Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Профессия: репортер

Репортерский дневник
Антон Жоголев — Обо всем понемногу: впечатления, мнения, комментарии на разные темы.

Снова о «тунеядце Бродском»

Вот уж не думал, что мне придется на время стать «адвокатом» поэту Иосифу Бродскому. Которого судили больше пятидесяти лет назад, и ссылку он отбывал в Архангельской области в год моего рождения… Но, как говорится, «письмо позвало в дорогу».

См. также

Вот уж не думал, что мне придется на время стать «адвокатом» поэту Иосифу Бродскому. Которого судили больше пятидесяти лет назад, и ссылку он отбывал в Архангельской области в год моего рождения… Но, как говорится, «письмо позвало в дорогу».

Недавно в редакцию поступило письмо с говорящим само за себя названием: «Иосиф Бродский русскоязычный русофоб». Письмо пришло из родного города Бродского, из Санкт-Петербурга. Привожу письмо целиком.

Иосиф Бродский у окна с видом на Спасо-Преображенский собор Ленинграда. 1956 г.

Читаю и выписываю «Благовест» с середины 90-х. Одновременно с газетой «Вера» и «Русским вестником». Живу в Санкт-Петербурге. На Васильевском острове.

Ещё живы люди, хорошо помнящие глумливое и враждебно-циничное отношение к России и русским людям некоего Бродского. Противопоставлял себя всей русской жизни и власти. На суде вел себя откровенно демонстративно, хамски-нагло. Издевательски по отношению к суду. Присудили, действительно, 5 лет. «Освободили» через полтора года. От чего «освободили»? От РУССКОЙ СЕВЕРНОЙ ЖИЗНИ? Поселили его в деревне вблизи узловой станции, устроили на работу в совхоз. Йося не работал и не хотел работать, как русские люди. И не собирался работать. Прогуливал. Выходя на работу, так же демонстративно не шевелил руками-ногами. Жил полтора года среди русских людей, которые его кормили и обогревали, которые жили здесь веками и продолжают жить в этих краях.

Иудей Иосиф Бродский, прожив среди русских людей-тружеников полтора года, стал «узником ГУЛАГа». Важный персоналий еврейских энциклопедий. Не хотел учиться, и не учился, дерзил, хамил, нагличал в советской школе. Потом с 7-классным «образованием» был поставлен «профессором» в Штатах. Безбедно проживал. Отрыгал рифмованные кощунства в адрес Бога и России.

Вы о чем, дорогой «Благовест»? Или русских людей не осталось в редакции? Историю переписываем?


С уважением, Копылова Татьяна Константиновна.

Далее приводятся примеры, оправдывающие заголовок. Все их не привожу, я в адвокаты к Бродскому не нанимался, но один все-таки опубликую.

«По оценкам жителей Норинской, работа у Бродского не спорилась. Таисия Пестерева рассказывала: «Послал его бригадир жердья для огорожки секти. Топор ему навострил. А он секти-то не умеет — задыхается и все ладоши в волдырях. Дак бригадир… стал Иосифа на лёгкую работу ставить. Вот зерно лопатил на гумне со старухами, телят пас, дак в малинник усядется, и пока не наестся, не вылезет из малинника». Работник почты Мария Жданова вспоминала: «Стоит у меня на почте, опершись на стойку, смотрит в окно и говорит в таком духе, что о нём ещё заговорят. Я тогда ещё подумала грешным делом: кто же о тебе заговорит, о тунеядце? Запомнились те слова от сомнения — кому ты, больной и ни к чему не гожий, нужен и где о тебе говорить-то будут».

В архивном отделе администрации МО «Коношский муниципальный район» хранится «Приказ № 18 по совхозу „Даниловский“ Архангельского треста „Скотооткорм“ от 22 марта 1965 года: «За допущенные неоднократно прогулы в 1964 и в 1 квартале 1965 года: январь — 10 дней, феврале — 1, 2, 3, 5, 6, 19, 24, 25 всего 8 дней и 19 марта рабочему совхоза отделения № 3 Бродскому Иосифу Александровичу объявить — выговор. Предупредить в последний раз тов. Бродского Иосифа Александровича, что если ещё раз с его стороны будут прогулы без уважительных причин, к нему будут приняты более строгие меры взыскания вплоть до увольнения из совхоза без каких-то предупреждений».

И т.д., и т.п.

Уважаемая Татьяна Константиновна!

Жаль, что своей статьей о фильме «Бродский: северный край» (режиссер Николай Якимчук) пробудил в Вашей душе такие сильные отрицательные эмоции. Я хотел совсем другого. В том же выпуске «Благовеста» есть интервью с протоиереем Андреем Ткачевым (см. здесь), очень известным миссионером, который говорит, что Бродский — его любимый поэт, что его стихи не душепагубны, что творчество поэта Бродского может быть сравнимо с высокой античностью, за которой следом пришло Христианство... Просто привожу мнение авторитетного человека, не свое.

Нельзя никого вот так ненавидеть. «Совершенною ненавистью» учит нас ненавидеть Царь Давид (тоже поэт, и тоже, кстати, еврей) лишь врагов Самого Бога, а не тех бывших наших соотечественников, кто лично нам чем-то оказался не люб. И нельзя попрекать человека давно умершего в том, что ему дали тогда такой маленький срок ссылки и он пробыл в ссылке и того меньше, а вот, например, посадили бы его в лагерь да лет на десять... Любить или не любить Родину, давайте оставим это право за Бродским. Он полжизни прожил в США, к тому же, как бы Вам ни было неприятно это, действительно преследовался властями (с другими людьми бывали ситуации похлеще, но ведь и ссылка, и суд, и заключения в психушку Бродского это тоже преследование, хотя и знаем мы куда как более страшные примеры преследований). К тому же СССР в ту пору был не самым гуманным государством на свете. Хотя лично вот я, словами Пушкина, не хотел бы иметь другое Отечество, даже если это отечество в пору моей юности и было «советским». Не оправдываю Бродского, — да и разве нуждается он в моих оправданиях? — он написал и сделал в жизни многое, что мне не понятно, не близко, чуждо. Мне равнодушна его поэзия и в целом его жизнь не вызывает сердечной симпатии. Хотя и уважаю его как крупную личность, талантливого человека. Но прошу Вас понять, что если уж решили вы «судить» работников «Благовеста» (лучше бы и вовсе никого не судить), то за то, что мы действительно написали, а не за то, что Вам только лишь примерещилось в тексте статьи. Ни от одного слова в статье о фильме про Иосифа Бродского в северной трудовой ссылке я не отказываюсь. А те северные русские крестьяне, к которым отправили Бродского по этапу, они оказались гораздо добрее и шире душой, чем Вы. Вас, живущую на Васильевском острове (о котором с особой теплотой когда-то написал Бродский), они могут поучить деликатности и милосердию. Они его жалели, а не осуждали, они его уважали, а не хаяли. Они оставили за ним право быть таким, какой он есть. Ни русофобом, ни врагом России он конечно же не был. Был ли он Христианином? Да, был. По крайней мере, сам он себя называл Христианином. А в этом важнейшем вопросе самопризнание всегда важнее чьих-то «доводов». А уж ему было виднее, кто он есть, чем это видится со стороны Вам или мне. Хотя у него это было весьма широкое Христианство, не влезающее в рамки определенной конфессии. За это его пусть судит Бог, но не Вы и не я. То есть Вы заблуждаетесь, когда называете его иудеем. Хорошо, если просто заблуждаетесь относительно его вероисповедания, но скорее всего именно со зла так говорите. А это уже грех не маленький. Не был он иудеем, как бы Вам, может, того ни хотелось. Его ведь не в синагоге отпевали, а в протестантском храме. А в Еврейской энциклопедии он желанный гость по одной существенной причине: он был еврей.

И я ведь прямо, открытым текстом в той заметке о фильме написал о том, что ссылка в русскую глубинку конечно же была полезной для Бродского. То есть Вы ломитесь в открытую дверь. Главное, что я увидел в Вашем письме: окрик, пристрастный совет мне не писать о людях лично Вам неприятных. Вы вот усиленно называете в поясняющей записке Бродского «шизофреником» (эту часть приложения к письму я опустил), сомневаюсь, что хоть сколько-то оправданно. Потому что советская психиатрия того времени иногда давала поводы сомневаться в медицинском, а не идеологическом характере ее умозаключений. К тому же и советская психиатрия, изрядно помурыжив поэта, признала его дееспособным. То есть, опять же, оказалась милосерднее Вас. Но дело даже не в этом. Просто вижу некую «изюминку» в том, что вот Вы так смело производите в «дураки» Нобелевского лауреата, «профессора», человека заслуженно известного и т.д. В этом есть какой-то ущерб уже Вашего подхода к делу. Вспомните басню о моське и о слоне, и улыбнитесь написанному Вами… В Евангелии Христос нам строго заповедал никого не называть ни «безумным человеком», ни тем более «дураком» (тогда еще термин «шизофрения» не был изобретен). Я бы посоветовал Вам быть поосторожнее с такими вот заключениями. Просто для Вашей же души поосторожнее, Бродскому это никак уже не навредит.

Меня раздражает, когда наши «коллеги» из либерального лагеря на известных русских людей, на патриотов навешивают безо всяких на то оснований всевозможные ярлыки: «антисемит», «черносотенец», «нерукопожатный» и т.д. Но вот в Вашем случае все с точностью до наоборот. Теперь уже Вы требуете от редактора Православной газеты вовсе не писать о людях, чем-то Вам не угодивших. И навешиваете свои ярлыки: «русофоб», «русскоязычный», «шизофреник». Ни в том, ни в другом подходе нет не только Христианской любви, но нет и простого здравого смысла. Сводить жизнь духа, творческую активность масштабной личности к какой-то идеологической схеме, значит не просто обеднять жизнь, но и искажать действительность. Клеветать на нее. Всё ведь на самом деле гораздо сложнее, чем наклейки и ярлыки. Но если от либералов такой подход, в общем, вполне ожидаем, услышать нечто подобное от своих собратьев Православных лично мне вдвойне неприятно. Потому и пишу столь пространный ответ.

Но, знаете, в целом Ваш упрек я приму к сведению, хотя и не обещаю, конечно же, что буду им руководствоваться. Ведь Бродский, к сожалению, и правда имел весьма мало отношения к Православной Церкви, и газета «Благовест» как газета Православная вполне бы могла обойтись без статьи о нем. Могла бы. Но ведь статья-то и не о нем как раз, а о том благодатном свете русской жизни, которая воспитывает и укрепляет духовно даже таких, прямо скажем, нелегких «клиентов», далеких от Православной веры людей, как Бродский. О целительной силе архангельской глубинки статья. Вы этого не увидели, к сожалению. Может, я не так как-то написал. Но скорее всего Вам именно раздражение не дало этого понять, увидеть. Увидели только фамилию «Бродский» в статье, и сразу потянулись «рука к перу, перо к бумаге». Но меня ведь такими вот упреками не сбить с панталыку. Как меня только не ругали! Впрочем, и хвалили не меньше. Но к каждому своему читателю я отношусь личностно, хотя и далеко не всех, конечно же, знаю лично. Постараюсь впредь писать так, чтобы и до озлобленных сердец доходило мое слово и не озлобляло еще сильнее, а напротив умиротворяло.

В нашей редакции, чтобы Вы знали, авторов много, но всего несколько штатных сотрудников-журналистов. Не специально подбиралось так, чтобы все мы оказались русскими людьми. Но это именно так и есть. Прошу Вас не упрекать нас хотя бы по этой части, к тому же и наветствуя на нас. Имею в виду Ваши демагогические слова: «неужели в редакции не осталось русских людей», и т.д. Каждому встречному и поперечному я готов сказать о себе с доброжелательной улыбкой: я русский. Про то, какой в этом восторг, умолчу пока что. Потому что для этого надо быть Суворовым, а мне до этого все же далековато.

Прошу Вас, для спокойствия Вашей же души, просто оставьте нелюбимого Вами поэта Бродского в покое. Даже если уж отказываете ему в «вечном покое», то просто в покое не откажите. Он уже сейчас не в земных сферах пребывает и дал или дает свой отчет Богу. А в моей статье нет ни оправданий его жизненного пути, ни обвинений в его адрес. Есть описание интересного факта: он достойно жил в архангельской ссылке, достойные уроки извлек из нее, и это было полезно для него, как для поэта. И раз уж речь идет о стихотворце, приведу здесь строки, навеянные Бродскому его северной ссылкой:

Ты забыла деревню, затерянную в болотах
Залесённой губернии, где чучел на огородах
Отродясь не держат — не те там злаки,
И доро́гой тоже всё гати да буераки.
Баба Настя, поди, померла, и Пестерев жив едва ли,
А как жив, то пьяный сидит в подвале,
Либо ладит из спинки нашей кровати что-то,
Говорят, калитку, не то ворота.
А зимой там колют дрова и сидят на репе,
И звезда моргает от дыма в морозном небе.
И не в ситцах в окне невеста, а праздник пыли
Да пустое место, где мы любили.

Прошу простить, если Вас чем-то огорчил.

Храни Вас Бог!

Дата: 9 октября 2017
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:






Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru