Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Святыни

«Сердцу в утешение, душе во спасение!»

Православная выставка в Самаре… Это не только счастливые мгновения прикосновения к святыням, но и незабываемые встречи.

Православная выставка в Самаре… Это не только счастливые мгновения прикосновения к святыням, но и незабываемые встречи.

… Из-за раздвинутых занавесок, сквозь кружевную полушторку льется в окошко мягкий свет. На подоконнике три горшочка с пышными цветами. На бревенчатых стенах — иконы. И в этом идиллическом уголочке сидят под иконами два монаха… Разве что самовара не хватает для полноты картины. Но стоит приглядеться получше, и видишь: и сияющее светом морозное окошко, и цветы на подоконнике, и бревенчатые стены — всего лишь фотообои. Зато иконы — самые настоящие. И монахи — иеродиакон Савватий и монах Кирилл из мужского монастыря Спаса Нерукотворного Калужской епархии — живые, с теплыми добрыми улыбками. На Православную выставку в Самару они привезли большую икону Божией Матери, а еще — фотографии упокоившейся в их обители известной старицы схимонахини Сепфоры, диски с фильмами и книги о ней. А поскольку место, отведенное редакции Православной газеты «Благовест» на выставке, было как раз напротив, то так и получалось, что чаще всего мы смотрели на этот тихий свет из окошечка, на привычно перебирающих четки монахов.

Улучив удобную минутку, подхожу к соседям. Прошу рассказать о монастыре, в котором никогда не была. Антон Евгеньевич Жоголев, наш редактор, был на могилке матушки Сепфоры вскоре после ее упокоения. Но тогда, кажется, монастыря в Клыково еще не было…

— Не было, — подтвердил иеродиакон Савватий. — А началось все с того, что в 90-е годы в Клыково взялись восстанавливать храм Спаса Нерукотворного, который был в запустении, так же как и все после советов оставшееся наследство. Но дело шло с большим трудом.

Когда расчищали от многолетних наслоений мусора руины храма, наткнулись на страшную находку. Прямо в церкви раскопали ров, в котором лежали останки расстрелянных людей… Трудно было даже сосчитать точно, сколько их было убито безбожниками в обезглавленном храме. Больше тридцати… Кто они были, эти раскулаченные большевиками, — крепкие хозяева, умеющие работать, верующие люди. Их вели по этапу вместе с семьями, с женами и детьми. И вот — загнали в церковь. Люди еще с горечью смотрели на обезображенные, ободранные стены, как вдруг командир скомандовал: «По врагам революции — огонь!» Началась стрельба, люди падали, не успев и перекреститься, кто-то стонал, зажимая рану, — и через миг умолкал, добитый штыком. И только одна десятилетняя девочка смогла спастись. Ее смертельно раненная мать в последние мгновения своей жизни подтолкнула дочь к двери, шепнула: «Беги!… » Господь укрыл — убийцы, разгоряченные кровавой бойней, не заметили, что девочка выскользнула из двери и что есть силушки бежит прочь… Уже через многие годы, через десятилетия постаревшая раба Божия Валентина рассказала о том, что произошло тогда в храме. Рассказала, увидев фильм о клыковской трагедии. Все ожило в памяти…

Так вот, отстраивать храм получалось плохо. И тогда наш отец игумен Михаил поехал за благословением и духовным окормлением к матушке Сепфоре. Подсказали ему, что есть такая благодатная старица, которую хорошо очень знали и чтили в Оптиной пустыни — Клыково находится всего в нескольких километрах от знаменитой Оптиной.

Матушка жила тогда в Тульской области, в Киреевске. И вот отец Михаил приехал туда — и очень удивился тому, что матушка Сепфора встретила его, как родного. Оказалось, что матушка Сепфора уже ждала его. Матушка ведь очень переживала о том, что годы ее преклонные, и вскоре придется ей, монахине, умирать в миру, а не в монастыре. Скорбела она и молилась Божией Матери, просила о милости. И вот ей явилась Пресвятая Богородица! Утешила старицу, сказала, что не умрет она в миру, а она упокоится, как должно, в монастыре. Сказала даже, где — в Клыково. А что за Клыково, где его искать? — матушка Сепфора ведь ничего не знала об этом селе. Но Матерь Божия сказала, что не надо ей ничего искать, а только молиться — и монахи сами за ней приедут.

Схимонахиня Сепфора.

И когда батюшка Михаил представился ей, сказал, что он из Клыково, матушка обрадовалась, потому что поняла — это за ней приехали! И получается, что это было не только обетование схимнице о том, что ко Господу она отойдет в монастыре. Но кроме того, еще и Божия Матерь через матушку Сепфору Сама благословила на создание этого монастыря.

Привезли матушку в Клыково. Привели ее прямо в насквозь промерзший нетопленный домик — забыли протопить его. А она так рада была, так рада! «Вернули мне мою деревяшечку!… »

Дело в том, что в 30-е годы был у нее и мужа хороший новый дом. А советы посчитали, что они кулаки, отобрали дом и раскатали по бревнышку! Теперь она радовалась тому, что на старости лет вернулась ее «деревяшечка»…

В этом домике в Клыково, при храме, она прожила два года и скончалась в 1997 году, 13 мая. При жизни сколько было чудесной помощи храму и всем, кто просил молитв матушки Сепфоры, и когда упокоилась, много чудес происходит на ее могилке. Люди приходят и приезжают отовсюду, маслицем из лампадки на матушкиной могилке помазываются — и исцеляются. Все эти случаи мы записываем в тетрадочку.

Ну а вскоре, как и предсказывала матушка, вокруг храма возник монастырь. Благословением Митрополита Калужского и Боровского Климента — до этого здесь было Архиерейское подворье, а с 2001 года по его же благословению оно было преобразовано в монастырь. И получается, что у нас самый молодой монастырь. Остальные монастыри на руинах прежних обителей строят, возобновляют в них угасшую монашескую жизнь. А этот возник на месте обычного приходского храма. На этом месте в 1879-м году (точной даты не помню) поручик Полторацкий построил этот храм. Храм был освящен в честь Спаса Нерукотворного. Этот чудотворный образ в девятнадцатом веке спас жителей села от холеры. И вот теперь этот храм положил начало созданию нового монастыря.

Маленький у нас монастырь, человек пятнадцать братии. Вот позавчера — слышали, наверное, — крыша у нас горела…

— Да, рассказывали дежурившие в субботу сотрудники, что вы просили всех помолиться — крыша горит… Что — полностью сгорела?

— Не полностью. По Божьей милости смогли погасить. Но, говорят, теперь около ста тысяч рублей придется искать на восстановление крыши. В монастыре есть братский корпус, который еще не запустили, — все как-то денег не хватает на это. И вот стали крышу ремонтировать — а чтобы покрыть ее рубероидом, надо растопить его на открытом огне… И на ветру хватило какой-то искорки, чтобы крыша запылала… Хотел бы попросить тех читателей, кто может, оказать помощь монастырю.

— А сами вы давно в этом монастыре?

— Смотря с какого момента считать. Я приехал в эти места с семьей, и шил, и жил в монастыре. А уже официально в монастырь поступил в 2005 году. В миру поваром был — теперь пригодилось, шил — тоже пригодилось в монашеской жизни. Облачения шью, подрясники…

Правда, нечасто удается шитьем заниматься, большей частью — по магазинам приходится ездить, покупать все нужное для монастыря. Я ведь келарь…

— Помолитесь за отца Савватия, — попросил сидящий тихонько в правом уголочке монах Кирилл. — Вот вернемся в монастырь — и в воскресенье его рукоположат во иеромонаха.

Пожелав отцу Савватию помощи Божией в священническом служении, спрашиваю монаха Кирилла о его монашеском пути. Удивляюсь: как же это — он подвизается в монашестве уже шестнадцать лет, но ведь пустынь Спаса Нерукотворного в Клыково существует не так давно!

— Я до этого жил в селе Льва Толстого в Тихоновой пустыни. Это старинная обитель с прекрасными храмами, есть и святые источники. Тоже, конечно, был этот монастырь разгромлен, но в 1991 году началось его возрождение… Так Господь управил, что Митрополит Климент перевел меня в Клыково. Матушку Сепфору я уже не застал, но близость ее могилки, мысль о том, что и она молилась в нашем храме, — очень согревает душу.

— Какое послушание у вас в этом монастыре?

— Послушание не одно — в маленьких обителях ведь так. Пономарь — читаю в храме, и паломников, когда приезжают, расселяю… Братии у нас сейчас всего четырнадцать человек. Приходят молодые — они не задерживаются. Слишком слабы духовно, и что это такое — монашество — понимают далеко не сразу. А когда понимают, что это тяжелый духовный (и физический тоже!) труд, уходят. Другое дело, когда приходят люди лет сорока, за сорок, — это уже зрелые, сложившиеся люди, которые знают, зачем пришли. Так-то много приходят, но остается мало…

На прощание монах Кирилл подарил мне диск с фильмом «Матушка Сепфора — птичка небесная»:

— Возьмите вот — сердцу в утешение, душе во спасение!

Ольга Ларькина

Фото Ектерины Жевак

1957
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
11
Пока ни одного комментария, будьте первым!

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru