Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:


Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.






Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Личность

Защитница Святой Руси (окончание)

Жизнеописание графини Анны Алексеевны Орловой-Чесменской (тайной монахини Агнии).

Начало

Отступление о мистике

Но что же такое мистицизм — подлинный и лживый? Вот что писал о ложной мистике оккультистов, теософов и гностиков исследователь Э.Я. Голосовкер (см. «Логика мифа», М., 1985, стр. 155, 156): «Основное отличие религиозного восприятия и понимания от мистического в том, что религиозное понимание основано на откровении, на знании «сверху», открывающемся жаждущим его, в то время как мистическое понимание есть знание «снизу», возникающее из внутреннего опыта, полученного мистиками-философами путем предварительной аскезы, диэты, упражнения. Религиозное понимание основано на вере и только на вере, которой открывается истина. Мистическое понимание основано только на опытном знании: оно добыто усилиями ума и воли через воображение». Такая «мистика по сути своей антипод религии — ее давнишнего безпощадного противника. Религия покоится на вере и откровении, на «сверху». Мистика же — на знании (гносисе) и внутреннем опыте, на эмпирическом проникновении… Как ни покажется это парадоксальным, (неправославная) мистика глубоко материалистична, особенно дурная мистика по линии оккультизма (например, теософия, оккультизм)». Именно таким «откровением снизу» и была предлагаемая Православному народу — потворством князя Голицына — лжемистика масонов, квакеров и пр. А вот что пишет другой исследователь о подлинной религиозной мистике: «Слово «мистика» отсутствует в языке святых отцов Древней Церкви. Это слово стало употребляться в западном Христианском мире в более позднее время, и если оно применяется сейчас, в Православии, то ему обычно соответствует, по определению Архимандрита Киприана (Керна), «стяжание Духа Святого, стремление к харизматическому настроению». Мистика не есть особый духовный путь, отличный от аскетики, от нее не зависящий. Мистика есть особое благодатное состояние, которое достигается на пути строгого подвижничества. Она неотделима от аскетики и требует аскетической подготовки. Мистика вытекает из аскетики и тесно с ней связана. Но нужно отметить еще одну особенность. Состояние созерцания, мистического осияния не прямо пропорционально аскетическому подвигу. Бог посылает Свою благодать человеку не в меру его заслуг, а туне, сообразуясь лишь с духовной восприимчивостью подвизающегося. Деятельный путь существует только для того, чтобы подготовиться к восприятию благодати, к созерцанию. Именно в благодати содержится высшее совершенство и желаемое единение с Богом» (Игумен Петр (Пиголь). Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники. М., 1999 г.). Как видим, в темной псевдохристианской мистике главное — «техника», человеческие усилия, воображение. В противоположность ей, в Православной мистике главное — откровение Свыше…

Союз двух

Мир не вмещает, не хочет вместить того, что выше его понимания. Много и с сочувствием пишут до сих пор про «высокие отношения» писателя Тургенева с певицей Виардо (при ее живом муже!), но как только речь идет о подлинно духовных отношениях — тут у мира не находится других слов, кроме клеветнических. В результате этого великого духовного союза Архимандрита Фотия и неимоверно богатой как материально, так и духовно Анны Орловой-Чесменской произошло торжество Православия над масонскими тайными обществами, сектантством и лжемистикой! Такого мир не может ни вместить, ни простить. Какой только клеветы не излили на них со всех сторон! Даже первый поэт Империи, Пушкин, принял участие в травле. По всей видимости, именно ему, русскому гению, масонские ложи и поручили нанести удар на поражение. И Пушкин, — тогда еще не ведавший, что творит (прозрение придет позже, когда те же силы будут травить уже его, посылая анонимные письма как «члену ордена рогоносцев» — с масонской символикой на конвертах), — зарифмовал слова в грязной эпиграмме. В ней с недостойным его высокого дарования глумлением говорилось о том, что своею чистой душою Анна Орлова предана Богу, «а грешной плотию — Архимандриту Фотию». Не удержался и он… Что уж говорить о последующих «розовых христианах» во главе с Мережковским, которые откровенно, смачно, художественно глумились над подлинными, отнюдь не «розовыми» Христианами!… «Фотий в гробу своем полеживал с приятностью, — писал в романе «Александр I» Д.С. Мережковский. — В доме графини Анны Алексеевны Орловой-Чесменской, где гостил он целыми месяцами, он устроил себе подземную келью. Посреди кельи — гроб. Фотий спал в нем ночью, а иногда и днем отдыхал. Анна сперва ужасалась, а потом привыкла. Когда… лежал он в этом веселом гробу, Анна любовалась на него с умилением: «Ах, отец, отец. Как он мил!». Фотий… держал ее в строгости, как последнюю дворовую девку. «Мозги птичьи», — говаривал про нее Фотий. Но в глазах чистых, как вода ключевая, сквозь глупость ума ум сердца светился. Готовилась к тайному постригу: носила власяницу под шелковым фрейлинским платьем… Ходили слухи о блудном сожительстве Анны и Фотия, но это была клевета». Вот так, с безпощадной иронией, издевкой, было принято изображать этих двух великих людей. И это еще далеко не самое отвратительное описание! Художественный талант Мережковского, вопреки усыпленной совести, не позволил автору опуститься ниже уровня «дозволенного» падения. А вот мыслители пошли в своем безоглядном осуждении гораздо дальше. Серьезный исследователь истории русской мысли, протоиерей Георгий Флоровский называет Фотия не иначе как “изувером”: «Это образ самозваного харизматика, очень сомнительного и навязчивого, всегда создающего вокруг себя атмосферу какого-то изолирующего возбуждения. Это типичный образ прелести, страшный закоулок или тупик ложного аскетизма», — заключает автор. Правда, через несколько страниц он делает поразительный вывод о том, что «изувер» и его помощница-графиня совершили, казалось бы, невозможное — «русская партия» при дворе одержала решительную победу, изменившую ход развития русской мысли и русской государственности!
Графиня Анна встретилась с отцом Фотием 27 апреля 1820 года в Казанском соборе Петербурга, где 28-летний иеромонах в проповеди грозно обличал дух времени, чем и произвел на 35-летнюю графиню, искавшую духовного руководства, неизгладимое впечатление. Через несколько дней она приняла его в своем доме. Графиню мучили в то время хульные помыслы, — отец иеромонах ответил ей, что не следует верить этим помыслам, ибо они от лукавого. «Главное — не слушать, а отвергать их». Потом она спросила его о соблюдении духовного девства. Монах ответил ей, что для нее это сокровище пока неведомо. Но взаимосвязано с девством телесным. В ее молельной комнате он наугад раскрыл молитвослов и прочел тропарь Пресвятой Троице. После этого, задумавшись, сказал: «Наша встреча устроена Самим Богом».

Последующие события показали правоту этих слов. В начале его борьбы с масонами Фотий был сравнительно легко побежден — его просто выслали в Новгородскую губернию, в нищий Деревянский монастырь, по накатанной Святителем Иннокентием ссыльной дороге… Когда пришла на помощь графиня Анна, с ее неограниченными материальными возможностями, которая к тому же имела огромное влияние при дворе, с воином Христовым Фотием такой «трюк» проделать стало сложнее… Не без ее участия он получил Высочайшую аудиенцию и указ Царя, разрешающий ему в любое время приезжать в столицу. А потом еще одну аудиенцию. И еще… После каждой его встречи с Царем незамедлительно принимались конкретные решения. После первого разговора с Александром I были запрещены масонские ложи. Все! После второй встречи слетел со своего кресла министр Голицын… После третьей было поставлено под сомнение изрядно прогнившее «Библейское общество»… Еще более возвысился и без того могущественный Аракчеев — еще один оболганный русский патриот и защитник Православия.
Принято считать, что почти во все время своего царствования Царь Александр I находился под влиянием мистиков и сектантов. Покровительствовал «внутреннему христианству», посещал салон сектантки Татариновой, общался с квакерами и пр. Все это так. Но причины этого могут быть совсем иными. Известна его роль в дворцовом перевороте, ставшем причиной гибели его отца Императора Павла I. Косвенное участие в этом страшном преступлении до конца дней не давало покоя Царю. Даже слава победы над Наполеоном и спасение мира от этого «кандидата в антихристы» не дали ему забыть о своей несмываемой вине перед Богом и своим отцом… Своим воцарением он был обязан масонам. И в этом была, быть может, главная причина его «снисходительности» к ним. И только в самом конце царствования, под влиянием Фотия, пораженный видениями, бывшими новгородскому Архимандриту, когда грозный Ангел развернул свиток, на котором было написано одно страшное слово — «революция», он решительно разорвал с политикой потворства врагам Православия и исторической России. Масонские узы на нем ослабели. Помазанник Божий наконец одолел в нем венценосного заговорщика. Отставка Голицына фактически стала разрывом со всем тем, что так долго держало его в духовном плену. Началось подлинное, действенное покаяние! Народная легенда, подкрепленная многими фактами, гласит о том, что Царь Александр сложил с себя корону и тайно отправился в Сибирь, где стал известен как старец Феодор Кузьмич (ныне причисленный к лику местночтимых сибирских святых). Это одна из великих тайн русской истории, которая, видимо, раскроется для нас уже за порогом земного времени…
Еще один парадокс истории: дочь цареубийцы, Анна Орлова, помогла встать Царю на путь подлинного покаяния в грехе соучастия цареубийству и отцеубийству…
Но во время знакомства отца Фотия и графини Анны до этого было еще так далеко! «Богомудрая девица Анна! Слышал я, убогий, что ищешь ты Царствия Божия и правды Его; оно близ тебя есть, — апостольски писал ей из новгородской ссылки Фотий. — Да отверзутся твои очи тебе и ты узришь, Анна, яко Мария, Христа. Собирай сокровище некрадомое на небесах, утешай плачущих, отирай слезы сирых, питай нищих, не оскудеет Господь тебе подавать…» Графиня Анна на всю жизнь запомнила эти слова. И всю жизнь следовала этому строгому внушению духовника. Стала безпримерной благотворительницей!
Вскоре Фотий окончательно разрешил ее вопрос о замужестве, в разговоре вдруг назвав ее «невестой Христовой». А уже в 1821 году, всего через год после их первой встречи, он писал о графине Анне: «Она матерь моя, паче нежели родная…»
Во время одного из посещений дома графини Анны Фотий обратил внимание на многочисленные мраморные изваяния в графском летнем саду, аллегорически изображавшие языческих богов согласно моде екатерининского времени. По приказу хозяйки, отданному без долгих раздумий, мраморные болваны были тут же убраны. Она легко прошла это первое испытание…

Самарская миссионерша

Графиня Анна унаследовала от отца села и деревни Самарского уезда: Новодевичье, Переволоки, Винновку, Кармалу, Екатериновку, Алексеевку, Владимировку, Кануевку, Ивановку и другие. В шести принадлежавших ей селах были построены храмы. Эти имения были населены чувашами, в то время еще пребывавшими во тьме язычества. И вскоре все ей подвластные чуваши приняли Православие. Биограф графини Анны Орловой-Чесменской пишет (цит. по: «Православный летописец Санкт-Петербурга. Приложение 1, 2001 г. Вячеслав Улыбышев. Архимандрит Фотий и графиня Анна Орлова-Чесменская): «Крещение чуваш было совершено в 1830 году. В деревне Ивановке первый раз в январе крещено 137 душ обоего пола, второй раз в июне крещено 580 душ, в деревне Кармала 1июня — 168 душ, в деревне Березовый Солонец 1 июня — 352 души. Для крещения чуваш прибыл в имение Анны Алексеевны Орловой-Чесменской Филарет, Архиепископ Казанский и Свияжский, впоследствии Митрополит Киевский. Для крещения были устроены тесовые крещальни для мужчин и женщин отдельно. Многих чуваш крестил сам Филарет, причем имена христианские давались им группами. После Крещения Владыка в походной церкви совершал Литургию, и все крещеные причащались Святых Христовых Таин. В походной же церкви совершали над новопросвещенными таинство брака, предложив многим из них наперед по обоюдному согласию избрать на всю остальную жизнь любую из прежде взятых в язычестве жен. Походная церковь была привезена из Ставрополя… Особенно торжественно крещение над чувашами было совершено в Ивановке 3 июня 1830 года и в Тайдаково 30 августа 1829 года. В Ивановке крестилось около 600 человек, а в Тайдаково — более 800. В Ивановке чуваши крестились в реке Бензенчук. Крещаемые порознь подходили к архипастырю, спускались с досок в купель и, погрузившись троекратно, выходили из воды, принимая кресты и пояса, и, отойдя в стороны, надевали на себя белые рубашки… Всего было крещено более 4 тысяч человек!» Все это напоминало первые века Христианства… Для тысяч самарских чувашей графиня Анна стала поистине крестной матерью. А в селе Нижняя Ивановка жил один богатый чуваш-язычник, который соглашался креститься при одном условии: восприемницей при его крещении должна стать именно она. Графиня Анна не откладывая приехала в это село и стала его крестной. Чувашу этому в крещении было наречено имя Захария. Захарий Васильевич Левкин после крещения пригласил в свой дом крестную мать, причем до церкви от его дома были разостланы ковры и холсты. Графиня пожертвовала своему крестному сыну около 300 десятин земли…
Всего сто восемьдесят лет назад землю Самарскую еще нельзя было назвать подлинно Христианской. Если в городе жили в основном русские Православные люди, дальние потомки стрельцов, которые основали «крепостцу» Самару, то вокруг обитали все еще языческие народы. И во многом благодаря усилиям Анны Орловой наша земля стала Христианской. Этот ее подвиг не должен забыться!

Фрейлина Царицы Небесной

Что больше всего поражает в Анне Орловой-Чесменской? Простота и тихая неотмирность души. Если ее известная современница Татаринова, чей сектантский салон знавал и высоких вельмож, и даже самого Царя, в первый же день, как из лютеранства перешла в Православие, буквально потребовала у Бога не больше, не меньше, как «дар пророчества» (и вскоре получила просимое — только не от Бога), то Анна Орлова десятилетиями старалась внешне никак не выказывать свою высокую, подлинно аскетическую духовность. Во время св. четыредесятицы она большую часть дня проводила в церкви, а по ночам молилась уединенно. В это время воздержание в пище усиливалось до подвижничества древних отшельников: в первую неделю поста до субботы она не вкушала ничего, кроме просфоры. А в Страстную неделю принимала пищу только в Великий Четверг. Приобщалась Святых Таин каждую субботу и воскресенье. День, когда графиня Анна сподоблялась принять Святые Тайны, всегда называла днем блаженства и душевного торжества. Не вкушала никогда мяса и пищи молочной. Каждую полночь вставала и 12 раз читала молитву «Богородице Дево, радуйся…» Подпав под влияние Фотия, как пишут недоброжелатели, она однако не посыпала пеплом главу, не раздала все имение в чужие руки, не ушла в монастырь, как этого можно было ожидать, но стала служить своим богатством Церкви и людям. Не пренебрегала светскими приличиями и этикетом, не обрывала связей при дворе, не вышла из того великосветского круга, к которому от рождения принадлежала. Она изнутри преобразила свою жизнь, внешне же оставалась Камер-фрейлиной Их Величеств Марии Феодоровны, Елисаветы Алексеевны, Александры Феодоровны, оставалась близкой к Царствующему дому. И даже чудеса она творила тихо, неприметно, порой… для самой себя.
Однажды графиня Анна пришла за каким-то советом в келью к блаженному старцу Феофилу Киевскому. Но в келье его не оказалось. Она увидела его на монастырском дворе. Решив испытать ее смирение, старец побежал от нее в сторону леса, графиня бросилась за ним… Анна несколько раз теряла его из виду, но снова находила его и старалась не отставать. Наконец старец прибежал в Новоспасский сад и, войдя в калитку, тотчас скрылся из виду. Взволнованная графиня остановилась в нерешительности, но на счастье ее у садовой калитки сидел послушник Н. Она и спросила его, куда пошел старец Феофил. Юноша указал ей дорогу, поклонился и открыл перед ней калитку сада. Вне себя от радости, Орлова вынула из сумочки пригоршню золотых монет и с благодарностью подала их Н. Оказалось, как раз этой суммы не хватало послушнику, чтобы откупиться от воинской повинности и остаться в монастыре. Встреча его с графиней была устроена прозорливостью блаженного старца.
В другой раз она явилась к этому старцу в канун празднования Успения. Блаженный Феофил наводил порядок в своей келье. Увидев ее, он обрадовался и попросил ее спуститься к Днепру и вымыть для него несколько мисок. При этом он вручил ей самую грязную посуду. Анна Алексеевна лишь улыбнулась и без тени протеста направилась к реке, где без малейшего колебания принялась чистить своими руками, украшенными драгоценными бриллиантами, загрязненные миски и горшки. Прислуга ее стояла поодаль и наблюдала эту сцену с изумлением.
Однажды в Юрьевском Новгородском монастыре на обеде у его наместника Архимандрита Фотия будущий духовный писатель А.Н. Муравьев признался, что не соблюдает постов в среду и в пятницу, при этом сославшись на великосветские обычаи, не располагающие к «постническому житию». На это отец Архимандрит ответил, что Анна Алексеевна, присутствовавшая здесь же, сумела соблюдать посты даже в Берлине, находясь в свите Императора! Фотий стал просить молодого человека хотя бы в пятницу соблюдать пост, но тот в ответ не давал согласия. Тогда Фотий неожиданно сказал графине: «Подарите ему лошадь, при условии, что он ради этого подарка будет поститься в пятницу». Муравьев был смущен, стал отказываться. Но графиня тут же велела привести для него из конюшни хорошую и дорогую лошадь. Уезжая из монастыря на подаренной лошади, Муравьев обещал поститься не только по пятницам, но и по средам. И слово свое сдержал.

Безпримерная благотворительница

Позже тот же Муравьев писал о графине Анне Орловой: «Кто не подивится благолепию обители Юрьевской, к коей особенно лежало ее (графини Анны — А.Ж.) сердце, и которая действительно заслуживает внимание, как древнейшая после Печерской… Не ей ли обязаны своим благосостоянием и все прочие обители Новгородские? И Собор Софийский испытал ея щедрую руку — под его древней сению Святители Никита и Иоанн почивают в серебряных раках, от нее пожертвованных. Ею украшен или, лучше сказать, создан новый великолепный храм Ростова в обители Святителя Димитрия, где украсила она раку св. Иакова. Еще не довершен храм обители Задонской, но кто положил ему основание? Лавра Печерская исполнена ея щедрых даяний. Там — в Успенском соборе, по ея усердию, бронзовый иконостас, ценою в миллион, должен был заменить деревянный. Великолепная рака Великомученицы Варвары в Златоверхой обители Михайловской, вылитая вся из серебра, останется навсегда народным памятником усопшей. И в Почаевской Лавре уже есть залог ее пламенной ревности: серебряная гробница первоначальника Иова и богатые украшения горнего места вокруг чудотворной иконы».
«Благодеяния графини Анны, — пишет ее биограф Н. Елагин, — простирались до такой степени, что графине почти не доставало ее огромных доходов. Церковь Патриаршая Живоносного Источника в Цареграде, при немалых ее пособиях, восстановлена в благолепии. В Александрии и Дамаске обе Патриаршии церкви украшены драгоценными иконостасами, от нея присланными. И Святому Граду, и Святой Горе известна благотворительница, которая осыпала Восток нескудною милостынею; везде там громко имя графини Анны, как бы древней Мелании. Она сама сокрушалась только от такой известности, и почти огорчалась, получая благодарственные послания Патриархов, — столь велико было ее смирение. Но сколько тут славы — не только для нее, но вообще для русского имени! Едва ли когда-нибудь и где-нибудь частный человек принес такую жертву Богу!»

Посмертная тайна

Анна Алексеевна скончалась 5 октября 1848 года, на 64-м году жизни — в день тезоименитства своего горячо любимого отца. В этой дате — итог молитвенных усилий всей ее жизни. Значит, Бог услышал ее молитву, принял ее дары — и простил ее отца!
Смерть ее поразила современников умилением. В этот день она причастилась Святых Таин в любимом ей новгородском Юрьевом монастыре, прослушала панихиду по своему отцу. Поклонилась могиле своего духовного отца — Архимандрита Фотия, при этом казалась здоровой и веселой. Но в покоях настоятеля вдруг почувствовала стеснение в груди, хотя нашла в себе силы приложиться к Иверской иконе Божией Матери, особенно ею чтимой. Только после этого она села на диван… Уже отходя, попросила она Архимандрита Мануила (наместника Юрьевского вслед за Фотием) прочесть над ней молитву «Богородице Дево, радуйся…», которую так часто читала. И эта молитва стала для нее последней земной молитвой…
После смерти графини в ее молельной комнате было обнаружено большое Евангелие. В нем на последней странице была обнаружена дарственная надпись: «Да благословит Господь душу твою, сестра во Христе ЕИНГА! Читай эту книгу, и да поможет она понять, в чем состоит воля Божия, и постичь сердцем непреходящие тайны Его. Молись также и обо мне и прими сей священный подарок от руки Матери Божией, от Госпожи нашей, настоятельницы пещер Киевских, от Госпожи твоей и моей. Схимонах Парфений. 1845, августа 22-го. Аллилуйя».
Видимо, имя ЕИНГА здесь — это монашеское имя графини Орловой — Агния; оно написано наоборот в звательном падеже — Агние, чтобы сохранить тайну ее пострига. Это же самое имя открыто написано в том самом Евангелии, в конце. Очевидно, надпись сделана рукой отца Парфения, известного старца Киево-Печерского. Скорее всего она приняла монашество в этом же 1845 году, возможно, от рук старца Парфения. Пример Анны Орловой-Чесменской (тайной монахини Агнии) свидетельствует о том, что спасение возможно для человека, в любом звании и состоянии находящего. И то, что для многих являлось и является источником гибели и соблазна (богатство), для нее стало орудием спасения своей души.
Вечная ей память!

На снимках: Казанская церковь села Винновка Самарской области (современный вид). Храм построила Анна Орлова-Чесменская. Фото В. Пылявского; Казанская церковь с. Кануевка Самарской области (современный вид).Храм построен в 1829 г. графиней Анной Орловой-Чесменской.В 1935 году церковь закрыли, купола сбросили. Иконы уложили в ящики, которые в 1947 году "активисты" увезли в неизвестном направлении… Фото В. Пылявского.

На последнем снимке: могила архимандрита Фотия и графини Анны Орловой-Чесменской находится вне территории Юрьевского Новгородского монастыря, за алтарем церкви Благовещения “на Мячино”. Церковь эта расположена напротив аэродрома на пути в монастырь. Ранее могила архимандрита Фотия была в склепе Похвальской церкви обители. Там было два мраморных гроба — его и его духовной дочери, графини Анны Орловой. Сразу после революции большевики в поисках ценностей вскрыли оба гроба, но увидев нетленные тела, не тронули ни золотой крест Фотия, ни украшения на сиреневом платье графини. В 30-е годы, когда в монастыре хозяйничал уже НКВД, могилы все же разграбили, останки выбросили.
Один из смотрителей монастыря выпросил нетленные мощи и захоронил их на кладбище, положив в одну могилу (эти данные и фотографию могилы предоставил Игорь Кольцов, г. Новгород Великий).

Антон Жоголев
28.01.2005
1176
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
3




Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2019 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru