Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Святыни

​Тайна старинной иконы

Самарский мастер-реставратор Илья Одинцов уверен, что найдена еще одна икона безрукого и безногого иконописца Григория Журавлева.

Самарский мастер-реставратор Илья Одинцов уверен, что найдена еще одна икона безрукого и безногого иконописца Григория Журавлева.

Поздно вечером в понедельник 29 января Антону Евгеньевичу Жоголеву позвонил художник-иконописец Илья Одинцов — было время, он сотрудничал с «Благовестом» и «Лампадой». А сейчас он позвонил, чтобы сообщить удивительную новость: ему привезли на реставрацию икону, которая, очень возможно, написана безруким и безногим иконописцем из самарского села Утевка Григорием Журавлевым. И вот по заданию редактора мы едем к Илье, чтобы своими глазами увидеть эту святыню (а Евгений уполномочен и сфотографировать!), расспросить о ней. И первое, что увидели мы в скромной квартирке художника, заставленной его работами, в основном прекрасно выполненными пейзажами, — стоящая на столе необыкновенная икона. И мне не сразу удалось преодолеть волнение, чтобы задать Одинцову первый вопрос:

— Расскажи, как эта икона попала к тебе на реставрацию?

Возможно, эту икону писал, держа кисточку в зубах, безрукий и безногий иконописец Григорий Журавлев...

— Еще в декабре прошлого года мне позвонила жительница села Дмитриевка Нефтегорского района, попросила как можно скорее отреставрировать, как она сказала, иконочку. Тут были праздники, и я отложил встречу. Предложил было: давайте я сам к вам приеду на велосипеде, заберу иконочку. Но Римма (так ее зовут) не согласилась, очень уж дорога ей эта икона. Она одинокая, эта бабушка. И видимо, самое дорогое, что у нее есть, — эта икона.

И вот Римма приехала ко мне с односельчанином, привезла не то что иконочку — она вон видите какая, довольно большая (размером примерно 70 на 70 сантиметров) икона Спас на Престоле. Написана она маслом на листе жести. В центре композиции Господь Иисус Христос на Престоле, Ему предстоят Пресвятая Богородица и Иоанн Креститель.

Я говорю: оставляйте икону, я не очень скоро, но сделаю, отреставрирую за пару месяцев. А Римма чуть не плачет: нет, сделай что можешь поскорее, я боюсь, что умру и не успею увидеть ее снова! Даже ненадолго расстаться с этой святыней ей невыносимо тяжело.

— Ну нет, говорю, у вас, напротив, стимул подольше пожить будет! А быстро сделать не получится. Краска местами облупилась, хорошо еще, что лики полностью сохранились.

Икона писалась не сразу на жести, а вначале была сделана прокладочка английской красной краской, потом уже по ней были со тщанием и любовью выписаны Господь
Иисус Христос, Богоматерь и Иоанн Предтеча. Мне особенно нравится, как выразительно написан лик Пресвятой Богородицы. Фотография, наверное, и не передаст эту дивную красоту… Конечно, очень хорошо выполнены и изображения Спасителя и Иоанна (у него посох почти совсем стерся, надо будет восстановить. Стерся текст раскрытого Евангелия в руках Спасителя, практически утрачены надписи — лишь кое-где остались фрагменты белых церковнославянских букв). Но Царица Небесная изображена на редкость красиво — той чистой целомудренной красотой, какой отличаются иконы настоящих мастеров.

— Ты считаешь, что эта икона принадлежит кисти Григория Журавлева? Обычно ведь он подписывал свои работы, а здесь подписи нет. Или она «съедена» ржавчиной…

— Это Журавлев — я уверен! Иконописцы же не всегда подписывали свои работы. Ну а иконы работы Журавлева я видел в Троицком храме села Утевка, я там был, — они точно такие же! К тому же и Римма живет в селе рядом с нефтегорской Утевкой. Тот же стиль, реалистический. Причем вся писана без какой-то позолоты, скромно — и в то же время благородно. Написана, на мой взгляд, мастерски. И она такая какая-то… благодатная. Не во всех иконах такое ощущается. Я таких икон не держал в своих руках. Приходили ко мне даже старообрядцы, приносили на реставрацию свои старинные иконы; они красивые, но — совсем другие! Такого письма икон я ни у них, ни у наших не видел.

От матери у нее эта икона. Только время не пощадило, теперь вот икона нуждается в восстановлении.

— Конечно, видно, что иконе больше ста лет. Вот и ржавчина проступила, и краски хотя и не потускнели, а облетели кое-где… Самое удивительное, что как раз в этот же день к нам в редакцию ненадолго заглянул протоиерей Николай Советкин, благочинный Нефтегорского благочиния, куда входит и Утевка. И в разговоре батюшка коснулся и жизни и творчества безрукого иконописца Журавлева, эта тема ему очень близка. Конечно, обсуждали мы и вопрос возможной в будущем канонизации утевского иконописца… И вот — надо же! — как будто сам Григорий Николаевич «окликнул» нас, подал некий добрый знак…

— Икона, повторюсь, мастерства большого. В селах, знаете, как обычно писали — как уж могли... Ведь вот как таких художников звали: «богомазы», а не иконописцы. Здесь тоже кое-где чувствуется некий примитивизм, но очень слабо выраженный. Перевесил талант художника-самоучки, его Божий дар.

— Что ты уже успел восстановить за эти дни?

— У этой иконы дважды была закрашена поверх изначального рама. Я ее выскоблил до начального слоя, теперь надо еще покрыть лаком. Осторожно прошел кистью там, где отлетела краска на облачении Пресвятой Богородицы, сейчас и незаметно, что здесь были какие-то утраты. И красный покров, и голубой хитон Богородицы смотрятся так, словно совсем недавно написаны Мастером.

Художник-иконописец Илья Одинцов у привезенной на реставрацию иконы.

— А можно приложиться? — спросил Евгений. И с разрешения Ильи Одинцова мы оба благоговейно приложились к иконе. А художник, прощаясь, сказал:

— Спасибо, что даете мои объявления в газету, благодаря им такие хорошие люди приходят и приносят замечательные иконы на реставрацию. Люди сейчас начинают доставать из своих тайников спрятанные в безбожные годы от поругания святыни, и многие из этих икон возвращаются в храмы.

Илья Одинцов дал нам домашний телефон владелицы иконы, и мы созвонились с ней. Оказалось, это давний друг и благодетельница нашей редакции Римма Кузьминична Костюкова, мы всякий раз с благодарностью принимаем почтовые переводы с ее небольшими лепточками — почему и запомнилось: Римма из Дмитриевки. А Римма Кузьминична рассказала подлинную историю своей иконы:

— Эта икона не храмовая, она мамина родовая, была она еще у маминых родителей. Это я вам пред Богом говорю. Маму звали Анна Федоровна, она родилась в Малышевке, а замуж она вышла в Утевку и переехала туда, а эту икону — точнее, две иконы Спасителя — она привезла с собой. И сколько себя помню, всегда эти иконы стояли у нас в красном углу. Были они как будто сейчас написаны, краски все свежие, нигде не потрескались. Мама перед смертью печалилась, что будет с иконами, не пропали бы. А я успокоила: «Нет, мама, не пропадут, я их обязательно заберу!» Мама умерла в 80 лет. В старой мазанке ее никто жить не стал, и после поминок 40-го дня я стала снимать иконы. А тут сестра моя говорит: «Я тоже хочу взять одну икону!» И я отдала ей вот эту самую икону, а вторую увезла к себе. Поставила в передний уголок, она тоже в раме, но под стеклом.

А через год я приехала к сестре, ищу взглядом, а где же мамина иконочка? А ее и нет! «Оля, — говорю, — где же икона?» — «Да там где-то, в сарае лежит…» Я так и заплакала! Пошла, забрала иконочку, а она вот какая стала — и проржавела местами, и краски где-то пооблетели… Ну все равно я ее поставила в передний угол, молилась. Несколько лет так она стояла. А потом пришло на ум, отреставрировать бы. Спросила у батюшек, они говорят: можно реставрировать. Настоятель нашего дмитриевского храма в честь Великомученика Димитрия Солунского отец Димитрий Уждин дал благословение, и я отвезла ее Илюше (ох, скорее бы он ее вернул мне, как мне без нее плохо!). Только я ведь уж пожилая, по забывчивости сказала ему, что икона вроде как Григория Журавлева. Сама даже не знаю, почему так сказала… А когда приехала домой, то вспомнила всю эту историю так, как она была на самом деле. И так расстроилась! Григорий Журавлев — он поистине святой, я о нем молюся. Но не его это икона, не из утевского храма.

И все же я не согласилась с утверждением Риммы Кузьминичны. Да — родовая, семейная икона, из Малышевки. Но ведь дедушка и бабушка Риммы не сами ее написали, а кому-то заказали. И очень возможно, что заказали они написать две иконы (а вторая икона тоже написана на жести и, по словам Риммы Кузьминичны, очень похожа по стилю письма) утевскому безрукому иконописцу. Он же не только для храма иконы писал, но и для односельчан, мог и в близкую Малышевку написать эти иконы. И связь этой семьи с Утевкой, малой родиной иконописца, тоже вполне очевидна. Может, отнюдь не случайно «проговорилась» наша читательница, что икона написана Журавлевым?

…Тайна старинной иконы осталась неразгаданной. Но как знать, быть может, однажды она еще откроется православным людям?

И станет известно имя иконописца — далекого по времени, но такого близкого по духу, — оставившего этот чудесный дар грядущим векам.

Ольга Ларькина.

Фото Евгения Ситникова.

152
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
-1
9
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru