Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:








Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Малая церковь

«Государевы дети»

Раньше так называли детей-сирот, ибо заботилась о них могучая Держава во главе с Батюшкой-Царем…


Детей, о которых пойдет речь, наверное, можно найти в любом городе. При городских администрациях есть отделы по работе с неблагополучными и малообезпеченными семьями. В штатное расписание общеобразовательных школ внесены должности социальных педагогов, обязанных заниматься проблемами таких детей. Но безнадзорных и безпризорных детей из года в год становится все больше. Оставаясь сиротами при живых родителях, они сами ищут пути ко спасению. Раньше таких вот детей из-за их сиротства называли «Государевыми детьми» — ибо заботилась о них могучая Держава во главе с Батюшкой-Царем. Державу разрушили, а безпризорные дети остались. Вот только печься о них теперь порой некому…

Когда Таня пришла в воскресную школу во имя Преподобного Серафима Саровского при Свято-Покровском храме города Назарово Красноярского края, ей было одиннадцать лет, а ее сестренке Кате, которую она привела за руку, — всего пять. Увидели по телевизору объявление о наборе детей и пришли. Несколько воскресений занимались, и вдруг однажды Таня расплакалась. Долго не могли добиться от нее, что же случилось. Девочка только повторяла: “Не скажу, мне стыдно”. Все же, пересилив себя, она произнесла: “У нас мама пьет”.
У сестренок разные отцы. Танин где-то в Ташкенте, Катин пьет вместе с мамой. Иногда устраивается на работу, но быстро с ней расстается. В семье есть постоянный доход, который пропивается, — это детские пособия и пенсия “по утере кормильца” на Таню и старшего брата Вадика. Вадик с пятнадцати лет сидит за ограбление ларька с продуктами.
Девочек безплатно окрестили. Несмотря на постоянные насмешки и упреки в семье, Таня всем сердцем потянулась к Богу. У нее обнаружились музыкальные способности. Сначала Таня пела в детской вокальной группе духовного пения “Радость”, побывала на краевом Пасхальном фестивале, а потом настоятель храма иерей Димитрий благословил Таню петь на клиросе.
Когда Кате исполнилось семь лет, прихожане всем миром собрали ее в первый класс. Кто-то из добрых людей отдал ей кофточку, кто-то сарафанчик, кто-то туфельки, купили букет цветов. Вот только ее родителей на торжественной линейке не было, они не хотели отдавать ребенка в школу, обременять себя лишними заботами и расходами.

Девятилетней Олесе при крещении дали Православное имя Ольга и записали в воскресную школу. Креститься ее привели чужие люди. Мама, правда, тоже пришла, и — удивительно — была трезвой. В семье из шести детей Оля младшая. Обычно последний ребенок бывает самым любимым. Но у мамы чаще всего одна проблема: где найти денег на выпивку. С самых ранних лет Оля научилась сама себе готовить, и не только себе. Найдя приют в деревне у одной из своих старших сестер, девочка нянчилась с двумя своими племянниками и порой была им вместо отца и матери, пока их родители где-нибудь пропадали. Но случилась страшная трагедия — их дом загорелся, и во время пожара сгорели оба младенца. Оля была на похоронах, смотрела на обгорелые родные личики и долгое время могла говорить только о своих маленьких племянниках, погибших некрещеными. Девочку мучает недетский вопрос: что бывает с некрещеными после смерти?..
Оля талантлива, у нее красивый и сильный голос. Она тоже ездила на Пасхальный фестиваль и очень подружилась с Таней. “Когда я вырасту, — мечтает она, — у меня будет большой дом и в каждой комнате куча детей”. Олю благословили на клирос, но у сестры родился еще один малыш, и снова понадобилась нянька. Девочку забрали в деревню. Теперь она бывает в храме только на Рождество и Пасху.
Один из Олиных племянников, Гена, примерно ее же возраста, постоянно приходил в храм со своим другом. Нет, не молиться, они и перекреститься-то не умели правильно. Бабушки-прихожанки их учили, да что толку, оба мальчика некрещеные. Приходили, чтобы просить милостыню. Если долго не подают, бегут в ларек напротив: “Тетенька, дайте булочку в долг, насобираем — отдадим”. На дворе мороз, а Гена в резиновых кедах. Кто-то нашел ему старые женские сапоги. Сколько радости — теплые! У родителей трое детей, а денег нет, чтобы накормить и одеть. Только на выпивку находятся. Сейчас Гену и его брата оформили в Назаровский и Ачинский детские дома.

Беседуем с недавно появившейся в воскресной школе Викой. На вид ей лет восемь, хотя на самом деле уже одиннадцать, учится в четвертом классе. У нее недостаток веса и роста. Вика тоже пришла в храм сама. О воскресной школе ей рассказала соседка. Но больше ей нравится бывать не на занятиях воскресной школы, а в храме на службах. Там ее с любовью встречают верующие женщины, обнимают, приносят что-нибудь вкусное.
— Вика, у вас в семье сколько детей?
— Четверо, все младше меня. Брату восемь лет, сестренкам — семь лет и два года.
— Вы живете с папой и мамой?
— Нет, только с мамой и бабушкой.
— Мама у вас пьет?
— Да. И бабушка тоже.
— А на какие деньги вы живете?
— На детские пособия и бабушкину пенсию.
— Чем питаетесь, картошкой?
— Картошка уже кончилась, теперь мы едим рожки и пшено.
— Вы живете в частном доме; у вас есть баня? Где ты моешься?
— Бани нет, нигде не моюсь.
— А какие у тебя оценки?
— За четверть только одна тройка, по русскому языку. Я его не люблю.
— У тебя все есть для школы?
— Ничего нет. Учительница дает листочки. Пишу карандашом, я его берегу. Учебники выдают в школе, ношу их в пакете. Один раз пакет порвался, и все книжки упали прямо в лужу, пришлось их оттуда доставать.
— Тебя мама и бабушка любят?
— Бьют и из дому выгоняют. Я терпеть не могу, когда бабушка за волосы дергает — очень больно.
— А когда мама и бабушка пьют, кто следит за маленькими детьми?
— Я следила, а теперь не знаю, кто будет, мама от меня отказалась. Теперь меня, наверное, оформят в Ачинский детский дом.
Таня очень сочувствует Вике. У Тани одна младшая сестренка, а у Вики трое малышей. Ей, конечно, труднее. Таня спрашивает Вику:
— У вас хоть кто-нибудь из родственников есть непьющий?
— Есть — тетя. Но она живет далеко, в Киеве, и приезжает раз в несколько лет.
— А она не может взять тебя к себе?
— Нет, у нее свой ребенок есть.
Мы собираем все, что находим для школы, в том числе и портфель, и отдаем Вике. Она радостно перелистывает цветную бумагу:
— Мне учительница постоянно говорит: “Когда ты будешь носить в школу все, что нужно?” Вот бы еще ножницы и циркуль.
Ножницы нашлись, циркуля, к сожалению, нет. Но девочка и так довольна. Вот кончатся каникулы, и она, придя в класс, как все дети, станет писать в тетрадке авторучкой.

Такие истории можно продолжать и продолжать. Безпризорные и безнадзорные дети в Назарово уже давно никого не удивляют, к ним привыкли и перестали замечать. На одной из центральных улиц стоят корпуса общежития, переполненного неблагополучными семьями с кучей разновозрастных ребятишек. Они бегают по городу, собирают пустые бутылки и сдают в ларьки взамен на конфетки. Некоторые дети и в школу не ходят — некому и не на что собрать. Детский дом переполнен. Не так давно открыли второй корпус, и его быстро заселили. Теперь отправляют детей в соседний город Ачинск.
Дети и педагоги воскресной школы при Свято-Покровском храме переписываются с сестрами Богоявленско-Анастасииной обители в городе Костроме. По благословению Архиепископа Костромского и Галичского Александра стараниями игуменьи монастыря Иннокентии и сестер при обители создан детский приют, куда собирают девочек-сирот от четырех до шестнадцати лет. В приюте работают хорошие, добрые Православные люди — преподаватели, музыкальные работники, врачи, воспитатели. Такие, как послушница Ирина Пузанова, которая, прочитав объявление в одной из Православных газет, оставила научные исследования, аспирантуру, предстоящую карьеру и поехала в неизвестность на помощь обездоленным детям.
Хорошо, если бы появилась возможность в каждой епархии открыть подобные Православные приюты и для девочек, и для мальчиков, которым нет места ни в сердцах родителей, ни в детских домах. Чтобы измученные и израненные детские души, которые сами ищут дорогу к храму, обрели благодать Божию и любящих воспитателей, направляющих детей по верному пути.
Когда готовился этот материал, у Тани, Кати и Вадика случилась еще одна непоправимая беда. Их некрещеная мама после очередной хулы на Бога покончила жизнь самоубийством, выбросившись из окна четвертого этажа. Тремя сиротами на Руси стало больше.

Лариса Вотинцева
г. Назарово Красноярского края.
19.08.2005
Дата: 19 августа 2005
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru