‣ Меню 🔍 Разделы
Вход для подписчиков на электронную версию
Введите пароль:

Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.

Православный
интернет-магазин





Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Дети войны

Посвящается нашим матерям и отцам, встретившим Великую Отечественную войну в детском возрасте.

Посвящается нашим матерям и отцам, встретившим Великую Отечественную войну в детском возрасте.

Об авторе. Галина Евгеньевна Лебедина живет в Санкт-Петербурге. Окончила Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет по специальности социальная педагогика. В настоящее время - руководитель изостудии.

…Самая счастливая пора жизни - детство. Это беззаботное время полно радостных открытий. Детство - полнота доверия миру, и именно поэтому оно обязано быть счастливым.

Мне захотелось собрать воспоминания родителей о том периоде их жизни. Некоторые рассказы я помнила, не хватало каких-то деталей, уточнений. А дальше на эту ниточку воспоминаний стали нанизываться другие воспоминания. Я стала расспрашивать подруг, что они знают о детстве своих родителей. И так нам открывался их подвиг. Подвиг детей, родившихся или живших в годы войны. И если честно, нам и будущему поколению есть чему у них поучиться. Какое же было детство у наших матерей и отцов? Некоторые воспоминания очень короткие, но поверьте, эти несколько предложений стоят целой жизни.

Татьяна Владимировна Бебеева. Белоруссия. Под Гомелем.

- По Белоруссии немцы шли с огнем. Они сжигали хаты, людей, целые деревни. В деревне под Витебском, где жила моя бабка Екатерина, немцы выгнали жителей из домов и поселились в их домах. Сами жители жили либо в сараях, либо в окопах. В таком окопе, под Гомелем, родилась в 1943 году моя мама Евдокия. Евдокия родилась 5 марта, маму укутали в теплый овечий тулуп. Так они и жили в окопе, с четырьмя детьми, пока не пришли наши.

Под Витебском. Сережки за мужа.

…Моему отцу Владимиру еще не исполнилось и года, когда началась война. В один из дней немцы собрали всех жителей, всю молодежь и деда моего, чтобы угнать на работы в Германию. И моя бабушка собрала сережки и все ценное и выкупила деда. Его прятали, пока не пришли наши, и он с ними пошел воевать, прошел пол-Европы и дошел до Берлина. Вернулся в родную деревню и служил счетоводом в колхозе.

Бабушка в те дни рассказала своей соседке, как выкупила мужа. Та на следующий день тоже собрала свои драгоценности и побежала в пункт сбора. Но было уже поздно - их уже услали, и больше она никогда своего мужа не видела.

Как невестка спасла свекровь.

Дочь прабабушки по отцу помогала партизанам. Дочка успела убежать к партизанам. И тогда фашисты решили расстрелять мать. Когда они пришли ее арестовывать, то хотели тут же и расстрелять. И тогда моя бабушка кинула им под ноги двоих мальчишек двойняшек, моего отца, Владимира, и дядю Петра.

- Расстреливайте тогда и их тоже. Я не смогу их вырастить одна без ее помощи.

И немцы ушли. Бабушку гоняли на работы копать окопы. А потом пришли наши и освободили их.

В деревне фашисты расстреливали всех, кто был причастен к партизанам. И была на селе бабушка кочегариха - жена кочегара. Ее тоже поставили со всеми расстреливать, она упала в яму без сознания. Она была уже старой бабушкой. Оказалось, что по ней не попали, ночью кочегариха вылезла из ямы и вернулась домой. Она пряталась и никому не показывалась, пока не пришли наши.

- Было голодно, семья большая, ели траву да щавель. До того щавеля наелись, что уже на него глядеть не могли.

Лебедина Галина. Под Псковом. Как моя бабушка сбежала от немцев.

В августе 1941 года родился мой отец. Деда забрали в армию. Немцы поселились в их доме. У них был хороший дом, чистый. И этот дом приглянулся офицеру с денщиком. Молока у бабушки не было, и отец плакал. Офицеру надоело слушать плач младенца, и офицер говорит денщику: «Убей его!» А денщик сам имел детей, и отвечает: «Это маленький ребенок, и дети должны плакать». Но в конце концов офицер нашел как избавиться от моей будущей бабушки. В деревне собрали женщин и девушек и погнали их в Германию. В этом потоке была и моя бабушка Ольга с моим отцом. Ей было очень страшно. Каким-то образом, когда охрана отвернулась, Ольга побежала в лес. Лес она знала хорошо. В лесу она нашла партизан. Но и у партизан младенец плакал от голода. Она давала ему кусочек жеваного хлеба. Она засовывала в марлечку хлеб и давала ему сосать.

Партизаны боялись, что по громкому плачу младенца немцы могут выйти на партизанский отряд. И они ему вырыли отдельный окоп посреди леса. Они жили в окопе, пока немцы не ушли. Когда они вышли из окопа, то пошли в деревню к своему дому. Но на месте дома были лишь обуглившиеся бревна, а яма, в которую бабушка зарыла свои драгоценности, - вырыта.

- У меня было такое отчаяние, - потом рассказывала бабушка, - и явилась мне Богородица. Бабушка рассказывала и даже описывала подробности, но я этого, к сожалению, не запомнила. И она стала строить сама хибарку.

Дед попал в плен и выжил там благодаря тому, что он не курил, он всю махорку менял на еду. Потом их освободили. И он пошел воевать. С Красной армией он дошел до Берлина. Пришел он больной, и его еще долго проверяли, как он оказался в плену. И только в конце 1946 года он вернулся из армии. Он вернулся снова к своей профессии лесничего. Но вернулся больным, инвалидом, и уже работать долго не мог.

Под Куйбышевом (Самарой). Штамп в паспорте.

Лето 1941 года. Бабушку эвакуировали в Куйбышев. Бабушка работала учительницей. Мама, Евгения Владимировна Журкина, была девятым ребенком. Жили очень бедно, перебивались с хлеба на воду.

- Очистки от картошки мы не выбрасывали - варили из них суп. Ходили по канавам и собирали щавель, и пока мама в школе, варили суп.

Мама в ту пору еще пятилетней брала трехлетнего брата в лес. Собирали в лесу черемуху.

- Наедимся до отвала черемухи и несем целый бидон домой. Мама готовила пироги из черемухи. Сахар давали по выдаче, когда садились пить чай. Мама расколет щипчиками сахар и дает по кусочку и иногда булочку. Мяса мы не видели, у нас не было мяса. Детей кормили все. Если я, бывало, заиграюсь у подруги, то меня сажали, как члена семьи, за стол. И так же было и у нас.


Виктор Михайлович Серегин.

Когда я спросила маму, о чем они в ту пору мечтали, мама засмеялась:

- Мы мечтали о лишнем кусочке сахара и о булочке.

Старшие дети все работали. Старший брат Эдик был подпасок. Получал не деньгами, а продуктами - молоком и маслом. Один раз с друзьями они нашли небольшую мину. Они кинули ее в костер. Мина взорвалась. Эдику оторвало палец, другому мальчику осколком ранило в ногу, а третьего мальчика убило.

Мамина сестра ушла на фронт в 14 лет. Прибавила год и ушла телеграфисткой.

Когда еще шла война, она вышла замуж за начальника связи Виктора Михайловича Серегина. Дядя Витя был старше ее на несколько лет. И она была под его руководством. Тетя Нина была красивая, чернобровая, с карими большими глазами. Мужчины на нее заглядывались и пытались ухаживать. Тогда Виктор взял паспорта и попросил знакомых паспортисток поставить штамп об их браке.

- Чтобы ничего плохого с ней не случилось. И все знали, что она замужем, - рассказывал он нам. А когда война окончилась, он сказал ей:

- Ты свободна.

На что тетя Нина ему ответила, что она замужем. И поехала с мужем к нему в Тамбов. И через год родила сына. Дядя Витю мы, дети, любили даже больше родной, но строгой тети. И он нас любил, баловал и задаривал подарками. Он ко всем был такой добрый.

Журкина Светлана Вячеславовна. Под Одессой. Как на маму натравили собаку.

- Мама Полина Юрова родилась в 1937 году на Троицу. Война началась, когда ей было четыре года. Все ее детство пришлось на войну. Бабушка и пятеро детей находились под немцами. В бывшей школе, которая была в центре этого местечка под Одессой, размещался штаб немцев. Однажды фашисты натравили служебную собаку на детей, которые шли по улице. Собака подбежала к маме, в ту пору ребенку, сбила с ног и потащила к школе. Там на крыльце стояли немцы и смеялись. Собаку остановили командой. Она села рядом. Потом собаку отозвали и вместе с ней ушли. А мама осталась сидеть на ступеньках избитая, в разорванном платье, и горько плакала. Плакала не от боли, а потому что это было единственное нарядное платье.

А однажды зимой немец потерял автомат, будучи пьяным. Он пришел в дом, где жила семья мамы, выгнал всех на улицу босиком. И сказал, что они украли оружие.

- Разштреляю всех!

Они, пятеро детей и две женщины, искали автомат, ступая по снегу босыми ногами. Бабушка нашла автомат в переулке, ведущем в церковь. Только тогда их пустили в дом. Мама долго после этого болела. И всю оставшуюся жизнь ее мучил ревматизм.


Зинаида Луцкая.

Светлана Валентиновна Петрова. Под Невелем. Как мама сдавалась в плен.

Моя мама - Зинаида Владимировна Луцкая. Маме было шесть лет, когда началась война. Она рассказывала, как она поднимала ручки, сдаваясь в плен. Немцы приказывали поднимать руки, и ее мама просила маленькую Зиночку поднимать ручки. Потом был плен. Уже настоящий.

Алла Николаевна Каткова. Под Челябинском. Как хочется быть вместе!

Маму, Антонину Алексеевну Бертову, эвакуировали из блокадного Ленинграда. Из письма мамы.

«Добрый день, милая и дорогая наша тетя Саша. Пишу вам из детского дома… Я учусь в восьмом классе, а брат Толя учится в пятом классе. Интернат хороший… Толя тоже живет хорошо, одно только плохо, что мы так долго не виделись с родными и близкими. А ведь уже прошло два с половиной года с тех пор, как мы выехали из Ленинграда… Как хочется быть вместе, тетя Саша, но это пока невозможно, пока проклятый кровопивец топчет нашу землю, но ничего, скоро настанет долгожданный час и мы будем вместе жить тихой спокойной жизнью. Помните, как мы вместе жили, я вспоминаю того рыжего кота и барана, который меня забодал. Всё, всё вспоминается, и так хочется снова быть вместе. Затем до свиданье. Целую Вас, любящая Тоня. Привет от Толика».

Ишкина Елена Владимировна. Под Гатчиной. Дорога жизни.

Журкина Галина Антоновна. Родилась в 1936-м. Она приехала с мамой в Петербург, чтобы попрощаться с отцом, идущим на фронт. И так и остались в городе, потому что поезд обратно в Гатчину не пошел. На вокзале объявили, что немцы оккупировали село. В Ленинграде ее определили в садик, а ее маму на работу. Через год детей посадили в машины и вывезли по Ладоге. Маленькая Галя сидела в машине с открытым верхом, и ее пальтишко примерзло к мокрому сидению. В руки им дали кусочек хлеба, который она сосала.

- Я ехала и думала, что хлеб растет на деревьях, а когда наступит весна, он вырастет!

А рядом под немецким обстрелом взрывались и уходили под лед Ладоги машины, в которых ехали другие дети. Дети, так и не ставшие чьими-то мамами и папами.

Ольга. Ленинград. В блокадном кольце.

…Моя мама - Изюмова Галина Григорьевна, всю блокаду прошла от начала до конца. Когда началась блокада, ей было 8 лет. У нее была обязанность приносить по два ведра воды из проруби в Неве. Каждый день.

- Берега Невы были обледеневшими. Мы спускались с невысокой горки к проруби, вставали на коленки и черпали ковшом воду, а вверх подняться иногда не могли, и всю воду разливали на себя. Приходилось ползти обратно.

Когда район обстреливали, то мы свернемся калачиком и лежим - окна заклеены, шторы завешены. В бомбоубежище не ходили, в старых домах бомбоубежищ не было.

В городе были отряды, которые собирали детей в машины в эвакуацию. Меня тоже забрали, но я сбежала. Для нас с мамой такой вопрос не стоял, чтобы уехать.

Летом нам выделили землю в Обухове, и мы там сажали капусту. Щи из хряпы (капустные листья) очень вкусные.

Несколько раз, когда я шла с пайком для папы из ремесленного училища, у меня из рук выхватывали суп. Суп выпивали сразу же и бросали под ноги пустую посуду - «на, бери». Обидно было за отца, ведь он голодный и больной. Умер папа в 1942 году.

Людмила Рыжова. Мы здесь всю траву съели!

С этой бабулечкой мы познакомились в храме в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость».

И от нее тоже шла радость. Она очень почитала Матренушку Босоножку, еще не прославленную питерскую святую, и рассказывала, как Матренушка ее больные ножки вылечила.

Еще показывала место возле площади Бехтерева:

- Мы здесь всю траву съели! - говорила Людмила. Было ей, когда началась блокада, около пяти лет.


Эмилия Нестеркина (в матросском костюмчике) с родителями и сестрой.

Косточкина Наталия Викторовна. Крошечки для пленных немцев.

Мама, Эмилия Анатольевна Нестеркина, родилась в 1933 году. Во время войны они жили в тылу. На маму оставляли младшую четырехлетнюю сестру. Родители были на работе. Мама сестру везде брала с собой. В деревне оставались безхозные, разрушенные от бомбежки дома. Чтобы топить печку, дети лазали в дома и разбирали их. Маленькую сестру мама ставила «на шухере». Относили дрова старым и больным, которые сами не могли себе помочь и достать дров.

Мама с сестрой сама организовывала концерты и показывала их одиноким бабушкам. Вещи меняли на продукты. Однажды, когда они поехали в город менять вещи на продукты, то увидели, как вели пленных немцев. Они выглядели настолько жалкими и оборванными, что мама стала отламывать по крошечке хлеба и кормить их.

Жили в эвакуации. Отец мамы занимал ответственный пост, и их все время перевозили в разные места. Мама про него говорила, что он был честный и неподкупный человек.

Под Тверью. Лежит такой молоденький!

Свекровь мою звали Клавдия Ивановна Прошкина, 1927 года рождения. Их вместе со взрослыми отправляли копать окопы, противотанковые рвы.

Когда самолеты налетали и бомбили наши окопы, то люди прятались, кто-то погибал. Однажды весной, когда начал таять снег, их снова привезли копать рвы. И Клавдия увидела, как откопали юного солдата.

- Лежит такой молоденький, а я гляжу на него и плачу, - рассказывала Клавдия.

Вялушкина Татьяна Анатольевна. Рязанское село Нарма. Под Покровом Богородицы.

Моя мама, Анна Ивановна Горелова, 1936 года рождения, из многодетной семьи. Ее отец погиб в 1942 году подо Ржевом. Был праздник Покрова, когда пришла похоронка. Почтальон все похоронки приберег, чтобы люди праздник смогли отпраздновать, а уж потом... У бабушки остались письма от отца, и она их каждый вечер перечитывала и плакала. Однажды, когда бабушка ушла в колхоз на работу, ее отец сжег письма, чтобы она дальше жила.

Старший брат мамы, Василий Иванович Горелов, был старше мамы на два года, он и стал заместо отца. Васе было восемь лет, а он все делал своими руками, сшил маме сапоги, смастерил карусели. Его в деревне звали «Вася лимонад» или «Лимонтер». Когда он вырос, стал изобретателем. И даже получил государственную премию за изобретение в паровозостроении.

Однажды они пошли сено добывать, на колхозных полях трава сохла. Они ее собирали. Маму поймали, а Вася спрятался в траву. Маму спрашивают:

- С тобой еще мальчик был, как его зовут?

- Серафим, - отвечает мама, и кричит: - Серафимка! Серафимка!

А Вася со смеху в траве катается. Детей отпустили.

Дети с малых лет трудились, работали, как могли, и еще учились.

- Мама уходила на работу, а я с братиком дома. Сяду возле люльки, он плачет и я плачу, - вспоминала Анна Ивановна.

Однажды, в дом пришли цыгане, а мама добрая была, посадила их за стол. Когда бабушка вернулась с работы, то только руками всплеснула - весь обед цыганам отдала.

Очень много мама рассказывала про животных. Без них не выжить было. Телят зимой брали в хату.

В годы войны были общие запасы, общие погреба, и все друг другу помогали. Если надо было отстроиться семье, то всё делали вместе. Не могло так быть, чтобы кто-то в деревне умирал от голода, а соседи были сытыми. Какая-то община была. Церковная община. Бабушка была верующая. У председателя колхоза в доме тоже иконы висели. И однажды пришли к нему из района и говорят:

- И что это ты, Иван Иваныч, иконы в доме держишь, ты же образованный человек.

- Если сниму, - отвечает председатель, - то жена обещала взять детей и уйти к отцу, ну что с нее возьмешь?

Такая деревня была, что все в деревне были верующие. Удивительно, что даже те, кто вступал в комсомол, и то ходили в храм. И немцы в то село не пришли.

Мама рассказывала, что был один человек, совершивший грех. Он до войны на иконе танцевал. И после войны пришел живой, но без ног.

А другой сказался больным и не пошел на войну. А погиб от несчастного случая. И его жена выговаривала бабушке, что ей за погибшего деда платят, а им нет, хотя у них и было много детей.

Самая любимая еда в те времена - молоко с черным хлебом.

Принято было после службы пить у кого-нибудь в доме чай. Однажды собрали подписи, чтобы храм восстановили, а их за это и оштрафовали, кого на три рубля, кого на пять. Женщины между собой удивлялись: «Почему меня на три, а тебя на пять? Понятно, ты же жена председателя».

Сейчас я вспоминаю, и мне кажется нереальным, чтобы пятилетний ребенок сидел с новорожденным и еще ухаживал за скотиной. И все делалось без ропота.

И теперь я понимаю, что Матерь Божия их покрывала.

Все эти воспоминания по крупицам собраны со слов моих близких подруг. Со многими их родителями я знакома лично. Простые люди, простые сердца, простые радости. Сидела и думала, какие слова написать в завершение. Позвонила маме, спросила:

- А вы были счастливы в детстве?

Мама снова рассмеялась, так смеются дети - просто так, и ответила:

- А как же! Мы и сейчас счастливы!

И за этими словами скрыто большое мужество. Мужество детей, живших в войну, испытавших боль и голод. Трудившихся наравне со взрослыми, томившихся в разлуке и в плену, живших в окопах и все равно считающих себя счастливыми.

…Счастье скрывалось в их полном любви сердце, в любви к Богу, в молитве.

Помню маму Светланы Петровой. Она любила всех подруг своей дочери, дарила нам связанные из бисера ожерелья и говорила: девочки, как я вас жалею.

В «жалею», как я сейчас понимаю, она вкладывала иной смысл. Она словно говорила - «как я вас люблю». Любовь - это и есть счастье! Будьте счастливы!

Галина Лебедина, г. Санкт-Петербург.

105
Ключевые слова 9 Мая День Победы
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
3
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Содержание:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Православный
интернет-магазин



Подписка на рассылку:



Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:
Пожертвование на портал Православной газеты "Благовест": банковская карта, перевод с сотового

Яндекс.Метрика © 1999—2021 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru