Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Малая церковь

Однажды вечером, в трамвае…

Из цикла «Простые истории».

Из цикла «Простые истории».

Непрошеный попутчик

Середина 90-х годов — время, когда по улицам российских городов ну просто косяками ходили миллионеры! А как же еще нас было называть, если зарплата — по миллиону рублей, по два, а то и более! Другой вопрос, что́ на эти миллионы можно было купить… Плоховато жилось очень многим «миллионерам», концы с концами сводили зубами.

Но в день получки кошельки раздувались от денег. И то хорошо, что любые покупки можно было сделать прямо по дороге от проходной космического завода «Прогресс», где я тогда работала в заводской газете. Торговые лотки с продуктами, одеждой, обувью, книгами, канцтоварами и прочими необходимыми вещами тянулись до двух ближних трамвайных остановок. И те же макароны или сахар стоили здесь ощутимо меньше, чем в магазине. Экономия…

В тот день мы получили зарплату, а поскольку все статьи в номер газеты были написаны, домой нас отпустили пораньше. Не на территории завода — выход свободный. И мы разбежались уже часа в три.

Когда ко мне прицепился крепкий мужчина лет тридцати, я и не заметила. Может быть, когда приценивалась к детским платьицам, а может — уже за Костромским переулком, у лотка с крупами: приметил пухлый кошелек и «приклеился» к его обладательнице. Я заметила этого плечистого крепыша боковым зрением. Он шел с левой стороны, на один лишь шаг сзади от меня, и останавливался там же, где я, но ничего не покупал и даже не спрашивал о ценах. Просто стоял и ждал. С самым спокойным видом, словно ничего не вижу, я убрала кошелек на дно пакета с овощами и решила больше не рисковать, поспешила на остановку. Вот «Юнгородок», и девятнадцатый трамвай словно меня и ждет — впереди есть два свободных местечка. Я села на одно из них… — а через мгновение на пустое сиденье рядом со мной опустился мой непрошеный попутчик.

Ужас сдавил горло.

Сколько рассказывали о том, как у кого-то такой же молодчик в безлюдном переулке вырвал сумку, а кому и досталось по голове тупым предметом… И что мешает этому типу на ближайшей остановке выхватить у меня из рук пакет и выскочить из трамвая?..

Мне ничего не оставалось, как только — молиться. И я про себя снова и снова повторяла 90-й псалом: «Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится…».

Трамвай неспешно двигался по своему маршруту, кондуктор проверила сезонки и села на свое место. Пассажиры деловито входили и выходили, не обращая внимания на застывшую в оцепенении женщину на переднем сиденье.

Вдруг словно кто-то внутри меня скомандовал: позади, в самом конце вагона, освободилось место, надо пересесть!

Не прекращая молитвы, я спокойно встала и прошла на действительно освободившееся место. Все сидячие места поблизости были заняты, и «попутчик» обезпокоенно заерзал, не спуская с меня глаз.

Улица Красных коммунаров. Те, кто уже приехал на свою остановку, вышли, а я осталась сидеть, с безучастным лицом повернувшись к окну. Между прочим, в стекле было видно, как мужчина сидит, вывернув шею назад: как там жертва — на месте? На месте, куда она, клуша недогадливая, денется. И он уселся прямо.

«…Яко Той избавит тя от сети ловчи…» — пора!

Метро «Победа». Трамвай затормозил, стоявшие у двери пассажиры вышли, а я еще чуть помедлила — и выскочила из задней двери. Увидев это, «попутчик» тоже выпрыгнул — в переднюю дверь. А я влетела в уже закрывающуюся дверь второго вагона. Трамвай тронулся, и из окна я видела, как метался по перрону неудачливый грабитель. В безсильной злобе он пнул ногой по стене вагона. Но — кто не успел, тот опоздал!

«Яко на Мя упова, и избавлю и: покрыю и, яко позна имя Мое…»

Слава Тебе, Господи!

Племянница… во Христе

Припозднилась в гостях у сестры, уже ночью приехала на Хлебную площадь. А оттуда еще через весь город ехать на дальнюю окраину… Через пару остановок пересела в двадцатый трамвай — чтобы уж дальше ехать спокойно до самой Ново-Вокзальной. Можно и вздремнуть…

— …И куда ты, такая красивая, едешь? — услышала через полудремоту. Ну это точно не ко мне…

— А вам-то что? — ответил девичий голосок.

— Как что? Такая хорошенькая девушка, давай знакомиться!

— Отстаньте, не хочу я с вами знакомиться! Да уберите вы руки! — в голосе девушки сквозило отчаяние. Что ей делать: едет в полупустом вагоне, ночь, а тут какой-то подвыпивший наглец пристал. И не отстает ни в какую…

Я оглянулась. Позади меня сидела юная девушка с испуганным личиком, а над ней навис плешивый мужичок с нехорошим взглядом. Одной рукой он держался за спинку сиденья, а второй уцепил девичье плечо.

— Ты чего пристал к моей племяннице? — я приподнялась, всем видом показывая, что девушку в обиду не дам. И он сразу скис, убрал руку. — А ты давай сюда, ко мне садись. Место освободилось, давно бы села… — показала я девушке. И она, благодарно кивнув, пересела ко мне, на сиденье у окна.

Что ж, я ведь и не солгала: все мы братья и сестры во Христе. Значит, и эта молоденькая девушка вполне может считаться моей племянницей!..

— Есть кому встретить? — тихонько спросила я у нее.

— Некому… Лишь бы этот… не догнал.

— Ну если что, я выйду с тобой, провожу до подъезда. А ты уж постарайся больше так поздно не ездить одна!

— Ой, что вы… — прошептала она с явным облегчением. — Я прямо рядом с остановкой живу, только бы до подъезда дойти…

Но провожать ее мне не пришлось. Плешивый приставала вышел на две остановки раньше, чем она. А девушка на Полевой вышла из трамвая, оглянулась по сторонам, торопливо перекрестилась — и побежала к большому многоэтажному дому.

Вот и умница! Крест да молитва — лучшая защита!

«Садись, маленькая!»

Не такой уж и полный был трамвай, но свободного сидячего местечка в вагоне не было — ни одного. Аленка осмотрелась — взрослые пассажиры сидели с каменными лицами, не замечая малютку.

— Ничего, доченька, ты держись покрепче, — сказала я ей. И она уцепилась ручонками за спинку ближайшего сиденья. Как бы мне половчее придержать ее свободной рукой, чтобы, не дай Бог, не упала…

И тут один из сидящих впереди пассажиров оглянулся, удивленно округлил глаза:

— Маленькая, тебе сесть негде? Иди сюда!

И поднялся, уступая Аленке место, да еще и помог вскарабкаться, сесть поудобнее.

А сам-то — еле держался на ногах!

Ну да — подвыпил мужичок. Крепенько подвыпил. И может быть, дома жена будет пилить его, как это очень даже хорошо умеют строгие жены (мне ли не знать!).

А я помолилась о нем — и в душе, не проливаясь наружу, кипели умиленные слезы: «Господи, воздай благом этому человеку, буди милостив к нему за его милость к маленькому чаду!..»

И, может быть, в этот вечер жена не стала ни пилить пьяненького мужа, ни строгать — отложила все разборки наутро. А сейчас только и сказала: «Эх, горюшко ты мое! Ну иди уж, поужинай — да ложись, проспись!» Об этом я тоже помолилась тогда. Жалко стало бедолагу. Он ведь тоже мою Аленушку пожалел!

Ольга Ларькина

1243
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
12
1 комментарий

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru