Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:








Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Взгляд

Абхазские встречи

Иеромонах Антипа (Авдейчев) рассказывает о своих встречах с отшельниками абхазских гор.

Иеромонах Антипа (Авдейчев) рассказывает о своих встречах с отшельниками абхазских гор.

Иеромонах Антипа в Абхазии.

Мы продолжаем цикл бесед с настоятелем храма в честь святого Димитрия Солунского самарского села Сырейка, кандидатом медицинских наук, руководителем отдела по взаимодействиюс медицинскими учреждениями Кинельской Епархии иеромонахом Антипой (Авдейчевым).

От Иверского монастыря до Иверской горы

Отец Антипа, этим летом вы побывали на двух Афонах сразу: сначала на Святой Горе Афон в Греции, а вскоре и на Новом Афоне в Абхазии. На Святую Гору мы путешествовали с вами вместе. Почувствовали вы духовную близость этих мест?

— Посещение Святой Горы Афон для меня началось с Иверона. Считается, что каждый, кто приехал на Святую Гору, должен в первую очередь поклониться чудотворной Иверской иконе Божией Матери. Мы с вами так и сделали. А уж потом наши пути направляла Она, Игумения Святой Горы…

И вот спустя всего три недели я поехал в Абхазию, а это часть древней Иверии, первого удела Царицы Небесной. Я и раньше бывал там, но никогда не поднимался на Иверскую Гору над Ново-Афонским монастырем. А в этот раз Господь сподобил меня на такой маршрут. Думаю, это было продолжением нашего афонского паломничества.

Ново-Афонский монастырь сейчас переживает не лучшие времена. Его, по сути дела, захватили раскольники. С ними молиться запрещено церковными канонами. А вот Иверская гора и окрестные святыни, например, место духовного подвигаАпостола Симона Кананита — все это по-прежнему очень притягательно для паломников. Для меня важно то, что и в Абхазии я начал паломничество с Иверской горы.

Хочу напомнить необычный случай. Шли мы от Иверского монастыря к источнику, который возле берега в том месте, где Иверская икона прибыла на Афон. Я начал безпокоиться: время не раннее, а у меня во рту ни маковой росинки… Я не был голоден тогда, скорее в голове, а не в животе возникло это суетливое безпокойство. Как же, мол, остаться без обеда. Вы, напротив, не проявляли никакого безпокойства по этому, надо признать, довольно смехотворному поводу. И когда мы пришли к источнику, там оказались молодые ребята с Карпат, они приехали на машине. И вот они неожиданно предложили снедь. Сказали, что ждут тут хотя бы кого-нибудь. Еда у них осталась, и не выкидывать же. А тут как раз мы идем… И они предложили нам эту еду, я не стал отказываться. А потом мы вместе с вами вкусили их угощение, запивая его водой из Иверского источника. Я тогда этому подивился. Откуда они знали, что меня отвлекает это смутное безпокойство… Мой добрый знакомый, писатель Юрий Воробьевский, он исходил Афон вдоль и поперек, — назвал это чисто афонской ситуацией… Когда Божия Матерь неожиданно и очень быстро отвечает на наши прошения. Скорее и не прошения даже, а какие-то импульсы. Вы почувствовали необычность этой ситуации?

Абхазский отшельник монах Антоний.

— Конечно. Только вы заговорили об обеде, как обед нас уже ждал у источника. Когда мы кушали их помидоры и перцы (карпатцы уточнили, что перцы сладкие, мол, кушайте, не волнуйтесь), мы с вами разговаривали о том, являются ли Карпаты частью Святой Руси. И так как перцы были действительно сладкие…

… то мы и решили благосклонно, что Карпаты тоже являются частью Святой Руси. Хотя бы из чувства благодарности за их неожиданный подарок мы так решили.

— А ведь ребята эти молодые были и не очень церковные. А милость пролилась на нас и через них! Да, это действительно была очень афонская ситуация. Ну и Карпаты, конечно же, тоже часть Святой Руси. Это мы с вами и почувствовали на Афоне.

Вообще, странствуя по двум Афонам, по двум уделам Божией Матери, я чувствовал, что это все не случайно. И у меня будут какие-то перемены в жизни. Приходило осмысление моего монашества, дальнейшего духовного пути.

Тайна одного псевдонима

— Теперь расскажите о паломничестве в Абхазию.

— Поездка в Абхазию была задумана еще зимой. Я познакомился с известным духовным писателем игуменом N. Он автор книг «От чего нас хотят «спасти», «Между небом и адом», «Об одном древнем страхе» и других. Познакомился с ним в Москве, в духовно-попечительском центре Иоанна Кронштадтского. Нас познакомил ведущий специалист центра — монах Иоанн (Изяслав Александрович Адливанкин). Он мне как-то между делом сказал: а вы знаете кто такой игумен N? Это игумен Ефрем (Виноградов-Лакербая), он подвизается в Абхазии. Судя по его книгам, я полагал, что он психолог. Но он не психолог по образованию. Вскоре мы познакомились с игуменом N. Чай попили вместе. А у меня в планах на лето была поездка с детьми в Абхазию. И вот я подумал, ну что я там просто так купаться буду? Лучше время с духовной пользой провести. Помолиться в горах, ближе познакомиться с отцом Ефремом… За время с нашей первой с ним встречи у меня появился и более веский повод поехать к игумену Ефрему: нужен был совет опытного духовника.

Детей разместил в пансионате на море в Абхазии и двинулся к игумену Ефрему. Его скит находится в пограничной зоне на Российско-Абхазской границе. Туда нужен пропуск. Я связался с отцом Ефремом, и вскоре пропуск был готов.

— Почему игумен Ефрем пишет книги под таким таинственным псевдонимом?

— Он монах, известность ему ни к чему. И только по указанию Священноначалия в своей последней книге он, наконец, открыл тайну своего псевдонима.

Игумен Ефрем из рода потомственных абхазских князей. Его предок, абхазский князь, построил Успенский храм в селе Лыхны. Рядом находятся руины дворца этого князя. И сам князь похоронен там же у амвона храма.

Мать отца Ефрема после революции эмигрировала в Европу. После Второй мировой войны она вернулась в Россию. Отец Ефрем родился уже здесь, в 1948 году. Он получил хорошее образование в Советском Союзе.

В его монашеской практике был такой случай. Вологодский Владыка хотел его поставить наместником Спасо-Прилуцкого Димитриева монастыря в Вологодской области. Отец Ефрем очень не хотел этого, всеми силами старался отказаться от такого ответственного послушания. Даже в больницу пытался лечь… Потом поехал к старцу своему архимандриту Павлу (Груздеву) под Рыбинск, но тщетно — тот сказал ему идти игуменом в монастырь. С 1991 по 1993 год он был там игуменом.

— Расскажите о своей встрече с игуменом N (игуменом Ефремом).

Старинная часовня на вершине Иверской горы.

— Мы договаривались встретиться 20 августа. Он сказал, что будет в этот день у себя на подворье скита в Адлере, а потом, возможно, мы вместе поднимемся в горы на сам скит Аибга (назван так по названию горы над Красной Поляной). Интересно, что скит Аибга относится к Валаамскому монастырю. Поскольку сам Валаамский монастырь — ставропигиальный, то есть подчиняется напрямую Святейшему Патриарху, то и скит Аибга, находясь на территории Краснодарской и Кубанской Епархии Русской Православной Церкви, по сути, никакого отношения к этой епархии не имеет. Москва далеко, Валаам — ещё дальше! Ситуация необычная для нашего времени, ситуация почти полной реальной свободы при безупречном соблюдении канонических устоев. Пропуск отец Ефрем сделал для меня на проезд в скит через пограничный КПП. Я приехал раньше, чем договаривались. Отец Ефрем с братией к этому времени уже уехал в горы на скит служить на праздник Преображения Господня, но поручил насельникам подворья меня встретить. Мой пропуск остался у него в закрытой келье, и поэтому на скит я не попал.

— Так как же вы все-таки встретились с отцом Ефремом?

— Я его на подворье почти три дня прождал, пока он служил у себя в горах. А на все эти дни он благословил монаха Антония, бывалого кавказского отшельника, мной заниматься. И воскресную и преображенскую службу я сослужил адлерским священникам на приходах. И только в последний день, 19 августа, когда мне уже надо было уезжать, наша встреча все-таки состоялась.

Уже начало темнеть, пора возвращаться в Абхазию. Наша территория находится за ограждением (там строго выдерживается монашеское правило — женщинам на подворье доступа нет). И вот за воротами гудит машина, открывают ворота. На территорию подворья заезжает камаз-вездеход. За ним вкатывается газ с такими же вездеходными колесами. Из него выходит отец Ефрем в потертом подряснике, с игуменским крестом. Какие-то мальчишки были с ним, а еще послушник Андрей и монах Прокопий. Мы с отцом Ефремом сели на веранде, поговорили. Обращение у него простое, отеческое, без высокомерия. Потом трапезничали, разговаривали. Игумен довольно строго смотрел за ситуацией за столом. У кого-то телефон зазвонил, — он замечание сделал. Чувствуется, что действительно здесь находишься в монастыре. И это несмотря на то, что все с удобствами: есть кондиционер, есть душ… Даже ландшафтный дизайн в скиту, все сделано с большим вкусом.

… В России такой сугубо монашеской обстановки я пока нигде не встречал.

Церковь в горном поселке Псху недавно построили для отшельников. На снимке возле храма — монах Антоний.

— Их можно назвать современными отшельниками?

— Наверное, можно. Ведь они живут отрезанные от мира. Доступ туда открыт только благотворителям и духовным чадам. Для таких гостей есть там специальные кельи.

Мы с игуменом Ефремом по большей части говорили о моей проблеме. Но затронули в беседе и какие-то общие духовные вопросы. От него я услышал важную мысль. Никого не осуждая, он отметил, что сейчас в России очень сложно узнать волю Божию. Много людей претендуют на то, что могут открыть ее. Но мало таких, кто это действительно может сделать. И даже высокие иерархические степени или широкая известность порой не дают гарантий верного духовного совета. Мало осталось подвижников, которые могут волю Божию открыть. Себя он тоже не считает таким человеком, который может открывать кому-то волю Божию. И вот он сказал, что все же знает одного такого духоносного человека. Не лично знает, а через духовных чад, через общих знакомых. И этот человек находится рядом с Самарой… Это протоиерей Владимир Головин из Болгар, что в Татарстане.

Меня эти его слова поразили. Вокруг отца Владимира роятся всякие слухи, кто что о нем говорит. Много у него сторонников, люди едут к нему отовсюду. Но и противников хватает. И между тем именно на него указал мне отец Ефрем. И тут я вспомнил, что наш Ташлинский батюшка протоиерей Николай Винокуров иногда отправляет в Болгары своих духовных чад. Я принял к сведению слова отца Ефрема. А время покажет, прав он или нет.

Отцы-пустынники

— Общались вы с кем-то еще из пустынников?

— Очень добрые отношения сложились с отцом Антонием. Сам он коренной одессит, в миру звался Анатолий. Был раньше женат, есть дети — две дочери, старшей сейчас уже сорок лет, а младшей 31. Но с женой отношения не сложились, хотя отец Антоний о ней очень тепло отзывается. К тому же она, можно сказать, его спонсор. Помогает пустыннику! Раньше монах Антоний работал проводником в поезде. Его ставили на самые элитные маршруты, где можно было хорошо заработать. Ездил он из Одессы до Киева, до Берлина. Все складывалось по-мирски просто замечательно. Большие города, рестораны, деньги… Но потом началась у него сложная полоса. Два других брака тоже оказались у него неудачными. И он обратился к Церкви, к молитве. Недавно умерший схиархимандрит Иона Одесский благословил его на отшельничество, направил на Кавказ.

Монах Антоний приехал в Абхазию, стал искать в горах отшельников. В 150-ти километрах от Сухуми за горным перевалом есть поселение Псху. Там живут обычные люди, даже школа в селе есть. А в семи километрах от села есть брошенные кельи. Там раньше жили монахи из Новоафонского монастыря, ушедшие в горы от притеснений советской власти. (Всех их потом расстреляли, а кого-то потопили на море в барже. Нашелся предатель — тайный агент НКВД. Он знал почти наизусть Священное Писание, втерся в доверие к монахам, узнал о расположении их келий в горах, а потом навел на них карательный отряд. Все эти места были залиты мученической кровью… ). Одну такую келью монах Антоний привел в порядок, восстановил. В полутора километрах от него жил иеромонах Серафим. Церквушка у него была там, он в ней служил Литургию. Отец Антоний ходил туда, помогал ему (у отца Антония сана нет, он просто монах). Еще выше них в горах женщина подвизается, Татьяна, ей около сорока лет. Она и сейчас там живет, далеко от всех. Раньше в горах под Псху жил еще отец Лазарь. Его почитают старцем, подвижником. Он умер два года назад на Лазареву субботу. Его подрясник, как благословение старца, перешел к отцу Антонию. Еще в этих местах сейчас подвизаются иеромонах Василько и иконописец монах Исакий.

В этих условиях отец Антоний прожил 11 лет. Отшельники общаются с местными жителями, во многом зависят от них. А так отшельники в огородах трудятся, потомваренья закатывают, овощи на зиму консервируют. К ним в горы недавно приходил молодой человек, Андрей. Начитался книжек о пустынниках и решил так же подвизаться. Думал, что все их дело это только четки перебирать. А еда им как манна небесная будет с неба падать. Но не тут-то было! Скоро он увидел, что жизнь отшельника это постоянный тяжелый труд ради пропитания. Просто так манна к ним не сыплется… Хватило Андрея только на три месяца. Ушел он от них.

Отец Серафим постоянно говорил о себе, что он худший из священников, худший из монахов, что настоящие монахи не здесь, а на Святой Горе Афон подвизаются. А он в Абхазии, будто бы, только зрябрюхо набивает. В общем, все время самоуничижал себя (в документальном фильме об абхазских пустынниках «Граждане неба» заснят как раз такой эпизод). И вот полтора месяца назад ему сообщили, что на Афоне какой-то отшельник оставил свою келью и ушел подвизаться на Карули, это самое суровое место на Святой Горе. И отец Серафим уехал в освободившуюся келью, с абхазских гор — на Святую Гору Афон! Вот какая связь этих двух Уделов Пресвятой Богородицы! Когда он собрался уезжать, монах Антоний вместе с ним спустился с горы, проводил его. Отец Серафим передал монаха Антония в руки игумену Ефрему. Благословил отца Антония пожить на валаамском подворье, а сам уехал на Афон. Сейчас отец Антоний осваивает Богослужебное чтение и ждет известий от отца Серафима с Афона. Но пока известий от него нет. Здесь на подворье отец Антоний не собирается задерживаться, хочет приобрести строительный вагончик, как-то поднять его в горы неподалеку от скита и там дальше подвизаться в уединении. Уже и полянку себе он для этого присмотрел.

— Хорошо ему в горах живется, он доволен своей судьбой?

— Трудно ему. Зимой он полностью отрезан от мира. Был отец Серафим рядом, с ним он зимой хотя бы перекрикивался. Крикнет ему, тот в ответ. Значит, жив, значит, все в порядке. Осенью вместе они делали на зиму закрутки.

Однажды отец Антоний спустился в Псху, взял там масло подсолнечное, две пятилитровки. Надо было скорее уходить, потому что снегопады уже начинались. И вот он пошел с этими банками в горы. А снег начался, тяжело стало идти, опасно. Через 500 метров бросил одну банку, и вторую кинул не доходя 500 метров до кельи. Только по весне эти банки нашел и стал уже использовать.

Татьяна, отшельница, не только выше них в горах живет, но и дольше них подвизается. Однажды отцы Серафим и Антоний ей предложили лук, для пустынника это деликатес. Она взяла только две маленькие луковицы, чтобы не искушаться. Положила их в карман и сказала, что лучше свободное место крупой заполнит. Крупа питательнее.

Монах Антоний мне говорил, что хорошо их в горах поддерживает некая Наташа, благотворительница. Она в Псху даже храм построила. Ну и бывшая жена отцу Антонию помогает, как я уже сказал. Недавно она подарила ему новые лыжные палки. На лыжах в горах ходить невозможно, но палки необходимы, иначе без них свалишься в пропасть. Какие-то люди приезжали из России в Псху, а в это время отец Антоний как раз спустился туда за продуктами, и свои новые лыжные палки оставил в сенях. Они смотрят на эти палки, спрашивают, откуда здесь такие профессиональные палки. Оказалось, это специальные палки, горнолыжные, дорогие. И вот монах Антоний выходит и говорит, что это его палки. Молодые люди этому подивились. С обычными палками, рассказывал мне отшельник, он бы уже несколько раз сорвался в пропасть. А с этими по горам ему хорошо ходить.

— Много других отшельников в абхазских горах?

— Достаточно. Они вместе не живут, но знают друг о друге.

— Как они отнеслись к вам, самарскому иеромонаху?

— С сочувствием. Прямо они этого не говорили, но по взглядам их было видно: сочувствуют они нам, тем, кто в больших городах пробует монашескую жизнь вести.

— Чему могут научить нас пустынники?

— Для меня это стало некой альтернативой. Многое в нашей духовной жизни идет не так, как хотелось бы. Многое… И вот гляжу на этих людей, которые не получают никаких циркуляров, не ездят на собрания… Смотрю на них, и как-то делается спокойнее на душе.

О чем молчит Сухумский зоопарк?

— Что еще в этот раз удивило вас в Абхазии?

— Я побывал с детьми в Сухумском зоопарке. Когда-то это был известный на весь Советский Союз обезьяний питомник. Когда-то обезьяны жили в питомнике в почти естественных условиях среды обитания. А сейчас там толпы туристов ходят. И обезьяны проявляют чудеса живучести, ухитряются даже размножаться в таких тяжелых условиях. К тому же, питомник этот переживает не лучшие времена. Бывает так, что обезьян даже нечем кормить. Вот почему работники обезьяньего питомника столь осмотрительны в ответах на многочисленные вопросы об истории этого необычного заведения. Им не нужно нездоровой шумихи вокруг своего зоопарка. Им нужно сохранить это уникальное заведение.

А история у Сухумского питомника, действительно, необычная и даже загадочная.

В советское время из этого обезьянника брали обезьян для космических опытов, экспериментов. Наше Куйбышевское ЦСКБ (Центральное специализированное конструкторское бюро) использовало в этих целях двух макак, самцов. На них испытывали реакцию организма на приземление спускаемого летательного аппарата. На берегу Черного моря располагалась база ЦСКБ. Бывший сотрудник мне говорил, что это была обычная такая советская полуафера. Скорее, это была просто база отдыха для конструкторской элиты, чтобы люди могли там отдохнуть. Сюда приезжало начальство, купались здесь, пили вино… А опыты над обезьянами дешевле было бы производить в Куйбышеве.

Есть устойчивое предание (документы на эту тему сложно отыскать), что в 1920-е и 30-е годы в сухумском питомнике проводились опыты по скрещиванию человека и обезьяны. Таким образом хотели опытно доказать теорию Дарвина о происхождении человека. Доказать, что обезьяна наш общий предок. Хотя сейчас всем известно, что человеческий генотип более схож с генотипом свиньи, а не обезьяны (зато в случае с обезьянами действует некоторое внешнее сходство). И вот здесь была предпринята жуткая авантюра, была сделана попытка скрестить самца гориллы с женщиной. Чтобы тем самым доказать теорию эволюции. Глухие упоминания об этом эксперименте находятся в разных источниках, но скажу прямо: однозначных доказательств этому до сих пор не найдено. В самом зоопарке об этом тоже говорят как-то неопределенно. Мол, они там сами этого не знают, а только слышали что-то от кого-то. По местному преданию, рассказанному мне работницей зоопарка, эксперимент пришлось свернуть вот по какой причине. Тогда нашлось несколько женщин-добровольцев, готовых идти на опасный эксперимент во имя науки (и скорее всего с целью развенчания религии). Так вот во время «эксперимента» самец гориллы приревновал одну из этих женщин к другому самцу и растерзал ее! На этом программу свернули…

— Чему может научить нас это предание?

— Не искушать Господа! Рожали женщины или не рожали в этом эксперименте, на это есть тоже весьма противоречивые сведения. Но скорее всего, эксперимент провалился. Иначе бы мы об этом узнавали не от третьих лиц, не из обрывочных каких-то свидетельств, а из школьных учебников и с экранов телевизоров.

Значит, по Божьему Промыслу все эти попытки рухнули!

— Заметим, обезьяна действовала как бы «по-человечески» — не из-за голода, например, а из ревности! Это все-таки не просто животный импульс, а более сложное чувство. Неужели такое возможно? И у животных может быть такая черта, как ревность?

— Да, получается, что обезьяна может ревновать. Но это, наверное, говорит не столько о «высоте» развития обезьян, сколько о животном, низменном характере этого чувства. Тем более, в результате всего произошла трагедия, пролилась кровь.

А вообще обезьяны обычные животные, ничем не отличаются от прочих млекопитающих. Но если мы в своей жизни уподобляемся животным, забываем о том, что мы люди, что мы образ и подобие Божие, то мы по своему поведению становимся в чем-то похожи на обезьян. Наверное, в этом предупреждении и сокрыт весь смысл существования Сухумского питомника.

Подготовил Антон Жоголев.

Дата: 16 сентября 2013
Понравилось? Поделитесь с другими:
3
3
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru