Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Под Покров Богородицы

Рассказ.

Рассказ.

Здравствуйте, уважаемая редакция и читатели нашей самой любимой Православной газеты «Благовест»!

Праздник Покрова Пресвятой Богородицы в нашей семье особенный, потому что именно в этот день мы, наша семья, по-настоящему пришли в Церковь. Именно с этого дня стали воцерковляться. Искренне поздравляем с этим прекрасным праздником и желаем всем Покрова Пресвятой Богородицы.

Светлана Хорькова, г. Тверь.

Под покров Пресвятой Богородицы
Ты с надеждой на милость приди
И, устав от тревог и безсилия,
Богородицу попроси:
«Пресвятая Царица Небесная,
Ты от боли меня защити
И покровом Своим всесильным
От невзгод и тревог огради».

Была прекрасная осенняя пора, начало золотой осени. Ангелина шла по парку, умиляясь красоте листопада, и тихонько напевала песнопение, которое успела выучить в храме. И хотя девушка была далека от церковной жизни, стихи иеромонаха Романа были самыми любимыми, а церковные песнопения нравились очень. Особенно после того, как немножко получилось попеть на клиросе.

Вчера она вернулась от мамы из деревни. Там начал возрождаться храм, стоявший разрушенным не одно десятилетие. Теперь он был красивым, с белыми стенами и голубыми куполами. Девушка зашла, поразившись, как преобразился он теперь внутри.

Вспомнилось, как в далеком детстве гостила у деда, а он, проходя мимо храма, крестился и кланялся до земли. Как тогда ей было стыдно за это, но она оправдывала его перед подругами, говоря, что дедушка старенький и не понимает многого в жизни.

Однако такое поведение любимого дедули разжигало любопытство, и они с подругой, сговорившись, залезли вовнутрь храма через разбитое окно, хотя спокойно можно было войти в проем, оставшийся от двери.

Тогда, в детстве, им было страшно в разрушенном храме: на полу валялись кучи мусора и кое-где прорастал мох, стены были исписаны разными словами, окна затянуты паутиной. Мрак и холод сковывали что-то внутри. И вдруг солнечный луч, чистый, ясный, пробился сквозь грязное окно и осветил стену, на которой девочки, замирая от восторга, увидели изображение красивой Женщины, державшей в руках плат. Через мгновение луч исчез, в храме стало неуютно.

Вечером подружки приставали с расспросами к деду, и дед объяснил им, что они увидели на стене изображение Пресвятой Богородицы, а Она и есть Светлый луч любви, смирения и добра. И добавил: «Не забывайте, девоньки, о Богородице. Просите Ее покрова. Она еще никого в мире не оставила Своей милостью».

В последний приезд в деревню Ангелина узнала, что мама теперь поет на клиросе. Она предложила попеть и ей. И девушка, к своему удивлению, не зная почему, согласилась. Вернее, знала, но боялась в это поверить. На стене храма увидела то самое изображение Пресвятой Богородицы. Только теперь краски были очень яркими. Решила, что фреску подновили, но мама вновь удивила: изображение обновилось само.

Старинная икона Покрова Пресвятой Богородицы.

Неожиданно воспоминания были прерваны: около дорожки, по которой шла девушка, затормозила иномарка.

— Ангелина, ты? — раздался женский голос из открытого окна машины.

— Да, — растерянно ответила она, разглядывая ухоженную красавицу, обратившуюся к ней с вопросом.

— Ты меня не узнаешь? — послышался следующий вопрос.

Девушка внимательно присмотрелась и ахнула:

— Леночка? Ну ты и красавица. Чем занимаешься?

Та, довольная произведенным эффектом, засмеялась:

— Да так, держу небольшой ларечек. А ты?

— Работаю в школе, преподаю музыку. Вот только вчера приехала из Покровки.

— А что ты там делала?

— В гостях была. Дед умер, оставил маме дом в деревне. Она уехала туда, а я здесь осталась. Не хочу в деревню.

— Слушай! — в глазах красавицы появился интерес. — А квартиру мама на тебя переделала?

— Да, а что? — вдруг смутная тревога пронзила душу.

Елена заметила напряженное выражение, появившееся на лице бывшей одноклассницы, и поспешила завуалировать свой интерес:

— А ты так и поешь? Помню, как я завидовала твоему голосу.

— Пою.

— Денег хватает? А в церкви петь не пробовала? Ты чего улыбаешься?

— Пробовала.

— А мне продавец нужен. Знаешь, как-то не везет с продавцами, — уже жаловалась Леночка. — Частенько приходится самой стоять за прилавком. Переходи ко мне. Зарплата будет хорошая. Не пожалеешь. Я по-мню твою порядочность по школе.

— Ладно тебе, — смутилась Ангелина.

— Знаешь, как мой муж говорит: «Не обманешь — не продашь».

— Я подумаю, — пробормотала, уже не зная, как отделаться от собеседницы.

Честно говоря, она подумывала сменить работу, но как-то все подходящей не находилось, а тут вроде как само собой получилось. Через день Елена ей позвонила сама:

— Ну, надумала? Не бойся, со мной у тебя никаких проблем не будет. Увольняйся — и за прилавок.

— Я еще не решила. Подожди недельку.

— Смотри, как хочешь. Найду себе другого продавца, — настаивала хозяйка ларька. — Мне быстро нужно. Желающих много. Зарплата-то хорошая.

— Ты же говорила, что некому работать.

— Как знаешь, — и отключилась.

Но обстоятельства сложились так, что в деревне произошел пожар, пострадала крыша дома, нужен был ремонт. Теперь уже Ангелина звонила бывшей однокласснице:

— Я согласна.

— Вот и хорошо, завтра выходи на работу.

— А ревизия? — поразилась Ангелина.

— Какая ревизия? Вставай и работай. Я же тебе говорила, что это мой собственный ларек.
Если что, спишу, и всё.

Полгода все было хорошо. Зарплата, как и обещала хозяйка, была хорошая. Отношения — тоже. А потом...

Леночка приехала к началу рабочего дня.

— Ты чего? — удивилась Ангелина. — Что-то случилось?

— Ревизия, голубушка.

— Я ведь встала за прилавок без всякой ревизии, подруженька.

— Доверяй, но проверяй, — хихикнула хозяйка. — Помнишь, как говорит мой муж: «Не обманешь — не продашь».

Когда Ангелина узнала сумму недостачи, у нее случилась истерика.

— Не брала я ничего и проторговаться не могла.

— А куда же делись мои деньги? Или ты товаром брала? Вот тебе и порядочная. Обворовала меня.

— Мне нечем покрыть такую недостачу.

— Почему нечем? У тебя есть квартира, дом в деревне. И не вздумай убежать к матери.

Ангелина понимала, что попала в ловушку, но делать было нечего. Обменяла свою квартиру на комнату в пятикомнатной коммуналке и отдала долг.

В коммуналке жить оказалось не так-то просто. Одна комната пустовала; в одной, самой большой, жил молодой человек без определенного занятия; еще одну комнату занимала Люсенька, мать-одиночка, с дочкой; а в самой маленькой жила тетя Галя. Она была какой-то особенной: доброй и порядочной.

Молодой человек был тихим, никогда не водил компаний, но вечно курил на кухне. Люсенька, напротив, собирала у себя большие и шумные компании. Магнитофон орал ночь напролет, сами гости орали еще громче, без конца бегали на кухню или в ванную. Ангелина пробовала поговорить с соседкой, просила, плакала, но нарывалась только на грубость:

— Я здесь уже пять лет живу. Тебя сюда никто не звал! Не нравится — мотай отсюда.

Единственной радостью было общение с тетей Галей. Та оказалась в комнатке волей судьбы: ее из квартиры выгнал сын.

— Терпи, милая, — говорила Ангелине соседка. — Знаешь, в жизни все дается для чего-то. А ты еще молодая. У тебя все впереди. Ты попробуй молиться.

— Какой прок от вашей молитвы? Я даже немножко пела в церковном хоре, а что вышло? — говорила девушка.

— А ты попробуй.

— Нет, — утыкалась она лицом в ладони и захлебывалась слезами, — нет.

— А храм как назывался? — поинтересовалась тетя Галя.

— Покровский.

— В честь Покрова Пресвятой Богородицы, значит. Ты не отчаивайся. Царица Небесная тебя не оставит. Вот увидишь.

Хорошо еще, что снова взяли на работу в школу, где девушка и засиживалась до вечера, так как находиться дома не было сил. Утром в выходные садилась на трамвай и уезжала на другой конец города, а обратно шла пешком: только бы подольше не возвращаться в коммуналку, не вдыхать никотин, не слышать орущий магнитофон.

Спать без снотворного Ангелина уже не могла. Жизнь превратилась в кошмар. Дом одновременно был и не был. Отчаяние все сильнее и сильнее закрадывалось в сердце и накрывало с головой, будто налетала сильная волна, захлестывая ее всю. Нечем было дышать от этого отчаяния. А выхода из сложившейся ситуации не видела, кроме одного... Но решиться на этот шаг пока боялась.

Время было уже позднее, когда к ней постучал кто-то из Людмилиных друзей:

— Выпей с нами! Чего ты вечно одна? Заодно и помиримся.

— Извините, я устала и хочу отдыхать. Вы бы лучше магнитофон сделали потише.

— А больше ты ничего не хочешь? — издевательски засмеялись из-за двери. — Или ты с нами, или против нас.

В ту ночь девушка так и не уснула, не помогло даже снотворное.
А утром приняла ужасное решение, не осознавая до конца, что собирается сделать: таблетка, вторая, третья...

— Сейчас я просто усну, и всё, — подбадривала она себя. — Всему конец. Все муки кончатся.

Ангелина легла на кровать и закрыла глаза. Вдруг неожиданная мысль пронзила мозг: «А как же мама? Мама-то как без меня? Тетя Галя говорила, что Пресвятая Богородица не оставит, что всё для чего-то дается. Значит, и мне для чего-то нужно такое испытание. Сегодня же 14 октября. Праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Мама сейчас в храме поет. А я ей такой сюрприз. Я не должна так. Мама!!! Я должна попросить прощения у Богородицы».

И вдруг ясно осознав, что натворила, девушка с трудом поднялась и, преодолевая себя, оделась. Когда бежала в церковь, в голове уже мутилось и неимоверно хотелось спать. А в висках стучало: «Какое сегодня число? 14 октября. Праздник Покрова. Богородица не оставит. Тетя Галя говорила, что не оставит».

— Пресвятая Богородица, прости меня! Что я натворила? Пресвятая Богородица, не ради меня. Ради мамы. Не дай ей такой боли. Ей-то за что? Она ведь сейчас, наверно, для Тебя поет.

Вбежала в храм и, протиснувшись сквозь толпу к праздничной иконе, упала на колени:

— Прости, — прошептала она, — прости и помоги.

Неожиданно подкатила тошнота. Последнее, что помнила, — чей-то крик:

— Помогите! «Скорую»!

Очнулась уже в реанимации. Сильно кружилась голова. Смутно вспоминалось, что произошло. Было так плохо, так больно, так стыдно за свое малодушие.

Лежала и молилась, долго молилась, благодарила за помощь Пресвятую Богородицу. Плакала о своей жизни, рассказывала ее Богородице, вновь плакала, вновь молилась, как умела. И удивлялась, что приходят нужные слова.

…Вдруг девушка увидела белый храм с голубыми куполами и Ту, Чье изображение когда-то в детстве поразило ее. Ясно увидела, как Богородица снимает плат и покрывает ее, Ангелину.

— Благодарю Тебя, Богородице, — прошептала девушка, впервые за полгода спокойно засыпая, — я буду петь для Твоего Сына и для Тебя. И всегда буду с Вами и с мамой.

949
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
9
3 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть


Добавьте в соц. сети:





Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru