Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Малая церковь

​Нательный крестик

Из «Дневника солдата».

Из «Дневника солдата».

Об авторе. Клирик Самарской епархии протоиерей Леонид Коркодинов служит в селе Усолье Шигонского района Самарской области. Окончил Самарскую Духовную семинарию в 2004 году. С 2000 года — настоятель усольского прихода в честь Святителя Николая Чудотворца. А еще отец Леонид пишет детские рассказы и истории из своей армейской жизни. Служил он в армии в середине 1990-х годов.

Сегодня Пасха! В нашей казарме не готовятся к празднику, но он — вокруг. Он все равно наполняет собой воздух и проникает в души солдат. У нас у многих есть нательные крестики. И отношение к этому Христианскому символу очень трепетное, уважительное: это что-то связывающее с родным домом и «гражданкой». Для одного это память о бабушке или матери, которая надела крест на сына как благословение, для другого — защита от зла и пули, для третьего — «оружие на диавола»! В любом случае, отношение не было как к безделушке. Я это понял, когда ранним утром старшина приказал всем снять кресты! Это случилось поздней весной, когда вся армия переходила на летнюю форму одежды.
У нашего призыва это было первое лето «в сапогах». Нам было разрешено расстегнуть верхнюю пуговицу кителя, что ранее разрешалось (негласно) только старослужащим, и закатать до локтя рукава. Мы это с удовольствием выполнили и ходили важными, но вот незадача: у многих из нас ранее незаметные под одеждой нательные кресты оказались на виду у всех!
— Армия — светское учреждение, и все ритуальные атрибуты должны быть убраны, - так витиевато выразился наш старшина. А потом просто сказал, когда мы стояли в строю перед ним: «Крестики снять! Чтоб я больше их у вас не видел!»
— Не ты мне его надевал, и не тебе снимать! — выкрикнул из строя «черпак» Лёха Пшичкин. Это было так неожиданно для всех. А я немного, по-доброму, позавидовал его храбрости! На самом деле это был отчаянный поступок. Но даже старшина, которого солдат ослушался, да еще назвал на «ты», воспринял этот поступок как исповедничество веры и не посягнул на дорогую для солдата святыню.


Откашлявшись, старшина сказал спокойным голосом: «Ребята, перевесьте крестики так, чтобы на груди их не было видно».

Рис. Ильи Одинцова.

— Разойдись! — тут же скомандовал он. Мы совсем с другими чувствами разошлись кто куда. Я пошел в раздевалку, нашел шнурок длиннее своего и, встав возле подоконника, снял с шеи свой оловянный нательный крестик. Мой старый шнурочек много раз рвался, просто от времени, стал из-за этого коротким и весь был в узелках.
— Рядовой Коркин, ко мне! — за спиной у меня стоял строгий и неприятный сержант, и я чутким затылком понимал, что это не к добру!
— Я сейчас, товарищ сержант, только крестик надену! Не могу без него находиться, это важно! — я говорил, пытаясь просунуть в ушко крестика новую черную веревочку. От спешки у меня ничего не получалось. «Ведь вот нашел меня в такой неподходящий момент», — подумал с досадой я.
— Бегом, солдат! — уже с раздражением скомандовал сержант. Я не оборачивался. Это было одновременно и упрямство, и нежелание долго быть без креста. С того момента, как в 16 лет я его осознанно на себя надел, я крест больше не снимал. И чувствовал, что без крестика я — это уже и не я. Сержант медленно подошел сзади и попытался выхватить из моих рук святыню. Я не помня себя резко развернулся. Ворот кителя сержанта был крепко сжат моей левой рукой. Я без труда повалил противника в шинели, висевшие на вешалках, и занес для удара правую руку, сжатую в кулак над головой испуганного сержанта. Он, конечно, не ожидал от меня такого! Я тоже. Прошли доли секунд, я не наносил удар. Смотрел в молодое с короткими усиками лицо сержанта и почти по-гамлетовски, философски раздумывал: «Бить или не бить?» На счастье для нас обоих, в раздевалку заглянул старшина.
— Это что такое? Солдат бьет сержанта?! А ну смирно! — проорал он. Я с облегчением разжал левую руку, сержант рухнул на пол, но тут же встал. В его взгляде, полном ненависти ко мне, я прочитал: « Вешайся!».
В наказание, а возможно, и для избавления от последствий, старшина через несколько минут отправил меня в наряд «вне очереди» в столовую.
Я шел по части, сильно размахивая руками. Летний воздух обдавал теплом мои голые до локтя руки и открытую грудь. Крестик непривычно касался кожи. «Ничего, привыкну, главное, он со мной, а значит, все будет хорошо!» — думал я и улыбался.

… Пасха уже началась. И искушения были не так страшны.

1392
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
15
6 комментариев

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru