Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Профессия: репортер

Репортерский дневник
Антон Жоголев — Обо всем понемногу: впечатления, мнения, комментарии на разные темы.

Денис и Катя

Уроки трагедии в Стругах Красных.

Это уже что-то совсем новое, какая-то другая вдруг приоткрывшаяся всем нам реальность. Смотреть в прямом эфире буквально онлайн, как два подростка идут, взявшись за руки, к собственной гибели…

На миру и смерть красна. Теперь «красной» смертью легко умереть, стоит лишь влезть в Интернет и начать рассказывать о себе миру. Ружье в руке, пистолет, нож — достаточное основание, чтобы на тебя смотрели, не отрываясь. Тем более, если ты к тому же безстрашно палишь в милицейский «бобик». При этом пересыпаешь речь избитыми штампами, типа того, что вот, нас призывают сдаться, а «русские не сдаются», или — «мы ведь дети, а нас так боятся», и прочее. Но ведь пуля не знает, кто ее выпустил: подросток или опытный киллер. Она просто летит в цель.

Не знаю, как их похитила смерть. Скорее всего, сами убили себя, прервали трансляцию. Поиграли и будет. Холодно в доме. Еда закончилась. Собр вот-вот за ними явится. А главное — осталось всего две сигареты. Никакого удовольствия от продолжения затянувшейся игры. И это ужасно. Для вечных их душ уж лучше их бы убили (прости, Господи, какие тут «лучше» и «хуже»!) во время захвата. Все ж таки не самоубийство. Хотя — тогда вина бы упала на наших правоохранителей. А ведь дети с оружием, что там ни говори, представляли очень серьезную опасность. Жестокость детей — и детское же безстрашие от незнания «национальных особенностей» смерти. «Нам будет вас не хватать», — говорят они в Интернет перед выходом из эфира.

Эти дети могли бы любить. Как она укладывала челку своему крашеному Ромео!..

Денис выстрелил в мать подруги. Попал в бедро — пока еще из пневматики. Но рубеж уже пройден. Началась игра в «стрелялки». Потом стрелял в полицейских, и сам не знает, попал в них или нет (к счастью, не попал, но ведь целил). Потом из любопытства пальнул в соседнее окно. Так, для смеха. Потом расстреляли зачем-то телевизор. А потом Катя с легким стебом предложила: вот сейчас выйдем на улицу и начнем во всех палить. И такое могло бы случиться. С них станется.

Хорошие, в сущности, ребята. Не глупые. Красивые. Влюбленные. И — смерть в глазах. Почему?

Потому, что они пришли в безумный мир. Словно не существовавшие никогда неандертальцы смотрели они на мир первобытными глазами. Пытались нащупать какие-то внешние связи явлений, и даже их не находили. Вокруг них уже просто вытрамбовали всякие понятия об истинном Боге и о вере. И сами стали они, под стать миру, безумными. Благодаря Интернету, сбились в стаю с такими же неандертальцами в духовном отношении, как и они сами. И вот их смерть стала каким-то жутким уроком для всей страны. Страшным моментом истины. Они, Денис, Катя, не посчитали жизнь чем-то уж очень важным для себя. Ну, пока есть сигареты, пока не кончился Интернет-эфир, пока еще есть «вискарёк» в бутылке, ну, тогда можно и пожить. А так… стоит ли?

«Нас не поняли!» — вещают подростки, передергивая затворы. «Родители виноваты! …Не пустили меня ночевать к подруге… избили…». Я бы не спешил осуждать родителей. Дочь встретила свою маму с ножом в руке. На пороге дома отчима Кати, в который забрались, и где провели последние часы своих жизней. В них было заложено так много: потребность любить, пытливость ума, прямой, по-своему честный взгляд на вещи… Но иногда их лепет, перемежающийся выстрелами, напоминал вдруг бред гениального абсурдиста Хармса. «А что, если отрезать ей голову». «Давай попробуем оторвать ему ноги», и что-то еще в этом духе. Где жестокость даже и жестокостью-то не назовешь. А так… легкой игрой любопытства. «Если выколоть один глаз, второй будет видеть лучше?».

«Пальну-ка еще разок по полиции. Правда, забавно?» — УЖАС!

Этим кромешным ужасом веет и из "последнего слова" Кати:

"Я вас любила. 

Но вы сами не заметили того, как разрушили мою психику и  жизнь. 

Прощайте все, и друзья, и семья, и знакомые. 

Не волнуйтесь, уходить буду красиво. 

Удачи всем в своей жизни и пожалуйста. не бойтесь жить так, как хотите или считаете нужным.

Жизнь в свое удовольствие — это наилучшая жизнь.

Люблю вас".

Виноваты, получается, все, кроме них самих. Довели, разрушили психику. А ведь самое главное — "жить в свое удовольствие". Если удовольствие оказывается сомнительным — самое время, по их мнению,  "уйти красиво". 

...И постоянная, хотя и едва заметная, рисовка. Когда на тебя смотрят столько восторженных глаз, легче быть раскованной, легче быть безбашенным, легче самим себе казаться жертвой.

Сейчас уже Бог встретил их там и решает, что с ними делать. Щелкают костяшки-счёты… Так… Убили лишь двух соседских собак. Милиционеры все живы. Мать, правда, ранена. Но все-таки это пустяк. Она бы простила. А сами заплатили своими жизнями. За что? Срезанные бутоны. Нераспустившиеся. Жаль. 

Дата: 22 ноября 2016
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:






Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru