Разговор о Православном кино с членами жюри и участниками Всероссийского фестиваля документальных фильмов «Соль земли».
Разговор о Православном кино с членами жюри и участниками Всероссийского фестиваля документальных фильмов «Соль земли».
На пресс-конференции перед началом фестиваля «Соль земли» протоиерей Николай Агафонов представляет фильм «Щенок», снятый по его сценарию.
С 16 по 20 сентября в Самаре проходил III Открытый Всероссийский фестиваль документальных фильмов «Соль земли». География участников была представлена не только крупными кинематографическими центрами - Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, но и сибирскими городами, а также ближним зарубежьем.
В кинотеатре «Художественный» прошел мастер-класс лауреата Российских и Международных фестивалей Бориса Григорьевича Криницына. Борис Григорьевич свои основные фильмы снял на киностудии «Отечество», где им создано более двадцати лент, среди которых «И крест свой бережно несу» (1995 г.), «Дар веры» (2000 г.), «Пасха 1945 года» (2007 г.). Он стоял у истоков Православного кино России.
«Пасха 1945 года»
На мастер-классе было показано два фильма. Первый - о безруком и безногом иконописце из самарской Утевки Григории Журавлеве, второй - «Пасха 1945 года», где название говорит само за себя. В военном фильме использована уникальная кинохроника. Пронзительные кадры, из-за которых невольно наворачиваются слезы на глаза. Блокадный Ленинград, обезсилевшие от голода люди, мать, отдающая хоронить младенчика, и мать, которая все гладит и гладит по волосам своего взрослого умершего сына… Пасхальная служба 1943 года, когда впервые разрешили снимать церковную службу, когда открыли некоторые храмы... Естественно, что в первую очередь разговор пошел об этом фильме и военном времени.
- Еще перед фильмом, - рассказывает Борис Григорьевич Криницын, - я спрашивал у участников войны, какое было отношение к Церкви, как они переживали эту Пасху, как люди ощущали себя во время войны. Мне рассказывали о многих чудесах, которые тогда происходили. Многим являлись Матерь Божия и угодники Божии. Таких примеров действительно много, был соблазн пойти именно по этому пути и снять фильм об этом. Но потом идея фильма перешла в другое русло. Так мне повезло, что я познакомился с сыном Василия Ивановича Чуйкова, знаменитого маршала, героя Сталинградской битвы. И та история, которую он рассказал, вошла в фильм, она, как мне кажется, объединила в себе и народный дух, и народную волю к победе. Тот факт, что знаменитый маршал всю жизнь носил с собой записанную его матерью молитву, спрятанную в… партбилет, - говорит о многом.
- В вашем фильме есть редкие кадры кинохроники…
- Действительно, хроники, особенно военной, очень много. Снята она выдающимися нашими операторами, безстрашными людьми. Хроника - дело не безпристрастное! Это документ, но то, как его увидят другие, зависит от того, как ты им сумеешь воспользоваться. Ведь из него можно сделать все, что угодно. И спекуляции по поводу этих документов, этой хроники сейчас очень много. Красногорск, где хранятся архивы кинохроники, забит телевизионщиками, которые это богатство сейчас активно используют. Поэтому очень важна точка зрения на хронику. Меняя угол зрения, ты выбираешь те или иные планы, которые могут соответствовать твоей идее, твоей мысли. Мне иногда говорят: «мы этих планов не видели, они показываются впервые». Но это не значит, что они скрыты - они доступны. Просто тогда, когда меняется точка зрения на хронику, на историю, тогда те или иные планы приобретают некий иной смысл.
- Вы снимаете замечательные фильмы, но, увы, их не показывают на телевидении…
- Я не могу пожаловаться на судьбу этого фильма, он прошел на многих фестивалях, его действительно используют в преподавании учителя истории, его показывали на больших собраниях историков. Конечно, хотелось бы большего, но это уже от меня не зависит. Я подспудно свои фильмы ориентировал на нашу молодежь. Почему и хронику так подбирал. Молодые люди этой хроники не знают, не видели, а иногда простые кадры кинохроники могут сказать больше, чем самый лучший рассказ.
«Главное - иметь в душе страх Божий».
- В чем особенность Православного кино? И с чего все начиналось?
- Совершенно необязательно снимать фильм о Церкви, о жизни пастырей. Православное кино - это прежде всего взгляд на мир, мировоззрение. А снимать можно о чем угодно. Православное кино - можно хоть про зверей снимать, но если у автора будет Православное мировоззрение, то это будет Православное кино. У меня не так много фильмов, которые непосредственно касаются церковной тематики. Но в начале перестройки мы сразу откинули негатив в своем отношении и к действительности, и к истории. Духовность и нравственность были поставлены во главу угла, несмотря на то, что все мы недостаточно духовно совершенны. А некоторые из наших режиссеров вовсе не были воцерковлены тогда. Конечно, жизнь Церкви в советские годы никогда не показывалась на экранах. Это были единичные фильмы. Сейчас вы видели снятую Пасху 43-го года, это было после Сталинградской битвы, после очень долгих лет забвения. В Елоховском соборе Пасхальную службу снимали как игровой фильм. Чувствительность пленки была очень небольшая, поэтому привезли лампы освещения, расставили камеры. Это было почти политическое действие.
Потом снова был запрет, снова забвение, до 1988 года. Вот здесь Валя Матвеева, замечательный режиссер, с которым мы начинали снимать. Она расскажет, с каким трудом и с каким трепетом входили с камерой в храм. Батюшки сами не знали - пускать нас в храм, не пускать. Что можно снимать и возможно ли церковные службы вообще снимать.
- До 1988 года, до Тысячелетия Крещения Руси снимать о храмах было запрещено, - делится воспоминаниями режиссер Валентина Ивановна Матвеева, автор фильмов «Апостол любви» о Митрополите Антонии Сурожском, «Надежда» и других. - И даже в декабре 1987 года, когда я заканчивала свой первый фильм, о колоколах, мне было запрещено показывать колокольни, кресты, купола. Когда я спрашивала: а как же показывать колокол, мне отвечали - на фоне облаков. И когда ЮНЕСКО объявило 1988 год Годом Крещения Руси, тогда перед нами раскрылись храмы. Священники поняли, что мы пришли снимать церковь по-доброму. И нас принимали очень хорошо. Конечно, на первых фестивалях были казусы, мы многого не знали. Я сама крестилась только в 1980 году, еще воцерковлялась. Я помню такой дикий случай на первом фестивале Православного кино, организованном в 1990 году в Москве. Там был фильм украинской студии кинохроники, где режиссер добросовестно снял и записал… исповедь. А Борис Григорьевич Криницын сделал то, чего не сделал никто из нас, режиссеров, работающих в Православном кино. Он открыл неведомые никому пласты кинохроники. Оказывается, эта кинохроника доступна всем, но никто из нас не сумел откопать того, что нашел он.
- А каково Православное кино сегодня?
- Понимаете, - снова вступает в разговор Борис Криницын, - поначалу нам казалось, что просто достаточно ясно сказать, что это вот хорошо, а это плохо. Все поймут и все растворятся в наших фильмах. Оказалось, не так просто. Кино - это кино. Надо было переложить наше внутреннее состояние на целый ряд образов. Это большая работа по собиранию крупиц того, из чего потом стало лепиться то кино, которое концентрированно и не размыто доносило наши мысли и чувства. Нас поначалу не пускали даже на обычные российские кинофестивали. Говорили, что идея у вас хорошая, но по сравнению с другими мастерами документального кино снимать вы не умеете. Там был подвох, потому что какие-то душераздирающие моменты ассоциировались с драматизмом и художественностью. Например, снимают про наркомана, уже сама по себе душещипательность темы принималась за художественность.
![]() |
Режиссер Борис Григорьевич Криницын. |
![]() |
Режиссер-кинодокументалист Борис Александрович Лизнев. |
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru