По Самаре прошло многотысячное шествие в память о ветеранах Великой Отечественной войны.
По Самаре прошло многотысячное шествие в память о ветеранах Великой Отечественной войны.
Для тех, кто каждый год проходит в Безсмертном полку с портретами своих воевавших близких, нет ничего особенного в том, о чем я пишу. Но для меня - так получилось - это произошло впервые. И особая благодать этого дня захлестнула невыразимым чувством! «Это как раз потому, что ты шла в первый раз, - сказал мне известный многим прихожанам Самары Владимир Филиппович Пономарев. - Со мной тоже так было…» Сам он который год непременно идет вместе с женой Ниной Петровной и внуками. Идут и поют фронтовые песни, и обнимаются с незнакомыми людьми, идущими в едином строю. А профессор московского педагогического института, доктор филологических наук Екатерина Васильевна Огольцева, с которой нас подружила история убиенного в Афганистане воина-новгородца Всеволода Петрова, написала мне в смс: «Я хожу уже третий год. Волнующее душу шествие неравнодушных к Памяти людей, живое, не официозное и по-настоящему высокое…».
И вот 9 Мая я тоже наконец-то прошла в Безсмертном полку по Самаре. И мой дед, Михаил Фирсович Чердинцев, которого я никогда вживую не видела, шел со мной по запруженным народом улицам и главной площади нашего города, и вместе с нами шли многие тысячи других воинов Великой Отечественной... Дедушка был со мной, и я как никогда остро ощущала, что мы с ним не просто одной крови. Мы едины. Я его росточек... Мы оба - крохотная часть огромного Безсмертного полка, в котором идет вся Россия - и не только Россия: все, в ком живые души и сердца, для кого память о погибших в той войне - не просто слово. Мы все теперь - однополчане...
Дед мой родился осенью (вероятно, на Архистратига Михаила, 21 ноября, или очень близко к тому дню - тогда ведь называли строго по святцам) 1905 года на хуторе Орловка Октябрьского района Чкаловской (Оренбургской) области. Был он казачьего рода и из казачьей Сакмарской станицы - есть в Оренбуржье районный центр Сакмара - на войну пошел кавалеристом. А в августе 1942 года пропал без вести в боях под Ленинградом. Ему не было и 37... Огненными фронтовыми дорогами прошли и двое его старших детей, дядя Митя Чердинцев и тетя Лена Агапова - Царство Небесное им, упокоившимся в родной сакмарской земле уже в наши дни. Под Сталинградом погиб старший брат моего деда, Константин Фирсович. Война властной рукой взяла кровавую дань с нашего рода, как и с великого множества других семей...
Стоящая рядом женщина, прочитав подпись на портрете, который я принесла, удивленно произнесла: «Чердинцев... - знакомая фамилия!» - «Вы, наверное, из Оренбуржья?» - спросила я. - «Нет, мы переселенцы из Казахстана», - ответила она и поведала историю своего дяди, Петра Петровича Фучижи.
- Был он преподавателем, жил в Крыму, - сказала Екатерина Петровна Кулоник. - Болгар в действующие военные части Красной армии не призывали, и когда началась война, он добровольцем ушел в партизаны. Служил в агентурной разведке. А в октябре сорок второго пошел на задание - и пропал. Может быть, кто-то из местных опознал его и выдал. Мы пытались узнать о его судьбе, разыскивали через военкомат, везде, где могли, - никаких вестей о нем нет. Только и пришло извещение о том, что он пропал без вести. Сохранилось много документов, письма его товарищей - они нам писали, разыскивали его. Все эти старые документы хранятся у меня.
- Сколько ему было?
- Он восемнадцатого года, значит, было ему не больше двадцати четырех лет. Совсем молодой… Жить и жить. Двое деток у него осталось. Семью эвакуировали на Урал, тетя Маруся, его вдова, там одна жила, воспитывала детей. Так она одна их и подняла, сохранила верность мужу.
На одном большом плакате сразу четыре портрета под общей фамилией Плотниковы - в военной форме, с боевыми наградами. Ирина Юрьевна Дёмина рассказала:
- Вот это - мой дедушка Кондратий Плотников, он был доктором, военным врачом, командиром военно-медицинского батальона. Он служил в армии, которой командовал в начале войны в будущем ставший предателем генерал Власов, и попал в плен, но служить немцам отказался. Попал в концлагерь Майданек, а после освобождения советскими войсками прошел ГУЛАГ. Был полностью реабилитирован в 1960-м году. Он писал в Москву, ездил, добивался правды. Я помню дедушку Кондратия, он умер в 1980-м году, мне было шестнадцать лет. Двоюродный дед Коля, его брат, умер чуть позже. Его фотография справа от деда. Николай Плотников служил в ветеринарных войсках. Прошел всю войну, был награжден медалью «За отвагу», орденом Красной Звезды. В нижнем ряду портреты детей Кондратия - Анатолия и Нины, это родные брат и сестра моего отца. Нина 1916 года, окончила военно-медицинскую академию, участвовала в финской, а потом и в Великой Отечественной. В 1943-м была комиссована по бронхиальной астме, потому что сидели в болотах под Ленинградом, по пояс в холодной воде. Вернувшись в тыл, работала в госпитале. Анатолий Кондратьевич в 1943-м году пошел добровольцем на фронт, служил в минометном полку. Был награжден орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени, медалью «За отвагу». Погиб 22 апреля 1945 года, похоронка пришла уже после Победы. Могилу Анатолия мы нашли, она находится в Германии, рядом с городом Эстельверде. Он похоронен около кирхи. Приезжали его друзья, привозили его фронтовые фотографии, альбом фронтовой. Мы помним своих родственников-фронтовиков и передаем эту память младшему поколению. Вот - моя дочь Полина идет в Безсмертном полку…
![]() В Безсмертном полку - внуки и правнуки героев Великой Отечественной войны. |
Пока стояли, ожидая, когда на площади закончится парад и пойдет Безсмертный полк, я фотографировала всех, кто показался интересным. Как вдруг одна женщина сказала: «Вы всё нас снимаете, давайте и мы вас тоже сфотографируем!» И сделала кадр, который вы видите справа вверху этой страницы.
Слышу обрывки разговоров, рассказов о погибших в бою.
- …В семье ничего не знали о его судьбе. Пропал без вести. Им даже никакой пенсии за него не платили: а вдруг да стал предателем!.. А у бабушки было шестеро детей! И тут к ним приехал с победой его сослуживец. Сказал, что тот погиб у него на глазах. И он завтра же поедет вместе с вдовой в военкомат и засвидетельствует, что он пал смертью храбрых. Вот только съездит домой, навестит своих… Приехал - а его жена уже живет с другим! Он застрелил изменницу, был арестован, и некому стало подтвердить гибель нашего родственника.
Началось движение, и стало не до разговоров, не до фотографий. Мощным валом, волной наплывало то сзади, то из головы колонны громкое «Ура!». Мы пели «День Победы», «Десятый наш десантный батальон», пели «Катюшу». И из репродукторов лились незабываемые «Журавли», и «Сережка с Малой Бронной», и уже сложенные ныне песни о Безсмертном полке… А в небе над площадью кружили маленькие самолеты с звездами на крыльях, и за одним серебристым самолетом тянулось огромное полотнище георгиевской ленты, а другие аэропланы сбросили множество белых бумажных листков. Я подобрала один, упавший к моим ногам. На нем был победный Акт о военной капитуляции фашистских «вооруженных сил на суше, на море и в воздухе». Этот помятый листок я сохраню - и передам своим внукам. Чтобы помнили!
![]() Екатерина Петровна Кулоник идет с портретом своего дяди, разведчика-партизана. |
Безсмертный полк уже дошел до конечной точки своего шествия в Самаре, но, распавшись на большие потоки и малые ручейки, все равно продолжил путь по праздничному городу. Мы шли, всё еще держа в руках портреты своих близких - ближе некуда! - к остановкам транспорта, куда-то еще... А когда я сделала пару кадров с замечательными казаками, один из них вручил мне три алых гвоздики! «С Днем Победы!» - сказал он с радостной улыбкой. Я пыталась возразить: это я вам должна дарить сегодня цветы... - но казаки не только верхом на конях скачут быстро, они и ходят - не догнать! И я донесла эти цветы до Верхней Полевой, а там - зашла в храм в честь иконы Божией Матери «Скоропослушница» и подарила эти цветы Той, Которая была с нашим народом в те страшные годы, Которая откликалась на молитвы и выводила живыми из самых жестоких битв тех, о ком особенно горячо молились. Той, Которая поистине достойна всех цветов земли, - Пресвятой Богородице! И священник Артемий радостно благословил меня, стоявшую всё так же с портретом деда, прижатым к сердцу. А когда я прикладывалась к лежавшим на аналое иконам, то и мой дед верхним краешком портрета чуть коснулся иконы Воскресения Христова. Еще не закончились пасхальные дни, и в храмах победно звучит тропарь «Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав». И мой дедушка тоже так вот прикоснулся к Святой Пасхе… Достойное завершение дня в БЕЗСМЕРТНОМ полку!
…Это я так думала, что завершение. Но дома, перекинув фотографии к себе в ноутбук, увидела удивительную вещь. На двух моих фотографиях на обратной стороне некоторых портретов (наклеенных на картон и оклеенных с тыльной стороны белыми листами) проявились до этого не видные глазу маленькие, намного меньше самих портретов, словно выжженные солнцем коричневатые силуэты людей… с нимбами! На других фотографиях эти же портреты-плакаты с обратной стороны выглядят просто как белые листы. Они шли с нами в похожем на Крестный ход шествии Безсмертного полка, несвятые мученики Великой войны!..
В новостях прочитала: в Безсмертном полку по Самаре прошли 43 тысячи человек, а по области нас было 180 тысяч! А по данным МВД России, по всей России в акции «Безсмертный полк» приняли участие 10,4 миллиона человек, в Москве в этом шествии участвовали более миллиона человек.
Фото автора.
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru