Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Слово пастыря

​«Сердце чисто созижди во мне, Боже...»

Протоиерей Игорь Макаров из самарского поселка Прибрежный продолжает писать письма своим прихожанам.

Протоиерей Игорь Макаров из самарского поселка Прибрежный продолжает писать письма своим прихожанам.

См. начало...

Об авторе. Протоиерей Игорь Анатольевич Макаров родился в 1967 году в городе Потсдам, Германия, в семье военнослужащего. Окончил Благовещенское высшее военное командное училище. С 1991 до 1995 года работал заместителем редактора Православной газеты «Благовест». В 1996 году рукоположен в сан священника. Настоятель храма во имя Новомучеников и Исповедников Церкви Русской поселка Прибрежный г. Самары.

Письмо двадцатое.

Здравствуйте, мои дорогие!

Недавно на проповеди я говорил о сокрушении сердца, о жизни сердечной. Многое, как обычно, осталось несказанным... Забыл? Не додумал?.. Да нет, сознательно умолчал, отсеял как неуместное.

Так бывает всегда. Сначала мы долго разгадываем свои мысли, потом подбираем слова. И критерием выбора редко является смысл, чаще — созвучие, всё та же уместность. На амвоне — одно, в беседе — другое, дома — третье... Постепенно это переходит в привычку. Что здесь, ложь, лицемерие, хамелеонство? Получается, что я говорю не то, что хочу, а то, что желают, или должны, или способны услышать другие. Я даже на исповеди подбираю слова.

Что с этим делать? Как быть до конца откровенным? Побольше молчать?! Хорошо бы, но это вряд ли что-то изменит. Если в грязной комнате выключить свет — чище она не станет.

Лишь недавно мне стала понятной очень простая, но очень важная мысль: важнее честности — чистота! Она, чистота, должна быть первична! Ведь честность без чистоты — это безстыдство.

Об одном новом художественном фильме я слышал много критических отзывов, особенно от своих собратьев — священников. Захотелось проверить. Но досмотреть до конца у меня как-то не получилось. Терпения не хватило. Этот фильм о грязи и лжи. О той страшной лжи, которая всюду, внутри... О грязи, от которой, кажется, уже не отмыться. Вроде всё так реально: знакомые образы, планы, сюжеты. Только всё как-то сплюснуто и безпросветно. Что это — чистая правда о человеческой лжи или сущая ложь о Божественной правде? Ни то ни другое. Это личное. До неприличия личное. Автор как будто прилюдно разделся. Срамно и смотреть… Но это еще не самое страшное зрелище.

Кто стоял у картины Малевича «Черный квадрат», разделит мой страх. «Я не спал, я хотел всё понять, что же я сделал», — так говорил сам Малевич о своем «черном произведении». Бедный, бедный Малевич, кто научил его быть таким безпощадным?! И к себе, и к другим!.. Он словно вывернул себя наизнанку, и на холст выплеснулось его сердце, черное от пустоты… Скольких еще затянет в свою пустоту этот «Черный квадрат»!

Я призывал вас быть откровенными, просил о доверии, а теперь говорю — берегите сердца своих близких! Берегите любящие вас сердца! Пожалейте их, не топите в грязной жиже «доверительных откровений», не душите слезами «сердечных мук». Причинять душевную боль — стало делом привычным. Многим доставляет это какое-то странное удовольствие. Но даже для откровения помыслов существуют духовные правила: не соблазнять, не уходить от ответственности, не многословить.

Когда человек подходит на исповедь, священник с первых слов понимает, кто перед ним: грешник кающийся или «безгрешный святой». «Безгрешный святой» — это особый феномен. Люди праведной жизни считают себя самыми грешными, а грешники мнят себя людьми «в общем хорошими». Нет, они понимают, что часто делают плохо, но не считают это таким уж грехом. Я до сих пор понять не могу, как это у них получается. Как тут не вспомнить евангельского фарисея, который Бога благодарил за то, что он не такой, как этот грешный мытарь.

«Всё познаётся в сравнении» — какое лукавство! Ничего в сравнении не познаётся! Наверное, в этом причина высоких рейтингов всех этих душещипательных телепередач о насилии, лжи и предательстве. Покопался в чужой грязи — и полегчало... «Благодарю Тебя, Господи, что я не такой, как эти...» Рецепт «безгрешного» жития оказывается очень прост: чужой грех — твое оправдание.

Но случаются в этой среде «ревнителей чистоты чужих душ» и такие, которых хлебом не корми — дай поплакаться и о своей собственной драгоценнейшей душе. Только можно сколько угодно обливать себя грязью и посыпать себя пеплом, сердце от этого никак не изменится.

Говорят, слезы — пот сердца. Это правда. Только та слеза Богу приятна, которая рождена была сердцем.

Часто слышу: «Надо очищать свое сердце!» Позвольте спросить: каким образом? Постом и молитвой — можно изгнать, но очистить никак не получится. Пустое и чистое — разные вещи. Я думаю, сердцу надо трудиться!

Я часто вспоминаю детский пансионат на окраине родного мне городка Похвистнево. В этом пансионате работала моя тетя. Звали её Зоя. Очень светлый был человек. Говорят, в детстве я упрямо называл её мамой. Она уже несколько лет как умерла от рака, причастившись в последний раз в нашем храме. Теперь я знаю, откуда у нее этот свет. Откуда это огромное сердце… У нее на работе я был всего один раз, но забыть это уже не смогу никогда. Представьте себе абсолютно пустую комнату, ковры на полу и на этих коврах стайку каких-то существ, издающих непонятные звуки. Когда мы с тетей Зоей вошли в эту комнату, существа встрепенулись, повернули лысые головки в нашу сторону и с визгами на четвереньках поползли к нам навстречу. «Не бойся, это они нам так радуются», — объяснила мне тетя. Это были насельники печального пансионата для детей-инвалидов. Они обвивали наши ноги, ласкались, нежно скулили, а тетя Зоя вытирала привычные слезы. Потом мы спустились на первый этаж, где находились «лежачие», там и я уж не выдержал…

Когда мы вышли из пансионата, я, наверное, должен был как-то расстраиваться, или роптать, или быть каким-то подавленным. Но на сердце был свет! Словно чем-то его хорошенько почистили…

Есть события, после которых всё вдруг меняется. Идешь по своей родной улице, а кажется, что ты здесь впервые. С удивлением разглядываешь знакомые лица. Радуешься какой-нибудь ерунде вроде стакана чуть сладенькой газировки… Всё так волнительно, вновь... хорошо!
И как никогда хочется поделиться… И тут неожиданно понимаешь: в тебе и так всё открыто, до самого-самого донышка...

Простите. Протоиерей Игорь.

1234
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
8
1 комментарий

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru