Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

События

​Избавительница от бед

В самарском селе Ташла праздновали столетие со дня явления чудотворного образа Божией Матери.

В самарском селе Ташла праздновали столетие со дня явления чудотворного образа Божией Матери.

Есть такие даты, которые заставляют откладывать в сторону любые дела и властно зовут в дорогу. Вот и этой осенью дата 21 октября со властью вошла в жизнь многих и многих Православных верующих и позвала в дорогу. Ведь ровно сто лет назад, 21 октября (нового стиля) было явлено великое чудо в самарском селе Ташла. Это село находится в Ставропольском районе Самарской области, что все-таки знаменательно, ведь Ставрополь-на-Волге — это был город Святого Креста, но давно уже переименован в Тольятти, а вот район по-прежнему осеняется Крестным именем.

Случилось это чудо в 1917 году, за две недели до рокового октябрьского переворота. Где-то там, в Германии, Ильич в предвкушении большущей «драчки» уже нетерпеливо приплясывал в пломбированном вагоне, направлявшемся к столице обреченной на гибель Империи. А здесь… здесь две келейницы (так в наших краях звали живших словно монахини, но в миру, по домам — по две или по три в целомудренной чистоте и в молитве) Екатерина Чугунова и Феодосия Атякшева шли прямиком к ташлинскому оврагу, сопровождаемые Ангелами, чтобы явить России великое знамение. Было им зябко, холмы уже кое-где убелились первым снежком. Но тяжелее всего, наверное, было тем келейницам замечать тень недоверия на лицах друзей. И вот, наконец, они пришли туда, куда указала Екатерине Чугуновой в видении Сама Божья Матерь и где девушка видела Ангелов. Сначала косырем, то есть большим хозяйственным ножом, его еще звали «бабьим топором», стали раскапывать землю… Потом уже и лопатой, когда к девушкам-келейницам присоединился удачно пришедший им на помощь Захарий Кривойченков. И вот когда кому-то из собравшихся уже стало казаться, что все напрасно, что никакого чуда не будет, что все эти видения лишь какое-то кликушество, как вдруг во что-то твердое ударила лопата в том самом месте в грунте… И из-под небольшого квадратика обретенной иконы ударил целебный родник…

Вот уже сто лет прошло с того дня. Чудо это все-таки довольно близко нам по времени. Участница обретения иконы Феодосия Атякшева прожила долгую жизнь и умерла в 1984 году, успев за три года до смерти перед Крестом и Евангелием подробно засвидетельствовать всю правду об этом событии. А ее подпись под Свидетельством об обретении иконы скреплена подписью Епископа Куйбышевского и Сызранского Иоанна (Снычева), будущего Митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского. И мы можем представить чуть ли не в деталях все случившееся в тот день. Но все же никогда не получим мы ответ на вопрос, как оказалась икона Божией Матери на дне ташлинского оврага, чуть больше чем в полуметре («аршине») от поверхности земли. Это тайна Божия, к которой нет доступа никому из смертных. А вот плоды чуда, они всем известны. Они у нас перед глазами. Чудеса, знамения, икона, святой родник…

Митрополит Самарский и Тольяттинский Сергий служит торжественный молебен. 

Наверное, за всю долгую историю села Ташла не посещало его так много паломников сразу, как в этот день столетия явления иконы. Машины стояли вдоль всей дороги от шоссе и до храма. Автобусы, маршрутки, легковушки… А в Свято-Троицкий храм, отремонтированный, украшенный к празднику, и вовсе было не пробиться. Многие люди молились у входа. Даже и не надеялись пробиться внутрь. Там шла праздничная Божественная литургия. Митрополиту Самарскому и Тольяттинскому Сергию сослужили два Епископа — Похвистневский и Отрадненский Никифор и Кинельский и Безенчукский Софроний, с Владыками молились настоятель Свято-Троицкого ташлинского храма протоиерей Николай Винокуров и многочисленное духовенство Самары и Тольятти. Из-за тесноты в храме исповедь принимал священник за стенами церкви, около хозяйственных построек. Я такое увидел впервые. Но кому-то все-таки посчастливилось и в храм попасть, и службу праздничную отстоять, и причаститься Святых Таин в такой торжественный день. Этой радостью со мной поделилась во время Крестного хода преподавательница воскресной школы самарского Иоанно-Предтеченского храма, предпринимательница Елена Мещерякова. Она много доброго сделала для моей семьи (скажу по секрету: жена моя Людмила уже не одну изящную вещицу сносила, получив ее в подарок от магазина модной одежды, который принадлежит Елене, — спаси ее Бог за доброту!). Радуюсь за Елену: ну вот хоть ей досталась полная благодать этого дивного дня… Мне вот, пусть я и журналист известный, даже и на паперть храма пробиться не удалось. Да и не очень-то пытался. Словно бы вся Ташла в то утро стала Храмом. Впрочем, не я один такой. Есть люди и позначительнее меня, которые тоже не смогли сразу пробиться в гущу событий. Министр культуры Самарской области Сергей Васильевич Филиппов  смиренно ждал начала Крестного хода вместе со многими паломниками у входа в храм.

И вот некая словно бы наэлектризованная волна пробежала от храма по рядам окрест стоящих богомольцев, — и вот уже везде поспевающий тольяттинский православный активист Вячеслав Демьянович Кашов  прокладывает дорогу для Крестного хода.

— Расступитесь!.. — убеждает он. — Здесь сейчас понесут чудотворную икону.

Этот аргумент неотразимо действует, как ни странно. Люди тут же освобождают проход. Хотя почему же странно? Отнюдь нет. Просто это ведь не «толпа» — это духовное ополчение, Православный народ. Соль земли нашей.

И вот уже выходят из храма сначала военные, им предписано сопровождать и охранять святыню. А потому уже, следом за ними, два священника выносят Икону. Лично мне эти батюшки не известны. По какому принципу доверили именно им нести Святыню? Наверное, за особые какие-то заслуги, ну и физические данные тоже сыграли, скорее всего, немаловажную роль. За сто лет Икона ничуть не изменилась, только киот вокруг нее расцвел драгоценной ризой. Но я за свои многочисленные приезды в Ташлу, особенно за время работы над книгой об этом святом месте (сколько было уже у нее переизданий? Не счесть!..), видел ее и без оклада. И без драгоценных украшений ташлинская икона Божией Матери «Избавительница от бед» изумляла меня своей чудотворящей простотой. Настоящее чудо всегда простое. Как лист зеленый, как небо, как солнечный луч…

Крестный ход растянулся от самого храма и почти до шоссе. Вся улица была запружена народом. Впереди — чудотворная икона, чуть позади идет настоятель ташлинской церкви, известный молитвенник, старец протоиерей Николай Винокуров. За ним шествуют самарские и тольяттинские священники. А вот идет в окружении своей паствы Митрополит Самарский и Тольяттинский Сергий. Чуть позади — Епископы Никифор и Софроний. Следом — все мы, Православный народ. Тысяча, две, три тысячи паломников прибыли на праздник? Я этого не знаю. Не считал. Много. Но точно знаю одно: в этом числе был и я. Это согревает дух. Потому что хочу ощущать свою общность только вот с этими людьми — с братьями и сестрами по вере в Христа Спасителя. Во всех других коллективах мне скучно и неинтересно, невесело. Я там чужой. И если все же бываю среди чужих, то только по обязанности. А тут идти — рядом с Чудотворной иконой, легко и радостно. Но жаль вот только, что от храма и до источника всего один километр ходу. Я бы и дальше шел в таком вот славном строю.

Когда первые ряды крестоходцев пересекали шоссе, с неба плавно посыпались белые пушинки. Первый снег настиг нас как раз в Крестном ходе. Словно Сама Царица Небесная Своей рукой опускала на нас белые снежные и нежные хлопья…

Вот уже показался купол относительно недавно построенного храма в честь явления образа Божией Матери «Избавительница от бед». Митрополит Сергий и сонм духовенства спускаются к самому источнику. Верующие тут же окружают несколькими рядами всё место явления образа со всех сторон. Торжественный молебен! Владыка Сергий произносит проникновенное слово о значимости этой даты, о той Небесной благодати, которая пролилась на нашу землю вот здесь ровно сто лет назад. Весь народ затаил дыхание, все мы жадно ловим каждое слово Митрополита. А Владыка Сергий говорит о том, что по давней традиции у святого места должна идти сугубая, непрестанная молитва. Вот почему так важно было в этом необычном селе Ташле, осененном знамением Свыше, создать Православный монастырь. И теперь монастырь этот создан! Вот уже читаются им чеканные слова молитвы перед чудотворным образом! А потом брызги радости, ликования осеняют молящихся. Тех, кому повезло попасть под эту благодатную струю. Как хорошо!

Вижу в море прихожан мелькающую митру отца Николая Ташлинского (так его давно зовут многие самарцы — и неспроста! Ведь служит он в Ташле уже без совсем малого, почитай, полвека). Он без устали благословляет каждого, кто сумел к нему пробиться.  Досталось и мне благословение от его десницы. Отец Николай, конечно же, не знает о том, что он был самым первым священником в моей жизни, у которого я взял благословение — во время моего первого паломничества в Ташлу. Столько времени уже прошло, а я не забыл, помню… Вообще, Ташла в моей жизни особенна, светоносна. Нет, я не видел здесь, как другие, каких-то поразительных чудес (а многие сподобились зреть и такое!). Но Ташла всегда была как-то рядом. И на каждом этапе своей жизни — как к какому-то важному рубежу — приезжал я сюда. В Ташлу! С нее началось мое служение в «Благовесте». Моя семья укреплялась в поездках в Ташлу… Вот и сейчас мог ли я пропустить такую вот встречу… А ведь и машина ломалась, и чего только не было в ближайшие перед поездкой дни…

В куче-мале паломников увиделось мне одно необычное, выразительное лицо. Известный самарский иконописец Константин Александрович Боровков смотрел из Ташлинского оврага не по сторонам, а куда-то вверх, в самое небо. Чего же такое особенное открылось его иконописному взору?

Он тоже меня как-то увидел, остановил. И рассказал свою ташлинскую историю, словно положил ее в огромную ташлинскую копилку чудес.

— Видите вот эту вот икону в киоте — наверху, у самого купола часовни-сени над колодцем?  (вот, оказывается, куда смотрел иконописец!) Это я ее туда повесил двадцать лет назад, в 1997 году, в августе. И до сих пор там висит! Хотя и сень эта не раз уже ремонтировалась. Вот что значит благословение блаженной старицы Марии! Матушка Мария Ивановна Матукасова тогда в Ташле жила. А я сюда привез специально для Ташлы изготовленную мной вот эту самую икону, копию чудотворной «Избавительницы от бед». Только сомнение меня бороло: а ну как икону ночью снимут, украдут, источник-то ведь не охранялся тогда. Спросил у настоятеля, отца Николая, можно ли мою икону здесь повесить. Не украдут ли? Он мне так вот сказал: «Видишь, блаженная тут рядом с нами сидит. Подойди к ней, спроси, как скажет, так и сделаем». Я подошел, спросил. «Идет, идет…» — на своем прикровенном языке ответила мне матушка Мария. Снова спрашиваю: «Можно ли повесить икону?» — «Отчего же нельзя? Можно…» — ответила старица. Благословила. Икону мы в тот же день и закрепили на сени над колодцем. А я ведь, вот какое было маловерие, заранее специально три таких вот иконы для Ташлы изготовил. Так подумал: одну утащат — другую повешу. Если и эту украдут, а я тут же третью… Но все совсем не так вышло. Эта вот икона, первая, она уже здесь двадцать лет висит. И дальше висеть будет. А те две запасные иконы, их как раз у меня прямо из мастерской стащили. Я не печалюсь, даже и знаю, кто их унес. Но им ведь иконы без надобности, они их куда-то в храм, может быть, продали тогда подешевле. Опять же перед теми моими иконами пошла молитва. Я не в обиде на этих людей, нет. А мне урок был: доверяй Богу и Божией Матери!

— Как считаете, Константин, чудотворная икона ташлинская, она рукотворная? Или же… даже не знаю, как правильно назвать, осторожно так скажу, неземного происхождения? — спрашиваю у опытного иконописца.

— Тут ничего точно не скажешь. Но мне доводилось сталкиваться с самописанными образами. На одной иконе мне открылась на тыльной стороне другая икона — «Умиление» Божией Матери (мы об этом случае писали в «Благовесте»). Я тогда очень внимательно ее осмотрел. Писать второй образ на тыльной стороне первого — по всем критериям это неразумно. Да и зачем? Можно же вторую такую икону, отдельную, написать. Думаю, эта икона сама проявилась на тыльной стороне того образа. Не рукой человеческой, не кистью, а сама... Тут тайна. И не нам, грешным, ее постигать. Но одно про тот образ все же скажу: видел я литографии на металле, на дереве литографии видел. Но литографию на грунте — нет, никогда не видел такого. То было что-то чудесное…

Протоиерей Николай Винокуров уже около полувека служит в Ташле.

Много приятных встреч ожидало меня в Ташле. Вот окликнула Любовь Сальникова  из пригородного самарского поселка с не слишком поэтичным названием Горелый Хутор. Но ведь не место красит человека, а совсем даже наоборот. И потому во многих монастырях России с благодарностью поминают рабу Божию Любовь из Горелого Хутора. Ведь когда была она чуточку помоложе, то без устали отправляла в монастыри из своего Горелого Хутора необычные посылки: то теленка отправит, то овечку, то козочку, но чаще отправляла в монастыри телят. Такая вот необычная форма благотворительности. Сейчас Любови Сальниковой уже изрядно за семьдесят. Чуть скосили ее на правую сторону годы. Но все равно она бодрая, радостная, не унывает! Приехала вот и на праздник в Ташлу. А еще… еще недавно она побывала в Святом Граде Иерусалиме! Молилась у Гроба Господня, у других великих святынь Святой Земли. Нет препятствий и расстояний для самарской крестьянки с Горелого Хутора, ведь живет она с Богом и с верой в душе!.. А еще она совсем вот недавно приехала из Свято-Казанского монастыря Вышнего Волочка, где упокоилась самарская праведница блаженная схимонахиня Мария (Матукасова).

— Вы туда поезжайте тоже, Антон Евгеньевич! — дала мне она добрый совет. — И матушка Мария сразу как начнет все вокруг вас устраивать…

Простились с ней, не знаю уж, надолго ли? На каком празднике, в каком монастыре, у какой святыни, если Бог даст, еще свидимся? Не знаю. И потому на память щелкнул ее фотоаппаратом.

А еще кто-то из рядов молящихся протянул мне небольшую ламинированную иконку с изображением Божией Матери, Богомладенца Христа и отрока-схимника Боголепа. Икона необычно названа: Волжская икона Божией Матери! Этот образ написали специально для одного тольяттинского храма. Мы об этом недавно писали в «Благовесте», и вот иконка эта ко мне так неожиданно пришла. Словно в благодарность за ту публикацию.

Праздник закончился, праздник удался. И вот уже вместо мягких пушистых хлопьев из сразу же как-то посмурневшего неба повалил мокрый неприютный снег. Пора уезжать и мне, увозя с собой тепло великой даты. Счастливые мы, самарцы. Ведь у нас есть Ташла!

Антон Жоголев.
Фото автора. 

Паломников было так много, что не все из них смогли поместиться в храме.

Крестный ход заполнил всю главную ташлинскую улицу.

Крестный ход подходит к месту явления иконы.

Иконописец Константин Боровков.

Дата: 24 октября 2017
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
10
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru