Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:


Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.






Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Незабываемые встречи

Главы из последней книги протоиерея Сергия Гусельникова.

Главы из последней книги.

Об авторе. Протоиерей Сергий Гусельников родился в 1960 году в поселке Дальний Алексеевского района Самарской (тогда Куйбышевской) области. Окончил филологический факультет Куйбышевского государственного университета. Работал учителем, директором сельской школы, журналистом в самарских изданиях. С 1995 по 1998 годы - заместитель редактора Православной газеты «Благовест». Член Союза журналистов России, член Союза писателей России. Автор книги о Святой Земле «Цветок Сиона» и нескольких поэтических сборников. В 2012 г. награжден медалью св. Александра Невского и дипломом лауреата Всероссийского литературного конкурса Александро-Невской Лавры (г. Санкт-Петербург). С 1998 года служил клириком, потом ключарем Кирилло-Мефодиевского собора г. Самары. В январе 2015 года был назначен настоятелем этого собора. 8 сентября протоиерей Сергий Гусельников скончался от последствий коронавирусной инфекции.

В эту публикацию вошли главы из еще не опубликованной книги протоиерея Сергия Гусельникова, над которой он работал в последние свои годы.

Три встречи со схиархимандритом Феофаном (Даньковым)

В середине девяностых годов в возрожденном в Мордовии Санаксарском Богородице-Рождественском монастыре подвизались сразу три старца: схиархимандрит Питирим (Перегудов), схиигумен Иероним (Верендякин), духовник обители, и схиигумен Феофан (Даньков). Сотни людей со всей России, а чаще всего из Самары, ехали к ним за духовным советом. Милостивый Господь сподобил меня общаться со всеми тремя старцами. О двух усопших подвижниках я уже писал, теперь же хочу рассказать об упокоившемся в 2013 году схиархимандрите Феофане.

В миру его звали Владимир Федорович Даньков, родился он в 1935 году в деревне Орловка Башмаковского района Пензенской области. Отец его Федор Васильевич ушел на фронт и через два месяца погиб. Мать - Мария Петровна - воспитывала четверых детей одна. Глубокая вера помогла ей выстоять в трудные годы. Любовь к Богу Мария Петровна с младенчества прививала своим детям.

Владимира с раннего детства деревенские мальчишки и девчонки дразнили: «Поп идет!» Он это терпел и не злился на них. Владимир окончил только начальную школу, потому что ходить в соседнюю деревню, где была семилетка, ему было не в чем. «Сидел на печке в одной рубашонке, - вспоминал он потом. - Жили в большой бедности, испытывали голод, холод». Несмотря на скудное питание, Мария Петровна и дети соблюдали посты. За это благочестивое стремление исполнять заповеди Божии в любых обстоятельствах Господь даровал им хорошее здоровье до глубокой старости.

Уже с детства Владимир начал работать. Сначала в колхозе, пахал на быках. Потом уехал на Урал, в 1953 году закончил там ФЗУ, трудился плотником на стройке. Вскоре его призвали в армию. Служил Владимир в береговой охране на Тихоокеанском флоте. По ночам тайком убегал из казармы в лес, горячо молился. Попал в госпиталь. Его комиссовали, и он вернулся домой. Стал пасти деревенских коров. Было это в 1957 году. «У ребят на уме вино, кино да танцы, - рассказывал старец. - А я этого совсем не понимал. Как же без Бога жить можно? И с тех пор я всегда при церкви. Был церковным сторожем, научился читать Псалтирь, петь. В церковь ходили только бабушки, их власти не трогали. Люди в храм и священникам почти ничего не подавали. А я пойду за милостыней, чтобы подали дров или уголька истопить в храме печку, меня спрашивали, для кого, мол. Говорил, что для себя, и мне охотно давали. И это не было ложью, ведь я и жил тогда при храме».

Сторожем в Михаило-Архангельской церкви села Колесовка Башмаковского района Пензенской области будущий старец проработал очень долго. Через двадцать лет, 20 марта 1977 года в Успенском кафедральном соборе Пензы его рукоположили в священники и назначили настоятелем храма в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник» в селе Журавкино Зубово-Полянского района Мордовии. В 1982 году отец Владимир решил принять монашество: «Переговорил с Владыкой Серафимом (Тихоновым), - вспоминал батюшка, - он благословил поехать в Троице-Сергиеву Лавру. Там я нашел Архимандрита Кирилла (Павлова), который тоже благословил меня и дал на постриг все свое: мантию, клобук, рясу».

Архимандрит Кирилл предупредил отца Владимира, что придется ему нести тяжелый крест. Епископ Серафим постриг батюшку в монашество с именем Феодосий в честь преподобного Феодосия, игумена Киево-Печерского, и перевел служить в село Каменный Брод Ельниковского района Мордовии, где он прослужил десять лет. Об этом периоде служения он рассказывал так: «Однажды у меня 75 крестин и 18 венчаний было за одно воскресенье. Придет этакий мужичок ко мне и просит о том, чтобы я его, коммуниста, покрестил тайно. Никто меня в советские времена не выдавал, но в районе все знали о том, что тайно крещу. Начальники мне говорили, чтобы не крестил, а сами украдкой приезжали и крестились. А однажды пришел парторг… В конце разговора я принял у него исповедь, и вскоре тот повенчался со своей женой».

В 1991 году игумен Феодосий поступил в число братии Рождество-Богородичного Санаксарского монастыря, а в следующем году наместником архимандритом Варнавой был пострижен в схиму с именем Феофан в честь Святителя Феофана Затворника.

С 1995 по 2004 годы отец Феофан являлся насельником Свято-Троицкого Чуфаровского мужского монастыря, а с 2003 года - его духовником. С 1 августа 2004 года до своей кончины старец выполнял послушание духовника в Иоанно-Богословском Макаровском мужском монастыре. В 2008 году отец Феофан был возведен в сан схиархимандрита и стал духовником Саранской епархии. К отцу Феофану в Иоанно-Богословский Макаровский мужской монастырь ехали люди не только со всей России, но и из ближнего, и даже из дальнего зарубежья - из Америки, Германии… В иные дни он принимал по нескольку автобусов с паломниками.

Схиархимандрит Феофан подъял на свои плечи тяжелейший крест - служить молебен за болящих с редким чином лечения проскомидийным копием. Если принять во внимание, что однажды он попал в серьезную автомобильную аварию, после чего здоровье его сильно пошатнулось, то эти его молебны за болящих можно назвать подвигом ради Христа. Кроме тяжелого молитвенного и физического труда (принять за день десятки, а то и сотни страждущих, больных людей) ему приходилось терпеть непонимание и даже осуждение от некоторых братьев и сослужителей во Христе. А ведь в иерейском требнике есть чин освящения воды копием для лечения страждущих: «Егда крест творит священник на страсть недуга со святым копием» (см., например, Требник в 2-х частях, ч. 1. Издательство Московской Патриархии, 1991 г.).


Протоиерей Сергий Гусельников у входа в Кирилло-Мефодиевский собор.

Как происходят такие молебны? Священник укалывает болящего святым копием. Этим святым копием во время проскомидии вырезается Агнец для освящения на Литургии, а потом раздробляется Тело Христово для Причастия, и произносится проскомидийная молитва: «Искупил ны еси от клятвы законныя Честною Твоею Кровию…». Служить такой молебен можно только с благословения Архиерея и монаху-подвижнику, стяжавшему благодать Божию в первую очередь через истинное смирение. Некоторые священники просто освящают на проскомидии воду копием для помазывания болящих. Я тоже использую этот чин для освящения воды. Лечение копием, конечно же, не имеет ничего общего с медицинским иглоукалыванием, так как имеет духовную природу, в основе которой благодать святого копия и молитвы подвижника. Несомненно, помощь болящим подается Богом не за счет внешних действий копием, а по молитвам того, кто эти действия совершает, и по вере страждущих людей. «Выхожу на молебен, а в храме - все болящие, много бесноватых, - рассказывал старец. - Что это значит? За грехи наши Господь подает нам скорбь, болезни. Но если болящий способен измениться, тогда и дело пойдет на поправку».


Схиархимандрит Феофан.

Когда отец Феофан еще служил в Покровской церкви села Каменный Брод, там до него настоятелем был старенький батюшка по имени Никифор. И вот отец Никифор служил молебны с чином лечения копием. От него отец Феофан и перенял это нелегкое служение.

Первый раз я попал на молебен к отцу Феофану в 2007 году, летом. Тогда он был еще схиигуменом и гостил у духовных чад старца Питирима в их деревенском доме под Самарой. Мы с младшим сыном Михаилом и моими духовными чадами приехали туда вечером. Вместе с нами в комнате собралось человек двенадцать. Отец Феофан уже отслужил один молебен, но без лечения копием. Немного передохнув, он начал служить молебен для нас. Тут уж мы ему подпевали с одной рабой Божией, которая поет в церкви на клиросе. После молебна старец каждого из нас поочередно колол копием, помазывал святым елеем и кропил святой водой. Беседуя со мной, отец Феофан в тот вечер и рассказал, как он начал служить такие молебны.

Чтобы о чем-то судить, надо испытать на себе. Первые минуты тело болело от сильных прикосновений копием (а старец колол меня, что называется, с головы до пяток), но потом я почувствовал себя так, как будто вышел из святого источника. На душе стало легко и благодатно. Другие люди тоже получили облегчение в своих телесных и душевных недугах.

Мы ехали назад в темноте, лишь таинственно мерцающие звезды да огромная желтая луна освещали нам путь. Это придавало нам ощущение необычности и загадочности нашей бренной жизни на земле… Мы-то уехали, а отец Феофан, как мне потом рассказали хозяева дома, молился почти до рассвета.

В 2010 году, в конце июля, старец снова приехал в деревню к духовным чадам уже отошедшего ко Господу схиархимандрита Питирима. Они пригласили к себе и меня с Александром Петровичем, моим духовным сыном и благодетелем. Что интересно: ни у него, ни у меня не было вначале особого желания туда ехать. И житейские попечения одолевали, и усталость от морального и физического напряжения давала о себе знать. С другой стороны, не хотелось огорчать пригласивших нас, да к тому же Александр Петрович и я в субботу с утра были свободны. Решили ехать. И не пожалели. Как только оказались во дворе того дома, деревенская тишина и разлившаяся вокруг благодать очистили нас от городского дурмана.

Приветливо улыбаясь, берет у меня благословение иеродиакон Авраамий, бывший келейник старца Питирима, а теперь келейник отца Феофана, который появляется чуть позже. Видно, что за несколько дней, проведенных в деревне, схиархимандрит Феофан немного отдохнул от своего невероятно тяжелого монастырского послушания. Молебны старец и здесь служит, но людей-то несравнимо меньше. Весело светит жаркое солнце. Так же светел и отец Феофан с белыми, как снег, волосами и бородой, с чистым старческим лицом и серыми глазами под густо разросшимися седыми бровями.

Немного поговорив, идем в дом молиться. Отец Авраамий дает мне внушительную пачку записок о здравии, которые они с отцом Феофаном читают на молебнах. Тысячи имен людей из разных городов России. Поминать их - неподъемный груз. Преподобный Силуан Афонский говорил: «За других молиться - кровь проливать».

Рассказывают, как-то батюшка Феофан очень долго молился в алтаре, читая записки. Но записок было столько много, что, казалось, количество их не уменьшается. Тогда, осознав физическую невозможность прочитать нескончаемый поток имен, старец, раскинув руки, просто лег на огромный ворох записок и взмолился: «Господи! Помилуй, спаси, сохрани, пощади и исцели Твоих рабов, имена которых я не успел помянуть». И заплакал…

Отец Феофан разжигает «кадилко», как ласково он называет кадило, и начинает молебен. На этот раз батюшка укалывает меня копием лишь до пояса. Отец Авраамий помазывает святым елеем и кропит святой водой. Опять через несколько минут испытываю ощущение покоя и умиротворенности. Во время обеда и неторопливой беседы на просторной кухне старец, привалившись к спинке дивана, неожиданно засыпает. Дух бодр, а плоть немощна. Минут через пятнадцать он открывает глаза и, как бы прося прощения, говорит: «Кажется, я задремал». Недолго длился его сон!

После обеда едем на святой источник пророка Илии, расположенный у подножия высокого и длинного холма на окраине деревни. На вершине холма установлен Поклонный крест. Отец Авраамий, испросив благословение, поднимается к кресту.

Мне приходилось в свое время бывать на этом холме. С него на десятки километров вдаль видны все окрестности. Почву холма составляет в основном красная глина, видимо, очень ценная, судя по тому, что до революции сюда приезжали за ней американцы. У источника мы видим, к сожалению, типичную картину нашего апостасийного времени. Легковые машины, громкая музыка, женщины в купальниках и мужчины в трусах. Для них это не святое место, а место отдыха. Даже в просторную деревянную купальню с оторванным крючком на двери они заходят, чтобы ополоснуть посуду. Но Бог поругаем не бывает, поругаемы бывают только нераскаянные грешники.

Трижды по три раза - во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа - окунаемся с отцом Феофаном в купели. Благодать святого источника и молитвы пророка Илии придают нам сил и бодрости. А солнце уже высоко, его палящие лучи пронизывают все насквозь. Нам с Александром Петровичем пора возвращаться в Самару. Отец Феофан и отец Авраамий тоже собираются в обратную дорогу. Прощаемся, чтобы ровно через неделю встретиться снова. Правда, не здесь, а в райцентре Вадинске Пензенской области, в Тихвинском мужском монастыре, где упокоился схиархимандрит Питирим.

Удивительное дело, но после этого молебна с лечением копием я почувствовал необычайный прилив сил и несколько дней провел практически без сна, плодотворно работал над написанием рукописи одной книги, не ощущая никакой усталости.

6 августа 2010 года исполнялось сорок дней со дня отхода отца Питирима в вечные селения. Мы приехали с духовными чадами схиархимандрита Питирима в Вадинск поздно вечером. Отец Феофан с отцом Авраамием, прибывшие из Саранска минут за десять до нас, были уже в новом бревенчатом доме, специально построенном для почитаемого в монастыре старца. И года не пришлось ему здесь прожить.

В просторном коридоре нас радушно встречает келейник отца Питирима отец Варсонофий, тоже бывший насельник Санаксарского монастыря. В доме и приехавшие ранее духовные дочери усопшего старца - одна из Москвы, две из Моршанска. Они накормили всех вкусным ужином. Такое впечатление, что я попал в большую дружную семью, где все друг друга любят и все друг другу рады. Собралось нас на кухне двенадцать человек. После трапезы отец Феофан стал исповедовать желающих причаститься утром на заупокойной Литургии, поэтому спать ложимся почти за полночь.

Отец Варсонофий определяет нас с отцом Феофаном в келье старца Питирима: отца Феофана на его кровать, меня на раскладушку. В святом углу, где только что шла исповедь, горит неугасимая лампада. Я долго не могу заснуть. Слышу, как среди ночи отец Варсонофий еще встречает гостей. Во мне, как живительный ручеек, сама собой течет Иисусова молитва. И даже когда все-таки засыпаю, она не перестает течь где-то внутри моего согретого благодатью сердца. Я понимаю: это происходит оттого, что спать мне посчастливилось в намоленной келье старца, к тому же рядом с другим подвижником.

Утром мы молимся с отцом Феофаном на том месте, где каждый день молился отошедший к Богу старец Питирим. Надев его епитрахиль, отец Феофан читает вслух утренние молитвы, а я - субботнюю полунощницу. Правило ко Причастию вычитали вчера в дороге. По утренней прохладе идем в монастырский храм в честь Тихвинской иконы Божией Матери служить Литургию.

Монастырь тогда восстанавливался, еще много трудов предстояло положить его наместнику и братии, чтобы он приобрел благолепный вид. Тем не менее, с первых же шагов по территории обители в ней ощущаются благодать и молитвенный дух. Прямо в монастыре есть и свой источник с купелью. Возглавил заупокойную службу старец Феофан. В алтаре десять священников из разных городов России.

После Литургии начинается панихида, которую возглавляет наместник монастыря архимандрит Митрофан. Поют монахини и послушницы, приехавшие из Волгоградского женского монастыря, который окормлял схиархимандрит Питирим. Вот пропели и «Вечную память». Отец Феофан дает крест для целования. Благословленный отцом Митрофаном молодой иеромонах идет служить литию на могилу схиархимандрита Питирима. Тоже идем с отцом Феофаном к склепу под храмом, где погребен старец.

Ярко светит солнце, вокруг храма разлито ощущение праздника. Да и как же иначе - душа старца сегодня возносится в селения праведных. Склоняясь, проходим в склеп. Могила отца Питирима украшена живыми цветами, у большого резного деревянного креста горит лампадка. Молимся еще раз о упокоении старца, просим его святых молитв.

В просторной трапезной накрыты поминальные столы. Отец Митрофан благословляет отца Феофана сказать за поминальным столом о своем сотаиннике и духовном наставнике. Схиархимандрит Феофан, привыкший молиться за людей и не привыкший выступать перед большой аудиторией, смущаясь, простыми словами рассказывает о своей многолетней дружбе и духовном общении с отцом Питиримом.

Мы сидим с отцом Феофаном рядом. Над столом летают осы, потому что здесь много фруктов, арбузы, мед. Одна оса, забравшись в блюдечко с янтарной сладостью, увязла в ней лапками. Заметив это, отец Феофан с искренним участием к бедному насекомому пытается пальцами вытащить осу из липкого меда. Однако это не так-то легко. У меня тоже появляется желание помочь увязнувшей осе. Подумав, я беру крышку от минералки и, осторожно подцепив осу, стряхиваю ее на стол. Когда мед стекает с любительницы сладкого, она начинает медленно ползти по столу.

А отец Феофан рассказывает мне, что у них в монастыре тоже живут осы. «Но мы их не трогаем, и они нас не жалят», - изрекает он простую истину.

Действительно, живи в мире со всеми, и тебе будет хорошо. Только почему-то не хочется людям жить в мире ни с Богом, ни с ближними.

Пока вкушаем поминальную трапезу, старец вытаскивает из меда еще двух ос. И глядя на это, я подумал: милостивый Господь за любовь, простоту, смирение и терпение дает старцу Феофану благодатную силу врачевать душевные и телесные недуги. Те, кто испытал на себе глубину его чистой молитвы, с уверенностью подтвердят мои слова.

Схимонахиня Сергия

В начале пастырского пути Господь сподобил меня стать духовником подвижницы. Я никак не мог понять, почему известная в Самаре старица монахиня Антонина (впоследствии схимонахиня Сергия), к которой ехали верующие люди со всего города и даже из других областей, пожелала стать моей духовной дочерью, и постоянно смущался этим.


Схимонахиня Сергия с книгой о блаженной схимонахине Марии.

В миру схимонахиню Сергию звали Надеждой Михайловной. Родилась она в большой семье Дворяновых 6/19 сентября 1910 года, на праздник Чуда Архангела Михаила в Хонех, в селе Колывань Самарской губернии. Вышла замуж Надя рано - в восемнадцать лет - и переехала с мужем жить в Самару. Там ее постигла трагедия: от тифа умер двухлетний сын, а муж после этого ушел от нее. Много лет молодая женщина жила одна, но потом познакомилась с вдовцом, который растил двух дочек. Девочки упросили Надежду заменить им маму. Она пожалела их и вышла замуж за их отца Михаила Дохлова.

С детства Надя была приучена к молитве. В советское время она молилась по ночам. Как и многие верующие, переписывала от руки акафисты, каноны и молитвы, читала тайком духовные книги. В Куйбышеве (так тогда называлась Самара) после войны действовали всего две церкви - Покровская и Петропавловская. До революции они были кладбищенскими, но на месте кладбищ большевики построили стадионы, а храмы Божьим Промыслом не тронули.

После смерти мужа Надежда Михайловна жила в крохотной квартире-«гостинке» многоэтажного дома. В последние годы старческая немощь не давала ей возможность ездить на транспорте в храм, поэтому она стала приглашать для Причастия священника на дом. Как-то один священник причащал ее на дому и неожиданно сказал: «Причащается раба Божия Антонина». Она опешила: «Я не Антонина, Надежда!» Священник ответил: «То, что в Причастии пришло, не от меня, а от Бога! Видно, быть вам монахиней». После этого необычного случая она передала в Оптину пустынь блаженной схимонахине Марии (Марии Ивановне Матукасовой) записочку с просьбой помолиться за ее родных. Матушка Мария взяла эту записку и произнесла: «Антонина, Антонина!» Вскоре Надежда Михайловна была пострижена в монашество с этим именем. Мария Ивановна к постригу сшила и прислала ей в подарок апостольник из простенькой ткани.

Мы познакомились с матушкой Антониной, когда меня пригласили ее причастить Тайн Христовых. Маленькая комнатка со скудной обстановкой была наполнена главным богатством - множеством икон и молитвенным духом. В первую встречу старица рассказала мне о своей жизни и к моему удивлению стала спрашивать у меня совета по разным духовным вопросам. Мы сразу расположились друг ко другу. После Причастия и беседы матушка Антонина пригласила меня пообедать. Как потом выяснилось, старица кормила всех приходивших к ней в гости и всегда готовила сама. А ведь ей было уже девяносто лет. Даже когда она почти совсем ослепла и потеряла слух, все равно варила свои знаменитые вкусные щи, которые все ели с удовольствием. «Поставлю кастрюлю на плиту, - говорила мне матушка, - брошу в воду всего понемногу и прошу Матерь Божию: «Матерь Божия, я уж немощная, не могу варить, не вижу ничего, Ты Сама свари мне щи». Пойду молиться, а щи варятся. Приду потом, выключу, попробую, а щи-то такие вкусные!»

…Когда я приезжал причащать старицу, всегда поражался ее смирению. Она любила повторять слова Макария Великого: «Я пучина греха и бездна нечистот. Только милосердие Божие спасает». А как причастится, всегда воскликнет: «Ой, да какая у меня радость-то неземная!.. Ну а теперь Божия воля на все».

Однажды была она совсем немощна, чувствовала себя очень плохо и почти не выходила из дому. Я приехал, причастил ее. После моего отъезда матушка прилегла и видит - блаженная Мария Самарская встала возле ее кровати. Она вскочила: «Матушка!..» - и со слезами радости ощутила, как дивная гостья обнимает ее и целует с сестринской любовью. Очнувшись, она почувствовала небывалый прилив сил и сама, без чьей-либо помощи, поехала через весь город в Петропавловскую церковь на службу.

Перед постригом в схиму старица тоже видела чудесный сон о Марии Ивановне. Блаженная благословила ее: «Иди, иди, иди…» Вообще незримая таинственная нить связывала матушку Сергию со схимонахиней Марией - блаженной самарской старицей Марией Ивановной Матукасовой. Матушка Сергия иногда говорила: «Я от Марии Ивановниного корешка…»

В октябре 2005 года, когда оставалось несколько дней до кончины матушки, терпеливо переносившей сильные физические страдания, блаженная схимонахиня Мария дважды приходила к ней со словами утешения: 18 октября, в тонком видении, а 20 октября - наяву, о чем рассказал дежуривший в те дни у старицы инок Антоний (Скворцов), который не отходил от матушки ни на минуту.

Матушка Сергия очень не любила, когда в ее присутствии начинали говорить о мирском, житейском. В таких случаях старица сердито восклицала: «Ну что вы все о мирском, разве за этим сюда пришли? Надо думать о духовном, а не о брюховном!..» Или когда человек начинал выставлять свое «я» в разговоре, она сокрушалась: «Опять вы со своими «яшками»! Разве мы сами что-то можем? Во всем Господь… Без Бога ни до порога!» Еще она говорила: «Самовольство - пагуба, а послушание - сила. Ты захоти слово спасения, а Бог тебя спасет. Знай этот короткий урок, знай. Будет так, как Бог даст, а не как мы хотим. Прими со страхом, положи в сердце и иди в послушании».

Смиряясь сама, матушка Сергия учила смирению и своих духовных чад. В разговорах со мной старица всегда задавала только духовные вопросы, рассказывала притчи или поучительные случаи из жизни. И всегда печалилась, что не может бывать в храме на Богослужении. «Как бы я хотела помолиться на Литургии!» - восклицала она. До пострига в великую схиму, состоявшегося 17 июля 2002 года, в день памяти Царственных Мучеников, матушка была пободрее, и если находился человек, который мог на машине отвезти ее в храм, она не упускала этой возможности.

Однажды мне приснился сон, будто я причащаю монахиню Антонину в своем храме (тогда мы еще служили в молитвенном доме). Старица была радостная и вся светилась… На следующий день я служил Литургию и с удивлением увидел среди прихожан матушку. Ее привезли на службу, чтобы она могла помолиться, исповедаться и причаститься. Мы были оба рады. Так исполнился мой сон.

Как-то мы сидели со старицей и беседовали. «Жизнь наша, как подъем на гору, - сказала она задумчиво. - Карабкаешься, карабкаешься… Поднялся на гору, а там свет неземной! А с другой стороны горы пропасть… Главное, в эту пропасть не скатиться с вершины…» Вспоминала о своей жизни так: «Мама моя говорила: «Если скорби есть, вы на спасительном тернистом Христовом пути и несет скорби с вами Господь. А пусть плачет тот человек, у кого никаких скорбей нет». Я к маме подошла: «Люди живут легко и умирают легко, а у тебя какая трудная жизнь - нас восьмеро, и вот все болеешь долго». А она говорит: «Спаси Господи и помилуй всякого человека от легкой жизни и смерти. За гробом покаяния нет. Надо выстрадать жизнь, надо выстрадать и смерть. А отдыхать душа будет у Бога».

…Туда стремиться - цель ясна: там вечная цветет весна. Священник выходит в церкви и дает целовать крест. А у каждого ведь крест свой. И вы идите, целуйте свои кресты. У моей подруги муж пил, и три девчонки были у нее. Она измучилась и поехала в Почаев, в монастырь и там, рассказывала мне, молилась Богу со слезами: «Не поеду домой, пускай муж-пьяница умрет, не будут глаза мои этого видеть. Останусь и на канаве умру на монастырской земле, больше мне ничего на свете не надо». Подруги ей говорят: «Сходи к старцу, тут старец живет недалеко». Она пошла с ними к старцу: «Старчик, я дала Богу слово не вернуться домой». А он, простец, говорит ей: «А ты слыхала - бывают люди-мучители и бывают люди-мученики?» - «Слыхала».- «Как ты хочешь умереть - как мучитель или как мученица?» - «Помилуй Бог умереть как мучитель, лучше умереть как мученица». - «Если ты останешься здесь, там муж умрет твой, и детки умрут, никто им похлебку не сварит. А люди и небо, и земля скажут: вот какая она, бросила детей, уехала спасаться в монастырь! Ты тут мучителем умрешь, и это крест не твой. А если хочешь мученицей умереть, иди домой, там голодные дети и муж-пьяница. И считай: слава Богу, я мученица, но на своем кресте». И я, говорит, приехала домой, каждый день думаю: «Господи, дай мученицей умереть!» А муж похворал да умер, а девчонки-то так стали слушаться. И сейчас хожу в церковь да Бога благодарю и только все говорю: «Дай, Господи, мученицей умереть»…

Матушка Сергия часто размышляла о скорбях человеческих, когда беседовала с приходившими к ней людьми. «Мы говорим: «Господи, помоги!» Не ты несешь, а Бог всю тяжесть несет с тобой, и ты славишь Его. Только через скорби Бог нас очистит, омоет, как Магдалину. А если не будет скорбей, мы не спасемся никак. Как Бог даст! - говорим, а скорби-то разные. А какую ты выберешь скорбь? Человек уверовал и просит у Бога помощи: «Господи, помилуй, Господи, помилуй!» Господь слышит молитву, принимает ее и миловать начинает. Если бы Он так миловал: дал бы тебе, что хочется. А Он не даст. Он даст скорби. А мы не хотим скорби-то. Но только через скорби человек соединяется с Богом. А не будет скорбей - ни разу про Бога не вспомнишь…

Если скажешь: «Я виновата!» И тогда, говорят: «Врагу голову отрубил». А без головы он силу теряет. Враг-то искушал тебя всячески, а когда ты сказала: «Я виновата-то, я!» - тогда враг, считай, остался без головы и искушать тебя не может.

И так вся жизнь строится. Премудрость - вонмем.

Богу нужна душа человеческая, потому что она безсмертна, вечна. Бог вечен, и душа вечна, и вечность у Бога. В теле нашем живет душа, и Господь все блага дает ради души, а плоть со страстями кричит: «Все мое!» Воюй с сатаной, воюй... Воюй, как Мария Египетская воевала, молись, как Мария Магдалина молилась. В Магдалине, так в толковании писано, Господь любит кающуюся душу. Она разве одна? Сколько кающихся-то - все Христовы! Господь всех благ Датель. И знает, где нас провести через скорбь, через огонь или воду - через все проведет и не уронит. Так что ж нам больше рыпаться-то? Не всякий это поймет. Дан нам крест от небес, как бы дар дорогой…»

В последние годы старица духовно прозревала внутреннее состояние человека и его проблемы. Люди приходили к ней с вопросами и часто не успевали их задать, потому что схимонахиня Сергия сразу начинала на них отвечать. После пострига в схиму матушке нужна была келейница, сама она уже не могла управляться по квартире, практически ничего не видела. Молитвы старица знала наизусть, а вот Псалтирь она слушала по магнитофону. Приехала к ней женщина из другой области. С порога стала говорить, что хотела бы остаться у нее келейницей, а матушка ей: «Нет, ты домой поезжай, тебя дети ждут! Да за мужа надо молиться». А женщина даже не успела ей ничего сказать, но на все вопросы, которые ее душу тревожили, старица ответила заранее… Дала понять, что воля Божия - вернуться к детям и нести свой крест.

Незадолго перед смертью матушка обличила меня в одном грехе, в котором я не успел покаяться, прежде чем поехать к ней. Но обличила не прямо, а косвенно. «Какое время настало, - с горечью произнесла она. - Даже священники стали такие грехи совершать, что стыдно за них…» И прямо указала на мой грех. Мне стало очень стыдно и больно оттого, что огорчил старицу. До сих пор в молитве прошу у нее прощения…

Когда матушке Сергии летом стало совсем плохо, она говорила своим духовным чадам: «Молитесь! Если я вам еще нужна, то Господь продлит жизнь, а если не нужна, то и заберет». Старице тогда было без малого 95 лет. Особенно почитавшая ее раба Божия Цецилия с земным поклоном молилась о ней. Потом матушка сказала: «Цецилии передайте земной поклон».

Хотя матушка обладала большой духовной мудростью и Господь открывал ей многое, по своему удивительному смирению она всегда то, что ее волновало, рассказывала священникам и советовалась, все ли она правильно понимает и что означает та или иная ситуация. Матушка Сергия была Божьим человеком и до конца дней своих служила людям. Хотя она в последние годы находилась в немощном состоянии, старенькая и очень больная, все равно - кто бы к ней ни приходил, подвижница всех встречала и велела накормить, для всех у нее находилось слово утешения. И всегда, до последнего смертного вздоха, она пребывала в высоком духовном молитвенном состоянии, говорила о спасении души, о том, что время сейчас очень тяжелое и нужно больше молиться, больше думать о Боге, о Вечности.

Отошла ко Господу схимонахиня Сергия 23 октября 2005 года, на память великого русского святого преподобного Амвросия Оптинского. Каждый год в годовщину смерти старицы мы собираемся на городском кладбище у ее могилы, служим панихидку и просим святых молитв незабвенной матушки. Этот осенний день иногда бывает пасмурным, но во время нашей соборной молитвы всегда сквозь серые тучи пробивается яркое солнышко, словно сама матушка улыбается нам…

Схимонахиня София

Мы знали схимонахиню Софию при ее жизни как Таисию Ивановну, потому что матушка скрывала свой монашеский постриг. Она была слепая, и в самарские храмы старицу обычно сопровождала ее племянница Любовь Григорьевна Нагорнова. Мне довелось общаться с этой подвижницей благочестия немного, но, тем не менее, она оставила глубокий след в моей душе. После упокоения схимонахини Софии 19 мая 1999 года, в день рождения Царя-мученика Николая, об удивительной судьбе старицы подробно рассказала Любовь Григорьевна, много лет находившаяся с ней рядом.

«Вся жизнь Таисии Ивановны была тайной. Даже о том, что она приняла схимнический постриг, я не знала… Где и когда она была пострижена - теперь, наверное, и не узнать. Она очень много ездила по монастырям.


Таисия Ивановна Горяйнова (схимонахиня София).

Таисия родилась на праздник Михаила Архангела, 8/21 ноября 1909 года. Она была старшей из детей: после нее родились Анна, Елизавета (моя мама), Василий. Горяйновы дворянский род, жили в двухэтажном доме в своем поместье, в селе Никольском Поныревского района Курской области - позднее границы районов перекроили, и теперь это Золотухинский район. В доме была прекрасная библиотека, многие книги были на французском языке и латыни - отец Таисии Ивановны Иван Григорьевич свободно владел этими языками. Он был глубоко верующим человеком.

Когда большевики решили Горяйновых пустить по миру, один добрый знакомый предупредил их - и родители вместе с двумя старшими дочерьми бежали в Тулу. Остались только дедушка с бабушкой и маленькие Лиза и Вася. Их не тронули, но отняли все! Даже иконы. Оставили только большую икону Спасителя - сорвали с нее драгоценные украшения, - и икону Божией Матери… В Туле Таисия и Анна поселились у какой-то монахини. Тетя Тая всегда поминала ее, а я вот забыла ее имя… Анне в молодости было видение, что одна из них, сестер, вымолит весь род. Она была немало удивлена: как это - вымолит… А в 1941 году, когда началась война, вся семья вновь собралась в Никольском.

После войны жили бедно, но всегда привечали странников. Тогда много нищих бродило по миру… Бабушка, Мария Егоровна, была исключительно доброй. Для нищих в доме была выделена отдельная комната. Странников кормили, топили для них баню. И в дорогу с собой давали хлебушка хоть на день-два. Вот в такой семье воспитывалась Таисия Ивановна. Дедушка всегда очень безпокоился о старшей дочери. И просил других детей: «Таисию не бросайте!» Она жила одиноко, после смерти жениха решила не выходить замуж. Говорят, она очень похожа на одну тетушку по маминой линии, Анну - та пешком до Иерусалима дошла.

Какое-то время Таисия Ивановна жила в Курске, окормлялась у протоиерея Алексия Сабынина. Перед смертью он позвал тетю Таю, и она вместе с тетей Аней поехала к нему. Они долго сидели у него, и он гладил руку Таисии Ивановны, приговаривая то ли Паисия, то ли - Пассия. Может быть, она тогда носила монашеское имя Паисия. Тетя Тая переехала жить к брату… Устроилась работать в трамвайное управление - чтобы больше было свободного времени. Все монастыри, какие тогда только были в Советском Союзе, она объехала. Возвращалась иной раз со слезами: «Как они бедствуют, как там голодно, как трудно!» Всякую копеечку откладывала - и посылала в монастыри деньги, продукты, вещи. Поедет в Пюхтицкий монастырь, в Эстонии купит шерсти, дома свяжет теплые носки - и опять шлет посылочку монахиням. Вот и в Самаре жила - все, что приносили ей люди, шло в монастыри. Была знакома с псковским схиигуменом Саввой. Старец Наум уже в последние годы благословлял ее на операцию, но матушка не согласилась. «Все, что Господь посылает, я приму». И слепоту приняла как волю Господа.

В Ленинграде мы с тетей Таей зашли в монастырь на Карповке - помолиться у святых мощей праведного Иоанна Кронштадтского, заказать требы. Тетю сразу окружили монахини, они ее хорошо знали…

В 1994 году матушка стала жить в моей семье… В Самаре она ездила то в Петропавловскую, то в Воскресенскую церковь.

К ней сразу потянулись люди. И у нее на всех хватало сердечной теплоты, любви, за всех она молилась, всех утешала и давала советы. Лишь однажды я слышала, как она строго обличила одну женщину. А так - всегда она была приветливой и радушной. Людей она любила. За год до смерти матушки в ее молитвенном уголке замироточила небольшая икона великомученицы Варвары. У этой иконы треснуло стекло, но я не меняю его - ведь на нем застыла струйка благоуханного мира. Я слышала, что великомученица Варвара покровительствует монахам…»

Однажды в поезде старице явилась блаженная Ксения Петербургская и дала ей маленькую шоколадку. Как известно, блаженная никому просто так ничего не давала, а предвозвещала о чем-то. Так и случилось. Вскоре умерла одна из сестер старицы.

О Таисии Ивановне я услышал впервые от дьякона Алексия Чичановского (ныне протоиерей, настоятель храма в честь Казанской иконы Божией Матери в селе Каменный Брод под Самарой). Тогда мы служили в молитвенном доме, собор только еще строился. Стройка была обнесена высоким забором. Однажды он рассказал следующее: «Приехала к нам в храм Таисия Ивановна, подошел я к ней, а она говорит: «Пожар, пожар…». Какой, думаю, пожар, никакого пожара нигде нет. Ничего не понял. А на следующий день на стройке замкнула проводка, и действительно случился пожар. Слава Богу, потушили. Матушка, оказывается, заранее про это знала. Непростая она…»

Через некоторое время Таисия Ивановна приехала в храм при мне. После службы к ней стали подходить прихожане. Она сидела на лавочке у стены, опрятно одетая, повязанная платком, и внешне напоминала простую бабушку. Но было в ее облике нечто такое, что выдавало в ней человека благородного происхождения. Осанка, движения, манера говорить - все свидетельствовало о том, что эта почти девяностолетняя бабушка благородных кровей. И она не оставляла впечатления слепой. Старица разговаривала с людьми так, будто хорошо их видит.

Подошел к Таисии Ивановне и я, чтобы о чем-то спросить. Ей сказали обо мне. Она обрадовалась и попросила ее благословить. И тут произошло удивительное. Когда я благословил старицу, она неожиданно для меня произнесла: «Батюшка, дайте мне вашу левую ручку, я не достойна целовать правую». Я несколько опешил, но поднес к ее лицу левую руку, которую матушка поцеловала. «Я настолько грешная, что не достойна целовать благословляющую руку священника», - еще раз пояснила она. Мне осталось только поразиться смирению старицы.

В другой раз после Литургии мы беседовали с ней на лавочке возле временного храма. Был солнечный сентябрьский день. Я спросил Таисию Ивановну про одного мальчика, который пострадал от оккультного воздействия, из-за чего с ним стали происходить непонятные вещи, пугавшие родителей. Он видел бесов, временами терял сознание. Родители стали привозить его на службу, причащать, заказывать молебны о здравии, но нечистые духи продолжали мучить бедного мальчика. Таисия Ивановна с возмущением говорила о колдунах, которых развелось тогда очень много и которые уводят людей от Бога и Церкви, а еще о том, что сами люди в большинстве своем духовно безграмотные и читают всякие гороскопы, сонники, оккультную литературу, вредят своим безсмертным душам. «А спасение только в Церкви, - твердо сказала старица. - Надо просвещать людей, обращать к вере Православной». Пообещала помолиться за мальчика и потом утешила: «Со временем все у него пройдет». Действительно, после молитв Таисии Ивановны и блаженной Марии Ивановны Матукасовой, после Причастия, соборования, молебнов, поездок к святыням мальчик избавился от нечистого духа.

Закончив серьезный разговор об оккультизме, старица неожиданно произнесла: «Батюшка, вам домой надо ехать, матушка обед давно приготовила, ждет вас… Вы где живете?» - «На Металлурге, - отвечаю, - на пересечении Гвардейской и Алма-Атинской». - «Знаю, знаю это место, - проговорила она задумчиво, будто внутренним взором всматриваясь в него. - Много верующих людей там живет. Молитва там. Там огромный огненный столб от земли до неба!» И опять после благословения поцеловала мою левую руку…

Потом я долго размышлял над тем, что это за столб такой от земли до неба. Понятно, что огонь молитвы. Ну не я же такой молитвенник. Может, соседки мои старенькие - сестры бабушка Катя и бабушка Наташа, завещавшие свою «гостинку» Церкви - так горячо молятся? Из квартиры уже не выходят, лишь келейная молитва им утешение. Но тоже мало верится.

И только лет через пятнадцать, когда Митрополит Сергий благословил архимандрита Нектария (Мохова) строить в скверике у металлургического завода, как раз напротив дома, в котором я когда-то жил, Спасо-Богородский храм, мне стало понятно, о каком огненном столбе от земли до неба говорила схимонахиня София. Сейчас там возвышается прекрасный храм, и к небу возносится соборная молитва многих и многих верующих людей.

Знаки Милости Божией

Сердце забилось

В нашем храме шло всенощное бдение перед праздником Преображения Господня. Настоятель собора отец Виктор и я помазывали прихожан елеем. Престарелый отец мой Владимир Ильич, который был алтарником и жил при храме, сидел в левом приделе алтаря на стуле и читал синодики. Когда я уже заканчивал помазывание, ко мне подошел молодой алтарник и с волнением в голосе произнес: «Владимиру Ильичу плохо!» Помазав оставшихся несколько человек, я вернулся в алтарь. Отец сидел, привалившись к спинке стула, в безсознательном состоянии с бледным, как полотно, лицом, покрытым сильной испариной. Я взял его за руку, она была холодная. Попросил отца Максима, который по светской специальности врач, проверить у отца пульс. Батюшка взял его за запястье. Результат был неутешительным. «Пульс нитевидный», - сказал отец Максим. И чуть позже: «А теперь совсем пропал».

Вызвали «скорую». Ситуация оказалась гораздо серьезнее, чем я думал. Я положил на голову отца епитрахиль и стал читать молитвы. Продолжалось это минут десять. Подошёл отец Максим, пощупал пульс и обрадовал: «Сердце забилось». Лицо у отца начало розоветь. Потом приехала «скорая», врачи оказали отцу срочную помощь (сделанная ими кардиограмма инфаркт не подтвердила) и вызвали бригаду реанимации. Отца увезли в больницу.

Мой духовный сын Александр Петрович после помазания ждал меня в машине у ограды храма. И потом рассказал удивительную вещь. Собаки, бегавшие на храмовой парковке, неожиданно подбежали к ограде и начали выть. Александр Петрович встревожился, так как где-то слышал, что собаки воют к покойнику. Но через несколько минут собаки внезапно прекратили вой и убежали от ограды. Александр Петрович пошел в храм, чтобы узнать, что там произошло.

Потом, сопоставив ситуации, мы поняли, чем объясняется необычное поведение собак. Клиническая смерть отца - и возвращение к жизни. Благодарение Богу, что приступ у отца случился во время службы, а не после нее. Он, как обычно, остался бы ночевать в ризнице один, и тогда случившийся приступ окончился бы трагически.

Господь проявил Свою милость к моему отцу еще раз. После того драматического случая на Преображение он жил у моего младшего брата. А пенсию получал в своем частном доме, куда в определенный день месяца приходила почтальонка. В один из таких дней брат должен был отвезти его домой, чтобы отец ждал там пенсию. Когда отец завтракал, у него опять случился приступ с потерей сознания. Произошло это на глазах у брата, он не успел еще отвезти отца в частный дом, где он остался бы один. Брат со снохой вызвали «скорую». Милостью Божией отец вновь остался жив.

Целительная сила соборования

Некоторые священники почему-то считают, что соборовать человека, находящегося в коме или в безсознательном состоянии, уже не имеет смысла. Я всегда придерживался другого мнения. Елеосвящение - таинство над болящими, поэтому надо до последнего момента использовать его благодатную силу. Да, исповедовать и причащать такого человека уже невозможно, но соборовать можно вполне. В моей пастырской практике были случаи, которые наглядно подтверждают это утверждение.

Как-то ко мне обратилась моя духовная дочь Анна с такой просьбой: «Батюшка, у меня бабушка в реанимации в коме. Врачи сказали, что два-три дня, больше не протянет. Не хотела вас тревожить, другого священника попросила пособоровать ее, но он отказался, говорит, в безсознательном состоянии нельзя. Может, вы не откажете?» Я согласился, и мы поехали в больницу.

В реанимационной палате уже находился дядя Анны, врач «скорой помощи», православный человек. Рядом лежала еще одна тяжелобольная, но в сознании. Приготовив всё, что нужно, я стал совершать таинство елеосвящения. Анна и ее дядя стояли рядом и молились от всего сердца. Закончив соборование, я сказал: «Ну, а теперь воля Божия. Как Он определит, так и будет».

Позже моя духовная дочь рассказала мне следующее: «Через некоторое время после соборования бабушка пришла в себя и попросила кушать. Женщина, которая лежала с ней в палате, была поражена. Если бы, говорит, я своими глазами не видела, что ваша бабушка практически покойница, и вдруг ожила, я бы никогда не поверила в это». Прошло недели три, и бабушку Анны выписали домой.

У моего друга редактора «Благовеста» Антона Жоголева случилось несчастье. Отец его, в прошлом тоже известный журналист Евгений Николаевич Жоголев, впал в тяжелое безсознательное состояние. Он никого не узнавал и совершал безсвязные хаотические движения руками. Я предложил другу пособоровать его отца, который к тому времени находился в больнице. Врачи предупредили, что если он в ближайшие дни не придет в разум, то его переведут в другое отделение. А няня-сиделка даже посоветовала моему другу готовиться к похоронам отца, уже сейчас оповестить родственников, живущих в других городах… Смотреть на знакомого человека, лежащего на кровати с приставленными к ней в качестве ограды стульями и обложенного со всех сторон подушками, с безумным выражением лица и с такими же движениями руками и головой, было очень тяжело. Тем более, я лично знал его, посещал его в известном многим творческим людям в Куйбышеве кабинете в Доме печати, - он возглавлял тогда отдел культуры в главной газете Куйбышевской области. А потом и был редактором этой газеты. Врачи ничего не смогли сделать, чтобы привести Евгения Николаевича в разум и в чувства. Осталось уповать на Бога. Совершаю над ним соборование. Мой друг горячо молится за своего отца. Евгений Николаевич во время чтения молитв вдруг начинает изображать что-то, похожее на крестное знамение. Ближе к концу елеосвящения затихает. И в самом конце соборования совершенно явственно крестится! На следующий день приходит в разум. Вскоре его выписывают. Уже на дому исповедаю и причащаю вернувшегося в Божий мир отца своего друга. Господь наш настолько милосердный, что по искренней молитве к Нему помогает больному человеку и когда он в сознании, и даже когда он без сознания.

Помощь первомученицы Феклы

Однажды в храме подошла ко мне давняя прихожанка с дочерью с просьбой дать совет:

- У нас с Настей путевки на Кипр, хотели там помолиться у святынь и на море отдохнуть. Но у Насти на глазах возник конъюнктивит, и врач сказала, что купаться ей нельзя с этим заболеванием. А у нас путевки… Не ехать мы не можем, но и быть на море и не искупаться - тоже как-то обидно. Подскажите, что нам делать?

- Вы же ведь в первую очередь едете на Кипр, чтобы побывать у святынь, а там их очень много, - ответил я. - Думаю, вам с Настей надо спокойно ехать и положиться на волю Божию. Господь Сам всё управит. Угодно Ему будет, и в море накупаетесь.

Время летит быстро, и вот вижу опять в храме Настю с ее мамой Натальей. Загорелые, довольные, улыбающиеся.

- Ну как дела? - спрашиваю. - Удалось в море искупаться?

- Вы знаете, батюшка, - радостно воскликнула Наталья, - у нас там такое чудо произошло! Мы поехали в экскурсионную поездку с посещением монастыря первомученицы Феклы. В монастыре есть целебный источник и грязь. Как раз помогает в глазных болезнях. Но глаза-то Насте мочить нельзя… Решили всё же намочить святой водой. Да еще с собой в бутылочку набрали. И представляете - конъюнктивит у Насти прошел! Глаза совершенно очистились. Поэтому мы смогли спокойно купаться в море.

- Закажите благодарственный молебен первомученице Фекле, - осталось сказать мне. - Это настоящее чудо!

Исчезнувшая гематома

Летом 2012 года случилась у меня неприятность со здоровьем. Попал в областной сосудистый центр с диагнозом «транзиторная ишемическая атака», по-простому - микроинсульт. Сделали мне томографию головы и обнаружили в правой височной области опухоль. Значит, микроинсульт промыслительным оказался… А то бы и не узнал, что с опухолью живу. Решили опухоль удалить. Но перед этим отправили меня на МРТ с контрастным веществом. Теперь уже с левой стороны обнаружили большую гематому с кровоизлиянием. Пошла моя лечащая врач на консультацию к заведующему нейрохирургическим отделением.

Посмотрел он снимок моей головы и вынес справедливый вердикт: «Операцию пока делать нельзя. С какой стороны в голову лезть? Справа опухоль, а слева гематома. Надо, чтобы сначала гематома рассосалась. Только тогда можно будет опухолью заниматься».

И отправили меня в наш известный санаторий имени Чкалова, где когда-то поправлял здоровье легендарный летчик Алексей Маресьев. Только меня направили в неврологическое отделение. Полечился я, подышал свежим воздухом на берегу нашей великой реки Волги. Оправился от микроинсульта. Наступила осень. Пригласили меня в паломническую поездку к христианским святыням Армении. Древних святынь там действительно много! А из Араратской долины вышло послепотопное человечество.

Стоял октябрь, но светило яркое солнце, было тепло. А больше всего нас поразило удивительное гостеприимство местных жителей. Везде ощущалась Божественная благодать. У святынь я молился о том, чтобы разрешилась моя тупиковая ситуация со здоровьем. Два дня мы провели на известном международном курорте Джермук, расположенном на высоте два километра над уровнем моря. Во время этой поездки я получил такой прилив сил и энергии, будто заново народился на белый свет. И, самое главное, появилось внутреннее ощущение, что всё будет хорошо.

Делаю повторное МРТ. Снимок показывает, что гематома полностью исчезла. А ведь прошло всего чуть больше месяца с предыдущего исследования. Слава Тебе, Милосердный Господи!

Операцию по удалению опухоли в голове (к счастью, она оказалась доброкачественной) назначили мне на декабрь. И не просто на декабрь, а на 13 число, на праздник Апостола Андрея Первозванного, имя которого носят наш крестильный храм и кадетский корпус при Духовно-просветительском центре. Но перед этим мне хотели сделать мини-операцию, так как в одном из сосудов головного мозга у меня обнаружилась аневризма, проще сказать, в одном месте стенка сосуда была такая тонкая, что в любой момент могла порваться, и тогда… Понятно, ничего хорошего. И вдруг во время мини-операции выяснилось, что оторвавшийся в сосуде тромб при движении провалился в аневризму и закупорил ее естественным образом. Врачам ничего делать уже было не нужно. Сам Господь устроил всё наилучшим образом. Операция по удалению опухоли прошла успешно, и только шрам на голове напоминает мне о тех тяжелых больничных днях.

Рождественская бабочка

Видели ли вы когда-нибудь в морозные рождественские дни живую бабочку, порхающую в комнате, словно на лесной лужайке? Вряд ли. Зима и бабочка несовместимы. По человеческому разумению. А у Бога всё возможно! В нашем Духовно-просветительском центре после праздника Рождества Христова всегда проходят Рождественские елки для детей и Рождественские концерты для взрослых.

Однажды после одного из таких мероприятий мы с педагогами сели за праздничный стол, организованный прямо в учебном классе. Светлая радость переполняла сердца всех присутствующих, искренние поздравления и добрые пожелания сменяли друг друга, и вокруг разливалась необыкновенная благодать. Вдруг боковым зрением я увидел, как с подоконника вспорхнула пестрая рыже-коричневая бабочка с черными усиками. Большая, красивая. Таких обычно много летает возле цветов и деревьев. Но летом. А за окном январь. С улицы она никак не могла залететь. Да и окна в кабинете никто не открывает, потому что прохладно. Спала несколько месяцев за радиатором отопления? Но бабочка же не медведь. Как она питалась? И почему раньше она не вылетела, а именно на второй день Рождества?

Словом, сплошные вопросы. Хотя нас они мало волновали, потому что мы с изумлением смотрели на эту летнюю красавицу, порхающую над нашим праздничным столом. Потом она подлетела к руководителю кадетского корпуса Юрию Максимовичу и… опустилась ему на поднятую руку, сложив тонкие крылышки. Все смотрели на это Рождественское чудо, не отрывая глаз. Бабочка сидела достаточно долго, словно позировала, и мне удалось несколько раз ее сфотографировать. Потом чудесная гостья, вспорхнув с руки Юрия Максимовича, снова стала летать по классу…

Нет нужды говорить, как мы воодушевились неожиданным явлением в нашем обществе красивой летней бабочки, показавшей, что любвеобильный Господь всегда готов одарить нас светлой Рождественской сказкой. Через какое-то время бабочка исчезла так же, как и появилась. Но этот праздничный обед запомнился нам на всю жизнь.

Скорый помощник

Есть у меня духовные чада, которые очень почитают Святителя Николая Чудотворца. Особенно после одного удивительного случая.

У их маленькой дочки в полтора годика неожиданно обнаружилась онкология. Причем в предпоследней стадии. Они были в шоке, подавлены внезапно свалившимся на них горем. Врачи настаивали на срочной операции. Я их на это благословил, так как другого варианта уже не было.

Мои духовные чада исповедались и причастились перед операцией своей бедной малышки. Операция прошла успешно, злокачественную опухоль удалили. Я приехал в больницу и причастил Машеньку. Но дальше предстоял курс химиотерапии, чтобы предотвратить появление метастаз. Для такого маленького ребенка, младенца, химиотерапия была, конечно, нежелательна. Тем более, мама уже успела насмотреться на последствия этой суровой процедуры, разрушающей организм, у других детей.

После первой химиотерапии по желанию родителей я благословил их под свою ответственность уйти из больницы. «Лучше будем ездить по святым местам и молиться», - сказали они с верой. Я порадовался тому, что они возложили упование на Врача душ и телес наших, а не только на земных врачей… На своей машине они съездили в Дивеево и в Троице-Сергиеву Лавру, помолились у мощей Преподобного Серафима и Преподобного Сергия. В Лавре мои духовные чада познакомились с игуменом (ныне архимандритом) Виссарионом (Остапенко), одним их монастырских старцев. Он подарил им книжку своих стихов и сфотографировался с ними на память. На вопрос, нужно ли продолжать лечение дочки в больнице, отец Виссарион, помолившись, ответил: «Нет, не нужно, она чистый младенец, и Господь ее и так исцелит»…

Вернувшись домой, родители Машеньки стали на коленях молиться Николаю Чудотворцу и дали великому святому обет: если дочка исцелится от рака, то они приедут в Бари поклониться его мощам и закажут на свои деньги большую икону Святителя для нашего Кирилло-Мефодиевского собора. С душевным трепетом повезли они Машеньку на обследование. И Милостивый Господь услышал их горячие молитвы: в организме девочки не обнаружили ни одного метастаза. Врачи были удивлены, не ожидали такого. Опухоль была слишком большая и должна была дать метастазы, а химиотерапию после операции практически не делали.

Кое-как собрав необходимые средства, мои духовные чада, взяв с собой дочку, отправились в Бари к мощам Святителя Николая. Тогда в русском подворье служил протоиерей Владимир Кучумов. Мощи Святителя Николая покоятся в католической древней
базилике. Но каждый четверг нашему православному священнику отцу Владимиру разрешили совершать Божественную литургию на мощах особо почитаемого в России святого.

«Познакомились мы в базилике с отцом Владимиром, - поведали мне потом мои духовные чада, - и рассказали ему свои историю. Он пригласил нас помолиться на Литургии. Перед службой он завел Машу в ограду, закрывающую гробницу с мощами Николая Чудотворца, и посадил рядом с гробницей. Во время Литургии она прямо там и заснула, на каменном полу, и проспала до Причастия. Отец Владимир причастил дочку у гробницы, а потом вывел ее к нам».

С этого времени мои духовные чада каждый год стали приезжать в Бари к мощам скорого помощника и теплого заступника нашего. После Причастия у гробницы Святителя Николая слабая и болезненная Машенька стала быстро набирать вес, у нее появился аппетит, и вскоре она превратилась в полненькую розовощекую девочку. А в нашем храме стараниями моих теперь уже счастливых духовных чад появилась огромная житийная икона Николая Чудотворца. Через несколько лет отец Владимир подарил им камешек от гробницы святого, который они передали мне, а мы в алтаре вставили его в большой мощевик и затем прикрепили к этой иконе.

История с исцелением полуторагодовалой Машеньки от онкологии благополучно закончилась. Только не для моих духовных чад. Когда у них родился мальчик, они назвали его Николаем и повезли крестить… нет, не в наш храм, а в Бари, в базилику Святителя Николая. Там, у мощей своего Небесного покровителя, он и родился в жизнь вечную.

«Хватит спать!..»

Прихожанка нашего храма как-то рассказала такую удивительную историю из своего детства:

- Жили мы в деревне. Наступила осень. Дома отапливались дровами. Как-то раз, когда мы легли спать на полати и на печку, кто-то случайно закрыл заслонку в дымоходе, и угарный газ стал идти в избу. А бабушка наша была верующей, она всегда перед сном молитвы читала… Ну, уснули мы, а вот проснулись бы навряд ли, угорели бы все.

Вдруг среди ночи раздался шум, дверь из сеней отворилась, зашел в избу какой-то старичок и давай кричать: «Хватит спать! Вставайте давайте! И окна скорее открывайте!» Попрыгали мы спросонок на пол, ничего не поймем, головы чугунные. А старичок всё кричит: «Ишь уснули. А заслонка-то в печи закрыта. Угореть захотели?!»

Пока заслонку да окна открывали, глядь, а старичка уже нет. Бабушка удивилась: «Откуда старичок этот взялся, у нас в деревне нет таких?» А потом только, когда посмотрели на икону Николая Чудотворца, поняли, что за старичок нас спас.

Пустая дорога

В Самаре в выставочном центре «Экспо-Волга» проходят православные выставки-ярмарки. В этих программах постоянно выступает с концертами моя духовная дочь православная певица Юлия Славянская. Во время одной из таких выставок Юлия попросила меня подвезти ее до стоматологической поликлиники, где она была записана к врачу на шесть часов вечера. Дело в том, что в этот день за мной заехал на машине мой духовный сын Александр Петрович, много помогавший храмам нашей епархии. Пока суд да дело, выехали мы уже в половине шестого. Расстояние до поликлиники было не очень большое, но в это время на нашем участке дороги всегда бывает большая пробка. Накануне мы преодолевали эту пробку почти час.

«Конечно, мы не успеем, - с сокрушением выдохнула Юлия, - позвоню врачу и предупрежу, что задерживаюсь, а может и на другой день придётся перенести». - «Не переживайте, Юля, - подбодрил ее Александр Петрович, - сейчас Николаю Чудотворцу помолимся, и всё будет хорошо. Тем более, с нами священник едет». - «И как раз сегодня четверг, день Святителя Николая», - поддакнул я, перекрестив через лобовое стекло дорогу. А потом помолился: «Святитель Николай, помоги быстрее доехать до поликлиники!»

И вот подъезжаем к тому месту, где обычно начинается пробка. Дорога там идет в гору. Машин нет. Выезжаем наверх и… глазам своим не верим. Дорога практически пустая, три-четыре машины впереди. Через десять минут мы подъехали к поликлинике. Счастливый случай? Нет. На следующий день в это же время по этой же дороге мы ехали с Александром Петровичем и почти час простояли в пробке. В четверг, без сомнения, помог нам Святитель Николай Чудотворец.

Вот так бы и в духовной жизни молитвами скорого помощника и теплого заступника нашего Святителя Николая и других святых следовать нам по прямой дороге в Царство Небесное!

Протоиерей Сергий Гусельников.


217
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
12
1 комментарий

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2020 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru


Warning: fopen(/home/b/blagovesrf/public_html/cache/desktop/public_page_42023): failed to open stream: No such file or directory in /home/b/blagovesrf/public_html/engine/start.php on line 1260

Warning: fwrite() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /home/b/blagovesrf/public_html/engine/start.php on line 1261

Warning: fclose() expects parameter 1 to be resource, boolean given in /home/b/blagovesrf/public_html/engine/start.php on line 1262