Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Личность

«Как радостно жить со Христом…»

Разговор с Православным парикмахером Юлией Захардяевой о ее любимой профессии.


Разговор с Православным парикмахером Юлией Захардяевой о ее любимой профессии.

В детстве она едва не утонула… Маленькой Юлии разрешили купаться только по колено в воде и не велели заходить дальше в реку. Но когда взрослые отвернулись, Юля сделала неразрешенный шаг. Дальше был всплеск воды, брызги и яркие солнечные лучи. Она до сих пор помнит то сильное потрясение и кусочек яркого голубого неба над головой, становившийся все меньше и меньше — его закрывала вода. Конечно, было страшно оказаться на краю гибели, но великолепное зрелище, поражающее необыкновенной красотой, запечатлелось в памяти на всю жизнь. Тогда душу пронзила мысль о величественности неба — и о том, что оно скрывает за собой нечто важное для человека. Барахталась из последних сил, чтобы приблизиться к этому светлому голубому кусочку, и пыталась сделать хотя бы вздох, ведь так не хотелось исчезать в темной пучине. И Бог заметил ее сильную жажду жизни и пощадил еще не крещенное дитя…
Позже, став взрослым человеком, это состояние движения к небу она ощутила в Православном храме. Церковь Христова стала для Юлии Валерьевны Захардяевой тем спасительным светом, к которому тогда она стремилась выплыть из глубоких вод.
Около двадцати лет Юлия проработала журналистом в различных самарских изданиях, но всегда с упоением в свободное время стригла своих коллег, и в последние годы это увлечение стало ее профессией. Как-то незаметно для себя и своих родных Юлия постигла многие секреты парикмахерского искусства и стала настоящим мастером. Ее любят и ждут у себя дома люди, которые по тем или иным причинам не могут посетить салон парикмахерской. Юлия стала для них долгожданным собеседником, умным советчиком, да и просто человеком, который, как и они, живет Православием. Ее же некогда основная работа — писать! — теперь стала любимым хобби. В «Благовесте» не раз публиковались Юлины рассказы. В один из ее визитов в редакцию мы решили побеседовать с ней о ее пути к вере.
…Так что когда прочтете в «Благовесте» в очередной раз коротенькое объявление о том, что парикмахер по благословению духовника оказывает «весь комплекс парикмахерских услуг на дому», знайте — это она, та самая Юлия.

В детстве хотела стать писателем

— Юлия, ты крестилась уже взрослым человеком, расскажи, как это произошло…
— Меня крестили на Покров в Петропавловской церкви. Подруга моей матери, которая работала директором Дворца пионеров и в то же время была глубоко верующим человеком, буквально настояла на том, что надо меня окрестить. Я была молодой, девятнадцати лет, и еще не до конца понимала важности происходившего со мной. Нательный крестик вскоре сняла, а маленький молитвослов, заботливо подаренный моей крестной матерью, даже не открыла. Но Господь все равно был рядом и смог достучаться до меня.
— Как ты решила стать журналистом?
— Я с малых лет мечтала стать писателем. Выросла в творческой семье: мама — журналист, отец — художник, с детства любила вечера, когда в родительском доме собирались друзья — собратья по перу. Читали свои произведения, стихи, пели песни собственного сочинения. Друг семьи, ныне покойный писатель Владимир Бондаренко то ли в шутку, то ли всерьез сказал мне: «Ну давай, пиши свою книгу, я ее отредактирую». Меня с малых лет строго учили слушаться старших, и я была впечатлительным ребенком, поэтому стала мучиться вопросом, о чем бы написать. Придумать не могла и каждый раз стыдилась дядю Володю, который, как мне казалось, смотрел на меня с укоризной. Хотя на самом деле известному писателю и своих дел хватало. Самарское книжное издательство только и успевало печатать его книги, выходившие большими тиражами. А тут еще столичный кинематограф стал снимать мультфильмы по мотивам его детских сказок. Но я мучилась, как же спасти честь семьи… Поскольку жизненного опыта не было, стала сочинять всевозможные фантастические истории.
Нужно отдать должное писателю Бондаренко, он честно их редактировал, объясняя, комментируя, подсказывая…

Слова, отлитые в свинце

Эти первые рассказы впоследствии мне очень пригодились. Периодические издания в Самаре тогда можно было сосчитать на пальцах одной руки. Устроиться в них молодому человеку, да еще и без опыта работы, практически невозможно. И вот я, вчерашняя школьница, благодаря авторитетным рецензиям на мои рассказы попала в солидный коллектив, где трудились лучшие журналисты губернии. Там я научилась профессии не в теории, а на практике. И этот колоссальный объем знаний и умений впоследствии очень пригодился. Я училась профессии журналиста в то время, когда за каждое сказанное слово журналист нес колоссальную ответственность. Не только в переносном смысле — в те времена слова для газеты отливались в свинце. Как и пули! Мы дежурили иногда в цеху, и я видела, в каких тяжелых условиях идет печать. Сильный шум от станков-линотипов, жар и пар от печки, где плавился свинец, одна неверно написанная буква — и печатникам приходилось все переделывать заново. В этом цеху я навсегда запомнила значимость каждого написанного слова.
— Но времена менялись, и скоро журналист должен был уметь не столько отвечать за правдивость своих слов, сколько зарабатывать деньги…
— Да, времена изменились. В газете «Самарские известия» я стала редактором вкладки под названием «Домашний доктор». Без какого-либо опыта в финансовых и рекламных вопросах мне удалось приносить редакции большие деньги, из которых выплачивалась зарплата. Даже коммерческий директор как-то мне сказал: «Как вы быстро смогли все освоить? На это требуются годы и годы кропотливого труда. Я вот в Англии учился четыре года…». Но мне помогало не знание менеджмента, а Господь помог…
Верила и чувствовала во всем Промысл Божий, ощущала сердцем, но… при этом не ходила в храм. Я жила другой жизнью… Получила премию «Женщина 2000 года» за серию статей — из рук самарского губернатора — и была самой молодой номинанткой. Дела шли в гору, я побывала на хороших заграничных курортах, могла позволить себе очень дорогие покупки: драгоценные камни, дорогие шубы, дачу… Во мне никогда не было алчности, и когда на меня посыпался золотой дождь, я первоначально относилась к этому легко. Но в какой-то день во мне появилось пристрастие к деньгам, с каждым удачной сделкой просыпалась жажда заработать еще больше денег.
— Разве плохо уметь зарабатывать деньги?
— Нет, само по себе это не плохо, беда в том, что я стала думать только о деньгах. Началась постоянная гонка за их количеством и страшная боязнь потерять накопленное. Покоя не было, хотелось все большего и большего, мозг работал только в этом направлении. Могу честно сказать — это очень страшное состояние. И общество стало все сильнее делиться на людей, которые могут заработать деньги, и на тех, кто этого делать не умеет. Жесткая система власти денег диктовала свои правила жизни, свое отношение к людям. Хочу сказать, что не было в моей жизни более несчастного периода, чем время погони за деньгами. Чувство духовной пустоты росло с каждым днем. В моей жизни тогда не было радости. Время было заполнено колоссальной суетой, которая угнетала. На самом взлете финансового успеха стали часто приходить мысли: неужели так и жизнь пройдет? И ради этой беготни по замкнутому кругу стоит жить? Мое внутреннее состояние все больше и больше напоминало то детское барахтанье в воде, когда я чуть не утонула. Но где найти кусочек голубого неба, чтобы стремиться к нему, преодолевая притяжение земли?

Плечо Святителя Николая

— Но жизнь с деньгами красочней и разнообразнее…
— Нет, это просто рабство, которое ведет к полному душевному опустошению — каждый день боишься выпасть из обоймы «умеющих жить».
Но Господь меня не оставлял, стучал и стучал в мое сердце. Однажды снится мне сон, что стою я над крутым обрывом и уже начинаю туда падать. Но вдруг какой-то старец подставил мне плечо — и я не упала. Потом поняла, что этим старцем был Николай Чудотворец.
Вспомнила вдруг, как много лет назад ко мне как к журналистке, пишущей о проблемах здоровья, студенты привели своего товарища, решившего соблюдать пост. Я тогда по невежеству в духовных вопросах подумала, что студент — его звали Андрей — не будет несколько недель ничего ни есть, ни пить. Ну точно помрет, «практично» рассудила я и стала убеждать его прекратить это дело. Красивый, кудрявый, розовощекий парень в ответ жизнерадостно улыбался и от своего не отступал. Примерно месяц прошел. Думаю: наверное, мальчишка уже того… И вдруг столкнулась с ним, что называется, нос к носу. Те же розовые щеки, лучезарный взгляд.
— Поститься бросил?
— Продолжаю. Верую, потому и пощусь! — бодро ответил Андрей.
И мне он запомнился своим ошеломляющим оптимизмом и внутренней силой… В памяти возникло лицо двоюродного деда Егора, такое же лучезарное и жизнерадостное. Приехали гости — он радостен, хоронил близкого человека — тоже улыбался. Во время войны из фашистского концлагеря сбежал, сутки просидел ночью в лесу в окружении волков… Улыбался он и был радостен все двадцать четыре часа в сутки, потому что очень сильно верил в Христа Спасителя. И Господь за эту крепкую веру его хранил и миловал так, что дай Бог каждому… Вдруг стало ясно: вот он, кусочек голубого неба — храм Православный, в котором молятся такие прекрасные, светлые люди, вот где утешение душе.
Я стала посещать Богослужения, и мне открылся настоящий радостный мир, я вдруг поняла, что смерти нет и все наши скорби ведут только ко спасению и будущей радости. Честно говоря, было тревожно расставаться с отлаженным бизнесом — тогда уже полноценным самостоятельным изданием «Домашний доктор», которое читали не только в Самаре, но и в Тольятти, Новокуйбышевске, Чапаевске. Жалко было терять наработанные связи с фармацевтическими российскими и зарубежными компаниями, лишиться стабильного дохода.
В это неспокойное время и был тот сон, и пришел седобородый старец, протянув руку, и легко перенес меня над пропастью. Я поняла, что Господь меня пожалел и таким образом утешил.
Был и конкретный толчок к тому, чтобы уйти из журналистики. В «Домашний доктор» за хорошие деньги приносила свою рекламу женщина-экстрасенс. Я уже тогда догадывалась, что эта «целительница» не от Бога, но она платила хорошо, и я из номера в номер публиковала ее портрет… Сколько раз говорила себе: все, скажу ей твердое «нет». Но она сулила деньги, и я вновь шла на попятный. В конце концов я вспомнила слова Христа: «Если соблазняет тебя рука твоя, отсеки ее: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый» (Мк. 9, 43) — и сразу оборвала все. Закрыла газету. Той женщине-экстрасенсу уже не было возможности меня искушать.

Молитва предков

— Потом часто приходилось жалеть о бизнесе, который ты сама своими руками порушила?
— Нет, не приходилось. Я почувствовала себя свободной, перестала все время куда-то торопиться, а идея заработка пришла сама собой — я стала парикмахером. В это время я остро почувствовала связь со своими предками. У меня не было сомнений — это мое духовное прозрение вымолили именно они.
Дед Василий, бывший директор сельской школы, всегда стремился разнообразить скучную жизнь колхозников. За свой счет подписывал людей на познавательные журналы, газеты, покупал книги. Писал фельетоны (боролся с пьянством), кстати, профессионально, несмотря на то, что закончил физмат. Ставил «Гамлета», где играл главную роль. Бабушка Екатерина, одаренный педагог, была дружна с Михаилом Ивановичем Андреевым, сильным молитвенником из мирян. О нем несколько лет назад писал «Благовест» как о духовном друге протоиерея Виктора Ушатова, секретаря Самарского Епархиального управления.
Другой дед, Василий, был краснодеревщиком — делал мебель, эксклюзив, как теперь бы сказали. Прадед Илия построил мельницу, спасал людей от голода. А когда заболел, сидел с отсыхающей левой рукой во дворе дома и рыл колодец. До смерти успел управиться. Обе прабабушки, Евдокия и Евфимия, были белошвейками — шили подвенечные платья, но не отказывали людям и в тулупах. Когда приносили три шкуры вместо четырех, положенных по технологии, Евдокия безвозмездно жертвовала своими материалами во славу Божию. Все они были люди богатые и духовно, и материально, потому что любили трудиться. Молились они только коленопреклоненно и имели страх Божий.
Закончила я курсы парикмахеров, получила диплом, в котором прописана символическая для меня дата 19 декабря — праздник Святителя Николая Чудотворца. И началась новая, уже настоящая жизнь. Стала стричь людей, не имеющих возможности выйти из дома. И мне стало радостно — потому что я стала жить со Христом. Теперь у меня в день сразу по два-три начальника: сколько клиентов — столько и начальников. Надо всем угодить — выслушать, постричь, дать совет…

Записки Православного парикмахера

Работая парикмахером, я увидела настоящую красоту и величие человеческого духа. Взять хотя бы Михаила, без ноги, которого врачи прозвали «железным человеком». По всем их прогнозам его давно не должно было быть в живых, а он все здравствует и пытается жить полноценной жизнью. Через интернет ведет переписку со всем миром. Общается, спорит, кому-то помогает добрым советом, проверенным на собственном опыте. Или семья из шести человек, проживающая в однокомнатной хрущевке. Они одновременно даже встать не могут, часть народа должна при этом прижаться к дивану, зато какие прекрасные и добрые у них между собой отношения. Бабушка деда ласково называет «молодой человек», а он ее — голубкой. Все это очень искренне. Про этих людей можно книгу написать — «Записки Православного парикмахера»… Людям не хватает доброты и участия. Одна клиентка благодарила за то, что я без сетований разрешила сделать зарядку в небольшом перерыве во время стрижки. И теперь, наконец освободившись от груза вечной озабоченности делами, я работаю в удовольствие. Сейчас даже зарабатывая двести рублей, я более счастлива, чем тогда, когда зарабатывала большие суммы. Сейчас уже я обслуживаю целые семьи: сначала кого-то одного стригу, потом просят остальные. Советуют знакомым, те еще кому-то. Стараюсь стричь Православных людей. Потому и прошу давать объявление в газету «Благовест». Кстати, и в самой редакции этой замечательной газеты есть у меня клиенты. Жизнь стала яркой и интересной. Так бывает всегда, когда служишь Богу.
Две мои стрижки уже пришли на Страшный Суд. Я постригла рабу Божью Веронику, которая была совершенно больная, и через какое-то время Господь ее призвал… И раб Божий Владимир, после стрижки он был очень радостный и в приподнятом настроении. Вскоре он умер. Я поймала себя на мысли, какое ответственное дело стричь людей — может, завтра он отойдет в мир иной и там предстанет перед Ангелами и Господом. Есть церковное предание: «В чем застану, в том и сужу». И с этой прической они будут на Страшном Суде, поэтому стараюсь изо всех сил и очень ответственно к этому отношусь. Я всех своих клиентов записываю в помянник, для меня большая радость помолиться за своих, можно сказать, благодетелей.
— Юлия, как ты относишься к современным модным прическам?
— По-разному… Если они не портят в человеке Образ Божий, то модные тенденции только идут на пользу, и я быстрее стремлюсь с ними ознакомиться, чтобы принести эти новинки своим клиентам. Это так радует их и вдохновляет на положительный жизненный настрой. Многие святые учат нас, что уныние — страшный грех. Преподобный Серафим Саровский говорил: «Нет нам дороги унывать…» У многих от хорошей стрижки поднимается настроение! Но вот прически, приносящие в мир хаос и дисгармонию, разрушающие и уродующие личность — такие прически мне не по нутру. Людям надо осторожно и со вниманием относиться к выбору внешнего облика. Слепо следуя уродливой «моде», рано или поздно мы можем отступить от Господа. Казалось бы, мелочь — стрижка, но когда в ней видны «рожки» (а ведь и такое бывает!), страшно за этого человека, он на крючке у темных сил. Оставаясь с Богом, надо уметь идти в ногу с современной модой, но не быть ее рабом, а быть ее управителем. Было бы неправильно не замечать нового, не внедрять это в стрижки — но при этом важно не менять своей Православной сущности, не отступать от следования во всем красоте и гармонии. Чехов писал: «В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, одежда, и душа, и мысли». Я бы добавила: и прическа тоже.
—  В какой мере это по-Православному, наводить внешнюю красоту?
— Смотря как к этой красоте относиться. Вот был у меня такой случай… Пришла я к болящему клиенту рабу Божьему Николаю, он при встрече мне еле дверь открыл, ногами шаркал, еле передвигался. После стрижки посмотрел на себя в зеркало и так бодренько как-то подтянулся, приободрился. Стал помолодевший такой мужчина — его улучшенный внешний вид приподнял его дух. Я уходила от радостного человека, от человека, захотевшего жить без болезней, побороть эти болезни. Некоторые очень верующие бабушки тоже имеют сомнения в этом вопросе — стоит ли заботиться о красоте прически или нет… Так вот раба Божия Валентина пришла за советом к ныне почившему протоиерею Иоанну Филеву с вопросом, стоит ли постричься ей, «навести марафет». Бабушка ложилась в больницу и хотела внешне быть приятной пациентам и врачам, чтобы не нести своим небрежным видом неприятное людям. Батюшка ей очень хорошо ответил, что она делает прическу не для греха, а для радости окружающих ее людей. Иногда мне кажется, что волосы надо отрезать, как свои грехи…
Звонит одна бабушка, Мария, и просит сделать ей химию, я объясняю, что это вредно для печени. Я же все-таки долгое время проработала в медицинской газете и многое там почерпнула полезной информации о здоровье. Так вот, я отговариваю бабушку от химии, на что та весело отвечает: «Мне все равно недолго осталось, но внука подводить не хочу. На его дне рождения хочу быть красавицей!» Прежде всего стараюсь думать о благе ближнего, не хочу ради корысти делать старым и больным людям плохо. Видя мое простое и дружеское отношение, многие клиенты часто спрашивают какой-то жизненный совет, и мы сообща ищем верный и правильный, Православный выход из их ситуации. Два дня назад одна моя знакомая во время стрижки говорила о своем сыне, какую выбрать ему профессию… Я сказала, что обязательно надо выучиться какому-то ремеслу, реальному делу, у мастерового человека больше шансов устроиться в жизни. Ну а мысли, мечты… О них знает Господь, и если суждено, даст им сбыться. Мечтать надо о высоком, давать полет душе, но не отрываться от земли.
— Юленька, о чем мечтаешь?
— Хочу написать детскую книгу, про животных, и издать ее большим тиражом.

Ольга Круглова
21.06.2010
1147
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
1
5 комментариев

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru