Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

События

Благословенная Самара

В Самаре прошла осенняя Православная выставка-­ярмарка.

В Самаре прошла осенняя Православная выставка-­ярмарка.

Со 2 по 7 сентября в Самаре в выставочном комплексе «Экспо-Волга» по благословению Митрополита Самарского и Сызранского Сергия прошла Православная выставка «Благословенная Самара». Владыка Сергий совершил молебен перед центральной святыней выставки — нерукотворным образом Святителя Николая Чудотворца, чудесно отразившимся на стекле киота. После молебна Митрополит Сергий сказал:

Митрополит Самарский и Сызранский Сергий благословляет открытие выставки.

— Этот образ дорог сердцу каждого русского человека, многие судьбы связаны с именем Святителя Николая. С ним связана и жизнь отдельных людей, и устроение семей, и благополучие нашего Отечества. И мы молимся, чтобы Господь вразумил всех нас по молитвам Николая Чудотворца, даровал силу духа, стояние в вере, благочестие жизни. И главное, чтобы возродилось и обустроилось наше Отечество, чтобы народ наш прозрел и узнал истинные пути Божии.

И вот уже выстроилась очередь из желающих приложиться к святыне, затеплить свечу, помолиться любимому святому. Ну а затем уж — можно и пройтись по рядам, полистать хорошие книги, приобрести что-то нужное для своего дома или храма, заказать требы.

Мелькают знакомые лица — со многими не в первый раз встречаемся на Православной выставке. На этот раз не так широко были представлены Православные монастыри и храмы Украины, но все же были и их стенды. Одесса, Ровенская епархия, и снова — Одесса… Господь помог — сумели прорваться в Россию.

Не могу пройти мимо земляка-оренбуржца. Юный Назарий приехал из Свято-Троицкой обители милосердия, что в поселке Саракташ.

— У батюшки Николая с матушкой Галиной уже больше семидесяти детей в обители. Уже и сколько свадеб сыграли, сколько бывших детдомовцев выросли в тепле и любви, стали взрослыми, — рассказывает юноша.

— А иконы, которые вы привезли, написаны в обители?

— Конечно! Наша матушка Галина — она же иконописец, окончила иконописную школу при Духовной Академии в Москве…

Прошу Назария положить за меня поклон оренбургской земле. И — дальше, к иконе преподобной Зосимы Еннатской, к большому образу Матронушки из столицы Башкирии…

Икона для воинского храма

Незнакомая (это я так думала — незнакомая; а оказалось, очень даже знакомая!) женщина окликнула:

— Ой, я вас узнала, вы же из «Благовеста». Подскажите, где можно купить большую икону Александра Невского. Все обошла, нигде нет.

— И я пока не видела такую. Для себя хотите купить или в храм?

— В храм!

Представилась:

— Валентина Ванюкова, живу в Сызрани.

— Так это вы много раз присылали помощь нашей редакции! Спаси вас Господь! А что — в Сызрани есть храм Александра Невского?

Тысячи самарцев в эти дни молились у нерукотворного образа Николая Чудотворца.

— Нет, это для особенного храма. Рассказать о нем? Недалеко от Сызрани есть небольшой поселок Кубра. Он уже относится к Радищевскому району Ульяновской области. Поселок — громко сказано. Деревенька… И никогда в этой деревне не было храма.

Молодой человек Николай Косач родом из Кубры, родители его там живут, он служил в Чечне. В благодарность за спасение на войне и в память о погибших товарищах решил построить храм. Поддержали и друзья, сослуживцы. Построили храм в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Храм небольшой, деревянный, но с такой любовью они его выстроили! Так там уютно! Иконостас резной, деревянный. И им захотелось, чтобы настоятелем этого храма стал не просто священник, а бывший военный, как и они сами. Вспомнили, что мне знаком такой батюшка, который прежде был военным. Они ко мне обратились:

— Валентина Даниловна, помогите нам его найти!

А в Ульяновской области живет батюшка Анатолий Дудин, он с супругой уже восемь лет назад вынужденно переехал с Украины. Он начинал служить в Крыму. А уехал с Сумщины заштатным клириком Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. На Украине ведь давно уже неспокойно, еще до теперешних кровавых событий. Однажды к ним в дом ворвались, матушку связали, а его избивали смертным боем. И матушке не давали позвать на помощь: «Если крикнешь, мы его убьем!» Чудом Божиим он остался жив!

У них трое сыновей. Один иеродиакон, служит в Севастополе, в Крыму. Теперь он российский. Двое других сыновей остались на Украине, а они с матушкой Людмилой поехали в Россию. Семь лет они жили в ульяновской деревне.

И вот на Родительскую батюшка с матушкой приехали ко мне, и эти попечители храма из Кубры тоже приехали. Стали звать батюшку в свой храм. Он сказал: «Я подумаю». Ночью он глаз не сомкнул. А утром говорит:

— Все-таки я должен служить там.

Из разных градов и весей съехались священники и миряне на выставку в Самару.

Епископ Барышский и Инзенский Филарет благословил его быть настоятелем этого храма.

Трудно на новом месте, в новом храме. Но они не унывают. Батюшка служит, матушка ему помогает, поет на клиросе. У нее ангельский голосок!

Надо было видеть, какая служба была в храме 5 августа, на Почаевскую, какая благодать! К Николаю Косачу приехали его сослуживцы, как они были довольны!

Теперь будут туда приезжать со своей скорбью и солдатские мамы, вдовы, у которых с войны не вернулись сыновья или мужья.

И вот мне сейчас надо туда привезти воинские иконы. Икону Иоанна Воина привезла из Алатыря. Теперь батюшка говорит: «Надо бы и икону Александра Невского!» Вот я и поехала на Православную выставку…

Картинка с выставки. Певица Юлия Славянская после своего концерта идет в красивом красном платье, похожая на русскую боярыню. Вдруг какой-то мальчишка лет пяти подбежал с разбегу и обнял, прильнул к ней, как к родному человеку…

«Поэт — он человек без кожи»

В конференц-зале началась встреча с Православными писателями. Протоиерея Николая Агафонова представлять не надо, да и гостья из Москвы Наталия Черных тоже на слуху. А между ними сидела женщина с умным русским лицом и необычной фамилией. Светлана Анатольевна Коппел-Ковтун — руководитель международного клуба Православных литераторов «Омилия», член Национального союза журналистов Украины, дипломант конкурсов «Православная моя Украина» (2009 г.) и Национальной литературной премии «Золотое перо Руси» (2010 г… Награждена орденом в честь 1020-летия Крещения Руси. Это ее книгу «Высекательница Искр» писательница Юлия Вознесенская назвала чудесной, красивой и умной сказкой-притчей для очень взрослых людей.

Но об этом речь пошла дальше.

А слово уже берет Наталия Черных. Она не коренная москвичка, родилась на Южном Урале, дебютировала в 1990 году сборником стихотворений «Абсолютная жизнь», в 1993 году ее стихи появились в парижской газете «Русская мысль», а затем и во многих журналах — «Новый мир», «Воздух», «Волга» и других. Наталия Черных лауреат II Свято-Филаретовского конкурса религиозной поэзии (2001 г.)…

Наталия Черных представила три своих книги: «Остров любви», «Сокровища святых» и «Океан веры», изданные крупным московским издательством ЭКСМО.

Малиновым звоном колоколов встречали самарцев на Православной выставке.

— «Остров любви» — книга автобиографическая. Я прослеживаю путь ребенка, родившегося в верующей семье. Мать моя работала на оборонном заводе и веровала тайно. Для меня было первым в жизни Божественным чудом то, что моя мать не умерла от рака. Заболевание есть, но она жива. Слава Богу! Книга очень разнообразная. Я писала и о священниках. Протоиерей Валентин Амфитеатров — о нем вы, конечно же, наслышаны. Отец Александр Воскресенский — он настолько глубоко уходил в духовное делание, что иногда даже не замечал, когда ему становилось очень плохо. Один раз его принесли после службы, когда у него горлом шла кровь. Сам же он продолжал молиться… Третий священник — отец Василий Серебренников, духовное чадо отца Александра Воскресенского. Увидела я отца Василия на его отпевании. Я помолилась, приложилась к его руке, и меня поразило, что рука была теплая, как у живого человека. Вот такая книга «Остров любви». Написанная языком рваным, корявым, так, как пишутся обычно записки. С 1998 года я веду дневниковые записи, и вот они разрешились в эту книгу. Тем, у кого есть дети, тем, кому интересна история Москвы и жизнь так называемых застойных времен 1980-х и «темных» 1990-х, эта книга понравится.

Вторая книга называется «Сокровища святых», и понятно, что здесь будет разговор о святых. Моя цель была не просто изложить красиво доступным языком жития святых, а предложить именно духовное чтение. Чтобы это была не просто информация, а утешение.

И третья книга, «Океан веры». В ней есть короткие истории, есть сказки, есть мои воспоминания и есть раздел географический. Самое интересное в географическом разделе — очерк отца Константина Коробцова «Антарктида», мной адаптированный. В этом году отмечается 10-летие первого русского храма в Антарктике. Отец Константин присутствовал на этом событии. Сейчас он пишет большую книгу, посвященную Антарктиде…

Светлана Коппел-Ковтун рассказала о литературном клубе «Омилия», о своих книгах. «Высекательница Искр» вышла в Австралии, Канаде, Австрии и на Украине. Скоро в ЭКСМО выйдет сборник сказок «В чуланчике изношенных вещей», и там будут сказки для читателей «от пяти до ста пяти».

Уже вернувшись с выставки, я отыскала сказку, давшую заглавие этому сборнику. И прочитала в ней: «Так часто бывает, дружок, что сердце поэта превращается в жалкую ветошь. Ведь поэты не берегут себя, они трутся сердцем о землю и небо, о терновые и розовые кусты, они непрестанно протирают окна человеческих домов, натирают даже человеческие сердца до блеска, так что людям кажется, что их собственные души сияют подобно солнцу… »

Православные писатели протоиерей Николай Агафонов, Светлана Коппел-Ковтун и Наталия Черных.

А на встрече с читателями Светлана Коппел-Ковтун говорила о том, что для нее, чудом вырвавшейся с Украины, особенно важно:

— Помните, сколько было шума, когда в Новороссии в день Независимости Украины провели парад военнопленных? «Унижение», «издевательство»… Что только не писалось и не говорилось по этому поводу. Но если трезвыми глазами посмотреть, то никакого унижения там не было. Лично я вспомнила житийную историю, как иноки исцелили впавшего в прелесть брата. То, что происходит сейчас на Украине, очень похоже на состояние прелести. Многие люди там оторваны от реальности, и все у них замешано на самости, какой-то сатанинской гордыне. Отсюда ненависть и полная неадекватность поступков. Так вот, как иноки исцелили брата. Они ему не пряники сладкие давали, не речи приятные говорили, не «задабривали» похвалой, как это повсеместно принято делать «из любви», — они его… пороли. Вот как только он говорит свои скверные слова, так они его порют. И вылечили!

Многие на Украине оболванены пропагандой. Но ведь демон может подчинить человека не иначе как с его согласия. По большому счету, многие на Украине изначально приняли фашистские идеи как свои. И если вспомнить этот парад в Новороссии — очень знаковый, очень мудрый поступок, повторяющий парад 1944 года в Москве, когда за пленными фашистами шли поливальные машины и символически смывали фашистскую грязь с московских улиц. На самом деле этот жест был очень человеческий и христианский. Ведь что такое любовь по-христиански? Это помощь человеку в отрезвлении, в его исцелении. В обретении Бога и отречении от сатаны. В духовном плане этот парад — проповедь русской правды. Русская правда, она в чем? В том, что это оборонительная война, а не агрессия. Ополченцы Донбасса защитники Родины, в отличие от тех, кто пришел к ним с войной. И они поступили очень благородно, преподав наказание как урок, в христианском смысле. Это было сродни той самой целебной «порке». Это был горький, но необходимый урок для одураченных людей. Убежденных нацистов, понятно, исцелить может разве что принудительное лечение в психиатрической клинике. Но на тех, кто еще не до конца проникся человеконенавистническими идеями, это серьезный урок. Я с Украины, поэтому не буду говорить, как я отношусь к бандитам, которые готовы лить кровь невинных людей, детей…

Мы изначально наблюдали, как все это зарождалось и развивалось на Украине. Это было ужасно. Как будто тучи сгущаются, и люди духовно становятся все мрачнее и темнее. Есть в этом важный момент и для России. Украина наглядно показала урок неправильного отношения к духовности. Есть некая бытовая подоплека готовности принять фашизм за норму. На Украине накануне Майдана на бытовом уровне процветала нравственность односторонняя. «Мое — значит, лучше всех!» Давно-давно прочитала то, что для меня стало потрясением: германские фашисты 1941 года, совершившие столько преступлений, для своего круга тоже были милыми людьми. Вот эта нравственность, которая только для узкого круга — мой кум, мой сват, мой брат — по большому счету это прелюдия фашизма. Потому что если нравственность только для меня и для моих близких, то очень легко вложить туда все что угодно. И это будут гордыня и самость, желание утвердиться за чужой счет. Грубо говоря: «мои десять рублей стоят больше, чем твоя жизнь». И вот смотрите, сколько сейчас украинских матерей восстают против того, что их сыновья в армии не обуты, не одеты, без бронежилетов, плохо вооружены и обучены. Но это какая-то злая ирония: а если бы украинские солдаты были хорошо экипированы и накормлены, тогда украинские матери не сопротивлялись бы тому, что их сыновья убивают чужих детей?!

Когда человек нравственен только для себя и когда хорошо ему лишь то, что хорошо для него одного, — это, в общем-то, западная мораль нынешняя. Это очень страшная штука, абсолютно противная Христианству. Потому что для христианина тот ближний, кто в нем нуждается.

Когда мы жертвуем кому-либо что-то, то думаем, что это мы делаем что-то хорошее. А на самом деле, может быть, тот человек, который нуждается в нашей помощи и просит у нас что-то, он и без слов говорит нам, что мы достойны того, чтобы он к нам обратился. Он видит в нас человека и видит, что человек этот добр. Каждый, кто в нас нуждается, дает нам шанс сделать что-то и для Христа. Ведь как входит в наши души Христос? Не может быть «Христос только для меня». Когда Моисей вел народ по пустыне, евреи питались манной небесной и хотели приберечь ее про запас. А она пропадала! Нельзя было собирать манну про запас. Человек, который жаждет Христа, словно попадает в другую реальность, в которой «что ты отдал, то твое».

Мы, беженцы, много чего пережили. Но в обычной жизни ты никогда не поднимешься на такую духовную высоту, на какую поднялся в трудных обстоятельствах. Одних горе делает хуже, других поднимает до небес.

Кровь льется в том числе и из-за отступления от Христа. Потому что тот, кто познал Христа и от Него, по сути дела, отрекся, это совсем не тот, кто просто не знал Христа. Это страшное падение. Но мы благодаря этим страшным переживаниям встречали людей, которые видели в нас ближних. Знаете, когда Господь так сводит: когда ты проходишь через пропасть по небесным путям. Это удивительно! И я благодарю Бога за все эти переживания, за те встречи, которые произошли. Я познала на личном опыте, что такое пути небесные.

Сквозь тень,
сквозь боль,
сквозь быт -
пытаюсь быть.

Не понарошку,
не во сне…
Не горбясь.

Не притворяясь
мёртвой
иль живой…

В рост крыльев -
чтоб летать удобней.

В рост счастья -
чтоб дарить щедрей.

В рост горя -
чтоб другим любить
сподручней.

Книга «Сквозь тень» — это мое предчувствие Майдана. Поэзия — самая точная вещь на свете. Она фиксирует какие-то моменты нерациональные, и по ним можно проследить путь духовного, внутреннего. Что происходило внутри. А поэт — он очень тонкий, как человек без кожи, и слышит малейшие колебания пространственные.

В стенаниях,
в предсмертных муках
дрожит
прозябшая
душа.

И стоны
оживают в звуках,
стихами
плачут небеса.

Года за два до Майдана я уже всю эту надвигающуюся стихию как волну цунами на себе переживала.

… Спесь человечья с пеною у рта
отстаивает право на погибель.
Ужели близится последняя черта
в нечеловеческом судьбы изгибе?

И вот — горящий Майдан, а потом и пламя Одессы, «град» над мирным Славянском…

Как больно, Господи, и трудно
Твоим сынам!
Отныне почести иудам
и ордена.
Предатели, вас покарает
любовь отцов!
Изменою вы изловчились
увлечь слепцов.
Надеждою святой на Бога
народ спасён,
и праведник над вами будет
превознесён.

15 апреля 2014 года.

Были и есть на Украине такие замечательные люди, как убиенный протоиерей Павел Жученко. Это был Православный священник, окормлявший ополчение. В ночь на 9 мая его застрелили современные бандеровцы. В числе моих знакомых были духовные чада этого пастыря. Он был настоящим. Настоящим! И ныне он представляет уже Небесную Украинскую Церковь, и может быть, оправдает в глазах Господа многих других сыновей и дочерей Украины. Небесный покровитель Новороссии…

Там, где страшно, Господь рядом. Когда люди несмотря ни на какие испытания остаются верны Христу, даже если большинство отрекается. Если грозит смерть физическая, это полбеды: сложнее, когда твои близкие — христиане, даже пастыри — отрекаются от того, что для тебя свято. Когда они выбирают идеологию фашистскую. Это даже страшнее, чем быть убитым.

Вот у меня друзья уехали в Киев из Донбасса. Но сейчас безопаснее всего в Донбассе, под защитой ополчения. Там можно погибнуть телом, но нет духовного травматизма. У меня когда-то родился образ: святые укрепляют нас. Они, поднимаясь ввысь, как бы прибили к небу земное существование. Они закрепились там и уже не упадут вниз. И надеющимся на них не дадут упасть. Они и есть те островки твердыни, за которые мы можем ухватиться, потому что они уже не упадут. Потому-то и хотелось, чтобы вы знали о таком человеке, как протоиерей Павел Жученко.

«Нельзя потакать злу!»

… Ее торопили, звали пить чай. Но Светлана Анатольевна Коппел-Ковтун согласилась дать хотя бы короткое интервью газете с таким замечательным колокольным названием — «Благовест».

— Мы объединяем в «Омилии» русскоязычных авторов со всего мира. У нас и Австралия, и Америка, и Франция, и другие страны. Конечно, на Украине мы сейчас далеко не в фаворе. Переехали в Россию, теперь «Омилия» выходит отсюда.

— А что значит само это слово — Омилия?

Руководитель Международного клуба литераторов «Омилия» Светлана Коппел-Ковтун на Православной выставке.

— Это греческое слово, и означает оно — беседа. Наш проект волонтерский, изначально это было хобби. Мы получали мизерные зарплаты и не имели возможности платить авторам. Мы нуждались в авторах, а с другой стороны, христианская совесть требовала не оставаться у них в долгу. И мы решили сделать такой проект, чтобы и наши авторы что-то получили. Хотя бы в том, чтобы их слово пришло к читателям. Получился совершенно безкорыстный проект, и своей жертвенностью он, наверное, и нас защитил. Изначально мы «Омилии» служили, а потом получилось, что девчонки из Клуба помогли нам бежать с Украины. Мы сами вряд ли смогли бы выбраться, потому что люди мы не прагматичные. Мы служили «Омилии», а на восьмом году жизни и она нам помогла. Когда искренне служишь высокой идее, ты получаешь несравненно больше. Ради этого стоит и пострадать, и потерпеть что-то, потому что когда Сам Господь открывает в ближних вот этот луч света, по которому можно пройти над пропастью, это, конечно, в жизни самое святое и самое главное. Ради чего мы живем и работаем. Вот что Господь дает, то и наше. А не ради денег. Это не наша заслуга, это Господь так устроил. В этих событиях можно было бы просто сгореть. Многие сгорели. А мы вот со своей детской глупостью в денежных вопросах уцелели.

— Да, сгорели в этом пламени не только убиенные в Одессе, сожженные фосфорными бомбами в Славянске. Сгорели духом иные люди, от которых этого никак не ждали.

— Вот это-то самое страшное! Когда уже понимаешь, что произошло, тем больнее видеть, как изменились те, кто еще недавно стоял рядом.

— Раскол прошел не только между нашими странами, но и по живому — по семьям, по друзьям, по сердцам человеческим…

— Мы вот с Полтавщины приехали — там гораздо больше половины населения за «правый сектор». Как такое возможно? Это в голове не укладывается.

— И это — Полтавская земля, где столько русской крови пролито! Сердце Украины…

— Десять лет мы выпускали журнал на Украине, на Полтавщине, но в связи с происшедшими событиями наш проект был подрублен под корень.

Полезная школа, хотя очень травматичная, — то, что мы прошли. Невыносимо тяжело видеть повальное безумие. Но это нужно видеть, исследовать нужно. Почему нормальные вроде бы люди вышли на Майдан и впали в безумие? Почему «правый сектор» вершит такие страшные дела? Почему все это произошло?

Для того-то и должны мы смотреть трезвым взглядом на происходящее на Украине. Чтобы не повторить тех же ошибок.

— Как вы обосновались в России?

— Не могу сказать, что все очень уж хорошо складывается. Приютили нас друзья на даче. Только очень близкие люди могут поступиться своим удобством, приютили — спаси их Господь! Но… поневоле чувствуешь себя неловко в чужом доме. К тому же дачка неотапливаемая. Лето мы, слава Богу, прожили хорошо, а на зиму надо уже что-то искать. Мы ведь бросили все. Не думали, насколько уезжаем, где и как будем жить. Вообще ведь думали, что не сможем сбежать, не получится.

— Уехали с Украины всей семьей?

— Ну а как же, куда же я без них, что я без них! Конечно, всей семьей. Женщина прежде всего живет для близких. Моими близкими стали и «омилийцы». Это очень трудно, ведь я возглавлять ничего не собиралась. А пришлось взяться самим. Господь так управил. Ну а теперь от этого креста уже никуда не деться. Но он счастливый, не только трудный.

— «Омилия» издается только в интернете?

— У нас будет выходить и ежегодник-альманах. Там будет и публицистика, и художественная литература, и сказки, и стихи, и критика. Чтобы всем было интересно. Во всяком случае, это дело очень нужное сейчас. Тем более что это горе с Украины идет и в Россию, и я не вижу ничего, что могло бы остановить это зло, кроме истинного Христианства, Православия, живого творческого начала. И это Христианское творческое начало хранит живую душу человеческую.

Для меня на Украине Христос вновь распят. Не знаю, можно ли это прощать, но если прощать, то только через покаяние. У нас сейчас тенденция такая либеральная прощать не кающихся — а это грех страшный. Это потакание злу. Прощать бандита можно только когда он кается. А покаяния там нет и в ближайшее время не будет. Состояние духовной прелести исцеляется лишь большими духовными подвигами. А кто сейчас способен на такие подвиги? Никто! Ну, может, единицам каким-то удастся. Но в принципе это всё обреченные люди. Они сами себя приговорили к вечной погибели.

Картинка с выставки. К нашему стенду подошла монахиня Мария. Когда-то мы знали ее как алтарницу Петропавловского храма, и звалась она тогда Ниной. Протягиваю ей несколько иконочек Божией Матери «Неупиваемая Чаша» — на этот образ молятся об исцелении от пьянства, наркомании:

— У вас, матушка, наверное, есть люди, о которых вы молитесь и кому вы можете эти иконочки подарить. Ведь сейчас столько людей переживают эту проблему…

— «Проблема» слово нерусское, — возразила монахиня. — Беда, скорбь — вот это по-русски.

Молитва в красках

В отгороженном от торговых рядов зале тихий, несуетный уголок красоты. Медленно проходят посетители среди картин, вглядываясь в волжские пейзажи и уголки высвеченного солнцем леса, в старинные монастыри. Это выставка работ Заслуженного художника России, Члена-корреспондента Международной Академии искусств, почетного академика Российской академии искусств Рудольфа Николаевича Баранова. Рудольф (в крещении Рустик) Баранов — давний друг нашей редакции. И потому особенно радостно его здесь увидеть и поздравить со знаменательным событием.

Заслуженный художник России Рудольф Баранов у своих картин.

— Хорошо бы поставить здесь пару скамеечек, чтобы люди не проходили зал быстрым шагом, а могли сесть, посидеть у какой-то картины, — говорит художник. — Помню, на выставке в Манеже стояли скамеечки, и люди могли провести у картин столько времени, сколько хотелось. Вообще на выставку надо приходить к двум-трем работам, не больше. Так вот пробежать — это одно. А надо прийти к картине и побыть рядом с ней, чтобы она в тебя вошла.

Вот, видите, на этой картине — мой родной Владимир. Я родом владимирский. Мама из Гусь-Хрустального, папа из Мурома. А жена, Маргарита Николаевна, привезла сюда в 1971-м. С тех пор в Самаре и живу. А Владимир — это уж навсегда в душе. Эти заповедные владимирские леса, — мы подошли к картине «Лесной ручей». — Вот иван-чай — чтобы написать его с натуры, я ходил по лесу, долго искал его. Он ведь на просеках растет обычно, и вот нашел такую цветущую полянку. Любимый цветок. Простенький, но цвет у него такой… радостный.

— Это ведь уже не первая ваша Православная выставка?

— Здесь, представьте, первая. Сколько выставок проходит в епархиальном музее, я как-то остаюсь в стороне. А мне давно хотелось встречу сделать, побеседовать с людьми. Поговорить об искусстве. В народе надо будить чувство прекрасного. Надо останавливать это мельтешение, от которого у всех уже рябит в глазах, надо показывать людям красоту Божьего мира, красоту человеческой души.

Два раза я ездил в Черногорию, привез оттуда хорошие, на мой взгляд, картины. В Черногории есть порт Бар, там можно сесть на паром — никакой визы! — и за одну ночь переплыть по морю из Бара в Бари. Утром корабль уже на итальянской пристани, и целый день твой. Можно хоть весь день молиться у мощей Святителя Николая, а вечером на том же пароме вернуться в Черногорию. Жаль, у меня не получилось так вот съездить к Николаю Чудотворцу. Я думал, что в третий раз поеду в Черногорию, тогда уж и в Бари съезжу. Пока не складывается поездка. Но, может быть, еще и соберусь.

А духовные встречи там… — пройдешь по городу, вот они и встречи. Храмы прекрасные, только молись. Черногорцы любят Церковь. В Которе несколько храмов старинных с хорошими иконами. Мне очень понравилось у них паникадило с иконами. В нашей церкви Свято-Троицкой, в Винновке, тоже не так давно появилось паникадило с иконами, только иконы поменьше, и все равно красиво. А в Которе иконы на паникадиле такие большие, что хорошо видно, что на каждой из них изображено.

У меня в доме в Винновке в одно окно вид на Волгу, в другое — на лес и горы. Я давно Владыке Сергию предлагал обратить внимание на церковь в Винновке. Она стояла полуразрушенная. И вот однажды на губернском мероприятии встречаемся, Владыка мне говорит: «Рудольф Николаевич, ну как Винновка?» — Я отвечаю: «Владыка, Винновка терпит и ждет. Терпит и ждет!» Он заулыбался: «Я принял решение, начнем обустраивать Винновку». Ну, думаю, слава Богу! Сейчас ворота у церкви поставят, окна застеклят. А оно вон чего — целый монастырь вырос, да какой! Жемчужина всего Поволжья!

И вот они рядом, эти картины — монастырь черногорский, монастырь волжский…

— Хорошо, когда монастырь виден прямо из окна!

— Хорошо. Но побывать в монастыре, помолиться на службе не всегда удается, хотя стараюсь. Да ведь это как. Говорят, однажды Леонардо да Винчи укорили, что он мало молится. Он ответил: «Я всю жизнь изображаю Божественный мир — это наивысшая молитва!»

— Об этом и Святитель Феофан Затворник говорил. Когда делаешь дело Божие, это тоже как молитва. Только в вашем случае это молитва в красках, у кого-то — в стихах или прозе, в строительстве храмов или колокольном звоне…

— Да вот недавно я что-то по здоровью не мог пойти в церковь, и жена приболела, не могла. Я поставил холст, написал Валаам. Остров северный… нос корабля… И монах стоит. Он плывет туда. А на вершине острова маленькая луковичка золотая церкви. Разве не молитва?

Как говорят многие святые отцы, больше надо сердцем, чем языком молиться. Лучше немного сердцем, чем много языком. Ну и языком тоже надо. Раз нам дал Господь словесный дар, так надо молиться.

— Вчера я у вашей картины «Божественное небо» остановилась — и ведь правда, небо — Божественное! Тонкие оттенки красок, громады облаков над Волгой… Не высказать словами.

— Ой, там такие небеса!… И как пришло мне это название для картины. Вспомнился такой случай. Один священник заказал Заслуженному художнику России Вячеславу Дмитриевичу Герасимову картину. Работа сделана. Священник пришел, посмотрел ее и не берет. А он такой грубоватый маленько, Герасимов: «Что не берешь-то?» — «Небо не божественное!»

Вот мне так увиделось, что небо над Волгой необыкновенное. Божественное… А совсем недавно здесь вот, с этой стороны, над Волгой встала радуга. Ясная двойная радуга. Потрясающая! Я такой радуги в Винновке — а я уже там больше двадцати лет живу — еще не видел. Это было 29 августа, завершение лета. Значит, мы не так много нагрешили, раз Господь порадовал такой дивной радугой.

 Ольга Ларькина



1473
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
12
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru