‣ Меню 🔍 Разделы
Вход для подписчиков на электронную версию
Введите пароль:

Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.

Православный
интернет-магазин





Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Глубинке нужны терпение и любовь

Молитвенная поездка в Тверскую область.

Молитвенная поездка в Тверскую область.

Об авторе. Игумен Кирилл (Сахаров) родился в 1957 году на Донбассе в шахтерской семье. Член Союза писателей России, общественный деятель. Кандидат богословия. Окончил Московский государственный педагогический институт, Московскую Духовную семинарию и Духовную Академию. Исполнял послушания в Почаевской Лавре, подвизался в Свято-Даниловом монастыре в Москве. Настоятель московского храма Святителя Николая на Берсеневке. По словам игумена Кирилла, его храм «практикует старообрядный, а лучше, древнерусский чин», находясь при этом в юрисдикции Московского Патриархата.

Знакомый священник с Украины, услышав о моем намерении в очередной раз побывать в глубинке, воскликнул: «Ну, ты даешь: ехать за 300 километров в 30-ти градусный мороз для того, чтобы провести несколько многочасовых служб, молиться в руинированных храмах умирающих деревень…»


Игумен Кирилл (Сахаров) молится у престола в одном из восстанавливаемых храмов в Тверской области.

Но меня уже понесло, закрутило за несколько недель до намеченного срока. Да, авантюрная жилка всегда у меня была. Очень хотелось посетить один сельский храм на его престол - на праздник Сретения Господня. Да, я знал, что в храме будет ледник, что дорожку к нему вряд ли расчистят, и что практически никого из местных не будет. Чувство, с которым я ехал, напоминало те ощущения, которые испытывает человек, занимающий солидную должность в столице. У него возникла непреодолимая тяга посетить мать-старушку в глухой деревне. Да, он знает, что никакого комфорта не ожидается, будет скудный стол, удобства на улице и сквозняк сквозь щели в родительском доме. Тем не менее, желание увидеть дорогого человека превозмогает опасение реальных и мнимых трудностей.

Перед стартом, как всегда, искушения. В назначенное время отъезда раздался звонок водителя: «А я только въезжаю в Москву». Значит, график сбивается, и вообще можем попасть в заторы. Еще одна неожиданность: у водителя накануне воспалилась правая рука - весь долгий путь ему придется править одной левой.

Что еще подвигает на такие поездки? Скажу честно: желание на некоторое время сменить обстановку, жажда новых впечатлений. Все-таки мы закисаем, сидя на одном месте, и возникает желание «размять кости». Поехали вчетвером. В дороге было все: Иисусова молитва, слушание передач «Радонежа», разговоры на разные темы, шутки-прибаутки, в конце концов. Запомнилась такая. Один из участников поездки говорит: «Больше всего в жизни я боюсь стоматологов и темноты». - «Ну, стоматологов, понятно, а темноты почему?» - «А потому, что в темноте может быть много стоматологов».

В придорожном гриль-кафе, как всегда и везде, музыкальная жвачка-мусор западной попсы. Видим огромное количество вывесок на английском, почти полное отсутствие национальной музыки, западный стиль и стандарт. Едем по Москве, можно насчитать десяток-другой итальянских и японских ресторанов, кафе с грузинской кухней, но ни одного заведения, в названии которого было бы слово «русский».

Доехали очень легко, погода была мягкой, в храмах не закоченели, и слава Богу.

Село Михайлова гора Лихославльского района Тверской области. Небольшая деревянная церковь в честь Святителя Николая Чудотворца была построена здесь в 1990-е годы. Рядом огромный Преображенский собор. Благодаря преуспевающей мармеладной фабрике, находящейся рядом с храмами, кое-что удалось сделать - благоустроить малый храм и начать первые шаги в реставрации большого. Но грянула пандемия, и все работы прекратились, даже не планируются на будущее. Немногие остающиеся в селе жители забились в норы - не появляются, опасаясь заражения.

В селе Кава на месте разрушенного храма во имя Вознесения Господня мы поставили крест. В один из праздников наши прихожане молились с сельчанами у креста. Мимо проезжал местный Епископ, остановился, поинтересовался. А сейчас узнаём от благочинного, что здесь собираются строить часовню. Еще раз было показано, что если мы даже молимся одни и никто из местных не приходит, то все равно у Бога все учтено - и вот уже скоро появится часовня.

20 февраля обещали мороз 30 градусов, а было всего минус 7. Ночь, как всегда, была полубезсонной - и это несмотря на то, что были приняты самые тщательные меры по обезпечению тишины. Это, однако, не помогло. Лай собак, мурлыкание котов, шуршание мышей, тиканье часов, капель сосулек, храп соседа и прочее.

Село Микшино. Здесь два храма - большой Троицкий и малый Сретенский. В этом селе родился и провел юные годы известный подвижник игумен Никон (Воробьев, 1894-1963), о чем свидетельствует памятная доска на Сретенской церкви. На само Сретение приехать не получилось, но служба (утреня в субботу вечером) прошла в период попразднства этого праздника. Озадачил старосту просьбой подготовить в большом храме один из приделов для совершения на Троицкой неделе первой Литургии.

Скорбященская церковь села Залазино. Три года тому назад вокруг огромного купола храма мы установили леса и провели его заливку цементом. Для того чтобы покрыть купол железом, необходимо не менее 700 тысяч рублей. Таких денег у нас нет, поэтапно провести работу не удастся, а поставленные леса, естественно, деформируются. Особенно безпокоят две дыры с правой стороны центральной части храма - если их не заделать, то начнутся обвалы. Несмотря на разруху, недавно в главном алтаре храма был сделан пол. На первый взгляд это выглядит нелепо, но как показывает опыт - при отсутствии больших денег любые позитивные изменения стимулируют новые. У людей, видящих эти изменения, появляется стимул подключаться, вносить свою лепту в общее дело. Священник из местных стал приезжать в этот храм раз в месяц по будням. К сожалению, это мало что дает - так, на последней его службе была только староста. Две большие чугунные печки не в состоянии протопить большое пространство в трапезной части храма.

Свято-Казанская часовня в деревне Иваньково. Отреставрированная нами несколько лет назад, эта часовня является украшением округи. Трезвоним в колокольчик - в ответ только две шустрые собачонки резвятся вокруг и приветливо обнюхивают нас. Во время службы вздрагиваю от грубоватого мужского голоса - оказалось, что подвыпивший местный житель пришел за расплатой. Единственная прихожанка часовни попросила этого мужчину перед службой расчистить на тракторе вокруг часовни глубокий снег, и вот теперь он пришел за расчетом. Мой помощник рассчитался несколькими литрами солярки. Прошу передать прихожанке, чтобы на будущее, во избежание искушений, она так больше не делала. А то вдруг в следующий раз этот мужчина затребует не 500, а тысячу рублей - и будем мы тут с ним «бодаться». Лучше самим протоптать по глубокому снегу тропинку, ведущую к часовне. Странно, конечно, получается - один раз за полгода к ним приехал священник, и за то, что проводит службу, он еще и платит. Но, с другой стороны, для того, чтобы что-то получить, нужно сначала вложить и наладить.

Говорю спутникам: «В райцентре решили строить второй храм, а благочинный считает, что это излишне - единственный храм и то не заполняется». Один из спутников откликается: «Это напоминает анекдот, как Изя обратилась к Абраму с предложением купить новый телевизор, а тот в ответ: «Зачем? Мы еще старый не досмотрели».

Звоню медсестре в наш московский храм: а где же оставшиеся уколы? Она: «Я все передала Н.». Я: «Вы все распланировали, но результат - ноль». Она оправдывается: «Я не распланировала, а все, что нужно передала Н.».

Подзываю Н. - между ними по телефону перепалка. Н. логично говорит: «Мое дело передать лекарства на месте В., она ведь всегда обезпечивала медобслуживание батюшки во время нахождения в деревне». В. на это возражает: «Сегодня только третий день, как приехали, я еще не присела, и вообще нужно было мне заранее позвонить и сказать, что есть срочные процедуры». Прослушав их всех, подвожу итог: всё как всегда, у каждого есть аргументы, но результат по-прежнему - ноль. Знаете, какая-то греховная печать порчи ощущается у нас в повседневных житейских комбинациях, и это несмотря на многочасовые службы и библиотеки прочитанной духовной литературы!

Деревня Бронино. Часовня здесь была посвящена священномученикам Модесту и Власию. В советское время в ней располагался магазин, а в последующие годы она была заброшена. 31 декабря 2005 года мы освятили поклонный крест рядом со зданием магазина, построенного, как мы думали, на месте часовни. Оказалось, что часовня была переоборудована под магазин. Никаких внешних признаков, свидетельствующих, что это была часовня, сейчас не видно. Течет крыша, разломан пол, печка вот-вот рухнет. В доме рядом с часовней одна женщина читает в воскресные и праздничные дни обедницу, а накануне читает двенадцать псалмов. До эпидемии часто читала и внутри часовни. Собирались служить молебен с каноном св. Власию, думали и о водосвятном молебне, и о крестном ходе по деревне. Приехав, с большим трудом открыли замок в дверях часовни, но дверь открыть не удалось - ее заклинило. Решили молиться у креста. Температура воздуха была всего лишь минус 17, но дул сильный пронизывающий ветер, падал снег. Я понял, что фелонь надеть не смогу, Евангелие прочитать тоже. Вместо полного молебна с каноном стали служить условно средний - это когда только поются ирмосы и делаются запевы. Псалмы 142 и 50, а также канон читается «втай». На звон пришла одна женщина.

На обратном пути заехали в село Пиногощи, но не на службу в местный Покровский храм, а чтобы взять мед у живущего в селе фермера. Пытаемся припарковаться на полянке перед единственным крупным строением в селе. Хозяин чистит снег. Увидев нас, он угрожающе замахал руками - уезжайте, мол, отсюда - здесь вам не место. На душе стало горько - вот они печальные реалии - полное отсутствие жизненного принципа: «свой, помоги своему». Ведь этот человек видел, что рядом с водителем сидел священник, который наверняка приехал послужить в местном полуруинированном храме, причем в тридцатиградусный мороз. Он знал, что больше припарковаться, в общем, негде - и вот такая реакция. Вряд ли это безследно пройдет для него…

Никольская церковь в селе Змеево. Один из немногих местных жителей по нашей просьбе затапливает здесь печку-буржуйку. Он прямо сказал: «Буду опохмеляться». Затопили сами - тепло пришло только к концу вечерни, но мы уже «задубели». Планировалась еще и утреня в канун престольного праздника Святителя Алексия, Митрополита Московского (а точнее, Киевского и всея Руси, Московского чудотворца). Решили возвращаться в дом, где за утреню прочитали чин 12 псалмов. Залез на печку, целый час отогревался там. Утром, учитывая холод (в доме замерзла газовая труба), вычитывали не только последование к Причастию, но и полунощницу, первый, третий и шестой часы - все это читали дома. Девятый час, обедницу, молебен Святителю Алексию с каноном и водосвятный молебен совершали в храме. Печка в нем была сильно растоплена, стало даже излишне жарко. Все участники поездки, включая меня, причащались запасными Дарами. Служба шла с 9 до 12 часов. Никого из местных не было. На улице резко потеплело, приятная усталость после обеда потянула на сон. Один из местных жителей - карел по национальности («Карелыч» - как мы его любезно называем) эпизодически читал в храме чин 12 псалмов и обедницу - в то время, когда основные попечители - пожилая супружеская пара в воскресные или праздничные дни находилась в Москве. Когда накануне нашего отъезда его попросили прочитать в предстоящую субботу чин 12 псалмов, а в воскресенье обедницу, то он вдруг заявил: «Платите мне за это деньги, а в противном случае…» (сказал грубость).

Вот один из выводов, сделанных за время наших многолетних посещений глубинки: это иллюзия, будто где-то есть якобы «медвежьи углы». Вроде они и есть, но в то же время у оставшихся жителей есть родственники в городе, у многих имеются сотовые телефоны. Еще одна иллюзия - это то, что в глухой деревне по причине малолюдства прихожан можно спокойно и безпроблемно служить. На самом деле, как показывает жизнь, причин для стресса здесь великое множество: не отпел самоубийцу или умершего в пьяном угаре - могут окна побить или даже пытаться поджечь дом. Согласился на украшение дома скромными наличниками - будут завидовать и осуждать за роскошь. Сделал замечание - надолго обидятся, и т.п. Несмотря на все это, радостей всегда больше - не оскудевали бы только терпение и любовь.


46
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
-1
1

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Православный
интернет-магазин



Подписка на рассылку:



Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:
Пожертвование на портал Православной газеты "Благовест": банковская карта, перевод с сотового

Яндекс.Метрика © 1999—2021 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru