сергия вокруг нашего города проходит Крестный ход. Это молитвенное шествие уже прочно вошло в обиход городской жизни. Люди знают, что в сентябре возьмут хоругви и от храма к храму обойдут наш город, чтобы в нем не было стихийных катаклизмов и каких-то иных бед. Но я-то вижу, как этот Крестный ход организовывается! Для того чтобы он состоялся, всякий раз заместителю редактора «Благовеста» Ольге Ларькиной приходится нести труд никому не видный, рутинный. Хождения по инстанциям, в различные органы власти, милицию и так далее… Один человек без всякой помощи пытается сдвинуть бюрократическую махину. Удается — именно с Божией помощью, но вообще это очень тяжело. Мы не можем потрогать, измерить духовные последствия для города, которые оставляет после себя Крестный ход, но они есть, и немалые. И если бы не было в городе такого количества вновь открытых храмов, если бы газета «Благовест» уже пятнадцать лет не приходила к людям, не было бы этих Крестных ходов — Самару нельзя было бы так же смело и так же уверенно назвать Православным городом, как мы сейчас ее называем.
— В газете нет рубрики «По следам наших выступлений». Как же определить действенность журналистского слова?
— В «Благовесте» действенность журналистского слова тоже особая, Православная. Она, может быть, непрямая. Но вот когда-то Игорь Макаров отправился в командировку невесть куда — в Красноармейский район, на речку Чагру, в поисках мощей забытого подвижника. И нашел! Теперь эти мощи лежат в центре города в Иверском монастыре, в раке, и священник Александр Чагринский прославлен в лике святых. Люди молятся у его святых мощей и получают духовное утешение.
Сейчас сняты фильмы, созданы каталоги, проводятся выставки икон, которые написал зубами безрукий иконописец Григорий Журавлев. А когда я поехал в Утевку в первый раз писать о Журавлеве, мало кто о нем знал. Меня самого эта история потрясла, и этим потрясением я поделился с читателями. Уже изданы книги, созданы фильмы, многие центральные газеты написали про «стояние Зои» в Куйбышеве. Сейчас об этом чуде знает, наверное, каждый человек, как будто оно вчера было. А когда-то мы раскапывали по крупицам тайны этого события: как это чудо произошло, как оно отразилось на самарцах, на жизни города…
— Хватает ли вам сегодня времени на духовное чтение?
— Когда мы делали первые номера газеты, мы ясно понимали, что Господь нам специально дает сейчас время на саморазвитие. 1991 год, 92-й, 93-й…  Мы «проходили» целые эпохи. Наверстывали нехватку семинарского образования. Тогда это было частью нашей работы: читать книги, переживать их, — а сейчас уже время другое наступило. Мы сейчас издаем книги, но читать порой не хватает времени. Только просматриваешь что-то… Откладываешь на отпуск, а отпуск пролетает так быстро. Пишу больше, чем читаю. И когда стоит выбор — чтение или молитва, — стараюсь выбирать молитву. Читаю только то, что нельзя не читать, что связано с работой. И все же одна книга меня и сейчас затронула, удивила, как в молодости. Это «Житие старца Паисия», переведенное с греческого моим знакомым по паломничеству на Афон — иеромонахом Доримедонтом (Сухининым). Эту книгу я советую каждому прочесть! Такая глубина и такая чистота за каждой строчкой! Я был в пустыннической келье отца Доримедонта. Видел, как живет этот человек — без электричества, без газа, в полном одиночестве. Наверное, так и должно рождаться настоящее, большое слово. Он сумел донести до русского читателя сам аромат великой жизни современного греческого подвижника…
А особенно потрясает, когда книга вдруг… оживает. Перестает быть книгой. А становится фактом твоей жизни. Помню, в начале девяностых взахлеб читал книгу «Не от мира сего» (о иеромонахе Серафиме (Роузе), и вот, спустя годы, довелось встретиться с одним из главных героев книги, сотаинником отца Серафима — игуменом Германом (Подмошенским). И как было приятно услышать от него, что о нашей газете, о наших книгах знают в далекой овеянной романтическими преданиями Платине! Что там молятся о нас…
А когда на Святой Горе Афон в русском Пантелеимоновом монастыре довелось приложиться к черепу Старца Силуана (на книге про которого я воспитывался в самые первые «благовестовские» годы), — да разве такую встречу забудешь?..
Но не всю же жизнь читать! Господь не будет с нас спрашивать о том, что мы прочли, а — что мы сделали. Когда-то надо было разбрасывать камни, сейчас пришло время их собирать. Сейчас надо прочитанное воплощать в жизнь. Насколько это нам удается — не знаю. Но я хочу сказать, что желание работать как в 91-м году, так и сейчас у меня одинаково сильно. И каждый день знать, что работы больше, чем ты можешь сделать, — это вообще счастье!..

На снимке: Антон Жоголев на территории Рязанского кремля, возле места захоронения Святителя Василия Рязанского. Осень 2006 г.

Подготовила Ольга Фролова
13.10.2006
862
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
5 комментариев

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2019 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru