Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Личность

Обет и Промысел…

...в жизни курского хирурга, политика и священника Вячеслава Федотова.


Среди участников трагических событий осени 1993 года в Москве, которые прозвучали финальным аккордом советской эпохи, есть люди, чья жизнь после танковых залпов в столице России пошла совсем по иному, чем прежде, пути. Один из тех, кто круто изменил свою судьбу в уже далеком девяносто третьем, в горящем Доме Советов России, — в то время депутат, представитель подкомитета Верховного Совета, а с 1994 года — священник Курской епархии Вячеслав Яковлевич Федотов. По благословению Архиепископа Курского и Рыльского Ювеналия отец Вячеслав с 1996 по 2000 годы являлся заместителем Губернатора Курской области А.В. Руцкого, председателем комитета Правительства области по социальному обезпечению населения. Случай уникальный. Подобные совмещения столь высоких государственных назначений со священническим служением имели место только в Императорской России. Я встретился с отцом Вячеславом спустя почти десять лет после того, как он дал обет Богу в горевшем Белом Доме:

— Как Вы приняли решение стать священником, отец Вячеслав?

— 4 октября 1993 года, находясь под обстрелом в Доме Советов России, мы не видели возможности выйти оттуда живыми. Среди нас, депутатов, был священник, отец Алексий Злобин, депутат от Тверской области. (В то время священнослужители еще могли занимать выборные государственные должности, запрет Священного Синода Русской Православной Церкви на участие в выборах появился позднее — Е.М.). Я как врач помогал раненым, а он семь раз читал акафист Николаю Чудотворцу, и мы молились о спасении. Во время этого испытания я дал обет, что если останусь живым, то приму сан священника. До этого был Православным человеком и, работая в Верховном Совете, занимался проблемами Церкви. Очень много ездил по стране, бывал во многих святых местах, от Владивостока до Калининграда, побывал в Египте, прошел по местам бегства Девы Марии с Младенцем Христом. Стать священником мне предложил тогда, в пылавшем Белом Доме, отец Алексий, и я согласился. Так же в этот день дали свои обеты Богу депутат Валентина Александровна Домнина (она сейчас строит храм во имя Святителя Николая Чудотворца в Твери) и мой помощник Алексей Михайлович Залесский. В Верховном Совете был освящен храм в честь благоверного князя Даниила Московского. Там проходила Литургия, исповедь, совершались Таинства. Из Свято-Данилова монастыря были принесены иконы, одну из них мне подарили монахи, и она находится у меня дома. На этой же службе присутствовал, в то время вице-президент России, Александр Владимирович Руцкой.
Свой обет Вячеслав Федотов исполнил.
...Я помню, как многие были удивлены, а некоторые озлоблены тем, что в первые месяцы своего вице-губернаторства в Курской области отец Вячеслав появлялся на государственных совещаниях и перед телекамерами с наперсным крестом и в рясе. В кабинете вице-губернатора Федотова перед Иверской иконой Божией Матери всегда горела лампада, запах ладана нередко чувствовался еще в приемной. Для ряда известных, влиятельных в Курске лиц его назначение на пост заместителя Губернатора области по социальному обезпечению явилось полной неожиданностью. Но вся его жизнь, так или иначе, была наполнена служением ближнему. Двадцать лет он проработал хирургом, возглавлял отделение сердечно-сосудистой хирургии Курской областной клинической больницы. Крупномасштабной многолетней акции областной администрации по оказанию помощи обездоленным он придал духовный смысл и назвал ее "Возлюби ближнего твоего". Разрабатывая государственные программы медико-социальной реабилитации населения, он вплотную подошел к созданию на том же уровне системы реабилитации духовной. Занимая должность, предоставлявшую ему огромные возможности, он много раз в присутствии подчиненных вспоминал евангельскую притчу о немилосердном богаче и нищем Лазаре, просившем подаяние у богача, да так и не допросившемся. Часто ему самому приходилось упрашивать, уговаривать, убеждать сильных мира сего помочь нуждающимся. Несколько открытых в области межрайонных центров социальной помощи семье и детям (с приютами), в которых сразу же появились святые иконы и представители Православного духовенства, открытие молельных комнат во всех без исключения учреждениях системы социального обезпечения, за каждой из которых был закреплен Православный батюшка, создание по инициативе отца Вячеслава областного реабилитационного центра во имя преподобного Феодосия Печерского — вот далеко не полный перечень его дел.
— Я начал ходить в церковь, когда стал хирургом, — поделился своими воспоминаниями отец Вячеслав. — В моей врачебной практике встречались случаи, когда по всем медицинским признакам человек должен был умереть, а он выздоравливал. И я понял, что не все зависит от хирурга, а есть еще и Промысел Божий, и я пришел в Церковь сознательно. Трудно было перестраиваться со светской жизни на церковную, поначалу несколько часов на молитве было труднее выстоять, чем всю ночь за операционным столом, но это скоро прошло…

— Почему Губернатор Курской области А. В. Руцкой предложил Вам, священнику и врачу, новое назначение — заниматься социальной политикой, социальной поддержкой беднеющего населения области?

— Вижу в этом Промысел Божий. Когда я вернулся из Москвы в Курск и готовился к рукоположению в священнический сан, то сначала был послушником в монастыре Коренная пустынь, в Курском Знаменском монастыре, потом исполнял обязанности секретаря епархии. Когда работал в Верховном Совете, то занимался вопросами благотворительности, милосердия. Сфера деятельности мне была знакома, проблема ясна: помочь самому бедному населению, нашим отцам и матерям, нашим детям, о многих из которых просто некому позаботиться. А мы видим рядом с собой непомерно богатеющих людей. И одна из задач священников Православных — не дать погибнуть душе богача, памятуя притчу Евангелия о богаче и Лазаре. Необходимо избавиться от осуждения богатых людей и идти к ним, и убеждать их в необходимости оказывать помощь нуждающимся согражданам — тем, кто живет в домах-интернатах, приютах. Неплохо было бы, если бы эти люди объединились и взяли под свою опеку (как когда-то это было в нашей могучей державе!) такие учреждения, где проживают обездоленные без должного участия в их судьбе со стороны близких. Это и будет спасением душ преуспевающих сегодня граждан. На службе социального окормления наших неимущих и сирот я пытался делать все от меня зависящее, чтобы помочь им. Но, проанализировав за последние два года свою деятельность на посту председателя комитета области по социальному обезпечению населения, считаю, что многое я не сделал, в первую очередь это работа на местах с нашими инвалидами, престарелыми, малоимущими. Сегодня очень много людей страдает от тех изменений, которые произошли за последние 10-15 лет в нашей стране. Люди из более-менее нормально обеспеченных доведены до нищенского существования.

— Быть может, Господь таким образом обращает наше внимание на духовную жизнь, и это тоже промыслительно?


— Я так не думаю. Нищета, как сказал классик — порок, а Господь зла не творит. Наше молчание, наша слабость, наш грех привели к этому. Мы сами себя наказываем, и если дальше так будет, то... конец света близок. Если сегодня мы не покаемся в своих грехах и не начнем проявлять реальную заботу о ближних своих.
Присутствие отца Вячеслава на важном государственном посту продолжалось четыре года, для современной молодой российской государственности, построенной на исключительно светских началах, это немало. Но государственная служба диктует свои жесткие законы всем, кто с ней связан, и священник — не исключение. Автору этих строк довелось работать вместе с вице-губернатором и священником Вячеславом Федотовым и видеть, какой драматический недостаток духовных сил, какое одиночество испытал этот человек, со всех сторон окруженный просто чиновниками, от Церкви в большинстве своем, увы, пока далекими. Как тогда, осенью 93-го, он вновь попробовал изменить судьбу, несколько раз он порывался уйти из политики, остаться просто приходским батюшкой. Но всякий раз как будто невидимая рука удерживала его, и он не единожды подавал рапорты об отставке, открыто не соглашаясь со многими решениями Губернатора, но по-прежнему оставался в кресле председателя комитета.
Люди промыслительно связаны друг с другом порой сильнее, чем им это кажется. Не стало в большой политике Александра Руцкого, тут же ушел с "государевой службы" и священник Вячеслав Федотов. Впрочем, русский вариант "симфонии" Церкви и государства всегда, даже в лучшие времена, не был прочным и держался чаще всего исключительно на взаимопонимании и доверии друг к другу конкретных исторических лиц. Да и новая власть после осени 1993 года открыто и недвусмысленно заявила о себе как о государстве сильных и преуспевающих "князей" мира сего. Церковь кротких и плачущих оказалась малопригодна для государства, порывающего со всеми плачущими ради союза с веселящимися. Не оттого ли многие Православные так глубоко сострадали всем тем, кто навсегда остался в пылавшем Доме Советов России?
— Дело церковно-государственной "симфонии", конечно, не в Федотове или Руцком, — считает отец Вячеслав, — от одного человека сегодня, к сожалению, немногое зависит, хотя Александр Владимирович (?) Руцкой, безусловно, многое сделал для Православия и остается сторонником Православных начинаний в государственном строительстве. Но, как говорили западные политики, "свита делает короля". Сегодня это так. Я думаю, что многого не знают наши высшие чиновники, публичные политики, и очень многое из того, что происходит в стране, в ее регионах — я в этом уверен! — им непонятно. Но я думаю, что если бы в их окружении были Православные люди, и немало, это уже была бы Православная община областной или городской администрации, например. И так во всех эшелонах власти. Но этого нет. В свое время, в 1991-92 годах, я видел, как создавалась такая община, это было в Петросовете. Просто в Петросовет (ныне не существующий) пришли Православные люди, и не один, не два, а больше. В Верховном Совете России, который на 90 процентов состоял из представителей коммунистической партии, всего несколько священников Русской Православной Церкви провели огромную работу, и многие из моих бывших коллег-парламентариев стали Православными, участвуют в Таинствах Церкви, я знаю этих людей. Сегодня ни мусульмане, ни представители протестантских концессий не стесняются находиться во всех без исключения властных структурах, а мы, Православные, почему-то часто говорим о том, что для нас это невозможно. По-моему, это пережиток страха того, что наступят времена гонений на Православных. Чтобы этого не случилось, власть должна стать Православной, как это произошло в свое время в Римской Империи. Христиане шли на службу к императорам языческого Рима, шли в сенат, на службу к наместникам римских провинций, объединялись в общины, не страшась того, что их могут бросить в кипящее олово или колесовать. Они становились мучениками за Христа и гибли за то, что несли веру Христову в ряды тех, кому принадлежала власть. К сожалению, сегодня такого "вхождения во власть" среди Православных я не наблюдаю. Я считаю, что Православные христиане, в том числе и священство, должны участвовать в формировании властных структур.

— Слишком мощные организованные силы активно и целенаправленно препятствуют этому…


— Да, это осознанная ненависть к Церкви определенных сил, располагающих неограниченными финансовыми возможностями. Сегодня нас никто не уничтожает физически, силам зла "невыгодно" делать из нас мучеников, потому что мученики многое сегодня могут изменить... Нас уничтожают духовно, через подавляющее большинство средств массовой информации, посредством растления, различных прельщений в бытовом, материальном положении, с помощью колдовских чар. Уничтожают идеалы Православия. Но представьте себе, если бы в комитете областной администрации по социальному обезпечению населения, где мы с вами трудились, рабочий день начинался бы с молитвы Святому Духу! Представляете что было бы? А просто не было бы многого из того зла, с которым мы теперь уже не в силах бороться. Сегодня часто объясняют наши беды тем, что восьмидесятилетний режим воинствующего атеизма привел к духовному обнищанию россиян. Но я с этим не согласен. Сотни тысяч людей за свои убеждения, за веру в Бога, в Святую Православную Русь переносили тяжкие испытания и лишения. А те, которые были слабы духом, "смирялись" и, что хуже всего, часто потакали воинствующим атеистам. Ничто, никакие "обстоятельства" никому никогда не мешали и не мешают быть добрым, быть честным, оставить чувства наживы, осуждение и зависть, любить Бога и ближнего. Это просто всего труднее делать. И, конечно же, наша Церковь должна иметь более активное влияние среди чиновнического сословия и, как я уже сказал, выдвигать своих представителей на различные управленческие посты. Только таким путем, воспитывая в недрах Церкви новое поколение людей способных заменить современных властителей, которые ведут политику уничтожения нашей страны и русского народа, можно облагородить власть. Иначе — свято место пусто не бывает, уже завтра к власти в России могут прорваться откровенные сатанисты. И если это произойдет, виноваты будем мы сами. Потому что только Православные люди могут, если захотят, принести добро и любовь на русскую землю.
...Повторения имевшего быть прецедента, то есть нового вхождения в коридоры государственной власти кого-либо из представителей Православного духовенства, подобно священнику Вячеславу Федотову, насколько мне известно, не было нигде в России. Для этого священнослужителю надо нести слишком тяжелый, не один год набиравшийся, современный политический груз за плечами, что само по себе не располагает к частому совершению богослужений и исполнению треб. Отец Вячеслав Федотов, ушедший два года назад в отставку государственный служащий, теперь заштатный клирик Курской епархии.

— Вы никогда не жалели о том, что в те "роковые минуты" октября 93-го так поменяли свою судьбу, отец Вячеслав?


— Никогда! На все воля Божия. Я грешный человек. А испытания в жизни — за грехи. В марте 1994 года, на 48-м году жизни, я стал священником. Подрастали двое сыновей, сейчас они уже выросли... Я не строю планов на будущее. Но хотел бы вернуться в систему социального обезпечения, считаю, что многое не доделал. Надо и свою душу лечить, и души ближних, памятуя о Царствии Небесном.
На снимках: Священник Вячеслав Федотов; Справа от священника — капитан атомохода "Курск" Геннадий Лячин.

Фото Дмитрия Фомичева

Евгений Муравлев, г. Курск
07.03.2003
Дата: 7 марта 2003
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru