Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Знамение времени

Из темного плена

Лжедуховные сообщества безсовестно обкрадывают души людей. Разрушают семьи, лишают права на материальную собственность, толкают на преступления и самоубийства. И мало кому без потерь удается вырваться из их темного плена.

Духовным центром России именовали Петербург и во времена всеобщей бездуховности. В наше время северная столица приняла на себя мощный удар со стороны лжедуховных верований. Агенты тоталитарных сект назойливо стучатся в наши дома, безцеремонно останавливают нас на улицах города и в метро, звонят по телефонам, приходят к нашим детям в школы и детские сады. В надежде получить право распоряжаться чьей-то судьбой они охватывают своей деятельностью все новые сферы жизни. И лжедуховные сообщества безсовестно обкрадывают души людей. Разрушают семьи, лишают права на материальную собственность, толкают на преступления и самоубийства. И мало кому без потерь удается вырваться из их темного плена. Надежда М., теперь православная верующая, несколько лет назад была активным членом духовного центра одного из новых религиозных восточных верований. О том, как она попала под влияние тоталитарной секты и как избавилась от него, Надежда согласилась рассказать нашим читателям.

— Я жила внешне благополучной семейной жизнью, подрастал ребенок, муж неплохо зарабатывал. А внутренне чего-то недоставало — была потребность в более осмысленном существовании. Некоторые из знакомых уже побывали на различных "духовных" лекциях или даже посещали практические занятия в "духовных центрах". Их рассказы о неведомой внутренней жизни души, о развитии ее тайных способностей завораживали. Еще более подогревали интерес к тайным знаниям многочисленные издания, появившиеся на прилавках книжных лотков. Из книг по йоге я уже знала, что для прохождения духовного пути необходим опытный наставник ("гуру" по-восточному), и уже была готова принять руководство над собой.
— Почему был интерес именно к восточным верованиям, а не к исконно русскому — Православию?
— Свою злую роль, несомненно, сыграла атеистическая пропаганда, принижавшая и порочившая в первую очередь Православную веру. И вера предков казалась мне верой "темных бабушек". Восток же — с его множеством пестрых, многоцветных религий — манил к себе некоей таинственностью и широко обещаемой перспективой подняться над мирской суетой, духом стать равной Богу. Восточная поговорка гласит: "Готов ученик — готов и учитель". По этой своей слепой готовности я и получила вскоре учителя, с течением времени став его официальной ученицей в одном из духовных центров Петербурга.
— Вы прошли какой-либо обряд посвящения?
— Стать ученицей гуру было непросто. Для этого требовалось пройти поэтапно не один испытательный срок и проявить духовные способности, а главное — самоотверженную любовь к гуру. Затем с письменной характеристикой от лидеров центра подробная анкета обо мне была отослана в США.
— Почему в Соединенные Штаты, ведь центр имел восточную направленность?
— Гуру по происхождению был индусом, но уже много лет жил в Америке, основав там свой духовный центр. Вероятно, и за океаном люди падки на восточные замысловатые учения, на их таинственную экзотичность.
— Вы сказали, что анкета была подробной. Что именно интересовало этого "учителя"?
— Кроме даты и места рождения, необходимо было сообщить свой домашний адрес, место и адрес работы, занимаемую должность, заработную плату, рабочий и домашний телефон, подробные сведения о каждом члене семьи.
— Вас не смущал такой доскональный подход?
— Возникало недоумение по некоторым пунктам анкеты. Но тогда я подчинялась стадному инстинкту. И, глядя, как мои собратья по центру стремятся стать истинными учениками гуру, молча следовала их примеру. Общее рвение стимулировало и то, что ставших учениками гуру уже допускали на сокрытые от посторонних глаз основные занятия центра — "вселенские медитации". Одно это словосочетание вызывало во многих эйфорическое поднятие духа. А еще ставшие учениками гуру могли надеяться на личную встречу с учителем — поездку в Америку. И сама возможность поездки за границу (а она полностью финансировалась Центром) действовала на многих как безотказный стимул.
— А вам удалось съездить в Америку и увидеть своего учителя?
— По счастью, нет. Теперь я рада, что Господь оградил меня от личного контакта с этим человеком, так как после него люди возвращались совсем зачарованные, словно инопланетяне. Поездка к гуру для членов центра была "наградой", которую требовалось заслужить активной работой в центре. И немногие удостаивались этой "чести".
— А что именно нужно было сделать для этого?
— Во-первых, привлекать как можно больше новых "кандидатов" в ученики. Затем провести множество публичных бесед и лекций об учении гуру. А также активно распространять книги учителя.
— Несомненно, подобная деятельность требовала немалых сил, а также времени и средств. Как члены центра справлялись со всем этим?
— Книги и все необходимое для нужд центра (включая дорогостоящую звуковую аппаратуру и компьютеры) поступали от богатых учеников гуру из разных стран мира. Что же касается времени, то многие члены центра бросали работу или учебу, полностью посвящая свою жизнь гуру и его учению. А силы — небывалые силы — давал (как нам внушалось) гуру на общих медитациях, когда ученики всецело концентрировали свое внимание на его огромной фотографии-портрете, при этом впадая в длительный транс. Сейчас я понимаю, что было источником всех тех сверхчеловеческих возможностей. За лжеучителем, несомненно, стоял князь мира сего — сатана — и его зловещие слуги.
— Учение этого гуру было его персональным учением?
— То, что нам преподносили в качестве неповторимого опыта гуру, оказалось лишь хитроумным заимствованием. Осознала я это, уже постигая азы Православия. И меня поразило, что гуру, учению которого я еще недавно слепо следовала, использовал не только религиозный опыт Индии, но и многое из христианства, создав некий синтез, безсовестно претендуя на роль "мессии"…
— Как повлияло тогда на вас это лжеучение? Какие изменения происходили с вами?
Постепенно я стала ощущать себя совершенно по-иному. На занятиях в центре нас учили опустошать себя внутренне, давая возможность гуру вливать в нас "чистую космическую энергию". И, по мере этого "вливания", я как бы поднималась ступень за ступенью. Окружающие люди все больше казались мне полными ничтожествами по сравнению со мной. Моим кумиром стал гуру. И мне казалось, что он пребывает во мне, руководит мною во всем. Уверенность в новых духовных способностях росла не по дням, а по часам, словно я сама соделывалась гуру. В центре нам рассказывали, что наиболее "продвинутые" ученики гуру способны, зримо для членов центра, принимать внешнее обличие учителя, становясь им и по духовной сути. Нам внушали, что подобная реализация в себе гуру говорит о наивысшей степени посвящения ученика. От воспоминаний об этом во мне теперь все содрогается от ужаса… Ведь на деле все эти трюки с перевоплощениями — лишь изощренные сатанин-ские игры.
— Когда же вы стали наконец-то осознавать, что с вами происходит что-то неладное?
— Прежде я любила свою семью, сына и мужа. Но, начав посещать центр, постепенно стала питать к ним неосознанную неприязнь. Они уже мешали мне, отвлекали внимание от "духовных" занятий. Я стала желать избавиться от забот о семье, о ребенке. Моей семьей постепенно становился центр, а самым близким и дорогим — гуру. Подобное происходило и с другими членами центра. Их семьи постепенно распадались, даже когда оба супруга и их дети посещали центр. Нам внушали, что занятиям медитацией никто не должен мешать, и если кто-то препятствует духовному росту, необходимо прервать с ним всякое общение. Одновременно внушалось, что медитация — источник истинной любви и безконечной радости. Но за внешней доброжелательностью и учтивостью членов центра скрывались раздражение и неприязнь друг к другу. Они словно непрестанно соперничали за право быть лучшим учеником гуру. В конце концов то же стало происходить и со мной. Я постоянно раздражалась на всех, силясь скрыть это за внешней приветливостью, памятуя указания своего учителя: "…Всегда улыбайтесь, если даже не хочется и улыбка ваша фальшива. Улыбайтесь, и постепенно радость и безграничная любовь станет собственностью вашей души". Но эта фальшь все глубже проникала в меня, на душе все чаще "скребли кошки". Постепенно ощущение радости совсем покинуло меня. Но возникло непомерное чувство гордости, словно я уже достигла желаемых высот. И все же в глубине души тревожно звучал голос, призывающий одуматься.
— Что же явилось толчком к вашему прозрению?
— Внезапная смерть девушки — ученицы нашего центра. Внешне спокойная и ничем не примечательная, она вдруг выбросилась с балкона 12-го этажа. А вскоре я побывала в другом городе, посетила филиал центра и была потрясена, узнав, что и там почти в то же время 20-летний ученик центра покончил жизнь так же — выбросившись из окна своего дома.
Начав посещать центр, он оставил институт, по много часов в день предавался медитации. А недоумевающим родителям говорил, что готовится к перевоплощению души. Во многих восточных верованиях трактуется, что человек, уходя из жизни, возрождается в ней в новом теле и качестве, постепенно прогрессируя и совершенствуясь. Подобные измышления обезценивают настоящую жизнь, порождая в сознании человека массу иллюзий и безплодных надежд. Но для принявших душепагубную теорию смерть — лишь прыжок на более высокую ступень… По счастью, на тот момент я не совсем утратила здравый смысл. И смерть молодых людей в полном расцвете жизненных сил потрясла меня, заставила пробудиться от наркотического сна. Я вернулась в Петербург и покинула центр. При этом пыталась вразумить и других. Но все было тщетно. Меня не только не понимали, но и пытались во что бы то ни стало заставить вернуться обратно. Я знала, что каждый из нас под строгим контролем и наблюдением, но не придавала этому значения, не подозревала, насколько все это серьезно. И, чтобы избавиться от преследований, мне с ребенком пришлось покинуть город.
— Когда вы оставили центр, муж помог, поддержал вас?
— Он не оказал мне поддержки. И не только потому, что не вполне понимал серьезность моего положения. Просто к тому моменту между нами было уже почти полное отчуждение.
— Как вы считаете, могут ли близкие помочь человеку, вовлеченному в секту?
— К сожалению, часто близкие ведут себя неразумно. Необдуманным поведением, агрессивной настойчивостью они лишь провоцируют окончательный уход из семьи, как бы нанося своей нетерпимостью последний удар. Ну, а почва для бегства из реальности в страшный мир наркотических иллюзий заранее тщательно готовится в секте. Ближним необходимо проявить немалое терпение, такт и мужество, не ранить заблудшего упреками и обвинениями. А постараться найти более разумные средства для переубеждения. Но при этом необходимо помнить, что помочь людям, вкусившим запретного плода тайных знаний, без помощи Свыше крайне сложно. Вот почему так важна молитва о попавшем в беду человеке!
— Как дальше складывалась ваша судьба?
— Я покинула Петербург с твердым намерением больше в своей жизни не касаться "духовности". Здоровье мое пошатнулось, и я решила вплотную заняться им. Набрала с собой много медицинских книг. Тогда я не понимала, что телесное здравие неизбежно связано со здоровьем души. Но вышло так, что все эти книги мне не понадобились.
Вскоре я попала в православный храм и неожиданно для себя ощутила в нем необыкновенный прилив светлых сил. В тот день шла праздничная служба. В последнее время мою душу что-то терзало непрестанно, разрывало на части, жгло, будто огнем. И, внезапно получив облегчение, я забылась на время от боли. А после службы я вдруг познала очистительную силу слез. Священник внимательно выслушал рассказ о моих злоключениях. А потом он говорил о необходимости для всех жить благочестиво, по-православному. После беседы я направилась к выходу, но застыла в испуге у раскрытых дверей. Там, за порогом, меня уже поджидали — вероятно, чтобы расправиться со мной. Безобразные существа, источая зловонную слюну, готовы были наброситься на меня, но не решались проникнуть в храм, словно их что-то не пускало. Я вернулась в отчаянье к батюшке и поведала о страшном видении. Он же вновь успокоил меня, обещал молиться, наставлял в вере. А еще научил Иисусовой молитве и как осенять себя крестом.
Ночь этого дня началась с кошмара. Меня словно пытались ввергнуть во мрак. Кто-то темный, издевательски хохоча, кричал: "Ты наша, тебе не спастись…" Но чем истовее молилась я, тем дальше отступала нечисть. В какой-то момент появились светлые лики старцев, словно с икон — возвышенные и спокойные — лик Богородицы со Младенцем. И звучали уже дивные голоса, словно ангельское пение, и вспоминались слова церковных песнопений, впервые услышанные в храме. Полтора месяца батюшка почти каждый день беседовал со мной, укрепляя в вере. А потом благословил на поездку по монастырям. И оттуда я вернулась совсем другим человеком. Православные святыни и таинства постепенно очищали мрак моей души.
— Чем вас более всего привлекло Православие?
— Православие учит, что земная жизнь неповторима и является единственной возможностью ко спасению. Совсем не тому нас учили в секте…
— Как скоро удалось вам избавиться от последствий контакта с темными силами?
— Душепагубное общение не проходит безследно. И особенно в первые месяцы моего воцерковления неожиданно возникали серьезные трудности. Однажды при виде кухонного ножа во мне вдруг возникло желание убить своего ребенка. Это повергло меня в отчаяние. Сама я не хотела смерти сына, но что-то властное толкало меня на страшное действо помимо моей воли. Спустя время я призналась во всем на исповеди, и умопомрачительное желание во мне исчезло. Однако искушения от злых сил, толкающих к преступлению, еще не раз потом терзали меня, заставляя вновь впадать в отчаяние. Но, приобретая нелегкий опыт духовной брани, я научилась с помощью молитвы и православных святынь противостоять темному влиянию. Вера в Господа укрепляет меня. Церковные же таинства постепенно очищают душу. И мне хочется пожелать всем заблудшим и страждущим вернуться в спасительное лоно Православной Церкви.

Наталья Седова,

г. Санкт-Петербург.


01.09.1999
876
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru