Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Личность

«Нашел истину — начинай ей служить!»

Интервью с председателем Ассоциации Православных экспертов Кириллом Александровичем Фроловым.

Интервью с председателем Ассоциации Православных экспертов Кириллом Александровичем Фроловым.

Председатель Ассоциации Православных экспертов Кирилл Александрович Фролов в церковных кругах столицы личность известная. А в последние месяцы — очень известная. Его имя не сходило из информационных сводок. Он оказался чуть ли не в эпицентре борьбы с клеветниками на Церковь в ушедшем 2012 году. Кирилл Фролов организовал автопробег в поддержку Святейшего Патриарха Кирилла. Не на шутку схлестнулся прямо в телеэфире с актером и шоуменом Джигурдой из-за противоположных взглядов на женскую моду (естественно, Фролов призывал к тому, чтобы мода была нравственной и не эпатажной). А уж борьба вокруг Пусси Райот и вовсе сделала председателя Ассоциации Православных экспертов фигурой медийной. Он много потрудился над тем, чтобы донести до общественности мнение церковного большинства об этом безчинстве в Храме Христа Спасителя. Во время недавних Рождественских чтений в Москве Кирилл Александрович Фролов дал интервью газете «Благовест».

— Каким был ваш путь к вере?

— Я был некрещеным московским парнем. Прогуливал те школьные уроки, которые мне были не интересны. И проводил это время в ближайших храмах, которые не были закрыты. Вот почему я сейчас так рьяно отстаиваю программу строительства «200 храмов» Москвы. Из собственного опыта знаю: если есть храм, он притягивает молодых людей. И даже в те годы было своеобразное миссионерство церковных старушек. Мы всем классом ходили в церковь на Пасху, вход в храм перекрывался дружинниками (это были 1980-е годы). И вот эти церковные бабушки отважно проводили молодого парня или девчонку сквозь ряды дружинников. Если бы не было этих незакрытых храмов, я бы мог так и не прийти к вере. Очень важно, чтобы Православный храм был в каждом новом микрорайоне, чтобы молодой человек мог зайти, хотя бы поинтересоваться, даже если пока мало что понимает в религии. А если в храме будет еще и образованный, доброжелательный священник, то этим мы спасем целое поколение.

— Какие качества вашего характера привели вас на гребень миссионерской волны?

— Если с самоиронией подходить к себе, то у меня «бред ответственности». За все отвечаю, что встречаю на жизненном пути. Все хочу изменить, на все хочу повлиять…

— В каком храме вы приняли крещение?

— В Новодевичьем монастыре, это было в 1990-м году, когда закончил 10-й класс. Тогда я был уже теоретически Православным, но на пути реального воцерковления у меня стояли психологические сложности. Меня смущало, когда мне говорили, что я теперь должен смотреть в пол, быть «согбенным». Я ведь чистый холерик и не хотел смотреть в пол… Я из нерелигиозной семьи. Хотя под конец жизни мой дед, полковник, прошедший три войны, как и положено русскому офицеру и патриоту, воцерковился.

Духовным переворотом было для меня знакомство со Святейшим Патриархом Кириллом, в то время Митрополитом. А еще значимым событием в моем духовном становлении стала борьба за храм святой мученицы Татианы при МГУ. Тогда я понял, что такое богоборчество, понял, что борьба за веру продолжается. Однажды я насчитал за один день сразу пять статей в газетах против возвращения верующим храма святой Татианы. Тогда уже у меня был «бред ответственности». Руки чесались вступить в борьбу. И я стал искать возможность ответить нашим оппонентам. Борьба за храм святой мученицы Татианы ввела меня в приходскую жизнь. Раньше я не решался стать прихожанином какого-то конкретного храма. Ведь был распространен такой стереотип, что это означало стать «забитым», неактивным человеком. Но на приходе настоятеля отца Максима Козлова была такая атмосфера, где можно было оставаться самим собой, где не впадали в младостарчество, но при этом и не было безразличия. В редакции газеты «Татьянин день» была такая атмосфера, в которой хотелось как можно дольше находиться, которой хотелось дышать и дышать.

— Можно вас назвать «профессиональным Православным»?

— Как ни странно, можно. Я давно работал руководителем отдела Украины Института стран СНГ, которым руководит Константин Затулин. И вот это учреждение решило профессионализировать мою Православную деятельность. Был специально создан отдел по взаимодействию с Православной Церковью, и я его возглавил. Таким образом, я действительно стал профессиональным Православным. Этим решением экспертное сообщество России признало важность Православного фактора во внешней политике, в геополитике.

— Вы мирянин, у вас нет священнического сана. Это мешает или, наоборот, помогает вам в миссионерской деятельности?

— Лично мне статус мирянина только помогает. Потому что я агитирую за те или иные политические партии, в которых нахожу схожие с моими взгляды. Это мне позволяет выступать в политике более свободно, чем это может себе позволить священник. Я для себя четко определил, что мне надо быть человеком Церкви именно в политике. Священник должен окормлять политиков, но он не должен быть священником-политиком. Я не хочу идти по пути запрещенного в священническом служении отца Иоанна Охлобыстина.

— Если уж вы упомянули об отце Иоанне Охлобыстине, какое у вас отношение к нему?

— Я неоднократно говорил, что нам нужен «Православный Голливуд». Нам нужны патриотические телесериалы. Нужны в кино такие вот острые сюжеты: «Офицер ФСБ, благословившийся у старца Илия, разоблачил шпионскую сеть ЦРУ» или, скажем, «ликвидировал последствия оранжевой революции на Украине». Нам нужны такие сериалы, и Охлобыстин мог бы это делать талантливо. Мне понравилось его выступление на стадионе со своей «Доктриной». Жанр стадионной проповеди тоже необходим. Я публично все время защищал Охлобыстина. Но я был очень огорчен тем, что он пришел на Болотную площадь, не понимаю, что он там забыл. И потом он написал дерзкое письмо Святейшему Патриарху о том, что Русская Церковь якобы теряет паству из-за «преследования» Pussy Riot. Это невероятная ошибка со стороны Охлобыстина, такое впечатление, что в этот момент он перепутал базовый социум и маргиналов. То есть он принял «болото» за все общество. Но это ведь совсем не так! Это маленькая часть общества. Я не исключаю, что отец Иоанн мог быть жертвой собственной слабости и даже косвенного профессионального шантажа. Вполне вероятно, что часть продюсерской корпорации, которая стояла на стороне «болота», подвигла Охлобыстина на эти поступки. Ему дали понять, что если он не поддержит сейчас их митинги, не будет у него никаких ролей, никакого ТВ. Не исключаю, что он был просто вынужден «по-волчьи выть», опасаясь за достаток в своей многодетной семье, за свои гонорары и широкую известность благодаря телевидению. Сейчас, видимо, отец Иоанн Охлобыстин сосредотачивается, не выступает ни с какими эпатажными заявлениями. Надеюсь, что он вернется к стадионным проповедям, к «Православному Голливуду». Надеюсь также, что он сможет вернуться к священническому служению. Но поскольку он своим дерзким письмом Патриарху нанес самому себе определенный урон, я считаю, что он должен принести покаяние. И жду от него этого.

С чего начинаются все наши большие ошибки? — с гордыни. Человек вдруг начинает не брать телефон… Как же, он такой умный, а кто-то ему звонит, хочет ему что-то посоветовать, от чего-то предостеречь… Я пытался несколько раз поговорить с отцом Иоанном, но он не отвечал на звонки. Все начинается с этого. Бронзовеет.

— Вы принимали активное участие в истории с Pussy Riot. Чему научили вас эти события, личные уроки для вас были?

— Нас, Православных, вопросы власти и политики интересуют как никого другого. Потому что Русская Православная Церковь стоит у истоков Российской государственности. Мы отвечаем за наше государство. И вот в 2012 году мы могли наше государство попросту потерять. Лидеры «болота» говорили, как, например, писатель Быков, про «независимую Сибирь». Журналист Кашин писал про то, что «великая Россия» будет только от Смоленска до Владимира. Мне страшно от мысли, что эти люди могли прийти к власти! Поэтому мы жестко выступили за Путина. Потому что нельзя уже больше быть со всеми и ни с кем. События вокруг Болотной площади показали также величие нашего Патриарха Кирилла. Я считаю, это новый Ермоген! Позицию Патриарха замалчивали, его ермогеновской силы проповеди так и не стали достоянием крупных СМИ. А ведь он в этих проповедях обличал измену части российской элиты.

…И пока значительная часть российских СМИ контролируется враждебными Российскому государству силами, мы не можем спать спокойно.

— Что бы вы сказали через нашу газету своему обидчику, с которым было у вас кулачное столкновение чуть ли не в прямом телеэфире… У вас осталась на него злоба?

— Злобы на артиста Никиту Джигурду у меня нет. Это человек глубоко несчастный, заблудший. Но хотя и несет он всякий вздор в телепередачах, я знаю, что он все-таки крещеный человек. И потому ему желаю глубокого покаяния. Это не значит, что он должен на себе рубаху рвать публично, в телеэфире. Покаяние — это изменение ума. А вообще он уже «большой мальчик» — пора бы уже повзрослеть…
— Это была попытка как-то вас дискредитировать именно как Православного активиста? И еще — дайте совет, как вести себя в подобных острых ситуациях.
— Да, была попытка меня дискредитировать. Но не обязательно все было заранее специально подстроено. Просто враг умело воспользовался всплеском эмоций. Теперь советы. Во-первых, не надо избегать таких ситуаций. Боя нам все равно не избежать. Не уклоняйтесь от борьбы. Но тот человек, который вышел на тропу войны за свою веру, должен часто причащаться Святых Таин и, конечно же, должен контролировать свои эмоции. В этой ситуации я повел себя не безупречно. Был в тот вечер очень уставший после рабочего дня, а съемка была уже в начале десятого. Высыпаться я не успеваю и не скоро смогу выспаться. Но нужно просто себя все время держать в духовном тонусе, чтобы быть готовым с духовным трезвением встретить любую провокацию. Я мог бы держаться лучше, мог бы привести больше аргументов. Перефразируя известное выражение, скажу, что Православный миссионер должен быть с горячим сердцем, холодной головой и с чистыми руками.
— Много лет вы занимаетесь анализом церковной ситуации на Украине…
— Как молодой антикоммунист я в юности думал, что вот сейчас скинем коммунистов и заживем классно. Но ситуация на Украине в эту логику не вписывалась. Да, коммунистов скинули, но начался церковный раскол, поднялось униатство и стали захватывать Православные храмы. Я стал разбираться в украинском вопросе. И вскоре начал понимать, что кроме большевиков, есть и другие противники исторической России. Откуда пошел украинский сепаратизм, феномен Галиции, феномен униатства? Я вначале был близорук, кроме большевиков никого не видел. Не видел других противников, не видел других проблем. Но понимал, что мы теряем Украину, а потом, возможно, и Белоруссию, и историческую Россию… Почему мы молчим, почему мы простаиваем? Понятно, что ЦРУшники свой хлеб едят не зря, ну а мы-то что молчим, почему мы должны бездействовать? Я понял, что необходима осознанная защита веры. И начал я проявлять активность сначала именно в украинском вопросе.
— Сколько людей вам доверяет и может за вами пойти на какие-то конкретные дела?
— В Ассоциацию Православных экспертов входит около пятидесяти человек в разных регионах страны. Мы реально восстанавливаем историческую Россию, пользуясь тем фундаментом, который нам дают Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. А сколько людей присоединяются к нашим акциям спонтанно… Были массовые акции по поводу Pussy Riot, акции в защиту Патриарха Кирилла. Я помню авто-, мотопробег в поддержку Святейшего Патриарха Кирилла, против клеветы на него. Это было совершенно спонтанно, началось с десяти человек. Потом в фейсбуке кинули клич, это были ребята из Конгресса русских общин, простые пользователи интернета. На автопробег выехало очень много машин, более двухсот, а кто-то мне говорил даже о трехстах автомобилях… Появилась в наших рядах «бабушка Православного рока» Ольга Кормухина. Ее брат Андрей, у которого 8 детей, организовал движение «Многодетная Россия» и делает Православный молодежный проект «Молоток». Это уже такое прямое миссионерское действие.
— Какие ваши дела и поступки вы считаете главными?
— Мне удалось быть на посту во время жуткой антицерковной кампании против «Основ Православной культуры». Первая такая кампания была еще при Святейшем Патриархе Алексии. Далее, я без устали убеждал и убедил многих людей в том, что Святейший Патриарх Кирилл — подлинный духовный лидер Русской Православной Церкви. Атаки на Святейшего Патриарха нужно нам всем вместе отбивать. Если «лобовая атака 2012 года» на Святейшего Патриарха не прошла, то сейчас идет более изощренная атака. Враги пытаются с помощью всяких «пугалок» столкнуть Патриарха Кирилла с Путиным, а Путина — с Патриархом Кириллом. И вот я считаю, что все эти провокации надо пресекать на всех уровнях. Ведь соработничество Патриарха и Президента уже дает очень большие и добрые плоды…
Удалось мне вложить свои пять копеек и в то, чтобы не состоялась опаснейшая, катастрофическая идея отделения Украинской Церкви от Московской Патриархии. Участвовал я в этой борьбе и шишек набил немало. Но здесь уже нельзя давать слабину. Потому что если Украинская Церковь будет отделена от Русской Церкви, Украина окончательно и безповоротно станет антироссийским государством. Тогда раскол русского мира будет необратимым. Удалось во многом отстоять «Программу 200 храмов». Чтобы строились храмы в тех спальных микрорайонах столицы, где в основном живут москвичи.
Наша организация внесла свой вклад в то, чтобы «болотная революция» не состоялась. Возможно, это самое главное из того, в чем я принимал участие, ведь совсем недавно еще была угроза самого существования исторической России.
Своей публицистикой я вложил вклад в то, чтобы Православная миссия становилась нормой жизни. Это важнейшее церковное решение, что миссионеры теперь должны быть в каждом приходе, в каждом микрорайоне. Это теперь штатная должность на приходе, а не просто энтузиасты-одиночки. Люди, которые получают зарплату наравне со священниками и ведут миссионерскую работу…
— Какое у вас образование? И еще расскажите о своей семье.
— Образование гуманитарное, окончил факультет истории культуры. Потом поступил в Историко-архивный институт соискателем на степень кандидата исторических наук. Я уже почти написал диссертацию. Но чтобы ее доделать и защитить, не хватает времени. Очень уж сейчас горячая пора для защитника Православия.
Со своей женой Полиной я познакомился на миссионерском диспуте с мусульманами, который проводил впоследствии мученически погибший священник Даниил Сысоев. У нас с Полиной трое детей, из них один — приемный. Жена разделяет мои убеждения, со смирением относится к моей работе. Ведь мне приходится заниматься множеством проблем одновременно, а это нелегко.
— Раньше я не раз видел вас на церковных мероприятиях. И мне всегда казалось, что вы очень счастливый человек. Это правда?
— Я счастливый человек, потому что знаю, зачем и для чего живу. А это и есть счастье.
Господь мне помогает. Я вижу постоянную Божию помощь в своей жизни. Когда это необходимо для дела, Господь посылает и транспорт, и деньги, и возможности. Больше всего мне не нравится, когда люди уж очень долго занимаются богоискательством. Священномученик Иларион (Троицкий) очень точно говорил, что излишне долго занимаются поисками истины те люди, которые не хотят ее найти. Ведь найдя истину, надо ей служить. А они как раз служить-то и не хотят… Как только я нашел Истину — Христа, стал всеми силами стараться служить Ему.
— Кирилл Александрович, как вы считаете, сейчас ваше время наступило?
— Да, дальше действовать будем мы. Наступило наше время. Потому что если не мы, то кто?

1408
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
1
2 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru