Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

«Душа моя с небом соседствует… »

Эту публикацию стихотворений самарского поэта Михаила Анищенко мы посвящаем годовщине со дня его смерти.


Об авторе. Михаил Всеволодович Анищенко родился 9 ноября 1950 года в Куйбышеве. Окончил Литературный институт в Москве. Член Союза писателей России. Лауреат Всесоюзной литературной премии имени Николая Островского. Лауреат международной премии «Золотое перо Руси». В ходе голосования на сайте Стихи.ру в 2012 году был удостоен звания «Народный поэт России». Автор нескольких поэтических сборников. В последние годы поэт жил в селе Шелехметь Самарской области. Умер 24 ноября 2012 года. Эту подборку его стихотворений мы посвящаем годовщине со дня смерти поэта.

***

В простой кособокой избушке

над маленькой русскою речкой

вчера угасала старушка —

негромко и быстро, как свечка.

Внучата над ней не клонились,

в глаза не глядели больные.

Но губы старушки кривились:

— Жалейте друг друга, родные…

За гробом пошли по деревне

одни старики да старушки,

которые, словно деревья,

вросли в эту тишь у речушки.

Поставили крест. Помолчали.

Березы качались сырые.

Молчали, но будто кричали:

«Жалейте друг друга, родные… »

Господь

Господь, он Господь — и в дожде, и в метели,

В глотке молока и в простывшей постели.

Во всем, что сложилось прекрасно и плохо,

В сиянии солнца и чертополоха.

В соринке, в пылинке, в мурашке озноба,

В цветах на лужайке и около гроба.

Он падает вниз, разливается, льется,

Не все Ему рады, но всем достается.

И здесь, на земле, где всё хуже и горше,

Он каждого любит, но каждого — больше…

Мостик

Всему виной — грехи и гордость,

Пустые мысли и дела.

Еще никто не видел пропасть,

Но пропасть все-таки была.

Здесь — суета, позор и тленье,

Продажа, медные гроши…

А там — любовь и воскресенье,

И безконечность для души.

А там, в пещере, где светало,

Где распахнулся час чудес,

Мария Сына пеленала

Высоким запахом небес.

По небу ангелы летали,

Светились белые сады…

И пастухи уже шагали

На свет таинственной звезды.

Еще им было неизвестно

Про Благодать и Божий дар…

А впереди сияла бездна —

Всепожирающий тартар.

Но шли они без содроганья

Туда, где Божий Сын лежал.

И мостик детского дыханья

Их всех над бездной удержал.

Хорошо

Снегири мои, зяблики, вороны,
Туготравье и батюшка-лес,
Хорошо, когда каждому поровну
Достается земли и небес!

Хорошо мне от тихого дождика,
Хорошо, что у храмов и слег
Для святого отца и безбожника
Одинаковый сыплется снег.

Хорошо, что березы не бедствуют,
Не злословит речная вода,
Что душа моя с небом соседствует
И сливается с ним навсегда.

Хорошо, что с холодного пёнышка
Можно в небо смотреть без помех,
Где мое заповедное солнышко
Поднимается сразу для всех!

***

Мы Русь ругаем по привычке,
Повсюду грязь и барыши…
Но ехал Чичиков на бричке
В потемки собственной души.

Нас опоили зельем горьким,
Слепили пыльное клише.
Но дно, увиденное Горьким,
Он видел в собственной душе.

Веками ларчик замыкался,
Но в нем хранили ерунду.
И Данте в душу опускался,
А говорил, что был в аду.

Родиться русским

Свою судьбу рассыпав снегом,

Шепчу над Родиной святой:

«Родиться русским человеком!

Какое счастье! Боже мой!»

Родиться русским. Петь и драться.

Писать стихи, брести домой

В худой одежде голодранца…

Какое счастье, Боже мой!

Родиться русским! Парус ладить,

Сжимать в руках цветы и плеть,

Всё полюбить и всё утратить,

И ни о чем не пожалеть!

***

Положим, проселок, дорога

И лес утопает во мгле…

Положим, что это не много

Для счастья на этой земле.

Положим, что это не много.

Но как хорошо, что во мгле

Есть именно эта дорога

На именно этой земле!

***

Проклиная смешную свободу,

Провожая глазами зарю,

На корме, уходящей под воду,

Я тебя ни за что не корю.

Ведь от неба, от Бога, от века,

В темноте городов и полей,

Так устроена жизнь человека:

Чем прекрасней она — тем больней.

На распутье тумана и риска

Всё как есть принимает душа.

Эта жизнь коротка, как записка,

И поэтому — так хороша!

Вот и ты живи…

Не сдавайся, брат, не кисни,

Не стреляйся на плацу.

Я и сам бежал по жизни,

Словно слезы по лицу.

Я и сам плутал в тумане,

По вокзалам стыл и дрог;

И меня твои дворяне

Не пускали на порог.

Но, храня мечты босые,

Заплетая боль косой,

Я любил дожди косые,

Сам бездомный и босой.

Я зловещей ждал развязки,

Был и хром, и близорук,

Но возил любовь в салазках

Над обрывами разлук.

Я готов к опале, к тризне

И к терновому венцу…

Вот и ты беги по жизни,

Словно слезы по лицу.

Сальери

Сниму замок, открою двери.
Ботинки грязные? Пустяк!
— Входите в горницу, Сальери,
Как боль, как совесть, как сквозняк!

Что взято в жизни — то не свято.
Я смог понять уже в гробу,
Что и меня могли упрятать
В такую страшную судьбу.

Теперь, все ужасы измерив,
Решив уроки повторить,
Мы будем пить вино, Сальери,
И печку русскую топить.

Пусть брезжит прошлое в окошке,
Пусть вечный Карл крадет коралл.
Играй, Сальери, на гармошке,
Как Моцарт в жизни не играл!

Играй то яростно, то строго,
Кричи: брависсимо, виват…
В пространстве истины и Бога
Никто ни в чем не виноват!

Осень

Опять — из речного тумана,

Из леса, из брошенных дач

Я слышу слова Иоанна:

«Не холоден ты, не горяч!»

А рядом туманится Волга,

Печальна она и пуста…

И длится, но длится недолго

Паденье сухого листа.

Мне прилечь бы…

Мне прилечь бы, пасмурная родина,
Под кустом растаять, как сугроб…
Чтобы снова белая смородина
Красной кровью капала на лоб.

Чтоб забыть всю злость и наущения,
Жажду мести, ставшую виной;
Чтобы белый ангел всепрощения,
Словно дождик, плакал надо мной.

Чтоб платить и ныне, и сторицею
За судьбу, сиявшую в глуши;
Чтобы гуси плыли вереницею
В небеса распахнутой души.

Родные

И день — святой, и ночь — святая.
Весь год, под Богом и луной,
Я говорю тебе: «Родная»,
Ты откликаешься: «Родной».

«Родной!» — в ночи, и на рассвете,
Вплоть — до скончания времен…
Как будто нам до самой смерти
Не надо собственных имен.

А если смерть разрубит нити
Судеб, что сделались одной,
Пускай напишут на граните:
«Здесь спят «родная» и «родной».

***

Хорошо, что я круглый дурак,
Что хочу и зимою, и летом
Жить одною тобою, но так,
Чтобы ты не узнала об этом.

Да, конечно, я круглый дурак.
Но я тайному голосу внемлю,
Понимая, что именно так
Любит Бог человека и Землю.

***

Ну что ты ёжишься, душа?

Не рано ли, не поздно ли…

Теперь входи уж не спеша

Во дни великопостные.

Предстань к престолу. Пробил час

Для слез и покаяния.

Я сам себе кажусь сейчас

Виной без оправдания.

Смотри, какая нынче высь,

Как будто бы из боли вся…

За тех, кому там не спастись,

Давай еще помолимся.

Для малого стада

Больше тайна не скрыта печатями.

Прочитай до конца, и держись.
Приговор утвержден окончательно:

«Мир погибнет. Останется жизнь».

Не спасутся артисты и зрители,

всё свершается ныне и днесь.
Это нам предстоит упоительно

потерять всё, что было и есть.

Скоро с бледной усмешкою гения,

словно в строчках босого Басё,
из туманного лона знамения

выйдет месяц, решающий всё.

Вот и жди, умирая от нежности,

разводя разноцветный туман,
Тридцать дней и ночей неизбежности,

что предсказывал нам Иоанн.

Засияют небесные лезвия,

станут пылью земной торгаши;
и откроется (после возмездия)

невозможная тайна души.

***

Мы бы здесь давным-давно пропали,
но Господь, по счастью, не таков.
Чтоб из нас не выпали детали,
есть на свете ангел дураков.
Он нас ночью утешает: «Тише!» —
если вдруг отчаянье грызет.
Он нас ловит, падающих с крыши,
и на «скорой помощи» везет.
В слипшихся, насквозь промокших платьях,
в водорослях, залепивших рот,
он несет нас бережно в объятьях,
невредимых на берег кладет.
Он следит, кого и кто обидел,
возле печки тушит угольки.
Говорят, его никто не видел.
Что с нас взять — вестимо, дураки!
Чтобы мы в потемках не плутали,
чтоб уж точно, чтоб наверняка,
он включает фонари в квартале —
чтоб дурак увидел дурака.
А потом сквозь сумерки и вьюгу
добрый ангел, улетая ввысь,
бросит нас в объятия друг к другу,
чтобы мы здесь не перевелись.

Приговор

Русь моя! Туман, поверья,
Пыль таинственных времен!
Как преступник к высшей мере,
Я к тебе приговорен.

К шуму сосен, к скрипу ставен,
К зову птиц издалека,
И к твоим тропинкам тайным,
Проходящим сквозь века.

Пусть порою путь без веры
Выпадает мне во мгле…
От Всевышней смертной меры
Нет спасенья на земле.

Принимаю шум ненастья,
Свет звезды и крик ворон…
К наивысшей мере счастья
Я судом приговорен.

Мир вам, рощи да излуки,
Шелест, шепот… Камыши…
Навсегда. До смертной муки.
До безсмертия души!

Журавли

Я когда-то повесил на стенку картину,

Написал я всё то, что в окошко видать,

Написал, как умел, огород и рябину,

А тебя под рябиной не смог написать.

На картине царит небывалая просинь,

Остановлено мной увяданье земли;

На картине моей не кончается осень,

И призывно кричат надо мной журавли.

Времена за окошком меняют обличья,

А они, отражая осеннюю медь,

Всё летят и летят, надо мною курлыча,

И не могут никак от меня улететь.

Но я знаю, я знаю, что близятся сроки,

Скоро в окна ударит ночная гроза;

Напишу я в тетради последние строки

И на вечные веки закрою глаза.

Мне рассыплет родная на гроб георгины,

Зацелует меня от макушки до пят.

И тогда журавли с этой грустной картины,

Покружив надо мною, на юг улетят.

Поливай же, жена, огород и рябину,

И не смей мой последний наказ забывать:

Не снимай со стены золотую картину,

Чтобы было куда журавлям прилетать.

987
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
4
3 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru