Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Взгляд

Крест Животворящий

Странички из забытого блокнота.


Странички из забытого блокнота

На зиму розы всегда обрезают да еще и укутывают, ведь это очень нежное и хрупкое растение. Королева цветов… А этот куст, растущий прямо за большим Поклонным Крестом во дворе Крестовоздвиженского храма, почему-то так и остался без зимней обрезки.
И всякий раз, подходя к Поклонному Кресту, я смотрю с невольным трепетом в сердце: живы ли розы? И тихо радуюсь: живы! Да, благородная темная зелень ветвей и листьев просветлела, они теперь желто-зеленые, но — живы!
Крест Животворящий…

†††

…Некуда ступить: весь снег истоптан четкими отпечатками маленьких крестов. Обувь такая: на подошвах — кресты. А люди, выбирая сапоги, смотрят на размер, форму колодки, качество кожи и меха, расцветку, примеряют, удобно ли ноге… И мало кто обращает внимание на рисунок, отпечатанный на подошве.
И ходят люди, оставляя за собой на снегу, на размокшей по весне земле — кресты. Сами попирают это святое изображение, а за ними — и другие, не замечающие что там, под ногами.
Крест, Хранитель всея Вселенныя! — под нашими ногами…

†††

Утром 19 января я торопилась на праздничную службу в Кирилло-Мефодиевский храм: Богоявление и Крещение Господне! Как вдруг чуть в сторонке от дорожки увидела торчащий из снежной намети крест. Золотой крест на оборванной золотой цепочке из крупных и прочных — нарочно не порвешь — звеньев.
Какой-то пожилой мужчина, идущий навстречу, бережно взял у меня крест со словами:
— Я как раз иду в Троицкий храм за водичкой, отдам — пусть там решают, что с ним делать.
И я с облегченным вздохом побежала к трамвайной остановке.
А в душе была печаль о том, кто потерял свой крест в самое Крещение Господне…

†††

Восьмилетней девочкой я нашла на улице крестик. Обыкновенный нательный крестик из потускневшего олова, с обрывками веревочного гайтана. Он лежал, почти невидный в дорожной пыли, в тени карагача, и я бы тоже не заметила его, да споткнулась на бегу и шлепнулась с размаху прямо рядом с ямкой, в которой и томился потерянный кем-то крестик. Я подняла его и прижала к себе, радуясь находке.
— Что это у тебя? Покажи! — полюбопытствовала Люба, с которой мы бегали наперегонки. — Крестик? Ты чё, брось его сейчас же!
Я огорчилась: почему?
— Бабушка говорила: кто чужой крестик возьмет, получит и в жизни чужой крест. Вот все, что было бы плохого с хозяином этого крестика, достанется тебе!..
Чужого креста не хотелось… А Люба торопила: брось туда где взяла, брось скорее!
Я встала на цыпочки и завязала обрывки гайтана на чуть склоненной веточке карагача. Может быть, тот, кто потерял крестик, вернется и увидит его — и заберет.
На следующий день крестика не было на ветке — видно, и правда нашелся его хозяин.
Через много-много лет я узнала, что и нельзя было бросать найденный крестик, а слова о «чужом кресте» не более чем предрассудок, нелепое суеверие.
Если бы я знала об этом в детстве.
Если бы тогда была в нашем селе церковь…

†††

Вечером к нам пришла Полина Андреевна, моя учительница, — наши дома стояли через дорогу, наискосок. О чем-то тихонько пошепталась с мамой и ушла. А утром мама сказала мне:
— Сегодня по всем классам будут проверять у детей, нет ли на ком крестиков. Перед уходом в школу сними…
Я сняла крестик и положила его на полочку, за иконы — и впервые почувствовала, каково это: остаться без креста. Томительное чувство утраты, беззащитность, почему-то стыд…
Зато когда в класс во время урока вошли директор школы и еще какие-то учителя, и стали проверять, нет ли среди нас «боговерующих», с крестами на шее, я обрадовалась: как хорошо, что Полина Андреевна меня предупредила! Видимо, и к некоторым другим ребятам она успела зайти: в крестиках пришли немногие — и то одни только троечники и двоечники. Их, «отсталых», вывели к доске и стыдили: «Советские космонавты в космос летали и никакого Бога не видели, а вы каким-то старушечьим россказням верите…»
А мы, предупрежденные заранее отличники и хорошисты, сидели как ни в чем не бывало. Нас-то не застигли на «преступной» вере в Бога.
А кто-то ведь и тогда не боялся исповедничества.
Не снял с себя крестик.
Жаль, что я тогда — сняла…

†††

Санаторий, в сущности, — та же больница. Так же грустно и одиноко среди десятков сверстников — без мамы. Те же унылые стены, без единой иконочки. И только на тумбочке стоит принесенный из дома маленький складень с Великомучеником Пантелеимоном. И молиться не разрешают: весь день по режиму, а как только встанешь на вечернее правило — отбой. Выключают свет.
Настенька плакала, жаловалась, что не получается молиться.
— Ничего, доченька, а ты начинай пораньше молиться — тогда успеешь.
— Все равно не хватает времени…
— Ну так читай Серафимово правильце, тут тебе молитвослов не нужен.
Однажды на прогулке Настя заметила под ногами маленький бугорок, из которого выпирало что-то металлическое. Копнула — крестик! Нательный крестик из желтого металла с обломившимся ушком.
Настя очистила его от земли, принесла с собой в корпус, отмыла — и прикрепила пластилином прямо на оконное стекло у своей кровати. Теперь можно было молиться, глядя на сияющий в солнечных лучах крест, а ночью при выключенном свете он четко выделялся на темном стекле. И, казалось, от этого маленького крестика исходят такие мощные волны неземного тепла и благодати, что девочка забывала о печалях и обидах, ссорах с подругами. Крестик даже замироточил однажды — и это видели и сердитые нянечки, ворчавшие на «богомолку», и верующие воспитательницы. А девочки, лежавшие в одной палате, даже стали иногда во время молитв становиться рядом с Настенькой. И она их учила, как надо правильно креститься, как произносить слова святых молитв…
А на Рождество был праздничный концерт, и Настя в белом платье громко пела: «Верую во Единаго Бога Отца Вседержителя…»

†††

На уроке геометрии проходили тему «Жесткость треугольника». Учитель говорил о том, что крест как самая жесткая, незыблемая фигура лежит в основе всех инженерных конструкций. И не только рукотворных: в природе очень часто именно крест определяет строение многих организмов, растений, да тех же кристаллов…
А я подумала: значит, ученые просто не могут быть неверующими — ведь им открыта самая великая тайна.
Крест лежит в основе всего мироздания…

На снимках: Поклонный Крест во дворе Крестовоздвиженского храма, рядом с ним из снега виднеется куст розы; розовый куст под сенью Креста не убит морозом.

Ольга Ларькина
12.03.2009
1069
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
9
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru