Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:



Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

"В память вечную будет праведник"

Это был при жизни святой старец, сиявший радостью о Господе, за Которого принял страдание…


В 70-х годах, когда мы шли в храм в честь Смоленской иконы Божией Матери, что на Смоленском кладбище, нам показали место, где заживо были погребены сорок мучеников из числа духовенства, монашества, церковнослужителей. Они предпочли идти за Господом, где во славе и были приняты Отцом Небесным.
Очевидцы этого жуткого сатанинского убийства свято хранили о них память, передавая из уст в уста рассказ о месте их захоронения, сажая здесь цветы. Цветы уничтожали, но они появлялись вновь и вновь на месте мученической кончины угодников Божиих. А где те, кто имел власть мучить, убивать? По их делам и слава о них.
В середине 60-х годов мы отдыхали в деревне Петровичи Рязанской области. Мое внимание привлекла церковь, когда-то прекрасная, достойная украсить любой столичный город, стоящая на холме, как маяк на море. А в 60-х годах — поруганная, превращенная в хранилище, в место мерзости и запустения, предоставленная разрушению.
Сколько этот храм, как горящий в морской пучине маяк, спасал человеческих жизней, человеческих душ: утешал, радовал, воскрешал из мертвых, обновлял покаянием, возвращал на истинный путь, спасая от житейских бурь, штормов и вечной погибели! Сколько здесь крестилось, венчалось, соборовалось, причащалось и отпевалось местных жителей, их отцов и прадедов! Храм был украшением, отрадой и утешением, центром всей жизни старожилов. Но воинствующий атеизм с годами помутил и парализовал разум, вытравил из души светлое и животворящее, оставив лишь страх перед лютыми расправами, рабское подчинение властям.
Разглядывая храм, построенный в классическом стиле, удивляясь его былой красоте, я с грустью созерцала настоящее. Пыталась узнать что-нибудь о храме. Наша родственница Анна Ивановна Якушева сказала мне: "Жив батюшка, он может тебе рассказать о церкви".
Жив батюшка! Жив милостью Божией! — жив остался после того, как сброшен был своими же бывшими прихожанами с колокольни во время разгула сатанизма. Живы ли остались те, кто совершил это страшное насилие, и как им жилось с таким грузом на душе?
Мы сразу отправились к батюшке, узнав, где он живет. Моя мама Александра Васильевна, маленькая трехлетняя дочь Аленка и я, взволнованные услышанным, спешили к батюшке.
Отец Василий Орлик лежал в детской кроватке с веревочной сеткой. Сердце сжалось от боли, и я забыла все, что хотела спросить у батюшки. Седой, с длинной бородой, лежащей на груди, отец Василий светился чистотой, детской жизнерадостностью и тем, что называют благодатию Божией. Ни тени страданий, ни жалоб, ни упреков. Лучистые веселые глаза, шутливая ласковая манера разговора так не вязались с детской кроваткой, на которой лежал дивный седовласый старец, что мы забыли обо всем.
Потрясенные, очарованные, непривычно — до боли и светлой радости — взволнованные, мы, выйдя от батюшки, задержались на кухне у приветливой матушки отца Василия. Наш приход был им приятен — как встреча верующих людей. Дедушка мой был тоже священником — настоятелем храма Казанской иконы Божией Матери, что в поселке Сусанино под Ленинградом, протоиерей Николай Андреев. Мы сказали матушке о своем впечатлении об отце Василии и спросили ее: "Неужели он всегда такой веселый и шутливый?" Милая, гостеприимная матушка ответила: "Всегда, всегда ободряет меня, а когда расстроюсь из-за соседей, батюшка утешает, чтобы не обращала внимания, и шутит".
Мы забыли детали разговора с отцом Василием. Но светлое обаяние батюшки, его лучистые смеющиеся глаза, образ седовласого старца с седой пушистой бородой на груди и эта противоестественная для старца детская кроватка с веревочной сеткой — останутся в памяти на всю жизнь. Это был при жизни святой старец, который сиял радостью о Господе, за Которого он принял страдание и оставался верен и благодарен Ему с сыновней любовью ко Господу до конца своих дней.
Имена новомучеников, прошедших тюрьмы и лагеря, были документально отмечены в архивах НКВД. Эти архивы теперь открываются и публикуются. А сколько таких, как отец Василий Орлик, безвестных мучеников с лучащимися светлой радостью глазами, которые пострадали за любимого ими Господа. Они проходили свой жизненный путь с тем Крестом, данным им при первых расправах над духовенством, "врагами народа". Они приходили ко всем на помощь: в скорбях утешая, в болезнях молясь о здравии и исцелении, разделяя с народом и радость, и горе, — а сами доживали свой век в таких детских кроватках, благодаря и радуясь о Господе, молясь за свой народ. К кому в любых затруднениях шли люди? К батюшкам, веря, что по их молитвам Бог поможет.
В Орловской области есть река Орлик. Так не из Орловских ли был отец Василий Орлик?
Да, память праведного с похвалами!

Рис. Ирины Евстигнеевой.

Нина Козуляева
г. Санкт-Петербург.
25.06.2004
767
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2019 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru