Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Взгляд

Кипр — остров святых

Дневник паломника.


См. также

Дневник паломника.

Было это лет семь или восемь назад. Одна добрая знакомая приехала с Кипра и привезла мне в подарок изданную кипрским монастырем брошюру про Киккскую икону Божией Матери с Ее изображением на обложке. И вот как только она передала мне в руки эту книгу, икона покрылась бисеринками святого мира. Чудо это было настолько явным, что сомнений быть не могло — икона замироточила! С тех пор прошли годы. Книга с иконой Киккской Божией Матери все это время стояла у меня среди других икон со следами высохшего святого мира на лике. И только вот этим летом, когда меня неожиданно пригласили на Кипр — стал вдруг понятен смысл того давнего чуда. И разве я мог отказаться от такого приглашения!..

Поездка в Киккос

2 августа. Кипр. Отель Святого Георгия. Вчера мне исполнилось 44. Вчера же я вдруг явственно ощутил, насколько меня любит Сам Бог! Послал мне именно в этот день замечательную поездку по святыням Кипра…
Сначала на пути нашего автобуса был маленький старинный монастырь Панагии Хрисороятиссы. Там хранится чудотворная икона Божией Матери, явившаяся еще десять веков назад — от нее тогда шло сильное свечение… До чего же уютны и даже изящны греческие монастыри! Как трогательно обихожены! Всюду плющ, какие-то дивные цветы, дикий виноград… Образ рая. Если в русских монастырях во всем чувствуется суровый северный дух преодоления и аскезы — тут словно бы все уже преобразилось. И борьба не нужна, а только — «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!».
Здесь стасидии (стульчики для сидения и стояния облокотившись) по стенам никому не мешают, никого не смущают — устал, ну так и обопрись, а в русских монастырях эта «подпорка немощным» вряд ли когда приживется. У нас много думают о Боге, но мало — о людях. И это не всегда плохо, но и не всегда хорошо. Здесь — спасайся, но радостно, без «силового» нажима. У нас не так. То ли климат, то ли характер иные… Восточный комфорт в монастыре большинство наших людей (и я в их числе!) посчитает за «искушение». Не знаю, какой путь прямее. Не мне судить об этом, уж точно. На то и разные Поместные Церкви установил Господь, чтобы Православие во всей его полноте было представлено на земле — и при этом не нарушало душевного строя, тональности жизни разных Православных народов. Но мы — русские, и, стало быть, — «с нами Бог». На этом и успокоимся. Ведь в ХХ веке наша Русская Церковь пережила такое, что «и не снилось» никаким мудрецам ни в Греции, ни на Кипре. Опыт мученичества! И еще неизвестно, кто сейчас кого должен слушать — мы их или они нас. А вернее будет сказать: никто никого больше слушать не должен. А разве только прислушиваться… Но все должны слушать Бога, и тогда обо всех попечется Милосердный Господь.
У чудотворной иконы Божией Матери — по кипрской странной традиции — лик прикрыт тканью. Мы приложились к Ее руке на иконе. Есть в этом что-то схожее с восточной традицией прятать лицо женщины от посторонних глаз — но тут схожесть скорее поверхностная. Дело не в том лишь только, чтобы, например, турки не увидели Лика Пречистой Девы и не хулили его. Тут, как верно сказал наш экскурсовод Федор Васильевич Лавриков, совсем другое. Тут п р и к р о в е н н о с т ь. Не все ведь можно доверять глазу. Что-то должно открываться лишь внутреннему взору. Пусть каждый представит Ее такой, какой только может себе вообразить. Пусть замолчит в благоговении, целуя руку Той, Которую не увидел, но которая, как мы д о с т о в е р н о знаем о Ней, «Честнейшая Херувим и Славнейшая без сравнения Серафим»… Киккскую икону Божией Матери последний раз открывали и осматривали («обнажали», как здесь принято говорить) в 1939 году по решению Священноначалия Кипрской Церкви. Удостоверились в том, что все цело, лик сохранился — и закрыли икону, быть может, уже навсегда, до самых последних времен. И в этом есть какой-то сигнал для нас. Красота уходит из нашего мира. Для нее остается все меньше места в нем, а может быть, не остается ей места уже и в наших сердцах. И когда «жадность глаз» несусветна, как и все в страстных людях, надо ограничить в том числе и взоры. Закрыть Ее лик и оставить лишь веру… Видно, мы просто недостойны видеть Ее портрет (а Киккская икона писана Евангелистом Лукой с Самой Божией Матери!). Не зря же повелел Император Алексий Комнин: «Если жители Константинополя уже не увидят Ее лика, то пусть никто не видит его». И этот царский вердикт до сих пор соблюдают свято.
…В монастыре Хрисороятисса я успел бегло взглянуть на книжную лавку для паломников. Все то же самое, что у нас! Только на греческом. Даже переплеты те же. Старцы Паисий и Порфирий, которых у нас так хорошо знают, советы подвижников с Афона… Это реальное духовное единство — мы учимся вере на одних и тех же примерах.

Едем дальше. Еще выше в Троодосских горах — Киккская обитель. Церковные лавки и лавчонки, как это принято на Кипре, вынесены за монастырские стены. Тут торгуйся, там — молись. Наверное, это правильно. Сначала накупили икон, церковного вина, свечей, сувениров. Потом Федор Васильевич повел наш небольшой отряд (человек двадцать туристов и паломников) в обитель. Многие не подготовлены к серьезному паломничеству. На горной дороге «укачало» человек десять. Хотя, уверен, если бы не было на пути святынь, эта же дорога показалась бы им легкой прогулкой. Но Федор Васильевич спокойно объяснил, что это все «искушения» и просто надо немного потерпеть. Покрутить пальцами ладони, как-то особенно подышать (уж не помню, как), не есть ничего, кроме печенья и сухарей, — и ехать дальше…
И вот приехали. У входа в обитель неподобающе одетых туристов (а таких около половины — ведь жарко!) обрядили в фиолетовые балахоны, напоминающие китайские кимоно, но длиннее. И все они вдруг стали похожи не то на тибетских «монахов», не то на католических монахов-бенедиктинцев, потому что безбородые, и при этом вид имеют строгий. «Униформа» многим оказалась если и не к лицу, то все-таки более подходящая, чем шорты и топик. Даже для детей нашлись «кимоно» небольших размеров. Только в таком виде пустили в монастырь. Весело смотреть стало на эту фиолетовую толпу. Жену Людмилу и дочь Анну я долго потом подначивал, что, мол, если бы они не оделись, как я им велел, в строгое да длинное, тоже бы сейчас в «кимоно» по монастырю расхаживали… А я бы их фотографировал.
Главная святыня Киккской обители — чудотворная икона Божией Матери «Милующая». Икона встроена в иконостас главного монастырского храма в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Видны только оклад и металлическая рука, по греческой традиции приложенная к иконе. Но когда молишься возле великого образа, под этой тканью, прикрывающей Лик, под этим окладом ощущаешь ПРИСУТСТВИЕ. И так ли уж важно в сравнении с этим, закрыт ли или открыт Ее лик?
Чуть далее, в этом же иконостасе, есть еще одна замечательная реликвия. Икона Божией Матери «Отрада или Утешение» в 1994 году здесь обильно кровоточила целых две недели.
…Люди пишут записки с именами своих близких на русском или на латинице. А кто-то из наших паломников вместо имен в простоте душевной написал так: «Хочу жить в браке долго и счастливо». Думаю, и это молитвенное прошение будет услышано Той, Которая позвала нас сюда.
Подробное описание Киккской обители до сих пор не издано. Причина проста: чудес от иконы Божией Матери «Милующая» так много, что потребовалось бы издавать сразу семнадцать томов… А издавать книгу об истории обители и не рассказать о чудесах от главной его святыни здесь считают неправильным. Так, например, в храме висит лампада в виде корабля: ее поднесла монастырю команда с того судна, которое спаслось во время жесточайшего шторма по молитвам к иконе Божией Матери «Милующая»…
В музее монастыря (у них тут музеи не то что у нас — можно и помолиться, и даже приложиться к святыне не возбраняется) — собраны иконы XIII-XIV веков. Словно бы ходишь по Русскому музею или по Третьяковке в отделе древнерусской иконописи. Такая старина! А для греков наши даты воспринимаются по-другому. У них Православие гораздо древнее. Иконы XV века не видятся здесь как седая старина. Для них это было не слишком давно. И все это невообразимое духовное богатство сокрыто от мира с его страстями в высоких, зимой даже покрытых снегами Троодских горах — куда по дороге может и голова закружиться у не готового к такому ВЫСОКОГОРЬЮ туриста… Особенно поразила икона Михаила Архангела — какая духовная мощь идет от этого древнего образа! — и фреска святого Димитрия Солунского XIII века.
Герб киккского игумена — пчела, и об этом есть поучительная история. Когда некий вельможа после бывшего с ним чуда упросил Византийского Императора передать на Кипр великую святыню — Киккскую икону Божией Матери, тот решил испытать, от Бога ли это прошение. И по его приказу иконописец сделал копию с древнейшей иконы. Оба этих образа предстали перед вельможей, и ему было предложено выбрать тот образ, который он и повезет на Кипр. Вельможа молился, чтобы выбрать подлинную чудотворную икону — и вдруг увидел, как небольшая пчелка села на один из этих двух образов. На него он и указал, и выбор оказался верным.
…Когда выезжали из Киккского монастыря, в небе что-то случилось. Жара вдруг резко спала, и небо заволокло тучами. На Кипре — тучи! Это просто диво дивное. А вскоре на стеклах автобуса появились длинные следы от дождевых капель. Пошел дождь! Еще раз повторюсь — это случилось не где-нибудь, а на Кипре, да еще 1 августа. «Дождь в такое время для Кипра — это аномалия», — только и сказал Федор Васильевич Лавриков, наш замечательный экскурсовод. Как и многие бывалые Православные, не слишком-то доверяет он чудесам. Но они порой все равно случаются, как вот этот дождь среди чуть ли не африканского зноя… Мне так захотелось в свой день рождения оказаться под этими благодатными каплями! Так захотелось! Но автобус неумолимо петлял по горной дороге. Впереди было еще много километров пути. И ведь как-то смутно догадывался, понимал я, что этот неожиданный дождь, он ведь для нас, только что побывавших у великой святыни. Для меня — в день рождения, как подарок от русского святого Серафима Саровского. Как милость Божией Матери, услышавшей и здесь Своего верного послушника Серафима. Но вот приходится ехать, и значит, ни одной капли так и не упадет на меня. Но что это? Соседка, которая с грудным ребенком сидела впереди нас, что-то закрутилась на сиденье и вот встала, пошла к водителю, добродушному греку Андреасу. Теперь что-то говорит экскурсоводу. А, вот в чем дело… Ее сынок захотел «по нужде», и потому придется остановиться. Какой умница! Благодаря ему у меня появилась минутка, чтобы постоять под КИПРСКИМ дождем. И не только я — еще несколько человек вылезли из автобуса. Вот он, дождь, вот она, радость. Под этими святыми каплями я вдруг и ощутил, насколько же Ты любишь меня, Господи! Я никогда и не сомневался в Твоей любви, но чтобы вот так…
Кажется, это уже не дождь, а мои слезы…
«Аномальный дождь» прекратился сразу же, как только мы вновь сели в автобус. Капли на рубашке скоро высохли из-за африканской жары. Но радость оказалась долговечнее капель.
— Вот говорят, что на Кипре уже четыре года не было ни одного дождя! — вещает нам рассудительный Федор Васильевич. — Но это не так, конечно. Дождь тут бывает, но он большая редкость, и потому большая радость. А в августе дождей и вовсе не бывает. Но… Мы ведь едем от великой святыни.

…Умнейший человек наш Федор Васильевич! Сказал всем, что едем в деревню Омодос — там, дескать, сразу два винных заводика и можно «продегустировать», если кто пожелает. Люди обрадовались. Едем. И уже никого не укачивает — после святыни-то, да перед дармовой выпивкой. И даже не все услышали, когда Федор Васильевич добавил негромко: ну и храм там старинный есть, в честь Святого Креста… А в храме этом хранятся величайшие святыни: частица Честнаго Древа Креста Господня, часть уз Христовых (веревки, которой были связаны Его руки во время Страстей) — два безценных дара Царицы Елены этому дивному острову. Нет, все-таки, что там ни говори, а хорошо жить в Империи (неважно, Русской ли или Византийской). Только Императоры и способны вручать провинциям такие безценные дары. Чтобы на крохотном острове оставить такие святыни?! Произошло это на обратном пути в Константинополь после первого «археологического» похода в Иерусалим Царицы Елены — когда были обретены Крест Христов и много других великих реликвий… Кипр оказался у нее на пути. Вот и решила Царица Елена часть святынь здесь оставить. А еще в этом храме хранится глава Апостола Филиппа. Какой уж тут «винный заводик»?! Не до него… Люди притихли и стали ждать встречи со святынями. Дивно, дивно. Ехали в винодельню, а оказались в старинном храме. Ох и мудрейший вы человек, Федор Васильевич!
Раньше здесь был монастырь Святого Креста. И имел этот монастырь грамоту от султана, запрещающую разорять обитель. И вот потому-то сюда и свозили отовсюду святыни, чтобы здесь сохранить их от поругания турками-мусульманами. Так оказались в стеклянном шкафу рядом с главой Апостола Филиппа еще и глава святой Марины, часть мощей святого исцелителя Пантелеимона…
Прикладываемся к двум большим крестам — в них вложены частицы с величайшими святынями. Прикладываем — я, потом Людмила и Анна — свои нательные крестики к Господнему Кресту. Потом идем к киоту с мощами. Из ковчега хорошо видно бурый череп Апостола Филиппа. Рядом в похожем ковчеге покоится глава святой Марины, при жизни своей таскавшей за волосы демонов (об этом сказало мне клеймо на древней иконе в музее Киккского монастыря: дочь подозвала меня и показывает, и шепчет — «смотри, она их совсем не боится! За волосы таскает беса!». Я пригляделся — и правда…). Вот бы где оказаться надо многочисленным русским Маринам, вот бы где помолились они от души «своей» святой…
Апостол Филипп… В Евангелии он упоминается не один раз. Не так часто, как самые близкие ко Христу, самые любимые Им Апостолы, но и не реже других. К нему пришли еллины просить о встрече с Иисусом. У него спрашивал Господь о хлебах для голодных, прежде чем совершить чудо умножения хлебов и рыбы. Но мне особенно дорого другое. В последний день перед взятием Господа под стражу Он обращается к Своим ученикам с прощальными словами. И говорит уже «прямо, без обиняков», о чем раньше говорил прикровенно. И вот Филипп, устав от напряженного ожидания чего-то совершенно потрясающего, великого, неповторимого во всей последующей истории человечества, как будто бы не выдерживает этого предгрозового напряжения и взывает к Учителю: «Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас». Покажи нам Того, Кем Ты послан. Дай нам видеть Его, как видим Тебя. Дай чудо! Сделай Невидимого — Зримым… И вдруг прикровенное стало на миг очевидным, невероятное — фактом: «Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп?» (Ин. 14, 8-9). Этот полувопрос обрушил Небо на землю. Сын и Отец — Одно! И эта тайна была открыта Филиппу, чей бурый череп теперь у меня перед глазами.
Грек-служитель по моей просьбе («open!» — сумел-таки я процедить на весьма корявом английском) открыл стеклянную нишу и мы все (я, Людмила и Анна) приложились к святыням. «Russian?» — только и спросил меня невозмутимый грек. Я радостно кивнул: а то как же!..
Винные заводики туристов разочаровали. Вино оказалось там каким-то приторным, похожим на нашу советскую плодово-ягодную «бормотуху». Так что не вино, а святыни останутся у всех в памяти. Ай да Федор Васильевич! Ну все просчитал…
Утро 3 августа.…Во сне увидел себя как будто на Литургии в храме перед мощами Священномученика Киприана и мученицы Иустины (их мощи хранятся на Кипре в деревне Менико, возле столицы Кипра Никосии — А.Ж). Служба быстро закончилась, и я иду к священнику — молодому и очень красивому, — который стоит с крестом.
Проснулся я с явственным ощущением, что только что побывал возле их мощей — Святителя-мученика Киприана и мученицы Иустины. Святых, столь любимых в далекой отсюда, но такой близкой России! У них ищут защиты от колдовства и чародейства. И помощь приходит… Мощи этих святых покоятся на другой части острова, от моего отеля до них 150 километров гористой дороги. По российским меркам это не много, но на Кипре масштаб иной, и потому вряд ли я к ним попаду (хотя Господь «творяй чудеса»). Но они меня видели — и это главное. Все эти дни я очень переживал, что не смогу оказаться возле их святых мощей, читал им акафист. И вот они сами пришли ко мне, пусть даже и во сне. Все-таки прикоснулся к ним душой!
…А уже под утро приснилась мне наша блаженная Мария Ивановна. Узнала меня, заулыбалась, потом стала говорить со мной… И на Кипре она с нами.

Отель «Святой Георгий»

4 августа. На Кипре отелей видимо-невидимо, но с именем святого в названии — только один. И надо же, именно в нем судил мне Бог оказаться. Думаю, вот почему. Уже много лет собираю я под ногами валяющуюся мелочь с изображением Святого Георгия на монетах. Особенно много поднял копеек этой зимой. Просто меня на четыре месяца лишили водительских прав (каяться мне здесь больно-то не в чем: обычная подстава-искушение, не там припарковался в тихом переулке и не увидел вовремя гаишной «засады»), и всю зиму из-за этого в храм катался я на маршрутках. И сколько там с пола, из жидкой грязи извлек я монет с ликом святого! Наверное, именно за это Святой Георгий привел меня в этот чудный, добрый отель, освященный его святым именем. Из грязи, как говорится, да в князи. Буквально!
В каждом номере здесь лежит Евангелие сразу на трех языках — английском, немецком, французском. На столе — «фирменная» бутылка вина для въезжающих, с ликом Святого Георгия. А возле отеля — храм. Конечно же, он тоже носит имя этого очень чтимого на Кипре святого. Но храм этот действует необычно. Регулярных служб в нем почти нет. Зато службу можно «заказать» на рецепшене — сразу приедет священник (он служит в селе под Пафосом) и совершит заказанную требу: обвенчает, окрестит, отслужит молебен… В «обществе потребления» учли и это. Но как говорится, уж лучше так, чем никак.
Эта земля за двадцать веков так ПРОПИТАЛАСЬ Христианством, сроднилась с ним, слилась настолько, что верой здесь пронизано все. И потому Православие здесь не «выпирает» и почти не видно, но это лишь потому, что здесь весь быт, едва ли не все вообще — Православное… Добрый остров!
Пафос — древняя столица Кипра. «Новозаветный» город, названный в Деяниях Апостолов (гл. 14) по-древнему Паф. Одно время он даже был отдельной страной. Сейчас в нем до 50 тысяч жителей, если считать с окрестностями. Это один из центров туризма, недавно здесь даже построили аэропорт. А двадцать веков назад Апостол Павел обрел здесь свое новое имя, из Савла стал Павлом, когда обратил в Христианство римского наместника Кипра Сергия Павла. Мнения толкователей разделились, одни утверждают, что Савл еще раньше крестился с именем Павел, другие — что он в честь победы над Елимой-волхвом взял себе имя римского наместника Павла (но их обличают третьи: это, говорят они, было бы с его стороны «нескромно»). А я так уверен в том, что все произошло здесь именно так! Окрестив Павла, сделав весь остров в одночасье Христианским (каковым он, несмотря ни на что, остается и по сей день!), совершив здесь первое чудо, Апостол в память об этой победе взял себе имя Павел. Как наши славные полководцы, с Божьей помощью одолев врага, Царским указом добавляли к своим фамилиям название места своих побед: Потемкин-ТАВРИЧЕСКИЙ, Муравьев-КАРСКИЙ… И ничего «нескромного» в этом нет. Пафос — город первой большой победы Христианства над язычеством. И в память об этой победе Павел взял себе это славное имя. И первое страдание за имя Христово претерпел он здесь же. Сохранилась колонна бичевания Апостола Павла, где он претерпел «сорок без одного» ударов плетью. Когда молишься, приложившись лбом к этой древней колонне, кажется, что вовсе и не было этих двадцати веков. И все тут было еще вчера: мечущийся в «темноте» Елима-волхв, вдруг ощутивший на себе «руку Господню», и римский проконсул Сергий Павел, внимательно следящий за их схваткой… Чья сила пересилит? Ибо именно силу уважали в древнем мире, как, впрочем, и во все времена. И Христианство оказалось сильнее. В этом впервые убедились язычники именно в Пафосе.

Наша справка.
Кипрская Православная Церковь является Автокефальной Поместной Церковью, и в диптихе (списке) Православных Церквей занимает одиннадцатую строчку (первую строчку по традиции занимает Вселенский (Константинопольский) Патриархат, а Русская Церковь находится на пятом месте). В Кипрской Церкви 15 епископов. Предстоятель Кипрской Церкви — Архиепископ Кипра и Новой Юстинианы Хризостом II. Всего на острове действует 31 монастырь (из них 11 мужских). Три монастыря ставропигиальные — Свято-Киккский монастырь в честь иконы Божией Матери «Елеусы» (Милующей), монастырь в честь иконы Божией Матери Махериотиссы и монастырь в честь преподобного Неофита Затворника. Иногда эти монастыри называют Императорские — так как они были основаны во времена правления Византийских императоров по их прямому распоряжению. Вот как полностью звучит название крупнейшего из Кипрских монастырей: Ставропигиальная священная царская обитель Киккской иконы Божией Матери Елеусы (Милостивой).

На снимках: копия чудотворной Киккской иконы Божией Матери — великой святыни Кипрской Православной Церкви; надвратная икона Христа Спасителя. Киккский монастырь; Крест с частью уз Христовых, храм Честного Креста в Омодосе; киот с мощами святых, храм Честного Креста в Омодосе.

Окончание следует.

Антон Жоголев
20.08.2009
966
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
1
2 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru