Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:


Продолжается Интернет-подписка
на наши издания.

Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.






Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Личность

«Молюсь о своей Родине и очень переживаю за нее»

Интервью с американским православным священником Андреем Сыркиным, переехавшим за океан из Украины.

Интервью с американским православным священником Андреем Сыркиным, переехавшим за океан из Украины.

Протоиерей Андрей Сыркин - клирик храма святого первомученика Стефана в городе Орландо, штат Флорида, США. Этот приход относится к Православной Церкви в Америке, получившей автокефалию от Русской Православной Церкви в 1970 году. Раньше отец Андрей служил у себя на родине, в Украине, в Харьковской Митрополии. Оттуда он переехал в Канаду, где возглавил православный приход в Квебеке. Недавно отец Андрей приезжал на родину и побеседовал с православным журналистом киевлянином Валентином Ковальским. Конечно же, в этом разговоре были затронуты такие горячие темы, как отношение к так называемой «автокефалии», которую сегодня всеми неправдами навязывают православным украинцам. Но давайте обо всем по порядку…

«Поначалу было очень трудно»

- Батюшка, какими ветрами вас унесло за океан?


Протоиерей Андрей Сыркин.

- В канадском городе Квебеке (столице одноименной провинции) батюшка-француз уходил на пенсию. На его место епархия искала молодого священника. В начале 2000-х я несколько раз бывал в тех краях: пел на клиросе в Петропавловском соборе Монреаля, познакомился с Архиепископом Оттавским и Канадским Иринеем (Рошоном), иерархом Православной Церкви в Америке. К тому же мои родители и сестра с 1998 года живут в Монреале.

До этого я служил на Харьковщине. Там прекрасный старинный храм, восстановлением которого мы активно занимались, дружный приход, который за десять лет моего служения там стал одной большой семьей. В 2010 году начали мы серьезную реставрацию: строили купол из старинного кирпича, потом колокольню, крышу, иконостас. Удалось наладить не только строительство храма, но и приходскую жизнь. И тогда мне показалось, что можно сделать больше, чем то, чем я занимался на тот момент: стройка, службы, требы… В то время я перечитывал дневники Святителя Николая Японского и грустил вместе с ним о том, что в нашем Православии священнику куда-то двигаться с места очень сложно и что за ним в Японию никто не поехал. Вот я и подумал: если бы меня позвали, я бы поехал.

- Ну вот и позвалив Квебек…

- Мы с супругой и младшим сыном ненадолго съездили в гости к родителям в Канаду. Побывали и в Квебеке, поговорили с людьми, которые очень просили нас приехать в их город и уговаривали меня стать их священником. Мы согласились. Ведь в Харькове, севернее от нашего храма (в двух километрах всего) есть еще один храм, на юге - еще один (в трех километрах), на востоке, если перейти через лесок, тоже есть храм. Вот мы и подумали: в нашем селе без священника не останутся. А вот в Квебек мало кто хотел бы поехать: там не было ни храма, ни крепкой общины, а чтобы служить, нужно было каждый раз спрашивать разрешение и к тому же платить арендную плату. В общем, трудностей было много.

- Чем васпривлекла Православная Церковь в Америке? Почему решили там служить?

- Я тогда не думал об этом. Раньше, бывая в канадских приходах еще во времена своей семинарской молодости, не видел большой разницы между нашей приходской жизнью в Украине и приходской жизнью Петропавловского собора в Монреале. В реальности же оказалось иначе: разница большая.

Поначалу было и трудно, и грустно: чужой город, пусть даже красивый, но все равно чужой. Мы переехали в ноябре, как раз началась зима, а в Квебеке она длится полгода, и снега выпадает много, его потом сваливают в кучи высотой до третьего этажа. Была и материальная неопределенность: там же нет никаких треб. То, что хоть как-то кормит семью священника в Украине, в Канаде совсем не работает. Маленькой приходской зарплаты, что у нас была, едва хватало на оплату квартиры. В то время нам стали помогать из епархии и лично Владыка, чтобы мы как-то держались на плаву. Языка мы не знали совсем, а в столице провинции Квебек жить без знания французского невозможно. Но самое главное, что я, все время привыкший быть занятым приходскими делами в Украине, оказался вдруг совершенно никому не нужным всю неделю. В субботу-воскресенье мы служили, а потом всё… Тогда мы с супругой решили рационально использовать свободное время. Пришлось идти на безплатные курсы французского языка для всех желающих. Мы с Яной стали ходить на них пять дней в неделю. И через полгода уже спокойно разговарили на квебекском варианте французского.

- Поделитесь каким-нибудь интересным эпизодом из своей пастырской жизни.

- Меня всегда удивляет и потрясает, когда человек доверяет Богу и Бог отвечает на эту веру. Когда мы без всяких средств разобрали крышу над сельским храмом в Тишках, еще на Харьковщине, чтобы строить купол, и потом построили его, - это было чудо! Чудо веры тех, которые сделали это. Не богатые и сильные мира сего, а простые люди совершили это чудо. Когда люди в Квебеке, десятилетиями служившие на чужих престолах, по моему призыву собрались как одно целое и устроили свой храм со своим престолом - это тоже было чудо. Представляете: полвека не было храма, а теперь есть. Разве не чудо?

«Тихая революция» в Квебеке

- Много православных в Америке?

- Наверное, никто не знает точно, сколько православных в Америке. Да и нужно ли это знать? Мы служим, молимся, делаем что можем, а остальное знает и делает Бог. Протестантов и католиков, конечно, здесь больше. Ведь это они когда-то приплыли сюда на кораблях во времена Колумба, и эта земля для них стала Новым светом.

-Какая у вас там духовная атмосфера?


На Божественной литургии.

- Я бы ответил так: конкретно в квебекском обществе сам воздух пропитан неприятием Христианства. Связано это с тем, что почти всю историю этой провинции Римско-католическая церковь занимала место посредника между англичанами (чьей колонией была Канада) и основной массой населения, которое ощущало себя в полноте французским. Католическая церковь способствовала тому, чтобы народ оставался франкоязычным, сохранял свои обычаи, а правительство благодаря этому посредничеству католической церкви получало порядок и повиновение населения. Конечно, такая почти что неограниченная власть католического клира приводила к злоупотреблениям. В конце концов, в 1950-х годах это привело к так называемой «тихой революции»: католическую церковь буквально выбросили из всей плоскости социальной жизни. Она перестала контролировать, как это было раньше, школы, больницы, университеты. Всё в свои руки забрало государство. И если у нас после революции 1917 года были страшные кровавые гонения на веру, храмы закрывались и взрывались, то здесь квебекцы просто начали употреблять церковные слова как чуть ли не ругательные, стали игнорировать всё, что относится к вере. Однажды я говорил с пожилым католическим священником. Он сравнивал положение католической церкви в Квебеке с большим аэропланом, у которого кончилось топливо, сломались двигатели и он скоро упадет.

Трудности перевода

- С трудностями перевода в пастырской практике сталкивались?

- Сейчас иногда читаю утренние и вечерние молитвы на английском: там встречается интересный (для меня) перевод фразы Holy Ghost. В моем понимании это означает «Святое Привидение». Согласитесь, странно для нашего уха звучит. Но, как оказалось, есть и более древнее - и более правильное значение этого слова. Дух! Но вот это «привидение» так въелось в обычную жизнь, что, кажется, в современных службниках этим словом уже и не пользуются, поскольку везде пишут более привычно Holy Spirit - Святой Дух.

- Прихожане-американцы отличаются от украинских?

- Американцы лучше умеют самоорганизовываться. У них это в крови. Скажем, в нашем приходе есть шесть различных групп по интересам: одни изучают теологию, другие (женщины) читают книги и делятся впечатлениями, третьи помогают бедным и т.д. И почти все эти группы организуются энтузиастами, подчас даже без непосредственного участия настоятеля. Американцы понимают свою ответственность за общину, не надеются на кого-то другого, кто придет и заплатит по счетам вместо них. Там каждый принимает посильное участие в жизни общины. В то время как в нашем славянском менталитете сложилась несколько иная картина: мы все время ждем, когда кто-то придет и решит проблему за нас.

Однажды к американскому священнику подошла русская женщина и с упреком сказала ему: мол, отче, зачем вы говорите о деньгах для храма (обычно раз в году собираются предложения по поддержке храма от прихожан, и священник говорит о необходимости материального участия всех членов общины в жизни прихода). Батюшка ей отвечает: если не буду говорить о нуждах прихода, то как же наши прихожане узнают о том, что такая поддержка нужна? Ведь чтобы община занималась своим служением, ей нужна поддержка со стороны ее членов. На что эта женщина заметила: надо горячо молиться, и Господь пошлет нам богатого человека, и он за всё будет платить. В этом вся разница в подходах: мы рассчитываем на кого-то, американцы - на себя. Сейчас мы учимся у них брать на себя ответственность за жизнь нашего прихода.

- Почему из Канады переехали в Америку?

- В Квебеке, тихом северном городке, мало что можно делать пастырю. День короткий, люди занятые. Придешь с работы - надо еще полтора часа лопатой гараж откапывать от снега. На приходскую жизнь остается совсем мало времени. Ну и общий настрой в Квебеке такой, что церковь - это для стариков или интеллектуалов. Приход весьма небольшой и при всей активности растет очень медленно. Поэтому все силы к нему при всем желании не приложишь. Это было моей ошибкой в начале служения там. Я привык все свои силы и все свое время отдавать приходу и с такой же установкой приехал в Квебек. И люди моей активности просто испугались, они к такому не привыкли. Для них приход - это несколько часов в воскресенье, а для меня вся жизнь. Когда мы устраивали приходскую жизнь, то я искал позитивные примеры, как это можно делать в североамериканских реалиях. Украинская модель прихода там не работает. Я познакомился со старостой одного прихода из Флориды. Он рассказал мне, как существует приход у них. И для меня это было настоящим открытием, как люди в современном западном мире, в капиталистической стране, за десять лет практически с нуля устроили общину и сейчас покупают землю для строительства храма. Потом я познакомился с настоятелем этого храма, отцом Аркадием. И уже он пригласил меня переехать и стать священником Русской Миссии в Орландо, которую он духовно окормлял почти десять лет.

- Где вам легче дышится, в США или в Канаде?

- Везде хорошо, где ты нужен и можешь потрудиться для Бога. Так было и в Тишках, где ремонтировали храм. Но мы пообещали людям поехать в Квебек и у них там служить. Потом всё наладилось в Квебеке, и мы могли бы там оставаться и дальше, но мы пообещали приходу в Орландо ехать к ним…

- Говорят, что на Западе красивые старинные соборы сейчас нередко становятся ненужными: их переделывают в жилые апартаменты, магазины, развлекательные заведения. Почему так происходит?

- Не могу сказать за США и всю Канаду. Знаю, что проблема эта остро стоит в Квебеке. Там наша Православная община несколько лет арендовала помещение у католиков - прекрасный небольшой храм, с четырехэтажным зданием. Всё это потом продали под жилые квартиры. Для современного Квебека это обычная практика. Католикам сейчас там не под силу содержать, отапливать и ремонтировать громадные опустевшие храмы. Поэтому они их и продают.

Взгляд из-за океана…

- Как верующие американцы оценивают церковную ситуацию в Украине?

- Переживают, конечно. Мы все братья и сестры, и если одному члену плохо, то страдает и все тело. Многие спрашивают меня об этом, и я как могу объясняю, что происходит. Говорю от себя лично, так как, конечно же, не могу говорить от имени всего Православного духовенства США. Здесь, в зарубежье, я стал замечать, как прихожане легко обижаются на каждое неосторожно сказанное слово. Людей может задеть даже самое маленькое несогласие с их мнением. Поэтому священники стараются быть очень осторожными в высказываниях. Но как христианин, взращенный в Украинской Православной Церкви (Московского Патриархата), я не могу оставаться в стороне от той скорби, которая сейчас пришла в наши храмы. Видимо, настало такое время, когда правду извращают, из лжи делают лишь «видимость» правды. Печально, что причиной такой скорби становятся наши внутриправославные отношения…

- Как в Америке православные относятся к тому, что наша Церковь прервала евхаристическое общение с Константинопольским патриархатом?

- Со скорбью, конечно. Как говорит святой Царь Давид, «хорошо братии жить вместе». Мы молимся, чтобы этот вынужденный разрыв не затянулся, чтобы как можно скорее мир опять бы вернулся в семью православных. Было принято обращение Синода Православной Церкви Америки, в котором выражается скорбь о сегодняшней ситуации в Православном мире и содержится призыв к миру и братской любви.

Я очень переживаю за нашу Церковь. С грустью слышу о том, как несчастные люди поднимаются на борьбу против Нее. Как будто бы они не слышали о Нероне, Сталине и Хрущеве, которые сколько уже раз пытались погубить Церковь, но у них ничего не получилось. Переживаю о родном для меня приходе в харьковских Тишках: там на частной территории недавно построили храм так называемого «киевского патриархата», и руководство села теперь все время там. Прихожан в том приходе нет, они молятся в нашем храме, принадлежащем канонической Церкви, но там теперь есть и «епископы», и «священники», и светские власти села теперь там. А это очень тревожные нотки.

Обычная семья в необычных условиях

- Расскажите о своей семье. Дети уже в совершенстве владеют английским?

- У нас обычная семья. Четверо детей. Старшей тринадцать лет, младшему годик (он родился уже в Канаде). Стараемся друг другу помогать и поддерживать мирную атмосферу в доме. Думаю, что это самое главное, то, что мы можем и должны дать нашим детям. Они учатся в обычной школе. По-английски говорят, но пока только на бытовом уровне. Дома общаемся на родном русском языке. С начала сентября при нашем храме действуют русская школа и детский хор, мои дети там тоже участвуют. Сейчас готовимся к Рождественскому утреннику.

- А как матушка переносит все трудности вашей заокеанской пастырской жизни?

- Я благодарен ей за то, что и в радости, и в трудностях мы все время вместе. Она без раздумий вышла за меня замуж, приехала в неотапливаемый сельский дом, который мы со временем восстановили и наладили быт. Она поверила мне и поехала в неустроенный приход в Квебеке, где было трудно, но с Божьей помощью и при поддержке добрых людей всё и там устроилось. Матушка всегда рядом, и я понимаю, что без ее поддержки у нас бы ничего не получилось.

- С какими трудностями вынуждены сталкиваться на чужбине?

- Трудности есть всегда и у всех. Сначала было совсем сложно, но потом привыкаешь, рассчитываешь свой семейный бюджет и стараешься его придерживаться. На мой взгляд, сейчас одна из самых больших проблем - это обидчивость. Когда наши соотечественники переезжают жить в другие страны, то становятся почему-то жутко ранимыми. Такого я не встречал на родине. Причем эти обиды могут длиться годами. А причиной может быть всего лишь неосторожное слово или чья-то сплетня. Знаю семьи, которые жили дружно, а после переезда за границу перестали общаться друг с другом. С такой обидой порой и умирают. В приходах обстановка не лучше. Одна знакомая женщина ушла из Православия к протестантам лишь потому, что после похорон матери священник на приходе ей не посочувствовал, а только поинтересовался, мол, как там жизнь на Родине. Наверное, он был не совсем деликатен, но не настолько, конечно же, чтобы так горячо реагировать! Она обиделась и ушла к русскоязычным протестантам. Поэтому нам, православным, нужно быть очень осторожными, чтобы никого не обидеть и самому не обидеться.

- Собираетесь когда-нибудь вернуться на родину?

- Когда перед отъездом пришел к Митрополиту Харьковскому Онуфрию просить его благословения, он сказал, что всегда будет мне рад, что Харьковская епархия родная для меня, и что он знает - я обязательно вернусь. Так что возможность вернуться есть. Другое дело, что я понимаю свою ответственность за свое служение, знаю, что на меня рассчитывают мои братья и сестры там, где сейчас служу. У меня есть задача - устроить православный приход, собрать людей вместе, построить храм. Когда это получится, тогда и увидим, что будет дальше.

- Что бы вы пожелали своим украинским братьям во Христе, находящимся в столь непростой ситуации?

- Не унывать! Церковь переживала всякие бури, переживет и эту. В то же время я не могу быть советчиком. Если бы я был в самой гуще событий, тогда мог бы обращаться с какими-то конкретными призывами. Но я далеко и потому советовать не вправе. Но я молюсь о своей дорогой Родине и очень переживаю за нее.

Подготовил Валентин Ковальский, г. Киев.

154
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
5
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2019 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru